Тут мне кое-что попалось на глаза, и я сказал Пак Сансику:
— Хён, иди без меня.
— А что? Случилось что-то?
— Да вон.
Я кивком указал на книжный магазин неподалёку.
— Тебе в книжный?
— Ага. Хочу кое-что купить.
— Ну ладно, тогда я пошёл. До завтра.
— Давай.
Пак Сансик махнул рукой и торопливо зашагал прочь.
Я смотрел ему вслед и думал о том, что только что произошло.
Обычно я в такие перепалки не ввязываюсь и не завожусь — просто отворачиваюсь. А тут, стоило мне почувствовать, что тот тип распалился, как я и сам завёлся вслед за ним.
Если честно…
Меня так и подмывало.
Ещё чуть-чуть — и я первым пустил бы в ход кулаки.
Не сдержись я тогда в последний момент, что было бы…
Это на меня не похоже.
Точно не знаю, но, может, дело в чём-то, что осталось в этом теле от прежнего хозяина?
Так или иначе, ощущение было странное.
Я ещё немного постоял, разглядывая плакаты и перебирая эти мысли, потом выбросил их из головы и зашёл в магазин.
Купил свежий номер «Бомульсона» и вышел на улицу.
Чистенький, новенький журнал.
Я поднёс его к носу и вдохнул.
Запах краски и бумаги, какой бывает только у новых книг.
От него дрожь, которая не отпускала меня после стычки, понемногу улеглась.
Вообще-то этот номер я читал давным-давно, но купить его новеньким, перемахнув через время и пространство, — это совсем другое дело.
По дороге домой, с журналом в пакете, я выкинул из головы остатки лишних мыслей и задумался о новой истории.
Про футбольный комикс-то я заикнулся, но что именно писать, никак не придумывалось.
Конечно, вряд ли Чон Сангиль возлагает на нас большие надежды, так что давления особого нет. Но и халтурить тоже нельзя.
С тех пор как сочинять сюжеты стало моей работой, делать что-то тяп-ляп я себе больше не позволяю.
Как же я ненавидел халтуру, на которую насмотрелся за годы задротства. Не хватало ещё самому таким заниматься.
Но и тупо красть чужие работы — тоже не вариант.
Я ведь убедился, что кое-чего могу добиться и своими силами, так зачем опускаться до такого?
Я вышел из автобуса и пошёл домой, а сам всё ломал голову.
На пустыре по соседству как раз гоняли мяч мальчишки.
Пустырь был завален грязной брикетной золой и всякими объедками, но ребятня беззаботно гоняла мяч и веселилась вовсю.
Неужели дети во все времена смеются так же светло?
От одного этого зрелища почему-то теплело на душе.
Я ненадолго засмотрелся на них — и тут-то всё и случилось.
— …О? Это же тот кот.
На ограде у края пустыря, свернувшись, сидел белый кот и смотрел на меня. Тот самый жуткий взгляд — ни с чем не спутаешь. Это был он.
Или мне только кажется, что сегодня его странный взгляд особенно пронзительный?
Я смотрел на него, и вдруг в голове будто похолодело. А потом перед глазами словно потемнело.
— …?
Я невольно пошатнулся.
Но быстро пришёл в себя и растерянно заморгал.
Что это сейчас было?
Малокровие, что ли?
Я же в последнее время нормально ем.
А, точно, — вспомнил я, — и в прошлый раз, когда мы с этим котом пересеклись, было что-то похожее.
Этот кот…
С ним определённо что-то не так.
Я снова посмотрел туда, где он сидел, но его уже и след простыл.
— …
Опять успел смыться?
Я ещё немного посмотрел на ограду, где он исчез, и отвёл взгляд. И только собрался идти дальше, как в голове вдруг что-то мелькнуло.
— …О?
Чемпионат мира 2002 года в Корее и Японии, от которого вся Корея сходила с ума.
