На следующий день человеческая армия возобновила марш. Метель окончательно утихла, уступив место звенящей морозной тишине, но ощущение постоянной угрозы нависало над колонной ещё сильнее. Выжившему авангарду под командованием Героев предстояло пройти через сеть узких ущелий, густых еловых массивов и заснеженных оврагов — идеальных мест для новых западней.
Айла встала во главе человеческой колонны, взяв на себя руководство тактикой. Она понимала: прямой прорыв сквозь узкие каньоны превратит их армию в мишень, а медлительность окончательно истощит силы. Каэль, наблюдававший за движением врага с передовых наблюдательных постов, рассчитывал именно на это — загнать людей в коридор и вынудить их совершить ошибку.
Началась тонкая и жестокая битва умов.
Айла отказалась от единой плотной колонны. Она разделила войска на три независимых эшелона, пустив впереди не тяжелую пехоту Брана, а мобильные отряды следопытов под руководством Вальтора и ловкого убийцы Орена. Их задачей было не вступать в бой, а непрерывно «прощупывать» лес с помощью стихийных заклинаний мага Каспиана и чуткого слуха слепого лукаря.
Каэль сразу раскусил этот маневр. Взамен прямолинейных лобовых атак он отдал приказ своим командирам использовать тактику «невидимого давления». Демонические отряды не показывались на открытых участках, а навязывали молниеносные, точечные стычки на флангах.
Первое столкновение произошло у замерзшего русла лесного ручья. Несколько авангардных демонических отрядов бесшумно выскочили из глубоких сугробов, навязав мгновенную ближнюю схватку передовому дозору людей. Звон стали и магические вспышки озарили заснеженную чащу. Не успели братья-близнецы Лиам и Элиан подоспеть с основными силами, как демоны, нанеся быстрый урон и срубив десяток человеческих мечников, растворились среди вековых елей, не понеся потерь.
Айла моментально перестроила марш: вместо того чтобы преследовать уходящих демонов в глубь леса, что было бы смертельной ошибкой, она приказала замкнуть фланги щитами Дариуса и занять доминирующую высоту на близлежащем холме.
Каэль, получая непрерывные доклады от своих разведчиков, с легким азартом отмечал, как грамотно реагирует человеческая воительница. Вместо того чтобы поддаться панике, Айла навязывала Каэлю свой ритм — осторожный, выверенный и экономичный по ресурсам.
Вторая стычка вспыхнула на выходе из лесного массива. Демоны попытались перерезать снабжение и отрезать хвост человеческой колонны, обрушив на них град заговоренных стрел. Но и здесь их ждал сюрприз: жрица Селеста и маг Каспиан заранее возвели временный барьер из огня и света, отразивший нападку, а Бран Громовой Щит контратаковал тяжелым ударом молота, заставив демонический отряд отступить в укрытие.
Это не была полномасштабная война стенка на стенку. Это был сложнейший шахматный поединок на снежной доске, где каждая сторона проверяла выдержку, скорость реакции и дисциплину противника.
Каэль, разглядывая карты и слушай донесения, лишь шире улыбался. Эта человеческая воительница действительно умела мыслить как стратег. Она не давала своей армии рассыпаться и постепенно выводила людей из намеченной им смертельной зоны, превращая простую бойню в затяжную и интересную кампанию.
Пока Каэль с ленивым азартом продолжал вести тонкую тактическую игру против людей, из глубин непокорённого заснеженного материка пришла новая угроза. С противоположной стороны, из мрачных хребтов и безжизненных ледяных пустошей, вырвалась Орда неизвестных монстров. Это были не те мелкие хищники, что терзали трупы в каньоне, а гигантские, покрытые панцирем из вечного льда и костей твари, выдыхавшие смертоносный мороз. Их было настолько много, что под их тяжелыми шагами содрогалась сама земля, а над лесом поднимался густой некротический туман.
Первый удар монстров пришёлся на дальние аванпосты демонов. Твари действовали с дикой, безудержной яростью, сминая укрепления и угрожая зайти демонической армии в фланг, отрезав её от построенного на берегу порта.
