]
— Можешь идти. Здесь ты больше не нужен, — махнул рукой епископ Шон.
Страж послушно скрылся.
Уэйн сжал рукоять пистолета. В сырых стенах тюрьмы воздух сгустился, как перед грозой.
И тут Шон усмехнулся:
— Ты всё же добрался сюда ради меня. Сумел пробраться – и удивительно ловко. Я и правда приятно поражён.
Уэйн нахмурился: епископ снял капюшон – на лбу у него торчал гриб. Красный колпак, белая ножка.
«Да что это за магия такая? С последователями богини Природы грибы войну устроили?»
Он уже понял, кто перед ним. Это не Шон. Это Изабелла, захватившая тело одного из епископов. План сработал.
Хифи была права: Изабелла ждала момента, чтобы нанести удар.
Сердце Уэйна сжалось в странной смеси облегчения и смутной тоски. С одной стороны – радость, что она жива. С другой – почему-то захотелось просто лечь и больше не влезать в подобные истории.
«В следующий раз полезу спасать кого-то – буду последним идиотом!»
— Ты пришёл вовремя, — голос Шона стал мягче. — Я как раз хотел связаться с тобой. Идём, покажу кое-что.
— А заключённые? — Уэйн кивнул на камеры. — Сегодня ночью их принесут в жертву. Может, вытащим?
«Мелочь, но доброе дело не повредит».
— Не волнуйся. Я устрою, чтобы вы покинули это место вместе, — ответил Шон.
Они прошли через площадь и вошли в кабинет епископа. Когда дверь закрылась, тело Шона застыло, как кукла без нитей, и из внутренней комнаты вышла Изабелла.
— Тебе не следовало сюда приходить, — холодно сказала она.
«Поздно. Я уже здесь».
— Верховный жрец сказал, что ты человек осторожный. Надеюсь, сегодня – просто исключение. Береги эту черту. Осторожность – не позор. Только осторожные маги живут долго. — Она говорила без выражения, но в голосе звучала искренняя благодарность. — Спасибо, что пришёл. Пусть напрасно, пусть глупо – я это помню.
Изабелла достала папку. — Передай это за пределы Энлорда. Документы зашифрованы. Открыть сможет лишь сильнейший из учеников богини Природы.
Пять дней в логове Культа не прошли зря: контролируя Шона и проводя собственное расследование, она собрала много данных. Слишком важных, чтобы оставить здесь. Информацию следовало доставить в Лондон.
— Хорошо, — ответил Уэйн. — Но я не смогу. Верховный жрец наложил на меня запирающее заклятие. Радиус действия – пятьдесят лиг от особняка. Я не выйду за границы.
Изабелла задумалась, не решаясь оспаривать волю Верховного жреца. Попробовала снять заклятье – безуспешно.
— Тогда передай тому, кому полностью доверяешь. Пусть он доставит документы в Лондон.
Она доверяла лишь Уэйну, ученику Хифи. Этого достаточно.
Уэйн мгновенно представил монокль дворецкого Фра. Никто не вызывал у него большей уверенности.
Хотя в голове зудела одна мысль.
— Скажи, яйца Подземного Короля… если их есть, они подчиняют себе людей?
— Ты ел сырые? — Подняла бровь Изабелла.
— Нет, жареные.
— Тогда всё в порядке.
— Богиня милосердная, — выдохнул он. — Это, пожалуй, лучшее, что я слышал сегодня.
— Что же такое этот Подземный Король? Магическое создание Культа или питомец Хозяина Пустоты?
— Ни то, ни другое, — ответила она. — Он родом из Звёздного Предела – из Великого Космоса. Его вид называют синеспинным паразитом.
Изабелла объяснила:
— Звёздный Предел – запретная зона жизни и море истины. Там бродят безумные маги, творения богов и прислужники, но все они чужаки. Аборигены же – Космические Звери. Они принимают причудливые формы, не поддающиеся людскому воображению. Никто не знает, сколько их, кто их породил и зачем. Одно ясно: любой, кто слишком долго находится в Звёздном Пределе, становится для них добычей.
— Все они чудовищных размеров, — продолжила она. — Подземный Король – лишь неполное отражение синеспинного паразита, меньше тысячной доли от настоящего тела. Культ сумел вызвать лишь слабую тень через неполный ритуал.
— Но если яйца чувствуют зов матки, — прикинул Уэйн, — они вылупятся и поработят весь город?
— Верно. Это только шаг из плана Культа. Когда всё население окажется заражено, архиепископ Ифон проведёт жертвоприношение и призовёт Полного синеспинного паразита. Через него яйца разлетятся по всему континенту Избранных Богов.
— Их цель – заразить весь мир? — Уэйн побледнел. — Чтобы угодить своему безумному Хозяину Пустоты?
— Нет. Хозяин Пустоты не бог. Это потерявший рассудок легендарный маг, катастрофа, обретшая форму. Его поступки могут иметь смысл – а могут и нет. — Голос Изабеллы стал почти шёпотом. — Когда маг теряет разум, его пожирают желания. Даже легендарные не исключение. Статуя на площади изображает его – человека, чью плоть и мысли поглотила алчность. Он уже не человек.
— Значит, он здесь, в Энлорде? — Спросил Уэйн.
— Нет. Его тело блуждает в Звёздном Пределе, — покачала она головой. — Он давно утратил сознание, угасая подобно свече на ветру. Безумие ведёт их прочь с континента – к звёздам, где они ищут истину и гибнут.
По её предположению, архиепископ Ифон нашёл статую и через неё получил силу. Но вместе с ней – безумие, став творцом нынешнего Культа.
Такое Изабелла уже встречала: человек, наделённый силой, считает себя избранным богом. Но вера в безумие ведёт лишь к безумию. Всё закономерно.
— Уводи заключённых и спрячься подальше. Ночь будет тяжёлой. Не возвращайся до рассвета, — тихо приказала она. — Утром я найду тебя.
Уэйн вздрогнул. Фраза звучала как обещание, за которым всегда следует трагедия. «После битвы я вернусь к тебе и мы поженимся» – ага.
— А если вдруг… допустим, ты не вернёшься? — Осторожно спросил он.
Изабелла посмотрела на него холодно:
— Тогда я всё равно найду тебя. Только другим способом.
— …
«Лучше уж не надо…»