В укреплённых стенах Сейнхолда жили около восьми миллионов человек, и значительную часть населения составляли Вознесённые. Будучи городом четвёртого уровня, Сейнхолд раскинулся на огромной территории, сплошь застроенной величественными колоннами и зданиями, напоминавшими архитектуру довикторианской эпохи, хотя крупные сооружения отличались более брутальным стилем.
По крайней мере, район, где жили Эмбер и его семья, был сравнительно пустынным.
Дом Блэкстоун был кланом рыцарей. Пусть он и не мог сравниться с тремя кланами кровной линии — Оберон, Ренин и Киллджой, — за прошедшие годы его представители совершили множество достойных дел и получили большой участок земли для строительства кланового поместья. Всего в нескольких кварталах от главного дома улицы были гораздо оживлённее и теснее.
Восемь миллионов в одном городе могли показаться огромным числом, но за стенами в разных городках и форпостах жило ещё больше людей. Их число легко могло быть в десять раз больше. Примерно сто миллионов человек зависели от города и зарабатывали благодаря ему на жизнь.
Каждый год сотни тысяч людей проходили Вознесение класса — и внутри стен, и за ними. Но из этих сотен тысяч на Испытание допускали всего шестьсот. Около пятисот мест распределяли между кланами кровной линии и дворянскими кланами, а остальные доставались выходцам из простого народа.
Так богачи становились богаче, а могущественные кланы сохраняли существующий порядок. Эмбер хотел возмутиться, но его смущало, что его собственная семья тоже пользовалась этой системой.
В этом году Дом Блэкстоун получил восемь мест: четыре от Дома Оберон и ещё четыре за службу Сейнхолду. Одно место досталось Рейн — и заслуженно, учитывая её способности.
Испытания класса были необходимы всем, кто хотел получить престижный класс. Насколько знал Эмбер, классы делились на четыре степени: обычную, элитную, благородную и лордскую. Некоторые верили, что существует ещё класс Повелителя, стоящий выше всех четырёх, но никто не получал и даже не развивал такой класс, чтобы подтвердить легенду.
Как бы то ни было, получить благородный класс без прохождения Испытания, пожалуй, было невозможно.
Конечно, за пределами Испытания всё ещё можно было получить хороший элитный класс, если уровень расы или Основы маны был достаточным. Но если проявить себя на Испытании, результат всегда оказывался лучше.
В своё время мать не получила такой возможности и обрела класс повара лишь после пятнадцати лет. Отец же был одним из чемпионов своего Испытания. Теперь наступила очередь сестры.
После нескольких лет упорных тренировок в академии Рейн год назад достигла пятого уровня расы. Сам по себе пятый уровень не был чем-то выдающимся, но её Основа маны достигла порога третьего уровня — а это было куда значительнее, чем казалось.
Рейн подготовилась к испытанию: надела новые рыцарские доспехи, за спиной висел в ножнах красивый меч, к поясу были прикреплены несколько ножей и другие необходимые припасы. Она взяла с собой немало зелий для восстановления маны и исцеляющих зелий, несмотря на то что умела исцелять себя. Никогда не знаешь, в какую ситуацию забросит Испытание.
— Нервничаешь? — спросил Клифф, ещё раз проверяя её припасы.
Рейн кивнула.
— Немного.
Но выражение её лица говорило, что нервничает она гораздо сильнее.
— Уверен, всё получится, — сказал Клифф, ободряюще хлопнув её по плечу. — Не требуй от себя слишком многого. За первым слоем можно получить хороший класс.
— Но не такой хороший, как у тебя.
— Нет. Но позже его всегда можно развить до более высокой степени. — Он помолчал, изучая её лицо. — Послушай, тебе не нужно чувствовать себя обязанной. Не переходи ко второму слою, если не будешь уверена, что справишься.
— Но ты так много потратил, чтобы я попала на Испытание.
Рыцарь покачал головой.
— С твоими навыками и Основанием маны ты заслужила место. Не принижай себя. Среди кандидатов есть куда менее достойные люди, которым там вообще нечего делать.
Перед уходом Розанна обняла Рейн; из уголков её глаз покатились слёзы.
— У нас и так хорошая жизнь, — заверил Клифф. — Не нужно рисковать собой ради чести семьи. Главное, чтобы ты вернулась живой и невредимой.
— То, что сказал отец, — согласилась Розанна, и голос её дрогнул. — Не старайся слишком сильно. Если вернёшься живой, этого достаточно.
