Бабах!
Губы-Копья и Языки-Мечи, словно проливной дождь, обрушились на землю, глубоко вонзаясь в неё.
В одно мгновение стало негде даже ногу поставить, повсюду торчали длинные копья и острые мечи.
Янь Усинь не могла долго оставаться в золотом доме.
Как только дождь из копий и мечей прекратился, она выбралась наружу.
— Брат У...
Едва устояв на ногах, Янь Усинь поспешно посмотрела в сторону У Ляна.
Она боялась, что с ним случилось непоправимое.
Сейчас она и У Лян были связаны одной веревкой, и если У Лян мертв, ей одной точно не выжить перед лицом наставницы Вэнь.
В то же время наставница Вэнь тоже посмотрела в его сторону, желая убедиться, погиб ли маленький дьявол под градом Губ-Копий и Языков-Мечей.
Однако представшая перед их глазами картина повергла обеих в глубочайший шок и трепет.
Они увидели, что У Лян, тело которого должно было быть полностью пронзено насквозь, сейчас стоял без единой царапины.
Он просто стоял там, словно ничего не произошло, как будто все эти Губы-Копья и Языки-Мечи были всего лишь иллюзией.
— Э-это невозможно.
— Маленький дьявол, что это за метод?!
— Я отчетливо видела, что ты не использовал грибы, так почему же после удара моих Губ-Копий и Языков-Мечей ты остался цел и невредим?
Увидев эту сцену, наставница Вэнь на мгновение потеряла дар речи; это не укладывалось у нее в голове.
На лице Янь Усинь читалось такое же изумление.
Но в отличие от наставницы Вэнь, она быстро пришла в себя и приняла этот факт.
В конце концов, У Лян и раньше демонстрировал невероятные способности.
Будь то убийство главы семьи У или противостояние настоятелю — ни с чем из этого не смог бы справиться обычный грибной мастер второго Царства.
Поэтому то, что У Лян остался цел и невредим после Губ-Копий и Языков-Мечей, казалось не таким уж и удивительным.
— Наставница, тебе меня не убить...
У Лян сохранял спокойное выражение лица, совершенно не собираясь объяснять, почему он остался невредим.
Он не был дураком, чтобы по первому же вопросу выкладывать все свои козыри.
— Невозможно!
— Ты всего лишь во втором Царстве, почему это я не смогу тебя убить?
— Ты наверняка использовал какой-то гриб и сейчас просто пытаешься пустить мне пыль в глаза.
— Я не верю в эту чушь, посмотрим, смогу ли я тебя убить!
Наставница Вэнь не сдавалась, ее аура становилась все более гнетущей.
Убийственный прием Одно Слово Весит Девять Треножников, который ранее был прерван из-за Воли Бесформенного, был активирован вновь.
Девять невидимых огромных треножников немедленно обрушились с неба!
И Янь Усинь, и У Лян, без исключения, оказались в зоне их поражения.
Как только треножники обрушатся, им точно не избежать смерти.
— Я же сказал, наставница, тебе меня не убить.
Именно в этот момент холодно произнес У Лян, решив больше не притворяться.
Он напрямую достал Жетон Бесформенного и взял под контроль четвертый ярус бронзовой башни.
Верно!
Как уже говорилось ранее, каждый раз, когда У Лян проходил испытание яруса, после смерти местного зверя-обманщика Э права доступа полностью возвращались.
А У Лян, обладающий Жетоном Бесформенного, мог взять ярус под свой контроль, становясь его хозяином.
Ранее Воля Бесформенного заблокировал лишь возможность использовать Жетон Бесформенного для побега из бронзовой башни, но не лишил жетон полномочий, которыми он был наделен.
И теперь зверь-обманщик Э четвертого яруса уже сгинул неизвестно куда.
В такой ситуации У Лян с Жетоном Бесформенного был безоговорочным хозяином этого яруса!
Грохот бурлящей воды!
Внезапно раздался шум стремительного потока.
Если контроль над первым ярусом позволял управлять «выключателем света».
То теперь контроль над четвертым ярусом означал частичный контроль над рекой Забвения Родины.
У Лян мог, подобно тому зверю-обманщику Э, взбаламутить реку Забвения Родины, заставив ее воды выйти из берегов и яростно забушевать.
