]
— Святой Сын снизошел?!
Архиепископ Ифон тихо ахнул, поспешно закончил речь и быстрым шагом скрылся из поля зрения толпы.
Его поведение казалось несколько странным, но люди ничего не заметили. Они продолжали петь и танцевать, празднуя самый прекрасный день в истории города Энлорд.
Ифон вошел в кабинет в штаб-квартире, приказав всем четырем епископам явиться. Спустя некоторое время пришли только трое.
— А где Шон? Почему он не на собрании? — Ифон нахмурился: в последние дни Шон редко показывался на людях.
— Он у Святых Врат. Сегодняшняя ночь имеет решающее значение, и он не хочет допустить ошибку в последний момент, — оправдал Шона один из епископов.
Ифон кивнул, с натяжкой принимая это объяснение. Девяносто девять шагов уже пройдено, нельзя оступиться на последнем.
Впрочем, Ифон был склонен верить не столько в осторожность Шона, сколько в то, что тот просто подлизывается к Хозяину Пустоты, охраняя статую вблизи, чтобы снискать благосклонность господина.
«Ха, умник нашелся!»
«Господин уже передал мне новейшую миссию. Святой Сын снизошел. Как бы ты ни был смиренен и набожен, твое положение в Культе никогда не сравнится с моим, не говоря уже о том, чтобы стоять вровень со Святым Сыном».
Ифона грызла зависть. Он столько хлопотал ради господина из Пустоты, а его статус оказался ниже, чем у внезапно свалившегося с неба Святого Сына. На мгновение голова отяжелела, возникло чувство потерянности, словно старую любовь бросили ради новой пассии.
И все же Ифон оставался предан господину до мозга костей. Подавив разочарование, он обратился к трем епископам:
— Планы изменились. Мы должны начать ритуал жертвоприношения раньше срока.
— Почему?
— Вторжение врага?
Три епископа были в недоумении.
— Действительно, завелась одна маленькая мышка, но бояться нечего. Даже если оставить ее в покое, больших волн она не поднимет.
Ифон вспомнил таинственного человека, шпионившего за ним. Использование почтовых птиц было грубым и примитивным, даже для новичка это выглядело дилетантством. Он не принимал эту мелкую рыбешку всерьез и перешел к главному:
— Только что я получил оракул от Хозяина Пустоты. Святой Сын уже снизошел, он находится неподалеку от города Энлорд.
— Что?!
— Святой Сын снизошел…
Лица трех епископов озарились диким восторгом. Хотя они и не знали точно, что олицетворяет собой Святой Сын и каков его статус в церкви, тот факт, что Хозяин Пустоты лично ниспослал оракул, несомненно, был благом для Культа Подземного Сердца.
Они были связаны с Культом одной цепью – и верой, и выгодой, – поэтому тут же начали строить радужные планы относительно пришествия Святого Сына.
Ифон заметил выражение их лиц и возревновал к небесному посланнику еще сильнее. Не подавая виду, он прямо заявил:
— Не радуйтесь раньше времени. Святой Сын только что прибыл, он полон сомнений относительно себя и своего будущего. Он сбился с пути, чем вызвал недовольство Хозяина Пустоты…
— Хозяин Пустоты приказал как можно скорее доставить Святого Сына к Святым Вратам. Он желает лично указать путь заблудшему.
— …
Трое епископов покраснели, от волнения теряя дар речи. Хозяин Пустоты собирается снизойти сегодня! Стать свидетелями этого события было честью, от которой захватывало дух.
— Марк, ты пойдешь со мной к Святым Вратам. Принесем в жертву заключенных, чтобы пробудить Подземного Короля и позволить его детям очнуться. Кент, Мелвилл, вы двое отправитесь за Святым Сыном. Вы должны привезти его, чего бы это ни стоило.
Ифон отдал приказ, поделившись меткой красного имени на карте, и наказал:
— Слушайте внимательно. Приказ Хозяина Пустоты – любой ценой. Даже если сегодняшнее жертвоприношение провалится, Святой Сын должен быть доставлен.
Кент и Мелвилл склонили головы, принимая приказ, но на лицах проступила горечь. Статус Святого Сына очень высок, его будущая власть огромна. Сможет ли он стать вровень с архиепископом – вопрос открытый, но ездить на шее у них двоих он точно сможет.
Архиепископ не хотел быть злодеем и боялся обидеть Святого Сына, поэтому спихнул грязную работу на них.
«Подумаешь, важная птица! Когда Святой Сын прибудет, Хозяин Пустоты будет говорить только с ним, а ты, старый хрыч, рано или поздно потеряешь власть». — Так думали оба.
«Вот присосусь к Святому Сыну, тогда и посмотрим, кто кого!»
Кент и Мелвилл развернулись и ушли. Следуя указаниям красной метки, они поехали на машинах в сторону большого особняка.
Чтобы выразить уважение к Святому Сыну, они специально отобрали тридцать набожных верующих, организовав нечто вроде почетного караула, и даже позаимствовали роскошные автомобили у мэра и чиновников.
Тем временем архиепископ Ифон и Марк прибыли на птицеферму. Они вошли через черный ход в специальный проход для епископов и, минуя туннели, спустились на лифте прямо на подземную площадь.
