Именно так! У Лян решил примерить на себя роль работорговца.
Хотя от Шрама и Обезьяны, этих двух слепых муравьев, он не получил ни единого гриба, они, по крайней мере, оставили ему целую повозку рабов. Продажа этих смертных невольников должна была хоть немного ослабить удавку острой нехватки Серебряной Воды, стягивающую его шею.
И пусть этот поступок стирал последние различия между ним, злодеями демонического пути или тем же покойным настоятелем, ну и что с того?
В прошлом он, возможно, и мнил себя приверженцем праведного пути. Испытав несправедливость, он жаждал отомстить за сестру и потребовать так называемой справедливости от тех мерзавцев, что творили зло. Даже столкнувшись с укорами Наставницы Вэнь, он не считал себя демоном, свято веря в праведность своих деяний.
Но после битвы у Реки Забвения Родины пелена спала. Он до конца осознал свою суть и принял истинную природу.
Наставница была права...
Он никогда не был хорошим человеком.
Он желал уничтожить Секту Храма Дарующего Детей лишь потому, что они погубили его родную кровь. Он вырезал три правящие семьи и безжалостно закопал их глав только из-за того, что эти ублюдки вызывали у него глухое раздражение.
Раз уж дорога на праведный путь для него закрыта, он исполнит желание Наставницы и станет демоном, живущим лишь по собственной воле и потакающим своим желаниям.
В этом мире расплодилось слишком много мерзавцев.
Раз он не в силах изменить всех, придется изменить себя. Не можешь победить — возглавь.
Он станет величайшим демоном в этом мире!
Будет злее самых злобных, отвечая злом на зло и жестокостью на жестокость. Только так он сможет выжить в этом прогнившем мире и набраться сил.
Обретя вновь свою одержимость, он видел перед собой лишь одну цель — выжить и найти дорогу домой. Ради этого он нисколько не возражал стать в глазах людей беспринципным монстром, идущим по головам ради достижения своих целей.
«Вините лишь себя, неудачники. Вы оказались слишком слабы, чтобы распоряжаться собственной судьбой...» — пробормотал У Лян, равнодушно скользя взглядом по бессознательным телам рабов.
Эти слова предназначались не только спящим невольникам, но и ему самому. Ведь перед лицом тех бессмертных он тоже был лишь жалким, слабым неудачником. Однако теперь его ноги ступили на путь обретения контроля над собственной судьбой.
«Тот страж моста упоминал, что Шрам и Обезьяна раньше сбывали товар Старому Желтому Зубу. Значит, чтобы продать этих рабов, мне первым делом нужно отыскать этого старика...»
Приняв решение, У Лян не стал медлить. Погоняя лошадь, он то и дело расспрашивал встречных и вскоре отыскал того самого работорговца в торговом квартале Гор Восьми Углов.
Старый Желтый Зуб оказался весьма известной фигурой в этих краях. В таком дорогом месте, как торговый квартал Гор Восьми Углов, где каждый клочок земли стоил целое состояние, у него была собственная лавка под названием Мастерская Разведения Людей.
Как и следовало из названия, здесь содержались самые разнообразные невольники. В отличие от других мест, где торговали еще и рабскими зверями, эта лавка специализировалась исключительно на людях.
Стоило У Ляну, скрытому под личиной Обезьяны, переступить порог лавки, как его внимание тут же привлек «живой товар». Мужчины и женщины, старики и дети, среди которых попадались не только простые смертные, но и грибные мастера — все они стояли с одинаково омертвевшими лицами, и на каждом висел ценник.
Владелец подобного заведения должен был обладать либо выдающейся силой, либо могущественным покровителем. Старый Желтый Зуб явно не был простым человеком.
«Были бы у меня свободные средства, я бы и сам прикупил парочку рабов-мастеров...» — пронеслось в голове У Ляна при виде столь богатого выбора.
Искать единомышленников или нанимать подручных — дело неблагодарное, рабы подходили ему куда больше. Первые в любой момент могли вонзить нож в спину, вторые же, при наличии должных методов контроля, будут подчиняться беспрекословно.
— Ой-ёй-ёй, братец Шрам и братец Обезьяна пожаловали! Что же вы не предупредили? — к ним, семеня короткими ножками, уже спешил неряшливого вида низенький старичок.
Очевидно, это и был хозяин Мастерской Разведения Людей, тот самый Старый Желтый Зуб.
