Глава 30: Пропавшие без вести
После того как Ильяна помогла городу всем, чем могла, она устроилась на крыше ратуши и принялась за разнообразную еду. Ничего особенного: простой хлеб, вяленое жареное мясо, стейк и приправленные овощи — всё, что удалось раздобыть в гостинице. Впрочем, её голодному желудку было всё равно.
Она жадно жевала, наблюдая, как солнце опускается за горизонт. Ильяна голодала с прошлой ночи. Всё, что она проглотила за это время, — зелья восстановления маны и пара таблеток, притупляющих голод.
Порыв ветра — и за её спиной возникла долговязая фигура.
Она подняла голову, не переставая жевать.
— Вы опоздали, мастер, — выговорила она, проглотив кусок.
Святой Сейнхолда улыбнулся и сел рядом. На вид ему было около тридцати, но с тех пор, как Ильяна его знала, он почти не изменился. С повышением ранга внешность восходящих совершенствовалась, однако у её наставника это было особенно заметно. С тёмной кожей и серебристыми волосами, сиявшими ярче луны, он скорее походил на утончённого учёного, чем на одного из сильнейших людей всего края. И вёл он себя так же: беззаботно занимался своими делами, не навязывая себя другим.
В зачарованной рубашке и плаще он появлялся и исчезал с непринуждённым видом, хотя сегодня от его ауры веяло жёсткостью. Ильяна догадывалась почему.
— Вообще-то я пришёл несколько часов назад, — сказал мастер. — Издали проверил, как ты, а затем отправился в дикую местность уладить ситуацию.
— Всё плохо? — спросила она.
— Уже нет. — Он взял у неё два ломтя хлеба, вложил между ними вяленое мясо с зеленью и откусил. — Разлом был седьмого ранга, внутри всего дюжина серебряных существ.
— Значит, для вас это не испытание. — Мастер никогда не называл ей свой точный ранг, но Ильяна была уверена, что он уже далеко продвинулся по золотым рангам. Стаю серебряных существ он одолел бы без малейшего усилия.
— Всё это вызывает серьёзное беспокойство, — пробормотал он. — На крайнем севере положение, похоже, стало ещё хуже. После этого мне придётся отправиться туда.
Ильяна с любопытством посмотрела на него.
— Тебя это не касается. — Он щёлкнул её по лбу. — Здесь ты хорошо справилась.
Она надулась.
— Да я почти ничего не сделала.
Мастер улыбнулся и не стал спорить.
— Ну что, готова уезжать? Думаю, опыта тебе уже хватит для вступительного испытания.
— Если полетим по ветру.
Она улыбнулась ему. Получив подтверждение, Ильяна засияла ещё ярче. Ей оставалось собрать вещи, попрощаться с несколькими людьми, с которыми она успела подружиться, — и можно было отправляться в путь.
Тут она вспомнила об одной странности, замеченной у мальчика по имени Эмбер.
Она рассказала мастеру, что тот даже без сознания сумел направить Волю на защиту.
На его лице появилось задумчивое выражение.
— Ты уверена, что он направлял Волю, а не просто почувствовал остаточное намерение?
Ильяна склонила голову набок, не зная, как ответить.
— Уверена. Это может быть каким-нибудь навыком?
— Может, — сказал он, — хотя у этого мальчика такое маловероятно. Навык, связанный с направлением Воли или проявлением духа, должен быть как минимум серебряного ранга. А по-настоящему сильные навыки начинаются с золотого и могут развиваться дальше.
— Но он, похоже, всего четвёртого уровня. — Серебряный навык у него, конечно, мог быть, но для его возраста это казалось маловероятным.
— Это возможно и без навыка, если есть особые обстоятельства. Правда, нередко они скорее несут беду, чем что-то хорошее.
***
— Я дома! — объявил Эмбер, влетев в дом. — Мам! Рейн! Вы не поверите, что произошло во время задания!
В гостиной он увидел мать и сестру на диване. Мать лежала головой у Рейн на коленях, а та осторожно перебирала ей волосы.
— Эм! — Розанна медленно открыла глаза и с помощью Рейн села. Она раскрыла объятия. — Иди сюда.
Эмбер бросил вещи и обнял её, ощутив что-то неладное в воздухе.
— Что-нибудь случилось? Ты выглядишь больной.
