Эмбер с большим воодушевлением принял навык — не потому, что боялся ошибиться с выбором. Он заметил, что каждый раз, получая навык, ощущает, как по нему проходит странный поток. Навыки, вероятно, были чем-то более сложным, чем мана, но Эмбер почти не сомневался: мана тоже здесь замешана.
Он сосредоточился на Чувстве маны, стараясь уловить что-нибудь необычное. К его досаде, ощущение оказалось слишком неуловимым и мимолётным. Прежде чем он успевал его разглядеть, оно исчезало где-то внутри тела.
Эмбер не слишком огорчился: похожее чувство возникало всякий раз, когда навык получал новый уровень. Возможностей заметить его у него будет ещё много.
С новым навыком у него появлялось больше шансов заглянуть в окружающие тайны. Кстати, он ведь не выбрал Освоение языка.
Причин, по которым он предпочёл ему Медитацию, было две. Во-первых, Эмбер не верил, что навык Освоения языка волшебным образом позволит ему сразу всё понимать. Даже если мана и была частью этого процесса, навык пришлось бы развить до третьего или четвёртого уровня — а может, и выше, — чтобы понимать повседневную речь.
Во-вторых, он отказывался верить, что не сможет выучить общий язык без навыка. Опыта у него было немного, но Эмбер уже понял, что навыки не были чем-то запредельным. Обычные навыки — уж точно. Они лишь усиливали то, для чего предназначались.
Он не знал, способен ли навык превратить глупца в гения, но его это и не волновало.
По его расчётам, на развитие Освоения языка до уровня, позволяющего понимать местную речь, ушло бы не меньше трёх месяцев. За это время он, скорее всего, успел бы выполнить условия для развития своей расы.
Ещё одной причиной выбрать Медитацию были её успокаивающий эффект и то, как она отзывалась в его сознании. Все остальные навыки — Активное воспроизведение, Концентрация и особенно Чувство маны — требовали огромных умственных усилий. Если Медитация могла быстро восстанавливать силы разума, значит, у него появлялось бы больше времени и энергии для занятий.
Знание — сила, но магия тоже сила.
Судя по тому, какое значение отец придавал Медитации, выбор не мог быть ошибочным.
С этими четырьмя навыками Эмбер составил примерное расписание. Утром он медитировал вместе с отцом. Затем чередовал обычные и медные навыки, пока не выбивался из сил. Вечером восстанавливал умственную энергию с помощью медитации, а после устраивал изнурительную тренировку Чувства маны, сосредоточившись на светильниках, встроенных в стену.
Тайны этих светильников ему по-прежнему почти не поддавались, но трудность только делала занятия интереснее. Он продолжал, пока не уставал до предела, а потом ложился спать пораньше. Новые навыки ничего не меняли: младенцу всё равно требовалось невероятно много сна. Эмбер спал почти шестнадцать часов в сутки.
Если не считать Чувства маны, сложнее всего осваивалась Медитация. Понадобилось четыре дня и девять долгих занятий, чтобы навык поднялся ещё на один уровень.
Что ж, весь тот мусор, которым я засорял голову, должен был оставить след. Кто бы мог подумать, что он преодолел измерения и возродился вместе со мной?
Следующий уровень дался всего через пару дней, подтверждая, что Медитацию он выбрал правильно, а не Освоение языка. Но однажды Эмбер увидел, как отец занимается с сестрой. Девочка не слишком ценила уроки и уже через полчаса убегала к друзьям. В груди Эмбера невольно шевельнулась зависть.
И дело было не только в магии. Проведя с семьёй достаточно времени, он понял, что это хорошие люди. Эмбер не мог отрицать, насколько зависел от них, а вместе с этой зависимостью росла и привязанность.
Старшей сестре было от силы восемь. Её переполняла детская энергия, но в таком возрасте это было вполне естественно. Мать напоминала домохозяйку старой закалки. Вокруг неё тоже сгущалась мана, хотя и гораздо слабее, чем вокруг отца. Возможно, у неё был собственный класс, но сейчас она просто посвятила себя заботе о нём.
Что касается отца, Эмбер до сих пор не нашёл в его характере ни единого изъяна. После утренней медитации отец целый час играл с ним. Уставал даже сам Эмбер, но отец ни разу не выказывал скуки. А стоило сыну ушибиться во время очередной проделки, отец тут же спешил его исцелить.
