Началось!
Главное блюдо наконец-то подано!
Лицо У Ляна оставалось бесстрастным, он был морально готов к этому допросу. Он заранее просчитал, что его действия у врат неизбежно вызовут подозрения.
Пусть имя Шаньжэнь и переводилось как «Добродетельный», ничего святого в этом старике не было. Будучи хитрым интриганом, осведомленным об условиях открытия Наследия Бесформенного, он не мог не заподозрить, что среди присутствующих скрывается незримый кукловод.
А перед бронзовыми вратами на тот момент находились лишь двое: он в обличье Сэкуна и У Лян. Подозрения в его адрес были логичны как восход солнца.
— Отец, я...
У Лян мастерски изобразил заминку, на его лице отразилась тень сомнения, словно он не знал, как подобрать слова. Эта заминка моментально сгустила атмосферу в зале.
Настоятель Шаньжэнь продолжал приветливо улыбаться, излучая умиротворение. Но от этой улыбки веяло леденящей душу угрозой. Словно невидимая рука медленно сжималась на горле каждого присутствующего.
«Похоже, настоятель действительно что-то знает...»
В глазах Наставницы Вэнь промелькнуло понимание. Она прекрасно помнила фразу, многозначительно брошенную тем юнцом у бронзовых врат...
«Неужели настоятель Шаньжэнь вам ничего не рассказал?»
Судя по всему, настоятель давно разведал это место и в деталях знал процедуру открытия. Иначе с чего бы ему, вытянув из них все подробности, так срочно вызывать Сэкуна?
Именно так! До прихода У Ляна Шаньжэнь успел устроить допрос с пристрастием Наставнице Вэнь и Боевому монаху У. А теперь вызвал сына, чтобы свести концы с концами...
— В чем дело? Я твой отец, от кого тебе скрывать правду?
Вновь заговорил настоятель Шаньжэнь. Тон его оставался мягким, без единой фальшивой ноты. Он даже позволил себе легкую усмешку:
— Не хочешь же ты сказать, что это ты открыл Наследие Бесформенного? Не бойся. В этом нет ничего страшного, я не злюсь.
Слова звучали благородно и великодушно, обещая прощение за любые прегрешения. Вот только У Лян мысленно ухмылялся. Верить россказням этого старого лиса мог только круглый идиот!
Признаться в открытии наследия — значило расписаться в том, что он не Сэкун, а тот самый человек, что прошел испытание кражи имени. У Лян видел капкан насквозь и прыгать в него не собирался.
— Пап, да ничего особенного не случилось, — протянул он с напускной легкостью и ноткой досады. — Просто я хотел втихаря, чтобы Наставница и остальные не узнали, прикарманить одну занятную вещицу...
Брови настоятеля Шаньжэня сошлись на переносице, взгляд резанул как нож, и он пошел в наступление.
— Что за вещицу? Зачем понадобилось скрывать?
У Лян давно заготовил легенду, а потому отвечал спокойно и уверенно.
— Буду с тобой откровенен. Пока я сидел у этого ублюдка в плену, то заметил, что он прячет невероятно редкий гриб. Гриб Пятого Царства, способный искажать чужое восприятие. Именно из-за него я и предстал перед всеми в женском обличье.
Сказав это, У Лян покосился на Наставницу Вэнь. Та едва заметно кивнула, подтверждая его слова:
— С этим юнцом и впрямь было что-то нечисто. Он не только проигнорировал действие Гриба Раскаяния, но и одурачил мои чувства. Теперь, вспоминая детали, я понимаю, что при моем характере просто обязана была досмотреть ту девицу.
Услышав это, настоятель Шаньжэнь напрягся.
«Такой эффект... Это же Гриб Обмана».
Продолжая размышлять, он вспомнил, как сам прошел Каменную Комнату Обмана Мира, поэтому был прекрасно знаком с этой дрянью. Более того, в его собственном даньтяне сейчас покоился Гриб Обмана Третьего Царства.
Но даже его гриб ни при каких условиях не смог бы воздействовать на мастера уровня Наставницы Вэнь, не говоря уже о полной подмене внешности в глазах окружающих. Выходит, у того мальчишки в самом деле мог быть смертный гриб Пятого Царства!
Вот только... сопляк находился на Первом Царстве. Как он мог убить зверя-обманщика Э и добыть такой гриб? Голова Шаньжэня гудела от вопросов. Если бы не свидетели, он бы уже приказал привести молодого послушника, чтобы как следует поразмыслить в тишине.
Тем временем У Лян, не сбавляя оборотов, вдохновенно плел свою паутину лжи.
— Когда я понял, что это пятый ранг, во мне взыграла жадность.
Он потер ладони, на губах расцвела сальная ухмылка.
— В нашем храме, кроме тебя, папа, ни у кого нет таких сокровищ. К тому же, этот гриб можно было использовать даже на низких Царствах! Попади он ко мне в руки — и любая девка в городе сама бы прыгала в мою постель, стоило бы мне только захотеть!