— Так и будет, — кивнула Рейн.
— Удачи! — крикнул Эмбер. Сестра обняла его и направилась к большому залу.
Внутри уже собирались сотни участников. Они выстраивались и ждали, когда Мастер обрядов начнёт испытание.
— Пап, испытания правда такие трудные? — спросил Эмбер.
— Бывает, — ответил Клифф, всё ещё глядя вслед дочери. — Для большинства первый слой обычно лёгкий. Провалиться там нельзя. Даже если погибнешь, тебе дадут ещё одну возможность. Проблемы начинаются со второго слоя. Он часто бывает необычным и непредсказуемым. А там люди и правда могут умереть.
В груди Эмбера зашевелился страх за Рейн.
— Конечно, если почувствуешь, что не справляешься, можно выйти из испытания в любой момент.
— Но ты прошёл второй слой, — сказал Эмбер. Именно поэтому в качестве первого класса отец получил класс Рыцаря, а не класс Оруженосца.
Клифф повернулся к нему и улыбнулся.
— У Рейн тоже есть шанс его пройти.
Когда городские часы пробили десять, ровно в назначенный час появился Мастер обрядов. В городе было несколько престижных должностей. Наивысшей властью обладал Святой, а помогали ему Судья, Авангард, Хранитель и Мастер обрядов. Каждый из них был Вознесённым золотого класса и руководил своей областью.
Мастер обрядов был седым стариком с длинными волосами и бородой, спускавшейся на грудь. Несмотря на его ранг и уровни, столетия жизни были заметны по каждой глубокой морщине на лице. Помимо руководства Академией Сейнхолда, он обладал абсолютной властью над Испытаниями класса: лишь он мог открыть варп-врата в испытательные миры.
Несколько минут он выступал с речью, а затем стал объявлять имена шестисот молодых Вознесённых, участвовавших в Испытании. Его голос разносился по всему городу. Наконец, когда часы пробили десять, он открыл врата.
Эмберу хотелось хотя бы увидеть портал, который перенесёт участников в другой мир. К сожалению, войти могли только сами участники.
Эмберу и тысячам других людей со всего Сейнхолда, пришедших поддержать участников, оставалось только ждать.
Он думал, что ждать придётся долго, но едва минуло пятнадцать минут, как из зала вышло несколько удручённых людей. Родственники тут же стали осыпать их ругательствами и громкими упрёками за провал.
— Не прошло и десяти минут! Как они уже успели провалиться? — воскликнул Эмбер.
Да, на первом слое нельзя было провалиться, но какие достойные поступки они успели совершить за столь короткое время?
— Для них это могли быть не десять минут, — сказал Клифф. — Похоже, внутри испытательной зоны время течёт иначе.
— Точно, замедление времени.
— Замедление времени, — повторил отец и приподнял бровь. — Может, это и есть объяснение, но никто не уверен. В своё время я провёл внутри одиннадцать дней, а снаружи прошло всего около восьми часов.
Эмбер кивнул.
— А нельзя узнать, что происходит внутри испытания?
Отец покачал головой.
— Это древний конструкт, оставленный трансцендентными существами. Даже Мастер обрядов, Вознесённый золотого ранга, почти ничего не может разглядеть внутри испытаний. Возможно, кто-нибудь алмазного ранга сумел бы увидеть, что там происходит, но в Сейнхолде таких нет.
В следующие пару часов участников становилось всё больше. Некоторые выходили счастливыми, а Мастер обрядов объявил лишь однажды: пятьдесят четыре человека перешли на второй слой. О Рейн всё ещё не было новостей.
Через несколько минут к ним подошла знакомая женщина — одна из тётушек Эмбера. Их было так много, что он с трудом запоминал всех. Только тётя Зефир была ему хорошо знакома: она приходилась его отцу родной старшей сестрой.
— Хорошие новости, — сразу сказала она. — Кажется, кто-то из ребят видел, как Рейн перешла на второй слой вместе с несколькими другими из нашего клана.
Отец кивнул, сохраняя невозмутимость. Мать нервно грызла ногти и не сводила глаз с высоких колонн большого зала. Делать было нечего, и Эмбер стал практиковать дыхательное упражнение одновременно с Накоплением маны.
— Ну, когда ты собираешься развиваться? — спросила Зефир.
Отец лишь взглянул на неё и не ответил.
— Многие в клане хотят знать.
