Он подошёл к двери и приложил ладонь к холодной ручке.
В коридоре было тихо.
Слишком тихо для поместья, где десятки людей уже начали свой рабочий день.
Каэль едва заметно усмехнулся под маской.
— Ну что ж, Мартен Вейл. Посмотрим, куда ты меня приведёшь.
Он бесшумно покинул комнату, оставив за спиной запах гари и обрывки чужой тайны. Обгоревшая записка не давала ответов, но указывала направление, с которого стоило начать поиски.
Восточный склад.
Если документы действительно уничтожали, медлить было нельзя. С каждой минутой оставалось всё меньше шансов обнаружить следы, которые ещё не успели стереть.
Каэль направился к служебному выходу, избегая людных коридоров. Раны после вчерашней засады напоминали о себе при каждом шаге, но останавливаться он не собирался.
Восточный склад находился в отдалённой части хозяйственной зоны поместья, куда редко заглядывали посторонние. Спустя некоторое время Каэль вышел к приземистой постройке из серого камня.
У тяжёлой дубовой двери виднелись свежие следы конских подков и глубокие колеи от повозки, уходившие в сторону леса. Кто-то вывез отсюда груз совсем недавно.
Каэль обошёл здание по периметру, проверяя двери и окна. Большинство проёмов были закрыты. У боковой стены он обнаружил узкое вентиляционное окно с сорванной решёткой.
Он задержал на нём взгляд.
Слишком удобный путь внутрь. Возможно, кто-то уже воспользовался им раньше. Но искать другой вход сейчас было бессмысленно.
Каэль ухватился за каменный выступ и подтянулся. Однако, пытаясь проскользнуть в узкий проём, он неверно распределил вес. Резкая боль в боку заставила его судорожно выдохнуть. Пальцы соскользнули с холодного камня, и он едва не рухнул вниз, успев в последний момент зацепиться за край.
Несколько секунд он провисел неподвижно, стиснув зубы. Затем, преодолев вспыхнувшую в боку боль, подтянулся и осторожно перебрался через край проёма.
На каменный пол он опустился почти бесшумно.
Внутри царил полумрак. Пахло сыростью, старой кожей и гарью.
В дальнем конце помещения двое людей в тёмных плащах торопливо укладывали в деревянные ящики свитки и плотные папки. Рядом дымила железная жаровня, доверху набитая пеплом.
— Быстрее, — бросил один из них низким хриплым голосом. — Если управляющий узнает, что мы не успели до полудня, головы полетят с плеч. Мы должны заметать следы поставок из Рейвена.
Каэль замер в тени.
Рейвен. Архив. Исчезнувший посланник.
Отдельные детали пока не складывались в полную картину, но теперь он знал наверняка: склад был связан с уничтожением документов.
Каэль бесшумно двинулся вперёд, сокращая расстояние между собой и незнакомцами. Истощённое тело протестовало против резких движений, однако отступать он не собирался.
Первый мужчина заметил его слишком поздно.
Каэль рванулся вперёд и ударил его рукоятью меча, целясь в челюсть.
В последний момент боль в боку замедлила движение. Удар пришёлся вскользь, лишь отбросив противника на ящики.
Мужчина выругался и попытался подняться.
Второй наёмник среагировал мгновенно. Выхватив короткий клинок, он полоснул воздух возле горла Каэля.
Тот отступил, пропуская лезвие мимо себя, и перехватил чужое запястье. Развернувшись, он использовал инерцию противника и со всего маху впечатал его спиной в каменную кладку.
Из груди мужчины вырвался хриплый выдох.
— Кто… ты такой? — прохрипел он, пытаясь вырваться.
Каэль не ответил.
Надавив на локтевой сустав, он заставил мужчину уронить оружие. Короткий клинок со звоном ударился о каменный пол.
— Документы из архива… — выдавил наёмник. — Их велели сжечь. Всех, кто знал про Рейвен, убирают. Больше ничего не знаю.
Каэль внимательно посмотрел на него.
— Кто приказал?
Мужчина замотал головой.
— Не знаю! Нам передавали распоряжения через посредников. Мы должны были забрать бумаги и уничтожить всё, что осталось.
— А посланник?
— Какой ещё посланник?..
