]
Канализация.
Уэйн сидел со скрещёнными ногами, медитируя. Он собирал Четыре Стихии, дабы вернуть равновесие, но уровень его сущности Жизни упорно не превышал девяносто пяти процентов – процесс шёл мучительно медленно.
Как виновник нескольких случаев «коллапса элементов», он подозревал, что уже стал объектом слежки со стороны нескольких церквей. Союз Трёх Богинь, Церковь Отца Небесного, почитатели Тьмы, Смерти и даже нескольких злых богов – все следили за загадочными вспышками силы.
Правильные маги ломали головы, не подозревая главного: причина всех катастроф – один неопытный ученик магии, который «втянул слишком много». В их представлении же в Лондоне появился обладатель святого или проклятого артефакта, готовящий страшный замысел.
На фоне недавно явившегося миру Смертного Рыцаря этот неизвестный маг казался угрозой меньшего масштаба, поэтому церкви не спешили вмешиваться, лишь отмечали точки на карте и ждали момента, когда события прояснятся.
Уэйновская жизненная сущность оказалась за гранью нормы – Книга Алчности вытянула его существование до уровня, почти недостижимого для смертных. Это объясняло, почему Хозяин Пустоты так отчаянно пытался заполучить его: вложенные силы обернулись колоссальной потерей.
Но сам Уэйн ничего не знал о внешнем мире. Засев в канализации, он спокойно «валил всех» марафоном медитации.
Он управлял сознанием в двух направлениях – очищал сущность для Стихий и пытался установить контакт с Природой.
Задачу он выбрал запредельно сложную, но как юный и самоуверенный практикант решил попробовать.
«Успех рождается из трудолюбия; талант из накопленного опыта. Кто не трудится – тот не получает. А ранняя пташка клюёт крепче прочих.»
Произнося эти наставления, Уэйн был уверен: терпит неудачи лишь потому, что работает недостаточно усердно. Природа сама хочет с ним говорить, просто пока он не дорос до её уровня.
Провал – не страшен. Страшно сдаться. А сдаваться он не собирался.
Плеск шагов донёсся из дальнего коридора. Питомец А-Бинь насторожился и зарычал.
Уэйн открыл глаза, натянул облик Смертного Рыцаря и, погладив собаку по голове, успокоил: мол, не рычи – это свой, Абель.
Хотя про себя Уэйн с удовольствием отметил: зато пёс верно выполняет охрану.
Одна искорка силы скользнула к питомцу – А-Бинь довольно лизнул её, а Абель взглянул с явной завистью: ему бы тоже «лизнуть магии»…
— Как завершилось дело? — Спросил Уэйн.
— Доказательства собраны, приговор готов, теперь дело лишь за формальностями.
Абель подробно рассказал о последствиях налёта: прошло уже три дня с момента штурма. Пострадавшие девушки выжили, тела погибших переданы родным. Благодаря подключению спецслужб всё прошло невероятно быстро – даже слишком для Королевства Виндзор.
Правда, по этой же причине дело засекретили. В официальных сводках упоминалось лишь, что восемь депутатов арестованы за коррупцию и прочие излишества, а вскоре признаны невменяемыми и доставлены на лечение в Психиатрическую клинику Красный Лес.
Абель был недоволен, но понимал: это наилучший итог – простым людям лучше не знать правды.
— И что ты сам вынес из случившегося? — С любопытством уточнил Уэйн. — Какое у тебя теперь намерение?
— Хочу помогать тем, кого постигла несправедливость.
— Не боишься, что так привлечёшь к себе внимание?
— Я уже мёртв, господин. Что мне теперь страшно? — Усмехнулся Абель.
Но в глубине души ему было тревожно. Особенно за Тимми. Грин пообещал устроить её на спокойную должность в полицейский архив, но душевное состояние девушки вызывало опасения. Чтобы помочь ей, нужно хотя бы позвонить.
Он колебался: что скажет хозяин?
— … — Уэйн нахмурился. Кто придумал спрашивать советы у холостяка-призрака? У него самого любовные связи лишь во сне шли пачками!
— Забудь о ней. Это лучше для неё. Используй шанс – оборви всё. — Холодно ответил он.