— Если отцу нужен ответ, пусть придёт и спросит меня сам, — сказал Клифф.
— Да брось.
Отец покачал головой.
— Если ты пришла передать сообщение, скажи ему, что я не хочу иметь ничего общего с его политическими играми.
— Ты слишком плохо о нём думаешь, младший брат. На его плечах слишком много забот. А ещё наши дяди смотрят на его место, как голодные стервятники. Когда ты разовьёшься, мы наконец сможем остановить эти интриги.
Услышав это, Эмбер открыл глаза. Тётя сузила взгляд, задумалась, но предупреждающий взгляд Клиффа остановил её.
Она долго молчала и уже собиралась уходить, когда посмотрела на Эмбера.
— О, как поживает мой любимый племянник?
— Хорошо.
Она погладила его по голове.
— Маленькое Пламя так выросло за пару лет.
— Его зовут Эмбер, — перебил Клифф, явно не желая продолжать разговор.
— Разумеется, я знаю, — искренне ответила Зефир. — «Маленькое Пламя» — это прозвище, которое я ему дала. Правда, Розанна?
Ну, по крайней мере, одно имя она запомнила правильно.
К полудню из испытания вышло больше пятисот участников, а о Рейн по-прежнему почти ничего не было известно.
— Она будет в порядке, — успокаивал Клифф жену, сжимавшую его руку. Даже Эмбер всё сильнее тревожился, ожидая возвращения сестры.
Наконец, когда солнце уже едва виднелось над горизонтом, появилась хромающая стройная фигура вместе с несколькими другими участниками. Рейн почти нельзя было узнать: от прежнего жизнерадостного вида не осталось и следа. Но это точно была она. Девочка прихрамывала, лицо её осунулось, было испачкано кровью и грязью, но сама она была цела. И она прошла испытание.
— Вот она! Рейн! — закричал Эмбер. Розанна вскочила и бросилась к дочери. Она заключила её в крепкие объятия, забыв о ранах.
— Моя милая Рейн, ты справилась!
Клифф и Эмбер тоже подбежали, поздравили её и по очереди обняли.
— Ты нигде не ранена? — спросил отец, осматривая её с головы до ног.
Рейн покачала головой, всё ещё тяжело дыша.
— Просто немного ослабла, — выговорила она. — Зелье и заклинание помогли.
— Хорошо. — Он вытер ей лицо салфеткой. — Пойдём домой. С маминой стряпнёй ты восстановишься вдвое быстрее.
Но не успели они сделать и пары шагов, как дорогу им преградили другие члены Дома Блэкстоун.
— Поздравляю, Рейн, — сказал Тимбер Блэкстоун. Рядом с дедушкой стояли тётя Зефир и единокровные дяди, которых Эмбер почти не узнавал. — Ты не зря заняла место. Ну же, расскажи, какой класс получила.
Отец предупредительно посмотрел на своего отца.
Но Рейн, похоже, хотела наконец выговориться.
— Целительница Верданс. Элитный класс с тремя звёздами, — хрипло сказала она.
На мгновение лицо дедушки омрачилось, но он тепло улыбнулся и похлопал её по плечу.
— Хорошо. Очень хорошо. Целитель — тоже достойный класс. Их так мало. Ты заставила нас гордиться тобой.
Поговорив ещё немного, они наконец сумели уйти от остальных членов Дома Блэкстоун, следуя за отцом. По дороге многие подходили поздравить Рейн и осыпать её похвалами. Девочка слишком устала, чтобы отвечать, поэтому Клифф принимал поздравления за неё и благодарил людей.
Он ни разу не упомянул класс Рейн, и это, похоже, тревожило её ещё сильнее.
— Пап, — наконец сказала она, и голос дрогнул, когда они дошли до поместья.
— Да, милая?
— Прости, что подвела тебя. Я просто не смогла…
— Ты меня не подвела, Рейн, — сказал Клифф. — Каждый идёт своей дорогой. Ну и что, что ты не получила класс Рыцаря? Лишь немногие могут похвастаться элитным стартовым классом с тремя звёздами.
— Нет, я просто… — Она перевела дыхание, собираясь с мыслями. — Класс Рыцаря я получила. Но не выбрала его.
С этими словами силы окончательно покинули её. Розанна подхватила дочь, прежде чем та упала.
— Кажется, я не смогу стать таким рыцарем, как ты, папа.
— И это совершенно нормально, милая. Я никогда и не хотел, чтобы ты стала таким рыцарем, как я.