Ответ прозвучал слишком быстро. Однако страх в глазах мужчины казался настоящим. Возможно, он действительно ничего не знал о Мартене Вейле. А возможно, просто боялся сказать лишнее.
Каэль сильнее надавил на его руку, но продолжить допрос не успел.
За массивной дверью послышались тяжёлые шаги и голоса охраны.
— Проверьте засов! Кажется, здесь кто-то есть!
Каэль мгновенно оценил обстановку. Первый наёмник уже поднимался, держась за челюсть. Второй оставался прижатым к стене, но долго удерживать его не удастся. А вооружённая стража была уже у входа.
Оставаться внутри больше было нельзя.
Каэль резко отпустил пленника и метнулся обратно к вентиляционному проёму.
Боль вспыхнула в боку, когда он подтянулся на руках. На мгновение перед глазами потемнело, но он заставил себя двигаться дальше. Ещё одно усилие — и он выбрался наружу.
Каэль растворился в тени густого кустарника как раз в тот момент, когда тяжёлая дверь со скрипом распахнулась, впуская вооружённую стражу.
Изнутри донеслись резкие команды, ругань и грохот опрокинутого ящика.
Оставлять за спиной живого свидетеля было рискованно. Наёмник мог описать его внешность, рассказать об оружии или хотя бы сообщить, в какую сторону он скрылся. Но сейчас у Каэля не оставалось времени на другой план.
Он не стал ждать, чтобы проверить, чем закончится происходящее на складе.
Вернувшись в жилую часть поместья, Каэль пошёл через служебные коридоры, избегая лишних глаз.
По пути к покоям хозяйки он заметил двух незнакомых стражников у парадной лестницы. Ещё утром их там не было. Чужие лица, более собранные и настороженные, чем у постоянной охраны поместья.
Один из них проводил Каэля тяжёлым взглядом, пока второй негромко переговаривался с проходившим мимо слугой.
Каэль не изменил шага.
Охрану могли усилить после нападения на дороге. Но если на складе уже обнаружили незваного гостя, новые стражники могли появиться совсем по другой причине.
Пока это оставалось лишь предположением.
Главного звена по-прежнему не хватало: кто отдавал приказы и какую цель преследовали люди, уничтожавшие документы?
Сообщать хозяйке о своих находках Каэль не собирался. Она могла оказаться пешкой в чужой игре, но не исключалось и то, что сама была связана с происходящим.
Пока он не располагал достаточными сведениями, доверять ей было нельзя.
Когда Каэль бесшумно вошёл в её покои, девушка сидела у зеркала.
Её пальцы нервно перебирали край платья. Она пыталась вернуть себе привычную холодную уверенность, но напряжённая осанка и беспокойный взгляд выдавали её состояние.
Нападение на дороге пошатнуло её положение. Гибель охраны и неизвестность относительно нападавших оставили слишком много вопросов, на которые она пока не могла ответить.
Заметив Каэля в отражении зеркала, девушка резко обернулась. Её взгляд на мгновение задержался на его раненом боку, после чего она взяла со стола серебристый конверт с тяжёлой сургучной печатью.
— Ты вовремя, — произнесла она, стараясь придать голосу привычную твёрдость. — Нам предстоит поездка. И на этот раз всё будет иначе.
Каэль слегка наклонил голову, ожидая продолжения.
— Сегодня вечером в столице состоится закрытый приём, организованный графом Олдером. Официально — праздничный бал в честь окончания сезона. Но среди приглашённых будут люди, с которыми мне необходимо заключить несколько соглашений.
Она поднялась с кресла и прошлась по комнате.
— После случившегося на дороге моя репутация пошатнулась. Если я не появлюсь на приёме, слухи только усилятся. Мне нужно показать, что я по-прежнему контролирую ситуацию и не собираюсь прятаться от каждого, кто пожелает мне зла.
Она остановилась перед Каэлем.
— А ты поедешь со мной. Будешь стоять за моей спиной в парадном костюме и с тем самым мечом, который мы забрали в кузнице. Пусть видят, что моя игрушка не ломается от первого же удара.
За ядовитой улыбкой скрывалась тревога, которую девушка не сумела полностью подавить.
Каэль опустил взгляд на конверт.
И замер.
На сургучной печати отчётливо проступал знакомый рисунок: три пересекающиеся линии, заключённые в незамкнутый круг.