Воды реки Забвения Родины накатывали волна за волной, стремительно разливаясь вокруг.
Подавленный аурой реки Забвения Родины, прием Одно Слово Весит Девять Треножников наставницы Вэнь вновь рассеялся.
Наставница Вэнь была напугана и разгневана одновременно; похоже, она никак не ожидала, что этот маленький дьявол окажется настолько занозистым.
Не задумываясь, она только собралась предпринять что-то еще.
Но неожиданно воды реки Забвения Родины хлынули с невероятной силой, и поднявшиеся волны с размаху обрушились прямо на нее.
— Я...
Наставница Вэнь замерла, ошеломленная.
Сгусток света, содержащий её воспоминания, вылетел наружу и упал в воды реки Забвения Родины.
— Брат Янь, чего застыл?
Увидев это, У Лян поспешно крикнул.
Хотя он и мог в определенной степени влиять на реку Забвения Родины с помощью Жетона Бесформенного, он не мог управлять ею так же легко, как собственными руками.
Наставница Вэнь в конце концов была грибным мастером четвертого Царства, и пусть даже она перенесла множество битв и исчерпала Истинную ци, справиться с ней такими скромными средствами было невозможно.
Этот удар лишь застал её врасплох, заставив оступиться.
Если дать наставнице Вэнь прийти в себя, то жертвами непременно станут они.
Янь Усинь тоже осознала это и мгновенно отреагировала.
Сейчас, когда наставница Вэнь была дезориентирована рекой Забвения Родины, настал идеальный момент для атаки!
Она не стала раздумывать о том, почему У Лян может управлять рекой, а просто яростно атаковала наставницу Вэнь!
Если в данный момент кто-то и мог нанести наставнице Вэнь реальный урон, то это была только Янь Усинь.
Даже с Жетоном Бесформенного У Лян мог лишь отвлекать противника.
А вот Янь Усинь была грибным мастером третьего Царства.
Несмотря на огромную разницу в силе по сравнению с наставницей Вэнь, некоторые ее методы всё же могли воздействовать на грибного мастера пути информации четвертого Царства.
— Древние говорили: капли воды образуют ручей, ручей становится рекой, реки впадают в море, образуя океан...
Янь Усинь бормотала без остановки, слова лились рекой.
В мгновение ока она активировала один гриб за другим.
Гриб Литературного Таланта, Гриб Остроумия, Гриб Декламации, Гриб Поэзии...
Янь Усинь перестала скрывать свои силы, применив свой самый гордый убийственный прием — Уста Изрекают Жемчуг!
С последним словом она неожиданно всколыхнула реку Забвения Родины.
Наставница Вэнь покачнулась, её сознание только-только прояснилось, как бурлящие воды реки Забвения Родины окатили её с головы до ног, промочив до нитки.
В следующее мгновение из её тела вылетело огромное количество световых сфер.
Все эти сферы, без исключения, содержали её драгоценные воспоминания.
О том, как она постриглась в монахини, как открыла даньтянь, как поклялась очистить мир от демонов ради блага народа.
О том, как познакомилась с Боевым монахом У, как они, дополняя друг друга — один пером, другой мечом — наказывали зло и поощряли добро.
Утратив эти воспоминания, наставница Вэнь словно потеряла душу, её лицо выражало лишь растерянность.
Она забыла, почему была столь холодна, безжалостна и почему так ненавидела зло.
Она забыла, за кого собиралась отомстить в этот раз.
Образ Боевого монаха У в её сознании стал размытым и нечетким.
Ненависть, что всё это время окутывала сердце наставницы Вэнь, теперь превратилась в беспочвенную эмоцию, которую невозможно было ни объяснить, ни выразить.
— Кто вы?
Наставница Вэнь посмотрела на У Ляна и Янь Усинь, растерянно задав вопрос.
По мере того как её окатывало водами реки Забвения Родины, воспоминания исчезали одно за другим.
В мгновение ока наставница Вэнь начисто забыла даже то, кто такие У Лян и Янь Усинь.
— Брат У, наставница, кажется, не помнит нас...
Глаза Янь Усинь сверкнули, заметив это, и она поспешно прервала свой убийственный прием.
Раз наставница Вэнь их забыла, значит, им больше не нужно биться насмерть.
