Я вернулся в дом с письмом в руке.
С моих губ сорвался тихий, недоверчивый вздох.
— Ну и дела.
— Как всё... прошло?
Стоило ей заметить письмо в моей руке, как выражение лица Хейли мгновенно изменилось. Она задала этот вопрос с явной осторожностью, сразу поняв, что это за послание, — на её лице отчётливо читалась тревога.
Я приоткрыл рот и небрежно, словно в этом не было ничего особенного, озвучил ответ, хотя его значение было предельно ясным:
— Похоже, нам придётся поблагодарить Шейна, когда он вернётся.
— А? То есть это значит...
— Пришло разрешение на сдачу лицензии. Ты можешь завязать.
— ...Погоди, правда?
Я упомянул имя Шейна и протянул письмо. Хейли приняла его с растерянным, дрожащим видом и пробежалась по строкам широко распахнутыми глазами, но её реакция оказалась на удивление сдержанной.
Я ожидал, что она удивится сильнее. Неужели она испытывала тихое сожаление? Или, может... я влез не в своё дело?
Эта мысль промелькнула у меня в голове, и я спросил её напрямую:
— Ты не выглядишь особо счастливой.
— Нет, дело не в этом... Я рада. Просто пока не верится.
Хейли облекла свои смешанные чувства в слова: она рада, но осознание ещё не пришло. Насколько я знал, все эти годы она только и делала, что жила жизнью авантюристки. Выражаясь современным языком, возможно, это походило на то чувство опустошения, которое испытываешь после увольнения? Если посмотреть на это с такой стороны, всё становилось предельно ясно.
Сегодня как раз выдался один из редких дней отдыха от тренировок у Гента — он обмолвился, что время от времени нужно делать перерывы. Лично я этого не понимал, но что я смыслил в таких делах. Так или иначе, момент казался самым подходящим.
— Ну что ж, тогда пойдём сдадим её прямо сейчас?
— А? Ой, ну...
Хейли вздрогнула от предложения отправиться немедленно. Издав тихий, нерешительный звук, она принялась вертеть лицензию в руках.
*Шорк-шорк.*
Её кончики пальцев скользили по потёртой, повидавшей виды карточке.
Затем, словно приняв окончательное решение, Хейли подняла голову.
— Хорошо.
В плотно сжатых губах читалась тихая решимость. Она вышла на улицу впереди меня, и её шаги — совершенно отчётливо и неоспоримо — стали легче, чем когда-либо прежде.
Последовавшая за этим процедура оказалась простой и будничной: сдать письмо и лицензию у стойки регистрации гильдии и выслушать пару слов от регистратора. Вот и всё. Обычно письмо со сломанной сургучной печатью считалось недействительным, но репутации Хейли было более чем достаточно, чтобы компенсировать это.
— Да, документы подтверждены... Хейли, отныне вы лишаетесь права осуществлять деятельность и исполнять обязанности авантюриста.
И вот так просто отставка авантюристки была принята — обыденно, даже как-то оскорбительно легко.
Настоящая суматоха, пожалуй, началась уже потом.
От мимолётных знакомых до старых друзей.
— Уходишь так внезапно... Всё в порядке?
— Хейли! Я слышал, ты ушла на покой?!
— Неужели ты передумала...?!
Изо дня в день у дома собиралось поразительное количество людей, которые непременно справлялись о её делах или оставляли прощальные подарки. Благодаря им все углы в доме оказались завалены подарочными коробками.
— Как ни крути, тебя действительно любили.
Я произнёс это, помогая разбирать коробки и проходя вместе с Хейли по подвалу.
— Просто... я когда-то помогла каждому из них. Вот и всё.
Она преуменьшала свои заслуги, как делала это всегда, явно пытаясь скрыть подступающее смущение.
— И всё же, если ты помогла стольким людям, одним этим уже стоит гордиться.
— Ты меня смущаешь, прекрати...
После непрекращающегося потока похвал она наконец не выдержала, сморщила носик и потянулась рукой, чтобы закрыть мне рот.
— Ладно, ладно.
Я отклонил голову назад, уворачиваясь от её ладони, подавил рвущийся наружу смешок и с улыбкой продолжил разбор вещей.
Примерно так и потекли дни после того, как Хейли оставила авантюризм. Хотели мы того или нет, но наша повседневная жизнь изменилась.
Первое изменение: у Хейли внезапно появилось много свободного времени.
— Хм, я бы сказала, ты уже на том этапе, когда называть себя магом не будет преувеличением.
— Неужели... неужели правда? Только благодаря этому?
Поскольку свободного времени теперь хватало, мы при любой возможности вместе заглядывали в мастерскую, чтобы развивать мои магические навыки. Меня озадачила столь на удивление щедрая оценка Хейли.
В этот момент тихое звяканье инструментов Вален, работавшей за своим верстаком, прекратилось.
— Полно людей, не представляющих собой ничего особенного, называют себя магами.
— Верно, если умеешь пользоваться магией, значит, ты маг. Всё просто.
Вален небрежно бросила эту реплику, и Хейли без колебаний согласилась.
Я почувствовал, как слово «маг» тихо утратило весь тот вес, которым я наделял его в своих мыслях.
— Давай, продолжай, продолжай!
— Я уже немного устал...
Хейли продолжала настаивать, и я размял плечи. Выражаясь игровым языком, это можно было назвать гриндом мастерства.
Однако на практике простое повторение одного и того же движения по кругу никого бы не привело к уровню архимага — это лишь помогало сделать ощущение от управления магией чуть более привычным. Но даже этого было достаточно.
После долгой магической тренировки наступила короткая пауза.