— Но…
— Слушай, — перебил Уэйн. — Если уже решил – чего спрашиваешь? Боишься ответственности?
— Нет, мой господин. Я лишь опасаюсь подвергнуть её опасности – ведь рядом со мной она рискует жизнью.
— И всё-таки вы спали?
— Ну… несколько раз.
— Всего несколько? Не смеши! — Фыркнул Уэйн.
— Э… — Абель отвёл взгляд. Молодые, влюблённые – чего удивляться. Несколько раз за ночь – и хватит, утром ведь на работу…
— Так порвали или нет?
— Нет!
— Тогда и проблем нет.
После такого разговора Абель будто просветлел. Решимость вернулась: он соберёт вечер, зажжёт свечи – и, будь что будет.
— Ступай. Без моего вызова не появляйся. — Отрезал Уэйн. — Разве что попадёшь в беду, самую серьёзную.
Вдохновлённый, Абель поклонился. Его путь был иной: помогать, защищать, быть тенью во тьме. И Уэйн позволил: пусть идёт – тоже опыт.
— Господин, — остановился Абель у выхода. — За вами охотятся. Некие маги и верующие разных культов, особенно последователи богини Смерти. Они слишком активны – рискуют свободой, лишь бы найти вас.
Уэйн задумался. Всё ясно: Смерть и Тьма давно в опале у Союза Трёх Богинь, а храмов у них в Лондоне нет – лишь подпольные ячейки. После появления Тёмного рыцаря у одной группы появилось вдохновение; теперь черёд Смерти – её верные тоже рвутся заявить о себе.
Ему стало скучно. Вспомнил, как при первой встрече последователи богини Смерти, будучи трусами, подняли руки при виде пистолета Вероники. И всё же сам культ Смерти доверия не внушал. Их вера – вера в конец – не вызывала симпатии.
Учительница же, поклонница богини Природы, не раз втолковывала: Тьма и Смерть – «злые». Только богиня Природы воплощает добродетель, жизнь и милосердие.
«Хифи: тут-тут, траля-ля, природа прекрасна…» – передразнил про себя Уэйн и добавил: «Вы все богини, зачем враждуете? Богиням стоит держаться вместе, а то мужские боги смеются. Разве не лучше быть подругами?»
Впрочем, слова учительницы он принимал лишь наполовину. Истинным его убеждением был практицизм: польза важнее догмы.
«Свободный Магический Альянс говорил правду, – думал он. — Вера укрепляет человека, а религия делает глупцом. Не подпускай фанатиков – они тянут ум вниз.»
Значит, немного верить можно, но без фанатизма.
Он также понимал: не все приверженцы богини Природы святы, и не все последователи богини Смерти мерзавцы. Мир много сложнее.
Как решить эту задачу?
В его воображении возник знакомый образ: класс, у доски – учительница в черном плаще, на устах улыбка. На доске написано «Религия делает глупыми».
— Видишь, ученик? Это главное.
— Вижу, госпожа, доска – белоснежная.
— Мой господин, — вновь заговорил Абель, — вы встретитесь с ними? Они всё активнее, без вашего контроля могут…
— Передай им, что это приказ Смертного Рыцаря. Пусть выберут нескольких представителей. Через три дня, на рассвете, на Западном кладбище я их встречу и передам волю богини Смерти. — Уэйн мрачно усмехнулся, уже зная, как «обучит» своих новых верных.
Абель склонился и исчез.
…
Ночь прошла спокойно.
Абель встретился с Тимми. Девушка, измученная переживаниями, не выдержала – упала в обморок прямо в объятия возлюбленного.
Позже, в ту же ночь, он пробирался по канализации, находя разрозненные группы последователей богини Смерти и передавая им повеление Смертного Рыцаря.
Кто-то усомнился, кто-то дрожал от восторга, но все знали – пропустить встречу значило вызвать проклятие.
Как и аналитики Виндзора, тайные службы узнали о грядущем сборе. Каждая церковь напряглась в ожидании: вскоре Смертный Рыцарь сам объяснит, зачем явился в Лондон.
Оставалось лишь дождаться третего дня и рассвета.