Доклад доставили Каэлю прямо в его шатёр. Генерал Гарен, сдерживая волнение, выложил карту восточной гряды:
— Мой король, с той стороны надвигается нечто непредвиденное. Если мы не перекроем горный проход, эти твари сметут наши тылы и сожрут запасы. Нам придется отвлечь силы.
Каэль выслушал доклад совершенно спокойно. Он медленно выпустил кольцо сизого табачного дыма и тихо усмехнулся. Материк оказывался куда более диким и интересным, чем он предполагал.
— Направить туда половину войска, — с холодной решимостью отдал приказ Каэль. — Гарен, забирай десять тысяч воинов и иди к восточному ущелью. Выжги этих тварей до единой. Не дай им сделать ни шага к нашему лагерю.
— Но, мой король! — подал голос один из младших офицеров. — Оставить здесь только половину сил против людей и их Героев? Это рискованно!
Каэль лишь смерил его ледяным, давящим взглядом, от которого у офицера перехватило дыхание.
— Это сделает игру только интереснее, — сухо отрезал король.
Уже через час ровные колонны демонов развернулись и отправились на противоположный край долины, чтобы сдержать натиск жуткой Орды. Каэль остался на утёсе с половиной своих сил. Он вышел на край обрыва, с высоты наблюдая, как люди внизу замечают перегруппировку его войск.
На его губах заиграла хищная ухмылка. Он знал, что Айла и остальные Герои сразу поймут, что натиск ослаб, и попытаются воспользоваться этим шансом. Война на новом материке приобретала совершенно иной, грандиозный размах.
Восточный фронт превратился в сущий ад, затянувшийся на недели непрерывной, изнуряющей бойни.
Десятитысячный корпус демонов под командованием Гарена и Вейла столкнулся в горном ущелье не просто с дикими зверями, а с непрекращающейся, бесконечной волной древнего ужаса. Твари из глубин хребта наступали без остановки — ни днём, ни ночью. Пространство между узкими скалами завалило горами гигантских костяных туш и тел демонических воинов, но на смену укрощённым или убитым монстрам выходили новые, ещё более огромные и свирепые особи.
Сражение затянулось настолько, что морозный воздух в ущелье пропитался ядовитым испарением крови и гнили. Гарен сражался на передовой дни напролёт. Его доспехи давно растрескались от ударов тяжёлых костяных палиц, а мечи тупились о непробиваемую чешую. Демоны стояли насмерть, выполняя последний приказ своего короля — не пропустить Орду к тылам. Они гибли сотнями, забирая с собой тысячи монстров, смыкая ряды каждый раз, когда падала очередная шеренга.
Пока на востоке кипела эта кровавая баня, истощая последние силы десяти тысяч демонов, на основном фронте ситуация окончательно изменилась.
Айла и человеческие Герои моментально почувствовали, что давление со стороны Каэля ослабло. Поняв, что половина войска демонов ушла в противоположную сторону, Айла перехватила инициативу. Человеческая армия, собрав остатки сил и воли, перестала отступать и пошла на штурм. Преодолевая засады, снежные завалы и сопротивление оставшихся пяти тысяч демонов, люди упрямо, шаг за шагом пробивали себе дорогу сквозь каньон.
Бран Громовой Щит, сжимая запятнанный молот, лично вёл авангард на прорыв. Маг Каспиан сжигал защитные валы, а Айла наносила выверенные, точечные удары по обороне противника, поднимая солдат всё выше и выше по крутым склонам.
Спустя полтора месяца непрерывных боёв, лишений и потерь, люди наконец сделали невозможное — они проштурмовали укрепления у подножия и ступили прямо на вершину величественного утёса.
Окровавленные, измождённые, но с горящим в глазах огнём мести, человеческие воины и Герои вышли на пик скалы. Перед ними раскинулся королевский лагерь. На самом краю обрыва стоял всё тот же роскошный шатёр Каэля.
А в это же самое время на восточном фронте пал последний демон.