Наставница Вэнь скривилась и брезгливо фыркнула. Боевой монах У лишь сокрушенно покачал головой.
«Мальчишка совсем страх потерял. Нести такую грязь в присутствии младшей сестры Вэнь!»
Неудивительно, что он услал их прочь. Замышлял очередную мерзость с помощью чудо-гриба.
— И где этот гриб? — голос настоятеля Шаньжэня обдавал арктическим холодом.
Он прекрасно знал: мастер в сознании может уничтожить гриб одной мыслью. Без применения особых техник отобрать чужой гриб было невозможно. Очевидно, он не спешил заглатывать наживку У Ляна целиком.
У Лян скорчил неловкую мину и нервно почесал затылок.
— Не достал... Как только я потянулся к его даньтяню, начала твориться какая-то чертовщина...
Выдержав паузу, он понес откровенный бред:
— Парень вдруг окочурился, а его тело превратилось в гигантский гриб. А потом из-за бронзовых врат раздался голос. Он произнес: «Поздравляю У Ляна с грандиозным обманом, завершившим двойное испытание Обмана мира и Кражи имени. Как и было условлено, я открываю для тебя Наследие Бесформенного». И тут же земля заходила ходуном! Я так перепугался, что бросился наутек, забыв обо всем на свете!
На этих словах настоятель Шаньжэнь медленно прикрыл глаза. Мозаика в его голове начала складываться.
«Неужто этот У Лян использовал гриб ложной смерти, чтобы сбежать?» — размышлял старик. «Если Сэкун не врет, то этот парень с самого начала был подделкой. А вся эта ситуация — лишь грандиозная постановка неведомого игрока, разыгранная ради прохождения Испытания обмана мира. Он убедил всех, что У Лян похитил Сэкуна. Что до настоящего У Ляна, его кости уже давно сгнили в земле. Иначе откуда у деревенского оборванца взялся Гриб Обмана Пятого Царства?»
В уголках глаз Шаньжэня скопился колючий иней.
Сначала появляется грибной мастер пути души и отманивает Наставницу Вэнь с Боевым монахом У. Затем У Лян инсценирует смерть и активирует наследие.
Совпадение! Слишком уж удобное совпадение!
Когда совпадений слишком много, они превращаются в закономерность. Очевидно, за кулисами действует целая организация. И их цель — Наследие Бесформенного, которое он уже считал своей собственностью!
Впрочем, все эти умозаключения строились на одной хрупкой основе: словах Сэкуна. Но он, как предусмотрительный паук, заранее приказал Наставнице Вэнь активировать Гриб Слов и Поступков...
Настоятель Шаньжэнь приоткрыл глаза и стрельнул взглядом в монахиню. И его мягкий голос разрезал тишину:
— Мой сын Сэкун только что произнес хоть слово лжи?
«Ах ты старый лис!»
Сердце У Ляна ухнуло вниз. Он так и знал...
Дожить до Пятого Царства и сохранить простушку в голове было невозможно. Все они были матерыми, коварными чудовищами.
— Отвечаю настоятелю...
Наставница Вэнь бросила на У Ляна многозначительный взгляд, в котором промелькнуло нечто нечитаемое. Секунду спустя ее ровный, уверенный голос заполнил зал:
— Я проверила слова Сэкуна Грибом Слов и Поступков... Ни капли лжи.
Как только прозвучали эти слова!
У Лян бровью не повел, будто ожидал именно такого ответа, но внутри у него закрутился ураган вопросов.
«Какого черта? Что означал этот ее взгляд?»
Если она действительно применила гриб, то обязана была понять, что он врет как дышит. Тогда зачем она покрывает его ложь? На дне глаз У Ляна сконденсировалась едва заметная мгла.
Впрочем, выяснять отношения сейчас было смерти подобно. Он молниеносно перестроился, натянув на лицо маску горькой обиды.
— Пап, что это значит? Неужели... ты мне не веришь?
Услышав ответ монахини, настоятель Шаньжэнь слегка нахмурился, но тут же разгладил морщины. Погладив бороду, он заговорил еще мягче:
— Сэкун, ты же знаешь мой характер. Осторожность — залог выживания. Дело-то нешуточное. Если ты говоришь правду, значит, в Посёлке Призывающей Брата орудует глубоко закопавшаяся группа. Иначе сопляку У Ляну провернуть такое не хватило бы ни сил, ни ума.
С этими словами настоятель отмахнулся, изображая старческую усталость.
— Ладно, ладно, все свободны. Этому старому монаху нужно в тишине поразмыслить, какие крысы завелись в нашем городке.
У Лян мысленно перевел дух.
— Тогда я не буду мешать, пойду займусь культивацией.
Настоятель кивнул и вдруг добавил:
— Слышал, в этой заварушке тот парень уничтожил все твои грибы. Раз уж так вышло, как прорвешься на Второе Царство, загляни в Павильон Буддийских Сокровищ, выбери себе новые. Чуть позже я пришлю тебе Серебряной Воды. С твоим талантом прорыв не за горами. Смотри не ленись...