Пак Чисон, который на этом чемпионате стал звездой футбола.
Всем известно, что у него плоскостопие.
Вот мне и захотелось построить историю вокруг плоскостопия.
А заодно я решил слепить нового персонажа, обыграв и другие его недостатки — маленький рост и щуплое сложение.
Фирменное для героев спортивных историй бульдожье упрямство — само собой, плюс тяжёлая жизнь в семье, из-за которой он с самого детства хлебнул горя. Банальщина, конечно.
С малых лет его зверски гонял отец, у которого самого футбольная карьера не задалась.
Дождь ли, снег ли, тайфун ли — он тупо тренируется на одном упорстве.
Читатели из будущего, может, и скажут: «Совсем охренели? Об игроке хоть кто-нибудь подумал?» — но в нынешние времена это никого не волнует.
Корейский футбол в эти годы и сам ведь только и делал, что твердил про упорство.
В общем, благодаря дубовым тренировкам у героя будет особая подвижность и неутомимое сердце, как у Пак Чисона. А в придачу — мощный удар, без которого футбольной романтики не бывает.
Я хотел сделать персонажа, который подминает под себя матч за счёт исключительной физики, в духе «Капитана Цубасы» — футбольного комикса, который сейчас бешено популярен в Японии.
Именно на «Капитана Цубасу» я оглядывался из-за того, какое влияние он сейчас имеет. Влияние у этого комикса было поистине беспрецедентным: позже многие мировые звёзды футбола признавались, что выросли на нём.
Ходит известная история, что из-за него в Японии стало хоть отбавляй желающих играть на позиции Цубасы — в полузащите.
Ну, со временем сюжет у него станет слишком уж бредовым, и популярность понемногу сойдёт на нет, но сейчас это неважно.
В общем, комикс именно такой, и в Японии сейчас он на пике популярности, так что ориентироваться я собирался на него.
Начнётся всё с раннего детства, но основная история стартует с поступления в среднюю школу. Затасканная завязка: герой оканчивает деревенскую школу, вслед за родителями переезжает в город и попадает в среднюю школу с самой слабой командой.
Конечно, кто-то скажет: кому в прокатах, где основные клиенты — молодые парни, нужен комикс про пацана, который только-только пошёл в среднюю школу? Да ничего подобного. Я собирался показать игру ничуть не хуже, чем подвиги взрослых футболистов.
Как только начнётся матч, все забудут, что играют дети.
Главное — сама игра, мастерство героя и драма.
«Слэм-данк» ведь — тоже американская NBA, только под маской школьного баскетбола.
К тому же мне самому сейчас удобнее начать с игр среднеклассников. Они уже достаточно подросли, так что им можно давать всякие приёмы.
Ну а не выстрелит — свернём, и всё.
Халтурить я не собирался, но и нервничать незачем.
— Герой — среднеклассник? Да ещё и первоклашка, который только поступил?
Пак Сансик уставился на меня, не веря своим ушам. Но я и бровью не повёл, просто кивнул.
— Ага.
— Почему именно такой малец?
— Ну, писать удобно. Легко.
— Но это же для прокатов. Читают-то в основном молодые парни…
— А в спорте разве возраст важен?
— Но чтобы читатель втянулся…
— Давай так: я сначала расскажу всю историю целиком, а ты послушаешь и решишь.
— Ну давай…
Я начал излагать с самого начала, довольно подробно, всё, что успел придумать.
Пару подходящих эпизодов из немного банального, но горького детства, почему он вообще взялся за футбол — ну и так далее.
Я намешал завязки разных спортивных историй — «Завтрашнего Джо», «Капитана Цубасы», «Мейджора» и прочих — и подал ему то, что получилось.
— …О-о.
В те годы истории, которые начинались с тяжёлого прошлого героя, как серия про Токко Така, у публики шли на ура.
Но это только пролог, а главное — сами футбольные матчи.