Битва против монстров завершилась полным, абсолютным взаимным уничтожением. В узком восточном ущелье не осталось ничего живого. Гарен, пронзённый десятком костяных шипов, угас рядом с горой поверженных чудовищ, до последнего вздоха сжимая эфес меча. Вейл и все десять тысяч закалённых ветеранов, отправленных на сдерживание Орды, погибли до единого. Они выполнили приказ — твари были полностью истреблены и не прошли к порту, но платой за эту победу стала вся половина армии Каэля.
На вершине утёса стояла оглушительная тишина.
Каэль медленно вышел из своего шатра на морозный воздух. На нём был тёмный плащ с меховым воротником, а в руке — привычный кубок с вином. На его лице не было ни удивления, ни досады от вести о гибели половины его армии на востоке. Вся эта грандиозная трагедия, гибель десяти тысяч его лучших воинов и прорыв людей на его личную территорию казались ему лишь идеальной кульминацией затянувшейся драмы.
Он бросил холодный, насмешливый взгляд на выживших Героев, стоящих во главе человеческого войска. Бран тяжело дышал, держа молот наготове, Вальтор натягивал тетиву, а Айла выступила вперёд, вытащив свой клинок и встретившись с королём прямым, непреклонным взглядом.
Каэль чуть приподнял кубок, саркастично приветствуя гостей, и на его губах расплылась самая хищная, опасная улыбка за всё время этой кампании.
— Ну что ж… — тихо произнёс он, и его голос разнёсся над заснеженным пиком. — Вы всё-таки поднялись сюда. Сцена готова. Теперь покажите мне, на что вы способны.
Бран Громовой Щит взревел, вкладывая всю накопившуюся ярость и боль погибших товарищей в один сокрушительный рывок. Его исполинский молот вспыхнул золотистым святым пламенем — прием «Карающий Свод», способный раздробить крепостные ворота. Он обрушил оружие сверху вниз прямо на голову демонического короля.
Каэль даже не сдвинулся с места. В самую последнюю долю секунды его правую руку окутал вихрь иссиня-чёрной магии, и он встретил удар голой ладонью, облачённой в тёмную лату. Раздался оглушительный, оглушающий гул — взрывная волна от столкновения святой магии и бездонной тьмы смела снег с вершины утёса в радиусе пятидесяти метров. По чаше подножия шатра побежали глубокие трещины.
— Слабо, — сухо произнёс Каэль.
Сместив центр тяжести, он сделал молниеносный выпад стопой, применяя «Теневой Излом» — коварную подсечку с вкраплением кинетической магии. Бран ойкнул: его коленный сустав хрустнул, и гигант рухнул на одно колено. В тот же миг близнецы Лиам и Элиан скользнули по обе стороны от Каэля, исполняя свою коронную комбинацию «Вальс Близнецов». Их узкие мечи превратились в сплошную серебристую вязь, нанося шестнадцать точечных ударов в секунду по уязвимым сочленениям доспехов.
Каэль извлёк меч из ножен. Клинок издав тёмный певучий звон, мгновенно вычертил вокруг монарха багрово-чёрный круг — технику абсолютной защиты «Купол Затмения». Парные мечи братьев со скрежетом отскакивали от непробиваемой сферы ауры, оставляя лишь яркие сноп снопы искр. Каэль резко разжал пальцы левой руки, посылая в грудь Лиама «Некротический Импульс». Тёмный сгусток прожёг доспех, и воин отлетел на десяток метров, плюясь кровью.
В этот момент воздух за спиной Каэля буквально раздался.
Из метели, огибая руины шатра, на пик утёса вырвалась новая волна ужаса. Но среди десятков жутких костяных тварей выделялся ОН — исполинский прародитель этой нечисти, Древний Левиафан Пустоши. Этот монстр был настолько колоссален и пропитан концентрированной первобытной магией мора, что в одиночку мог без труда перебить всю остальную человеческую армию, если бы устремился к их лагерю. Его панцирь состоял из тёмного вечного льда, а из шестиглазой пасти вырывалось пламя абсолютного нуля, способное мгновенно превращать живую плоть в хрупкую ледяную пыль.
Бой мгновенно превратился в хаотичную, смертоносную трёхстороннюю мясорубку.