Отказываться от халявы У Лян не собирался.
— Спасибо, отец. Буду тренироваться до седьмого пота, не подведу!
Сказав это, он поспешил покинуть зал вслед за Наставницей Вэнь и Боевым монахом У. Когда шаги стихли вдали, настоятель остался в зале один. Он буравил взглядом пустой проем, и вся его благостная аура осыпалась, обнажив гнилое, смердящее нутро.
— Странно... Раньше Сэкун никогда не был таким понятливым. Может, я зря нагнетаю? Да плевать. Прав он или нет, мне нужно ускорить свои планы.
Перебирая четки, Шаньжэнь повернулся к темному углу зала.
— Лекарь Мо, как продвигается дело?
Мрак в углу дрогнул, и оттуда раздался сухой голос:
— Докладываю настоятелю. Под видом Гриба Омоложения я успешно ввел в организм вашего сына Грибной Яд. Гарантирую, осечек не будет.
— Прекрасно.
Услышав это, настоятель Шаньжэнь растянул морщинистые губы в зловещей улыбке.
— Мой драгоценный сын... культивируй старательно, ради папочки...
...
Тем временем.
Во дворе для медитаций Сэкуна.
«Что задумала Наставница Вэнь?»
У Лян сидел на футоне, мрачнее тучи. Он рассчитывал после аудиенции перехватить ее и осторожно прощупать почву. Но старуха не дала ему и шанса. Бросив короткое: «Я всё поняла», она просто испарилась.
«Что она поняла? Что я не Сэкун? Или что наследие открыл именно я?»
У Лян прищурился, ощущая противный вкус потери контроля над ситуацией. Разница между этими двумя сценариями была колоссальной. Монахиня не проходила Испытание кражи имени. По логике, даже догадавшись о его причастности к наследию, она не могла вычислить подмену личности. Но ее поведение кричало о том, что всё гораздо сложнее.
Ведь если бы она знала только об открытии врат, ей не было никакого смысла врать настоятелю и прикрывать его спину. У Лян ломал голову, но так ни к чему и не пришел.
Катастрофическая нехватка информации...
Тук-тук-тук.
— Брат Сэкун, мы принесли Серебряной Воды от настоятеля.
Стук в дверь вырвал его из раздумий.
«К черту. Раз уж так вышло, займусь культивацией. Раскрыли меня или нет, нужно наращивать силу и обзаводиться козырями. Будь у меня мощь Шаньжэня, я бы не парился. Прикончил бы старуху — и концы в воду».
От этих мыслей в крови вскипела жажда убийства. Увы, монахиня находилась на Четвертом Царстве. Ему до нее как до луны.
Подавив кровожадные порывы, он открыл дверь и забрал у послушника флягу с Серебряной Водой.
«Секта Храма Дарующего Детей... Место, где жрут людей, не выплевывая костей... Заняв место Сэкуна, я и сам начал питаться чужой кровью».
Выставив монаха за дверь, У Лян потряс тыкву-горлянку. По весу выходило не меньше трехсот капель! Такого количества с лихвой хватит на всю стадию Второго Царства.
«Я уже на пике Первого, а с таким морем эссенции... День-два, и прорыв обеспечен».
У Лян сделал глубокий вдох и приступил к практике. Погрузив сознание в даньтянь, он направил туда потоки Серебряной Воды.
В мгновение ока истинная ци взбунтовалась, разливаясь полноводной рекой. Напитавшись живительной влагой, стенки даньтяня начали микроскопическими рывками раздвигаться, отвоевывая новые территории.
«Даньтянь Класса Цзя — это просто сказка. С моим прошлым жалким Даньтянем Класса Дин, даже с цистерной этой воды, я бы полгода колупал стенки ради миллиметра прогресса. Если класс Цзя творит такие чудеса, на что же тогда способно легендарное Врожденное Тело Дао?»
Незаметно для себя У Лян просидел в медитации целые сутки. И не чувствовал ни капли усталости. Напротив, он лучился энергией и решил ковать железо пока горячо — прорваться на Второе Царство прямо сейчас.
Грохот!
Две тысячи квадратных метров плодородной почвы резко содрогнулись! В следующий миг, словно вода прорвала плотину, даньтянь мгновенно раздался вширь.
Река истинной ци начала наливаться ярким серебряным свечением. Белесая ци Первого Царства и сверкающее серебро Второго — разница между ними была как между небом и землей.
Грибной мастер Второго Царства мог активировать грибы Первого легким щелчком пальцев. Даже без грибов своего ранга он растерзал бы любого равного по таланту мастера Первого Царства в пух и прах.
Фу-у-ух.
У Лян выдохнул сгусток мутной ци и медленно распахнул глаза. Его тело окутывала мощная аура. Он успешно достиг Второго Царства!
...