Они вполне могли бы сыграть на эмоциях и разуме, чтобы с помощью наставницы Вэнь, грибного мастера четвертого Царства, пробить бронзовую башню и выбраться наружу.
Однако, как только эта мысль промелькнула в её голове...
Раздался свистящий звук!
Голова наставницы Вэнь с глухим стуком покатилась по земле.
Кровь из обезглавленного трупа брызнула на несколько метров вверх, создавая поистине кровавое и жуткое зрелище.
Наставница Вэнь была мертва.
На её лице, оставшемся на отрубленной голове, всё ещё застыло не до конца угасшее выражение растерянности.
Оказалось, что буквально мгновение назад...
Воспользовавшись тем, что наставница Вэнь была растеряна, смущена и абсолютно беззащитна.
У Лян подхватил с земли один из мечей-языков и без малейших колебаний одним взмахом отсек ей голову.
Для У Ляна такая возможность выпадала раз в жизни, упустить её было нельзя, ведь второго шанса могло не представиться.
Он не мог рисковать и полагаться на то, что наставница Вэнь действительно всё забыла.
А вдруг она забыла не всё и, воспользовавшись их слабостью, нанесла бы внезапный смертельный удар? Это было бы катастрофой.
Для таких людей, как наставница Вэнь, их характер уже укоренился слишком глубоко, и даже потеряв память, она бы не стала с ними заодно.
Разные пути — разные цели.
Поскольку так вышло, лучше было проявить решительность и безжалостность, даровав ей быструю смерть.
— Брат У, ты...
Янь Усинь никак не ожидала, что У Лян ударит так быстро.
А уж тем более не ожидала, что наставница Вэнь вот так просто погибнет от их рук.
Она нахмурилась и сказала:
— Брат У, ты поступил слишком опрометчиво.
— Раз уж наставница Вэнь лишилась памяти, зачем было её убивать?
— Разве не полезнее было бы использовать её, чтобы она помогла нам выбраться отсюда?
У Лян бросил на неё взгляд и невольно покачал головой.
— Я уже говорил: никому из этих людей не удастся сбежать, они все заслуживают смерти.
— В конце концов, наставница Вэнь — грибной мастер четвертого Царства, кто знает, какие еще козыри и скрытые методы у нее остались.
— Раз мы застали её врасплох и нанесли серьезный урон, мы должны были воспользоваться её слабостью, чтобы забрать её жизнь, если была возможность убить — нужно было убивать.
— Оставлять её в живых — означало бы оставить скрытую угрозу; учти, она лишь потеряла память, а не превратилась в идиотку.
— С мозгами наставницы Вэнь, как только бы она пришла в себя, она бы в мгновение ока поняла по сложившейся ситуации, что мы с тобой — её враги.
— Поэтому лучше было просто убить её и покончить с этим раз и навсегда.
Кратко объяснив свои мотивы, У Лян, держа в руке меч-язык, подошел к обезглавленному трупу наставницы Вэнь.
Ради перестраховки, чтобы убедиться, что у неё не осталось каких-нибудь странных посмертных трюков, он решительно пронзил всё её тело мечом сверху донизу.
— Не беспокойся, брат Янь. Нам вовсе не обязательно опираться на наставницу Вэнь, чтобы сбежать отсюда.
— У меня есть Жетон Бесформенного, который в некоторой степени может воздействовать на реку Забвения Родины.
— Чуть позже тебе нужно будет просто бросить Бумажного Журавлика, чтобы он послужил нам лодкой, и переправиться через реку не составит труда.
— Если мы сможем спуститься на первый ярус, то, возможно, найдем выход и покинем это место.
У Лян, не оборачиваясь, продолжал успокаивать Янь Усинь, попутно кромсая труп.
Вскоре, когда тело наставницы Вэнь превратилось в испещренное дырами решето, он остановился.
Очевидно, что наставницу Вэнь было убить гораздо легче, чем главу семьи У.
Теперь она была абсолютно мертва, лишенная малейших признаков жизни.
Но как только У Лян собирался остановиться и увести Янь Усинь за реку...
Раздался звук рвущейся плоти!
Острый меч пронзил его грудь, оставив за собой жуткое кровавое пятно, от вида которого бросало в дрожь...