Древний Левиафан с ходу обрушил свой шипованный хвост шириной с вековую ель на группу Героев. Великан Дариус вскрикнул и выставил башенный щит, используя «Несокрушимый Оплот», но сила удара была настолько дикой, что его щит раскололся, а самого Дариуса вмяло в каменное плато.
Каэль, перескочив через стелющийся по земле ледяной дым, оказался прямо на спине исполинского монстра. Вонзив меч в стык чешуи, он запустил внутрь твари «Кровавый Разрыв» — магию, разрывающую внутренности изнутри. Левиафан взревел так, что содрогнулись соседние горы, и резко крутанулся, выдыхая струю абсолютного мороза прямо в сторону стоящей неподалёку Айлы.
Айла среагировала мгновенно. Сгруппировавшись, она применила «Шаг Сквозь Сталь» — высшую технику фехтования, переместившись за спину монстру и рассекая его сухожилия на задней лапе. Левиафан накренился. В этот же момент маг Каспиан, истекая кровью, направил остатки всей своей жизненной энергии в заклинание «Солнечный Солнцеворот», обрушив на главу твари и на стоящего рядом Каэля гигантский столб очищающего огня.
Каэль укрылся за тушей Левиафана, позволив пламени обжечь монстра. Однако бой исчерпывал последние ресурсы каждого из участников. Поле было завалено трупами солдат, израненными Героями и обрубками костяных тварей.
Поняв, что обычным оружием и магией ни короля демонов, ни Древнего Левиафана не одолеть, выжившие Герои переглянулись. В их глазах не было страха — только окончательная, трагическая решимость.
— Вместе… — хрипло выдохнула Айла, подступая к центру. — Жертвуем всем.
Бран, тяжело дыша, воткнул свой молот в землю. Каспиан, Селеста, Вальтор и оставшиеся близнецы встали в полукруг, смыкая руки. Они начали напевать древний, запретный ритуал «Запечатывание Души: Смертный Приговор». Их тела начали светиться ослепительным, разрезающим тьму белым светом, а их жизненные силы стремительно сгорали, превращаясь в один гигантский, всепрожигающий копьеобразный поток чистой магии, нацеленный прямо в центр битвы.
Каэль, стоя на вершине ревущего от боли Левиафана, увидел этот жертвенный порыв. На его израненном, но всё ещё высокомерном лице расплылась тёмная, искренняя усмешка. Он оценил эту красоту отчаяния.
— Достойно, — тихо произнёс король.
Он расставил руки в стороны, взывая к самому источнику своей демонической сущности. Вокруг него начала сгущаться «Абсолютная Бездна» — шар концентрированной тьмы размера с небольшой дом, всасывающий в себя свет, воздух и сам мороз.
В то же мгновение Древний Левиафан, чуя смертельную угрозу от обеих сторон, широко раскрыл свою гигантскую пасть. В его глотке начал формироваться иссиня-белый шар «Нулевого Коллоида» — сильнейшей разрушительной энергии нового материка, способной уничтожать материю на атомном уровне.
Три колоссальные, невероятные по силе атаки были подготовлены одновременно.
На долю секунды на пике утёса наступила оглушительная, звенящая тишина.
А затем они ударили.
Белоснежный луч самопожертвования Героев, багрово-чёрный сгусток Бездны Каэля и иссиня-белый поток ледяной смерти Левиафана столкнулись в одной точке прямо в центре скального плато.
Резонанс трёх непревзойдённых энергий оказался слишком велик для этого мира. Пространство искривилось, и произошёл всплеск невиданной мощи. Ослепительная вспышка озарила весь заснеженный материк на сотни километров вокруг.
Огромное, вековое основание исполинского утёса не выдержало такого давления. По всей многометровой каменной стене от верха до самого подножия с оглушительным, подобным концу света грохотом пробежали исполинские трещины.
Пик утёса начал стремительно крошиться, и гигантский массив скалы вместе со всеми, кто на нём находился — Каэлем, Героями, Древним Левиафаном и остатками армий — с ревом рухнул в бездонную, кипящую хаосом пропасть.