Обычно в таких комиксах очень важно, чтобы первый матч герой проиграл.
Если начать с того, что он просто побеждает, поначалу будет приятно, но послевкусия не останется. Да и герою не с чего будет всерьёз загореться футболом.
Просто отчаянный матч — и обидное поражение.
И после него просыпается не только главный герой, но и вся команда.
Как он постепенно становится ключевым игроком и как блистает со следующего матча.
Одного этого хватит на изрядный кусок истории.
Я рассказывал с чувством, сам распалился, и Пак Сансик незаметно для себя тоже увлёкся.
История была неидеальной, но, когда я закончил на том, что дальше всё пойдёт примерно так, он разочарованно причмокнул.
— Эх, страшно интересно, что дальше. Так захватывающе, что даже не верится, что это футбол среднеклассников.
Я подсыпал в середину, как приправу, немного трогательных моментов в духе «Слэм-данка», и у Пак Сансика заблестели глаза.
— Вообще-то я и хочу сделать взрослую игру под маской школьного футбола.
— Да уж, по рассказу так и есть.
Пак Сансик, похоже, что-то вспомнил и хлопнул в ладоши.
— Кстати, помнишь, этим летом наши дошли до полуфинала молодёжного чемпионата мира? Вся страна же на ушах стояла.
Вот как, было такое? А я и не знал.
Пак Сансик с каким-то мечтательным видом погрузился в воспоминания.
Если подумать, когда Корея в 2002 году дошла до полуфинала чемпионата мира, вся страна тоже с ума сходила. Хотя мне тогда было девять, так что помню я это смутно.
— Если хорошо подать драматичные моменты, то и матчи среднеклассников будут вполне интересными.
— Тут ты прав. Хоть играла молодёжная сборная, когда мы в полуфинале забили Бразилии первыми, я просто голову потерял. Ну, потом, правда, пропустили два и проиграли. Но в тот момент было прямо как во сне.
Значит, и тогда полуфинал закончился обидно. Может, и то, что мне вспомнился 2002 год, не случайно.
— Читателю комикса вообще неважно, что играют дети: если его как следует затянуть, будет интереснее, чем взрослый матч. К тому же я собираюсь дать герою немного читерскую способность.
— Это какую?
— Физику — ну, то есть физические данные.
— А.
Читатель ведь сильнее всего кайфует, когда герой давит соперника.
Чем дальше мы обсуждали, тем больше Пак Сансик загорался и всё записывал.
— Слушай, а сюжет отдадим только в общих чертах?
— Нет, в этот раз давай проработаем подробно. И, хоть это и муторно, хорошо бы ты, хён, сам сделал раскадровку.
Пак Сансик аж подскочил.
— Осталось всего два дня, а ты ещё и раскадровку хочешь?
Видно было, что его это напрягает.
Ну да, даже простенькая раскадровка — дело непростое, когда нужно представить себе каждую сцену.
— Всё равно, если хочешь закрепиться как сценарист, придётся делать и раскадровку. Прошлую работу ты ведь тоже раскадровывал сам.
Пак Сансик закивал так рьяно, словно только этого и ждал.
— Тут ты прав. Здесь ведь раскадровку делают сами рисовальщики, и у меня такое чувство, что выходит чуточку не то, что я задумывал.
— Наверняка так и есть. Но это футбольный комикс — справишься?
— Только что сам меня в ад загонял, а теперь жалеешь? Волк кобылу пожалел.
— Ха-ха.
— Не переживай. Подсмотрю в других футбольных комиксах и как-нибудь сделаю. К тому же рисовать там всё схематично, так что не так уж сложно.
Пак Сансик, пылая решимостью, широко оскалился.
— Да и вообще, неплохо бы заодно показать команде A, на что мы способны. Тем более у сценаристов команды A гонорары выше.
— О, правда?
— А ты не знал?
— Не знал.
Раз платят больше, то и энтузиазм бьёт ключом, ясное дело.