Площадь жила обычной жизнью: стражники стояли на постах, никто не бездельничал, каждый был занят своим делом.
Ифон сначала вознес искреннюю молитву статуе в центре источника, а затем приказал страже привести заключенных из тюрьмы.
— Заключенных нет, их перевели в другую тюрьму…
«Какую еще другую тюрьму? В полицейский участок, что ли?»
Ифон был крайне удивлен. Узнав, что приказ отдал Шон, он пришел в ярость и велел страже передать Шону, чтобы тот объяснил свое самоуправство перед статуей Хозяина Пустоты.
Такова уж доля начальства: ходить самому нельзя, даже если это в соседней комнате – подчиненные должны явиться лично.
Вскоре из кабинета вышел Шон в надвинутом капюшоне. Сгорбившись и опустив голову, он быстро подошел к Ифону. Столкнувшись с бранью архиепископа, Шон признал вину и не посмел возразить ни единым словом.
Видя искреннее раскаяние Шона, Ифон не стал продолжать и даже не спросил, куда перевели заключенных.
Несколько незначительных пешек – если Шон замучил их до смерти, так тому и быть. Подземная площадь не испытывала недостатка в жертвах: можно просто схватить пару стражников и сбросить их вниз.
— Шон, я внимал оракулу Хозяина Пустоты. Святой Сын уже снизошел. Приготовься, мы начинаем план досрочно. Немедленно запускай ритуал жертвоприношения, разбуди детей Подземного Короля, — скомандовал Ифон.
Тело Шона напряглось, и он удивленно спросил:
— Кто такой Святой Сын? Почему я раньше о нем не слышал?
— Это не твоего ума дело. Начинай жертвоприношение немедленно, понятно? — Повысил голос Ифон.
— Архиепископ, я не подвергаю сомнению ваш приказ, но я тоже внимал оракулу Хозяина Пустоты, и он сказал вот что…
Шон поднял голову и медленно откинул капюшон, скрывавший лицо, обнажая гриб с красной шляпкой и белой ножкой.
«??»
Ифон и Марк остолбенели. Прежде чем они успели раскрыть рты, Шон схватился за голову и издал ужасающий вопль боли.
Его тело стремительно теряло влагу, кожа ссыхалась, лицо стало похоже на древесную кору, глаза вылезли из орбит, десны обнажились, а волосы моментально поседели.
Взамен этого гриб на его макушке резко раздулся и с хлопком лопнул. Мириады мельчайших зеленых пылинок разлетелись во все стороны, туманом поплыв в каждый уголок площади.
Все случилось мгновенно. Епископ Марк побледнел от ужаса и закрылся рукавом мантии. Расстояние было слишком коротким, а скорость – слишком высокой; он не успел применить магическую защиту и мог лишь пятиться назад.
Бах!
Получив пинок под зад, Марк влетел прямо в облако зеленой пыли. Эти пылинки, словно живые, проникли под кожу через рот, нос и поры. Он закричал, становясь жертвой паразитов-спор: на его теле проросли лозы и растения. Каждый разворачивающийся зеленый лист отнимал у него частичку жизненной силы.
Всего за несколько вдохов Марк высох, превратившись в мумию. Зелень выжала из него все соки. Вместе с Шоном они переломились пополам, рухнули на пол и рассыпались в прах.
Прах и зеленые листья. Старая жизнь, порождающая новую.
Зрачки Ифона сузились. К счастью, он вовремя выставил ногу, заставив Марка принять удар на себя, иначе его ждала бы та же участь.
И все же из-за внезапной атаки с близкого расстояния Ифон тоже подцепил немало спор. Рукав окрасился в зеленый цвет, вся правая рука начала неметь, из нее полезли лозы.
По периметру площади стражники, вдохнувшие пыль, с криками катались по земле, удобряя собой почву и превращая подземный зал в цветущий зеленый сад.
Ифон не колебался. Левая ладонь превратилась в лезвие, пять пальцев, окутанные ветром, отсекли правую руку. Одновременно он выдохнул изо рта бурю, уносящую зеленый туман.
Ураган пронесся по залу, сбивая споры к стенам и углам или выметая их в туннели вокруг площади.
Это стало катастрофой для стражи в туннелях. Многие, чудом избежавшие первой волны, даже не успели поблагодарить Хозяина Пустоты за защиту, как их накрыло спорами с небес. Сцена превращения в весеннюю грязь ради цветов разыгралась вновь.
Снаружи площади семь или восемь невезучих часовых не успели увернуться и были снесены сквозняком в туннеле, с криками падая в бездонную пропасть.
Ту-дум! Ту-дум!
Словно биение какого-то сердца, расцвели пятна синего света. Гигантское щупальце, извиваясь, ползло вверх по отвесной скале.
Услышав этот звук, мрачное лицо Ифона немного просветлело. Враг затаился давно, но и он был не совсем безоружен. Прервать ритуал не так-то просто.
Зажимая кровоточащий обрубок правой руки, он холодно прорычал:
— Выходи, еретик, верующий в природу! Подземный Король уже пробудился. Выходи на суд и встречай пришествие Хозяина Пустоты вместе с этим городком!