Лу Мин слегка растерялся, вспомнив недавний инцидент в лавке Полупилюль. Распознать пилюли, спрятанные в глиняных шариках, ему тогда помогла исключительно «метка огненного лотоса», к его собственным познаниям это не имело никакого отношения.
Поэтому он честно покачал головой: ─ Без понятия.
Раскрывать тайну метки огненного лотоса он, разумеется, не собирался.
─ То, что ты не знаешь – это нормально. Распознавать и чувствовать ауру пилюль способны лишь высококлассные алхимики. Впрочем, одаренные люди иногда обладают этим чувством еще до того, как прикоснутся к искусству алхимии. Подобный талант означает, что ты отлично подходишь для изучения пилюльного ремесла, ─ произнес Чжоу Сюань.
─ Ох… ─ протянул Лу Мин.
Кое-какое представление об алхимиках он имел: их статус был чрезвычайно высок, а мастеров алхимии во всем Цинъюаньфане насчитывались единицы, и все они пользовались почетом в любых влиятельных кругах. У их Лэй Хо Гуань не было выходов на подобных людей, да и стоило обучение такому ремеслу столько, что их павильон просто не смог бы его потянуть.
─ Хочешь проверить, есть ли у тебя этот дар? ─ с улыбкой поинтересовался Чжоу Сюань.
Лу Мин моргнул: ─ А проба ведь бесплатная?
Стоявшая рядом Чжоу Фулин тихонько хихикнула, а Чжоу Сюань легко улыбнулся и кивнул племяннице: ─ Принеси диск духовной ауры пилюль.
Сообразив, что дядя хочет испытать Лу Мина, девушка лукаво блеснула глазами, упорхнула в комнату и вскоре вернулась с треугольным диском, на котором лежало несколько десятков золотистых пилюль.
Увидев их, Чжоу Сюань слегка удивился: ─ Я же просил принести что-нибудь попроще.
Золотистые пилюли изготавливались особым образом: оболочка надежно прятала запах и аромат, напоминая уловки торговцев из лавки Полупилюль, только сложность здесь была на порядок выше.
─ Ну он же гений, ─ с обворожительной улыбкой протянула Чжоу Фулин. ─ Разве можно проверить истинный уровень без трудностей?
Чжоу Сюань лишь покачал головой на выходки племянницы, но возражать не стал и небрежно положил диск перед Лу Мином.
─ Попробуй определить по ауре и выбрать золотые пилюли, в которых действительно что-то спрятано.
Глядя на золотистые шарики, лежавшие на диске, Лу Мин слегка занервничал.
Он понятия не имел, сработает ли метка огненного лотоса, но раз уж зашел разговор, оставалось только стиснуть зубы и попытаться.
Ухватившись за эту мысль под пристальными взглядами Чжоу Сюаня и Чжоу Фулин, Лу Мин протянул руку, поочередно поднимая золотые шарики и изображая глубокую задумчивость, а сам в это время напряженно следил за реакцией метки на кости.
Первые несколько пилюль не вызвали со стороны метки ни малейшего отклика.
Это заставило Лу Мина почувствовать себя неуютно: неужели защитный слой золотых шариков оказался настолько силен, что даже метка бессильна?
Похоже, притворяться прирожденным алхимиком дольше не выйдет.
Но когда он с легким смущением взял следующий шарик, кость Священных Чар наконец дрогнула. Метка огненного лотоса ярко вспыхнула – в точности так же, как это было в лавке Полупилюль.
Лу Мин с облегчением выдохнул: значит, всё-таки работает!
Его уверенность тут же взлетела до небес. Отложив эту пилюлю в сторону, он методично перебрал остальные, прощупав их все, и в конце концов отобрал еще три шарика. Вместе с первой штукой набралось ровно четыре.
─ Ну что, выбрал? ─ с любопытством подскочила Чжоу Фулин, забирая четыре золотых шарика. Сконцентрировавшись, она попыталась ощутить их внутреннюю суть с помощью собственных алхимических чар, но провозилась добрую половину минуты и лишь смутно уловила намек на колебания у одной-единственной пилюли.
Остальные три молчали мертвым грузом.
Чувствуя, как авторитет тает на глазах, девушка скептически прищурилась: ─ Ты часом не наугад их вытянул?
Чжоу Сюань не удержался от смешка: ─ Это у тебя навыка не хватает. Во всех четырех шариках, что он отобрал, действительно спрятаны настоящие пилюли.