Тот самый символ, который был начертан на обгоревшей записке Мартена Вейла.
Совпадение?
Каэль не спешил с выводами. Но после исчезновения посланника и уничтожения документов этот знак уже не мог остаться для него простой декоративной меткой.
Приглашение могло оказаться ловушкой. Граф Олдер мог быть связан с заговором — напрямую или через посредников. Но существовала и другая возможность: кто-то намеренно направлял Каэля к нему.
Пока ни одна из версий не имела достаточного подтверждения.
Он медленно выпрямился, скрывая боль под разорванной тканью, и слегка наклонил голову.
— Как прикажете, госпожа.
— Выбор одежды за тобой, — бросила девушка, отворачиваясь к окну. — Но учти: в столичных особняках на людей в масках смотрят косо. Если кто-нибудь спросит, почему мой телохранитель прячет лицо, скажешь, что старое ранение оставило следы, которые ты предпочитаешь не показывать. Им незачем знать, кто ты и откуда появился.
Каэль молча кивнул.
— И ещё, — продолжила она. — На приёме держись рядом. Граф Олдер умеет производить приятное впечатление, но я уже имела дело с людьми, которые улыбались мне в лицо, а за моей спиной пытались лишить меня всего. Я не собираюсь повторять эту ошибку.
В её голосе вновь появилась жёсткость.
— Мне нужны эти соглашения. Если кто-то попытается сорвать переговоры, действуй по обстоятельствам. Но помни: любое происшествие отразится и на мне.
— Я понял, госпожа.
— Надеюсь. Второго провала я не потерплю.
Каэль не стал отвечать.
— Можешь идти.
Он покинул покои, тихо прикрыв за собой дверь.
В коридоре было пусто. Лишь далёкие шаги слуг и приглушённые голоса за стенами напоминали, что поместье продолжало жить своей обычной жизнью.
Словно ничего не произошло.
Словно никто не сжигал документы, не скрывал следы поставок и не избавлялся от людей, способных рассказать лишнее.
Каэль направился к своей комнате.
До отъезда оставалось несколько часов. Ему предстояло проверить снаряжение, оценить состояние ран и подготовить оружие к возможной схватке. Однако сам бой сейчас волновал его меньше всего.
На балу его окружат люди, привыкшие скрывать намерения за вежливыми улыбками. Каждое неосторожное слово, каждый жест и даже случайный взгляд могли оказаться важнее удара мечом.
Торопиться было нельзя.
Символ на печати связывал приглашение с запиской Мартена Вейла. Но он ещё не доказывал причастности графа Олдера к исчезновению посланника. Возможно, граф стоял за происходящим. Возможно, лишь предоставлял площадку тем, кто действовал из тени.
А возможно, приглашение действительно предназначалось для Каэля.
Последняя мысль заслуживала особого внимания.
Если кто-то знал о его поисках, то либо допустил серьёзную ошибку, либо рассчитывал использовать его в собственных целях.
Каэль вошёл в комнату и закрыл дверь на засов.
Сняв маску, он положил её на стол и проверил крепления меча. Затем осторожно ослабил повязку на боку. Рана ещё не затянулась, а любое резкое движение отзывалось тупой болью. Он заново перевязал повреждённое место, затянул ремни и вернул оружие на пояс.
В зеркале отразилось его спокойное лицо. Ни страха, ни волнения. Только внимательный взгляд человека, привыкшего оценивать опасность прежде, чем та успеет приблизиться.
Каэль снова надел маску.
К вечеру ему предстояло войти в зал, где соберутся влиятельнейшие люди столицы. Они будут обсуждать торговлю, заключать сделки и улыбаться тем, кого за пределами этих стен предпочли бы никогда не встречать.
Каждый из них придёт туда со своими тайнами.
Каэль тоже принёсёт свою.
И если среди этих людей действительно скрывался тот, кто дёргал за нити заговора, он пока даже не представлял, кого именно впустил в свою игру.
За окном сгущалась ночь. Каэль погасил свет и прислушался к тишине коридора. Кто-то остановился у его двери, задержался на несколько секунд и бесшумно ушёл.
Каэль дождался, пока шаги окончательно стихнут, и лишь тогда поднялся. На полу у порога лежала узкая полоска бумаги. Ни подписи, ни печати — только три пересекающиеся линии, заключённые в незамкнутый круг.