— Со мной всё хорошо, — сказала мать и поцеловала его в щёку. — Дело в твоём отце… он…
Эмбер ждал продолжения, но мать так и не смогла договорить и расплакалась.
Он вопросительно посмотрел на старшую сестру.
— Что случилось с папой?
— Папа… — Рейн уныло вздохнула. — Во время экспедиции произошёл инцидент. Неизвестно откуда возникло сразу семь разломов, и некоторые вели себя странно…
— С папой всё в порядке? — перебил Эмбер. — Скажи, что с ним всё хорошо.
— Мы все на это надеемся. — Рейн прикусила губу. — Папа пропал вместе с разломом.
— Что значит — пропал вместе с разломом?
— Весь его отряд, да и многие из Дома Оберон, включая леди Эвелин, были там, когда разлом исчез и утащил их с собой.
— Когда это случилось? — Эмбер выпрямился. — Отправили за ними подкрепление? Леди Эвелин — дочь патриарха. Спасательную операцию уже должны были начать, верно?
— Подкрепление отправили. Даже лорд Эдрик Оберон лично присоединился, чтобы вернуть дочь, но… никаких следов. Все исчезли вместе с разломом.
— Исчезли вместе с разломом? — повторил Эмбер. — Как такое возможно?
— Мы не знаем.
— Входа в разлом не осталось?
Рейн покачала головой.
— Они проверяют другие разломы, пытаясь выяснить, связаны ли те между собой. По крайней мере, так рассказал дедушка.
— Такое уже бывало? Люди внутри разлома исчезали вместе с ним?
Насколько Эмбер знал, если разлом оставить без внимания, он всегда взрывался и извергал наружу всех существ, растения и другие формы жизни, находившиеся внутри.
— В записях клана есть несколько таких случаев, но… — Рейн не закончила фразу и посмотрела на всхлипывающую мать.
Эмбер замолчал и опустил голову. В уме проносились десятки мыслей. Его знания о разломах были поверхностными. Большинство считало их пространственными пузырями, в которых беспрестанно появляются чудовища. Многие верили, будто так Бездонная Пучина пытается поглотить Вечный Зион. Говорили, что их материк — Вечная Вердант — куда безопаснее некоторых других земель. Чаще всего чудовищами и разломами кишели северные складчатые равнины.
Безопасные убежища вроде Сейнхолда защищал древний аппарат, который не позволял пространственным разрывам возникать внутри стен.
Но разломы приносили не только бедствия: они выбрасывали в мир потоки маны, не говоря уже о богатых материалах и наградах, которые восходящий мог там добыть.
В книге, которую читал Эмбер, устройство разломов сравнивали с отверстиями маны в теле восходящего. Если даже в теории мир работал подобно телу восходящего, то в этой аналогии было немало правды.
Но что это значило для его отца? Эмбер посмотрел на Розанну. Когда он уезжал на Охотничье задание, она выглядела такой румяной. Теперь лицо матери побледнело, она казалась больной, словно совсем не ела.
— Неужели и правда никак не узнать, куда их утащил разлом? — тихо спросил он, откинувшись назад и сжав её ладонь.
Рейн словно хотела что-то сказать, но всё же промолчала.
— Не волнуйся, Клифф будет в порядке, — сказала Розанна. — Твой отец вернётся целым и невредимым. Он ведь рыцарь. Ничто не помешает ему вернуться домой.
Рейн попросила Эмбера проводить мать отдохнуть, пока она приготовит еду. Розанна уверяла, что сама справится, но Рейн не уступила. Решающий довод был прост: Розанна ждала ребёнка. Похоже, последние пару дней готовкой занималась сама Рейн.
— Ты похудел, — заметила мать. — Ты говорил, что во время задания что-то произошло.
— Ничего особенного.
Он не хотел прибавлять ей тревог, даже если его жизни ничто не угрожало. Но мать продолжала расспрашивать, и Эмберу пришлось рассказывать о пережитом, опуская всё самое тяжёлое.
— Эта Отэм такая заносчивая, — сказала Розанна. — Я знаю её мать. Та тоже полна злобы.
Эмбер не хотел оставлять мать одну, но она попросила его освежиться после долгой дороги и уверила, что с ней всё хорошо. Прежде чем уйти, он заглянул к Рейн: та уже нарезала целую миску овощей, а на плите готовилось другое блюдо.
