]
Похудевшая Изабелла выглядела утончённой красавицей. С её немногословием и холодной осанкой – настоящая ледяная королева.
А ведь именно такие взрослые, недоступные женщины лет двадцати семи – двадцати восьми идеально попадали в Уэйнов вкус.
Но сегодня было не до влечения. Он пристально посмотрел на её лицо – и словно прочёл там слова «съесть тебя».
Она вжала пальцы ему в плечо, и у него по коже побежали мурашки. — Тихо-тихо… наша Церковь Природы серьёзная организация. Меню может быть экзотическим, но не людоедским, — поспешно увещевал он.
От его лёгкого толчка Изабелла безвольно повалилась назад. Несколько раз попыталась подняться – безуспешно.
— Вот уж кого легко повалить, — хмыкнул Уэйн и понял: дело не в вожделении, она просто обессилела, умирает с голоду.
Он вытащил из кармана плитку шоколада, развернул и вложил ей в рот, потому что иначе она не могла даже жевать.
— Перекуси, сейчас найдём что-нибудь посытнее, — сказал он и поднял её на руки. — Жители уснули из-за магии. Это опять дело Культа Подземного Сердца?
— Нет… не я и не они… было ещё пятеро коллег… — прошептала Изабелла, сглотнув сладкое. Но это лишь раздразнило голод, и она замотала головой, торопя его. Вон там, за углом, лифт – прямо на поверхность.
Уэйн отказался. После такой битвы под землёй всё перекопано, подъемник слишком опасен. Если что и рухнет, то на Изабеллу.
Он выбрал путь наверх по старому проходу и вскоре вывел Изабеллу к своим. Служанки поддержали её, и вся группа направилась к площади у штаба Культа Подземного Сердца.
Накануне вечером культ устраивал праздник – песни, танцы, угощения. Горожане ещё спят, значит еда ждёт их нетронутой на кухне. Ночь стояла холодная – испортиться не успела.
— Только не трогайте яйца, — напомнил Уэйн. — Всё остальное можно.
…
— Хрусть-хрусть-хррр… чавк-чавк…
— Хм-хм-хм!
Изабелла устроила настоящий гастрономический аттракцион. Её желудок, казалось, не имел дна. Отказавшись от приличий, она ворвалась на кухню и принялась уплетать всё подряд, едва дыша.
Сначала даже есть сама не могла: горничные кормили её осторожно. Но вскоре силы вернулись, и она погрузилась в пир целиком.
Уэйн с удивлением наблюдал, как с каждой ложкой её острые черты лица округлялись, возвращаясь к прежнему облику. Видимо, внешность у неё напрямую была связана с особой магией.
Он деликатно пил чай и между делом заговорил:
— Так что же здесь произошло, если не секрет?
Изабелла, хоть и обязана была хранить тайну, рассказала, насколько позволяли инструкции – умолчав лишь о Хозяине Пустоты и божественном искусстве. — Иногда лучше не знать, — сказала она. — Незнание – благо, а желание знать – опасно.
Сам Уэйн тоже опустил детали про золотую подвеску. — Просто напали фанатики, ну, я и разобрался с ними, — спокойно сообщил он.
Изабелла кивнула. Её силы вернулись. Снова округлившаяся, с куриным окорочком в руке, она нашла пятерых соратников, лежавших без сознания.
И, естественно, заметила на лице одного из них отпечаток подошвы.
Помолчав, она откусила кусок, прожевала и пробормотала сквозь полный рот:
— Уэйн, это мои коллеги. Если можешь, сотри след. Мне так проще всех объяснить.
— Леди Изабелла, вы ошибаетесь, — вступил Фра. — Это след от сапога культа, господин Уэйн тут ни при чём.
— Верно. Дворецкий подтвердит. У нас есть алиби, — добавил Уэйн, сохраняя невозмутимость.
Но Изабелла вскинула бровь: в тот момент всякий разумный был без сознания – какие ещё культисты? Очевидно, след оставлен кем-то из их компании.
Поняв, что спорить бесполезно, Уэйн кивнул. — Ладно, не беда, я не из хрупких.
Фра с уважением посмотрел на него. — Господин поистине благороден, — заявил он, доставая платок и вытирая след. Служанки дружно закивали. Слаженно, будто по сценарию.
Изабелла закатила глаза и велела Уэйну уйти, прежде чем займётся пробуждением товарищей.
— Верховный жрец попросила, чтобы пока никто не знал, что ты её ученик, — сказала она напоследок. — Чем меньше людей это знает – тем лучше.
Уэйн кивнул. — Понял. Главное, чтобы всё уладилось. — После расследованием Культа займётся Церковь Природы, а он может хоть немного отдохнуть.
— Подожди, — сказала Изабелла.
— А?
Он обернулся. — Что-то ещё?
— Спасибо, — тихо произнесла она. Шоколад был действительно вкусный.
— Пустяки. — Уэйн улыбнулся и, уходя, добавил:
— Заглядывай как-нибудь к нам в особняк поужинать.
…
— Хрум-хрум-хрум…
— Хм-хм-хм!
Вот так и вышло, что она действительно пришла ужинать.
Вечером Уэйн с усталостью смотрел, как Изабелла вежливо, но без тормозов опустошает его стол. Приглашал-то он из вежливости. — И ведь пришла, — простонал он себе под нос. — Вот у неё эмоциональный интеллект, конечно…
Он отложил приборы – глядя, как она ест, сам наелся глазами. — Изабелла, а что теперь будет с Культом Подземного Сердца? И как вы объясните всё горожанам? Магия и простые люди – два разных мира, неужели просто спишете всё? — Спросил он прямо.
— Именно, — спокойно ответила она. — Мы заставили их уснуть заранее. Без свидетелей любую историю можно объяснить.
Она пояснила: послесловием займётся не она. Изабелла – агент организации «Скальпель», подразделения Церкви Природы. Её дело – внедрение, сбор сведений, уничтожение целей. А прикрытие и отчёты – работа других.
Главных виновников – архиепископа и четырёх епископов культа – признали мёртвыми. Имена вписаны в список позора, грехи завершены.
Прочие последователи были арестованы. С ними проведут магико-психологические тесты, определят степень заражения и распределят на лечение.
Недавно вступивших можно спасти – достаточно короткого сеанса очищающей магии или потери памяти.
А вот первых фанатиков ждала другая судьба: тех, в ком мысли окончательно изуродованы, отправят в Психиатрическую клинику Красный Лес под Лондоном – в место для лечения безумия.
— «Психиатрическая клиника Красный Лес»… — Уэйн поднял бровь. Похоже, новая глава истории уже маячила впереди.
— Это старое учреждение, — продолжила Изабелла. — Красный Лес изначально был Трибуналом Инквизиции Церкви Отца Небесного, а теперь стал объединением нескольких церквей. Там держат одержимых злом и магов, что потеряли рассудок. Для некоторых – это и санаторий, и тюрьма.
Она была всё такая же холодная, но на этот раз говорила больше обычного. Почти на каждое его слово отвечала.
— И всех этих маньяков держат вместе? — Нахмурился Уэйн. — Не боитесь, что однажды они сбегут?
— Исключено, — с уверенностью ответила она. — За всю историю существования ни один заключённый не сумел бежать из Красного Леса.