Не желая верить в это, Чжоу Фулин сжала пальцами оболочку одной из золотых сфер – под тонким слоем и вправду обнаружилась целая, неповрежденная пилюля. Поморщившись, она недовольно пробормотала: ─ Ладно, какой-то алхимический талант у него всё же есть.
─ Чистая случайность, ─ с непроницаемым лицом, но предельно скромно отозвался Лу Мин.
Строго говоря, это были вовсе не его заслуги, но раз уж «метка огненного лотоса» находилась в его кости Чар, они составляли единое целое, так что приписать этот успех себе было вполне совестно.
Улыбнувшись, Чжоу Сюань спросил: ─ Амин, не хочешь заняться алхимией?
Лу Мин ответил предельно честно: ─ Мне это не по карману.
Алхимия была бездонной бочкой без дна. Можно было вбухать колоссальные ресурсы и не продвинуться ни на шаг, а даже если удавалось сделать первый шаг, низкоранговые алхимики не приносили ощутимой отдачи и лишь расходовали силы, мешая собственному духовному развитию.
Именно поэтому алхимики ценились на вес золота, но без наставника высочайшего класса и огромных вложений ступить на этот путь казалось невозможным.
─ Я могу тебя научить. Я мастер алхимии, и в искусстве создания пилюль во всем Цинъюаньфане вряд ли найдется кто-то сильнее меня, ─ произнес Чжоу Сюань.
Лу Мин ошеломленно уставился на собеседника. Мастером алхимии мог называться лишь тот, кто был способен создавать высококлассные пилюли – те самые, что требовались обладателям великих священных чар во время тренировок.
Цена подобных пилюль достигала астрономических высот: за одну штуку просили десятки тысяч единиц небесного золотого песка, а то и больше. Все вступительные взносы, собранные их Лэй Хо Гуань, пожалуй, не покрыли бы и половины стоимости одной высшей пилюли.
И уж точно Лу Мин не ожидал, что сидевший перед ним префект Чжоу окажется редчайшим мастером алхимии!
Обладая столь глубокими познаниями, он имел полное право заявлять, что равных ему в Цинъюаньфане нет.
И тем сильнее было подозрение Лу Мина: с чего вдруг Чжоу Сюаню оказывать ему столь щедрое покровительство?
По всем канонам за обучение у мастера алхимии требовалось выложить баснословную плату за ученичество и повязать себя тяжелейшими обязательствами, перед которыми их третьесортный павильон выглядел жалкой нищетой.
И тем не менее глава управы лично предлагает ему обучиться алхимии. Это выглядело куда заманчивее, чем манна небесная.
Неужели всё дело лишь в том, что он умеет чувствовать ауру и обладает зачатками таланта? Вряд ли. Чжоу Сюань – человек бывалый, повидавший виды. Пусть Лу Мин и подает надежды, они с префектом чужие люди, и оснований для столь щедрого аванса у того не было.
Тогда в чем же причина?
Украдкой взглянув на стоявшую рядом Чжоу Фулин – девушка отличалась и станом, и миловидным личиком, – Лу Мин внезапно выдвинул самую смелую догадку.
Неужели… неужели Чжоу Сюань хочет взять его в зять?!
Лицо Лу Мина скривилось. Никуда не годится! Он единственный внук в роду, на его плечах лежит продолжение фамильного древа. Если он подастся в зятья-примаки, дед ведь переломает ему ноги!
Мысленно вздохнув, он решил, что если префект преследует именно эту цель, придется со скорбью в сердце отказаться.
Он – славный муж, и ради какой-то там алхимии идти на подобные жертвы не намерен!
Впрочем, интерес Лу Мина к самому ремеслу был не так уж велик. Он прекрасно понимал, что дар распознавания исходит от метки огненного лотоса, и надеялся лишь использовать уроки алхимии как повод лучше изучить скрытые возможности таинственного артефакта.
Заметив, что взгляд Лу Мина сделался странным, Чжоу Фулин озадаченно нахмурилась.
─ И… что мне нужно подготовить для церемонии ученичества? ─ нерешительно спросил Лу Мин.
Чжоу Сюань махнул рукой: ─ Речь идет лишь об основах наставничества, до официального ученичества еще далеко, да и нужды в этом нет. Впрочем, у меня действительно есть одно условие. Если выполнишь его, я стану твоим наставником в искусстве алхимии.
─ Какое условие? ─ Лу Мин снова покосился на девушку.
Чжоу Фулин не выдержала: ─ Будешь таращиться на меня таким взглядом – получишь в нос!
Вместо ответа Чжоу Сюань достал из-за пазухи фиолетовую нефритовою пластину и протянул ее Лу Мину.