— С ней всё в порядке? — спросил он.
Рейн взглянула на него.
— Она пару раз теряла сознание. Беременность и эти новости пришлись на неудачное время.
Хорошо, что у них дома был целитель.
— Как прошла охота? Ты какой-то подавленный.
— Всё хорошо. Я получил титул Охотника и даже достиг четвёртого уровня.
— Правда? — Рейн приподняла бровь и широко раскрыла глаза. — Хотя, знаешь, я даже не так уж удивлена.
— Просто… — Эмбер задумался, стоит ли рассказывать о пережитом и, если да, то насколько подробно. В конце концов он рассказал немного: в основном о гибели Отэм и Ларка и о чудовищах, с которыми они столкнулись.
— Но я был вне опасности, — добавил он, прежде чем сестра успела задать вопрос. — Один человек успел отвести меня в город до того, как явились те могущественные существа.
— Небеса, смилуйтесь, — помолилась Рейн. — В нашей семье и так столько несчастий. Хорошо, что ты цел.
Затем она рассказала о состоянии деда. Он был одним из немногих, кому удалось выбраться из разлома, но состояние его оставляло желать лучшего. Он не только лишился ноги — его основа маны была разрушена. Без целителя золотого ранга, специализирующегося на таких повреждениях, восстановить её было невозможно.
Целителей высоких рангов всегда не хватало. Классы образа жизни развивались медленно, а целители занимали второе место по медлительности. Полевой целитель мог бы поспевать за ростом уровня бойца, но на поле боя его жизнь подвергалась слишком большой опасности.
Через час, когда Эмбер успел привести себя в порядок, а Рейн подала еду, к ним заглянул дед, чтобы проведать его. Судя по всему, он уже узнал о случившемся от Зефир. Он опирался на протез, и настроение у него было далеко не радостное.
Но если Эмбер и испытывал жалость к старику из-за его состояния, она мгновенно испарилась, когда Тимбер Блэкстоун без предупреждения рассказал о своих злоключениях. Мать, и без того подавленная, снова разрыдалась.
Она больше часа держала Эмбера за руку, хотя он повторял, что никуда не уйдёт.
Ему захотелось пнуть старого ублюдка в лицо. В своём жалком искалеченном состоянии Тимбер даже мог бы не суметь дать отпор.
Старик явно не понял намёка и принялся рассказывать, что случилось во время операции у разлома.
— А ведь мы с Клиффом только-только помирились. — Тимбер горько покачал головой. — Как жаль, как жаль. Ни Зион, ни Бездонная Пучина никого не щадят. Такова судьба всех нас, восходящих.
Он казался странно невозмутимым. А потом несколько минут сетовал, что старейшины клана уже требуют от него отречься от должности: теперь, лишившись сил, он не сможет удерживать место патриарха.
— Ты теперь моя единственная надежда, мальчик, — сказал старик и похлопал Эмбера по плечу. Тот сжал кулаки.
Как бы ни были развиты его умственные способности, Эмбер понял: дед уже потерял всякую надежду, что Клифф выжил. Кто знает, какие ужасные беды постигли его сына, а этот ублюдок всё ещё плачет о должности патриарха?
— После всего, что я сделал для Дома, вот как они мне отплачивают. Мир и правда катится к…
— Просто замолчи! — Эмбер не выдержал и швырнул в него ложку.
Тимбер Блэкстоун поднял на него взгляд, словно не понимая, откуда взялась такая вспышка.
— Иди рассказывай свои жалкие истории тому, кому не всё равно! — Сестра удержала Эмбера; иначе он мог бы разбить пару тарелок. Несмотря на класс целителя, Рейн всё ещё была сильнее него и удерживала на месте, хотя не могла помешать ему ругать старого ублюдка.
— Ну и отец же ты! — крикнул Эмбер вслед старику, уходившему из дома. — Никто не знает, что случилось с папой, а ты… ты скорбишь о своём месте!
— Успокойся, Эм!
— Я спокоен. — Он понизил голос, когда Рейн обняла его. — Спокоен.
Слёзы хлынули сами собой. Эмбер зарыдал, и по щекам потекли горячие ручьи. Сопли текли по носу.
— Рейн, с папой всё хорошо! Мам, скажи, что он вернётся!
— Клифф не умер, — сказала мать и тоже обняла его. — Он вернётся. Твой отец вернётся.