— Вырезать всех. До единого!
Лицо У Ляна оставалось каменным, но в глазах полыхало арктическое пламя. Намерение сравнять с землей Секту Храма Дарующего Детей и три семьи стало тверже алмаза.
Глубокий вдох помог усмирить бурю эмоций. Он вновь сфокусировался на бумагах.
— Вот почему храм возвышается над тремя семьями, единолично правя в Посёлке Призывающей Брата.
Пробормотал юноша.
— Одной лишь силы настоятеля Шаньжэня для этого было бы недостаточно. Всё дело в этом списке...
Этот реестр был удавкой на шее кланов. Опубликуй он его — и посёлок захлебнется в огне восстания. Секта, под защитой культиватора Пятого Царства, какое-то время продержится, но семьи будут разорваны на куски разъяренной толпой и бродячими мастерами. Даже если кланы устоят, их основы пошатнутся.
— У настоятеля были десятки детей...
Взгляд У Ляна скользнул по строкам реестра, а затем вернулся к живым трупам в кровавом бассейне. Брови сошлись на переносице.
Он никогда не слышал о других отпрысках настоятеля, кроме Сэкуна. Если записи не лгут, куда испарились младенцы?
Логика подкидывала лишь один чудовищный ответ...
Десятки детей исчезли без следа, словно их никогда не существовало, потому что были безжалостно уничтожены собственным отцом. А Сэкун выжил лишь благодаря своему Даньтяню Класса Цзя — идеальному сосуду, которого так жаждал Шаньжэнь.
— Значит, он держал этих женщин в плену только ради шанса получить первоклассный даньтянь.
Холодок пробежал по спине.
— А бракованных детей пускал на удобрения для грибов Пути Крови. Настоятель Шаньжэнь оказался еще большей мразью, чем я думал...
Сжав бесценный реестр в кулаке, У Лян спрятал его. Этот компромат — мощнейшее оружие! С его помощью можно уничтожить семьи или сдать настоятеля праведным фракциям Буддизма. Он твердо решил забрать записи.
Но перед уходом стоило изучить стойку до конца. Полки ломились от склянок с неопознанными кусками плоти — явными материалами Пути Крови. Проигнорировав их, он ухватил две вещи...
Книгу в переплете из человеческой кожи и запечатанное письмо.
Кожаный фолиант оказался Наследием Пути Крови Четвертого Царства. Внутри таились десятки рецептов кровавых грибов и схем убийственных приемов. Способы их создания поражали своей маниакальной жестокостью.
Однако Путь Крови славился дешевизной и скоростью. Для создания таких грибов не требовались редкие травы — лишь плоть и кровь. Лишившись совести, даже обычный мастер мог взлететь к небесам по лестнице из трупов.
— Неудивительно, что Праведный путь так яростно искореняет Путь Крови и Путь Убийства, но запретный плод всё равно манит глупцов.
Хмыкнул У Лян.
— От такого наследия сложно отказаться даже мне...
Спрятав жуткую книгу за пазуху, он сломал сургучную печать на письме. Текст начинался с высокопарного бреда:
«Священная Секта спускается в мир смертных, дабы даровать свободу».
«Черное и Желтое снисходят, Небесный Достопочтенный рождается».
«Скверна струится с Девяти Небес, появление Священной Секты предвещает золотой век».
— Священная Секта?
Наморщив лоб, У Лян принялся расшифровывать криптографический мусор. Оказалось, это рекомендательное письмо для вступления в ряды некой организации.
Согласно тексту, Священная Секта была создана для свержения Девяти Небес и спасения человечества от страданий. Они считали Девять Небесных Достопочтенных корнем мирового зла, а сами Небеса — помойкой, поработившей умы. По их философии, судьба — это клетка, а люди — марионетки, не имеющие права на выбор. Жизнь и смерть предопределены.
Но выход существовал. В древнем Сказании о Людях-Грибах сектанты нашли путь к спасению. Там упоминался пророк, встретивший Гриб Жизни и предрекший рождение того, кто избавит этот мир от одиночества.
Сектанты верили, что этот мессия уже ходит по земле. И в будущем он станет Высшим великим гроссмейстером Пути Пространства и десятым в пантеоне богов...
Великим Небесным Достопочтенным Черного и Желтого!
Они свято верили, что лишь он разгонит тьму и вернет людям ясное небо.
— Великий Небесный Достопочтенный Черного и Желтого?
Лицо юноши вытянулось. Текст разил фанатичным сектантством за версту. Какое там спасение мира! Очередной культ демонического пути, прикрывающийся красивыми лозунгами.
— Выходит, именно эта шайка психопатов стоит за спиной настоятеля... Время на исходе. Пора исчезать.
У Лян сунул письмо в карман и развернулся к выходу. Но на полпути его шаги замедлились.
— Если настоятель поймет, что его сокровищница обчищена, он всё равно поднимет тревогу.
Прошептал он в пустоту.
— Терять нечего. Ради чистоты совести... я помогу вам.
Обернувшись к искалеченным женщинам, юноша тяжело вздохнул. Его рука взметнулась, активируя Гриб Ци Меча...
Свист лезвий разрезал застоявшийся воздух. Десятки голов беззвучно скатились в кровавую жижу. Никаких криков, никаких слез. Быстрая, милосердная смерть. Возможно, среди них была и мать Сэкуна...
Не дрогнув, У Лян метнул искры Огненного Гриба. Ревущее пламя мгновенно охватило резервуар, даруя страдалицам последнее огненное погребение.
— Простите...
Тихо произнес он, глядя на танцующие языки пламени.
— Я опоздал. Но обещаю, этот ублюдок в рясе скоро отправится за вами.
Больше он ничем не мог им помочь. Только оборвать их агонию.
Развернувшись, У Лян бросился к выходу.
Но стоило ему достичь ступеней...
Щелчок дверного замка прозвучал как удар грома!
Снаружи послышался скрипучий бас настоятеля Шаньжэня:
— Лекарь Мо, от этих самок больше нет проку.
Сказал настоятель.
— Спустимся вниз и пустим их всех на материалы для кровавых грибов...