Хейли повернулась к Вален и спросила:
— Как там в последнее время дела у авантюристов?
— Полный хаос, и всё благодаря тебе.
Вален ответила сухо, не поднимая глаз от Магического устройства в своих руках.
Хейли сделала лицо, выражавшее «я так и думала», прикрыла глаза и склонила голову набок.
Второе изменение, наступившее после ухода Хейли из авантюризма: внезапно освободившееся место на вершине иерархии авантюристов. Судя по всему, несколько авантюристов, которые помалкивали, пока Хейли была активна, теперь изо всех сил пытались занять освободившееся место.
Естественно, «занять место» вовсе не означало работать усерднее или брать больше поручений — это вылилось в борьбу за власть и физические столкновения за право называться сильнейшим.
— Говорят, в последнее время резко выросли продажи оружия и доспехов. Будь осторожна.
— Я ведь уже ушла, так что...
Вален высказала это предостережение, бросив в сторону Хейли несколько колких слов касательно шевелений среди авантюристов.
Однако Хейли, похоже, считала, что у неё больше нет причин ввязываться в дела авантюристов. Она выслушала Вален, пропустив её слова мимо ушей.
— Не относись к моим словам легкомысленно. В мире полно людей, способных затаить обиду по самым нелепым причинам.
— Хорошо, хорошо.
Такое отношение явно не понравилось Вален. Она нахмурилась и снова надавила на неё.
Только тогда Хейли неохотно уступила.
Что ж, справедливо — мир велик, и безумцев в нём хватает. Включая меня самого, наверное: я ведь спихнул ребёнка на чужие плечи и скрылся, что вполне подходит под определение.
Я сидел на полу мастерской, предаваясь этим безрадостным размышлениям, когда до моих ушей донеслись размеренные, неторопливые шаги.
— Брон? Не мог бы ты мне кое с чем помочь?
— А, конечно.
Знакомый голос окликнул меня, и я без колебаний поднялся на ноги.
— Вот эти две — не мог бы ты перенести их на верстак Вален?
— Понял.
Окликнувшей меня оказалась не кто иная, как Сепи. Я последовал за ней в кладовую и перенёс то, на что она указала — различные руды и флаконы с частями монстров, законсервированными в растворе.
— Это всё?
— Да. Вален? Этого хватит?
— Более чем! Ну-с, и что же мы сегодня смастерим...
Перенеся вещи, Сепи уточнила у Вален.
Вален ответила, затем несколько раз цокнула языком и принялась что-то бормотать себе под нос, раскладывая руду на верстаке.
Стоило Вален сказать «более чем», как Сепи совершенно естественно отошла от верстака и вернулась на своё привычное место. Я поступил так же — отошёл от Вален, которая уже с головой ушла в работу, и снова устроился на полу рядом с Хейли, чтобы перевести дух.
— Как продвигаются твои тренировки в последнее время, Брон?
Хейли наклонилась вперед, опустившись до уровня моих глаз, пока я сидел, и ни с того ни с сего спросила о тренировках.
— Тренировки? А... раз уж ты спросила.
Они стали настолько привычной частью моей повседневности, что я едва ли воспринимал их как нечто особенное. Я перебирал в голове эти ничем не примечательные дни, когда мне вспомнилось кое-что услышанное недавно, и я озвучил это:
— Кажется, вчера я услышал что-то вроде: «по крайней мере, теперь ты лучше всякого сброда».
— Ого! Правда?!
Я вслух повторил этот сомнительный комплимент Гента, и Хейли просияла, издав вздох искреннего изумления.
— Почему... почему ты так реагируешь...?
Её реакция настолько превзошла мои ожидания, что я тоже растерялся. Какое вообще значение могло иметь это сухое, безразличное замечание? Я уставился на неё, моргая, и Хейли поспешила объяснить:
— Это значит, он считает, что ты наконец-то можешь постоять за себя! То есть ты действительно чего-то стоишь в бою!
— Вот что это значит?
Хейли с лёгкостью расшифровала этот закрученный комплимент. Я был впечатлён её способностью разгадывать подобные намёки, но тут она повернулась ко мне с явно недовольным видом, надув щёки.
— Мне потребовалась целая вечность, чтобы услышать от него эти слова!
— ...Мы начали обучение не в одном и том же возрасте.
Я указал на этот очевидный факт Хейли, которая умудрилась приревновать к чужой похвале, и почесал затылок. Если судить объективно, её отдали Генту примерно в девять лет, так что она, должно быть, услышала эти слова как раз тогда, когда начала свой путь авантюристки.
— Ну, при таких темпах из тебя действительно вышел бы неплохой авантюрист.
— Да ладно тебе, я уже слишком стар, чтобы начинать подобное.
Воодушевленная похвалой Гента, Хейли, судя по всему, решила возродить грандиозный план сделать меня авантюристом, который провалился в прошлый раз.
— Знаешь ли, есть люди и постарше тебя, которые этим занимаются.
Я отмахнулся от неё неопределённым отказом, и Хейли склонила голову набок с искренним недоумением на лице.
— К тому же далеко не все авантюристы сражаются с монстрами.
— Ну да, но... разве они не принимаются потрошить тушу ради ценных частей прямо на месте, едва монстр падает замертво, дерясь за мясо и...
— Всё это сплошные стереотипы!
Я озвучил общее представление об авантюристах, которое всегда у меня было, и Хейли возмущённо надула щёки.
И вот так ещё одно моё заблуждение тихо сошло на нет. Авантюристы не были кровожадными фанатиками битв, видевшими в монстрах лишь ходячие мешки с деньгами. Кто бы мог подумать.
◇ ◇ ◇
Переводил: Afmos
Редактировал: Afmos