Каждый раз, когда целительная мана проходила по его телу, Чувство маны покалывало. Это стало очевидно неделю спустя: во время исцеления навык поднялся ещё на уровень. Эмбер поспешно открыл страницу Статуса, мысленно обращаясь к бесплотному богу Системы. К его радости, до развития расы оставалась уже половина пути.
Однажды утром он проснулся и увидел, что отец облачён в белые рыцарские доспехи, а за спиной у него меч.
Он уезжает? Когда ты вернёшься? — хотел спросить Эмбер, но не мог. Даже его младенческое «агу-гу» вызвало у мужчины улыбку. Отец взял сына на руки и осыпал поцелуями.
Хватит уже, мысленно проворчал Эмбер. Я ведь даже не красавчик.
Да, оба родителя были великолепны, но сам он оставался маленьким младенцем, а младенцам нужно несколько месяцев, чтобы стать милыми. По собственному мнению, он был уродливым лысым утёнком.
Отец сказал несколько слов, которых Эмбер не понял, и ушёл.
Ну и ладно, мысленно сказал Эмбер. Я буду усердно тренировать навыки и успею развиться до твоего возвращения.
К его досаде, застой обрушился на него, словно кувалда.
Эмбер не знал, что делать. Прошла целая неделя, а ни один из навыков не поднялся ни на уровень. Концентрация и Активное воспроизведение перестали развиваться, достигнув девятого уровня. С таким вниманием он мог сосредоточиться на чём угодно. Если бы в прежнем мире у него было нечто подобное, он мог бы стать каким-нибудь учёным — если, конечно, забыть о его личном равнодушии к науке.
Медитация тоже замедлилась на седьмом уровне. А Чувство маны… боже, Эмбер никак не мог понять, как его улучшить. Прошло уже две недели, а видимого прогресса не было.
Днём и ночью, при любой возможности, Эмбер пялился на округлые светильники, пока из уголков глаз не начинали катиться слёзы. Но это почти не помогало.
Теперь, когда отец уехал, Эмбер не мог даже воспользоваться коротким путём — наблюдать за маной во время исцеления.
Кто бы мог подумать, что магию так сложно изучать и что младенцу будет так трудно к ней подобраться? Но здравый смысл его мало волновал. Он не сдавался. Если не получалось с Чувством маны, он переключался на Медитацию и остальные навыки.
Прошёл целый месяц. За это время Медитация достигла восьмого уровня, а Чувство маны наконец поднялось ещё на один. Открыв Статус, Эмбер заметил, что характеристики изменились незначительно. Зато он не мог оторвать глаз от показателя прогресса.
Эмбер Блэкстоун
Человек — уровень 0 (Прогресс: 226/300)
Класс: нет
Титулы: нет
Основа маны: не сформирована
Характеристики:
Сила: 0,1 → 0,2
Скорость: 0,3 → 0,5
Воля: 6,2 → 6,5
Проницательность: 5,7
Мистика: 4,5 → 4,6
Сопротивляемость: 0,2 → 0,3
Общие навыки: [Ячейки навыков: 6/6]
Обычный ранг: Активное воспроизведение +9 | Концентрация +9 | Медитация +8
Медный ранг: Чувство маны +4
Блага:
Доступ к Системе I
Принадлежность: Дом Блэкстоун — Сейнхолд (уровень 4)
Оставалось поднять Чувство маны всего на два уровня — тогда очков опыта хватит для развития. Но, к его досаде, он уже выбивался из графика, который отвёл для достижения цели. Может, он был не таким талантливым, как думал. Эмбер мог заниматься часами, но проблема оставалась прежней: ему не хватало сил на долгие тренировки. Все навыки, кроме Медитации, истощали его за считаные минуты.
Разумный человек, узнав об этом, поумерил бы свои амбиции. Но Эмберу такое и в голову не пришло. Расстроенный, он продолжал заниматься и надеялся, что отец вернётся уже завтра.
Отец не вернулся. Но однажды одиноким вечером Эмбер увидел, как сестра исцеляет синяки, полученные на тренировке с мечом.
В его глазах вспыхнула искра. Возможно, цель всё ещё достижима.