Как говорится, можно перепутать имя, но не прозвище. Старик полностью оправдывал свое: он постоянно скалился, обнажая пасть, полную гнилых, желтых пеньков. Стоило ему открыть рот, как в нос ударил тошнотворный смрад.
У Лян с трудом подавил рвотный позыв, едва заметно прищурившись.
Как он и предполагал, старик оказался не лыком шит. От него исходила аура высшей стадии третьего Царства.
Однако то, что мастер третьего Царства с таким радушием лебезил перед ним и иллюзорным двойником — жалкими мастерами первого Царства, — выглядело крайне подозрительно.
Если дело было в привезенных рабах, то ситуация казалась еще более странной. Ведь Шрам и Обезьяна притащили повозку самых дешевых смертных. Максимум, на что там можно было обратить внимание, — это пара миловидных девчонок. Этого явно недостаточно, чтобы заслужить столь теплое приветствие от эксперта третьего Царства.
Может быть... дело в том самом Третьем молодом господине?
Эта мысль промелькнула в голове У Ляна, и он хрипло ответил:
— Да вот, торопимся сбыть товар, чтобы быстрее вернуться и вылечить горло. Сегодня нам крупно не повезло. Наткнулись на дороге на валяющегося без сознания мастера второго Царства. Думали поживиться, а он вдруг очнулся...
У Лян вновь пустил в ход знакомую уловку, на ходу сочинив небылицу, чтобы объяснить свой изменившийся голос.
Старый Желтый Зуб выслушал его без малейшей тени подозрения. При всем своем опыте он не мог раскусить смертельный прием Лицо Не Имеет Постоянной Формы.
— Надо же! И такое бывает? А что же вы не назвали имя Третьего молодого господина? В землях Гор Восьми Углов кто не проявит толику уважения к Племени Белого Рога, что стоит за его спиной? — старик погладил жидкую бородку, изображая на лице участливость.
Насколько искренним было это участие, оставалось лишь гадать.
Но острый слух У Ляна уловил в его словах скрытый смысл. Старик сказал «к Племени Белого Рога, что стоит за спиной Третьего молодого господина», а не просто к самому господину. Разница казалась незначительной, но на деле она меняла всё. Похоже, этот Третий молодой господин сам по себе в Горах Восьми Углов особого веса не имел.
— Эх! Только назвав его имя, мы и смогли унести ноги, — У Лян небрежно отмахнулся, не желая развивать эту тему.
Чем больше болтаешь, тем выше шанс проколоться.
— Ха-ха-ха... Брат Шрам, небось, торопится вернуться, чтобы отчитаться перед Третьим молодым господином? Понятное дело. Третий молодой господин в последнее время из-за Священного Боя Восьми Углов так извелся, что у него, должно быть, каждый грош на счету. Наверняка он вас постоянно подгоняет со сбором Серебряной Воды? — старик похабно подмигнул и захихикал.
Священный Бой Восьми Углов? Интересно, чем он отличается от обычного Боя Восьми Углов?
Подавив любопытство, У Лян лишь сухо усмехнулся в ответ, пропустив вопрос мимо ушей.
К счастью, после этой тирады Старый Желтый Зуб перешел к делу и начал раздавать указания рабам лавки по разгрузке повозки.
Вскоре все двадцать с лишним невольников были подсчитаны. Старик достал Гриб Таланта третьего Царства, излучающий мягкий свет, чтобы проверить их предрасположенность к культивации. Чем выше талант, тем ярче должно было быть свечение.
Но, к сожалению, в этом мире люди, способные стать грибными мастерами, были редкостью. Здесь всё решала родословная. У ребенка, рожденного от двух мастеров, шанс открыть даньтянь был неизмеримо выше. А вот обычным смертным оставалось лишь уповать на волю небес.
Неудивительно, что среди рабов, согнанных из разных мест, талантливые встречались крайне редко. Те смертные, у кого был хоть какой-то потенциал, обычно давно уже находили способ открыть даньтянь и возвыситься над толпой.
Проверка показала ожидаемый результат: из двадцати с лишним человек лишь пятеро обладали хоть каким-то талантом. Старик методично оценил каждого, учитывая внешность, физическое состояние и потенциал, после чего огласил цену.
Итоговая сумма, перекочевавшая в руки У Ляна, составила сто пятьдесят капель Серебряной Воды!
В среднем, один смертный раб обошелся примерно в пять капель. Дополнительные пятьдесят капель набежали за счет тех пятерых с талантом.
На самом деле, это была неслыханная щедрость! Ведь речь шла о простых смертных, даже не о мастерах, а уж кого-кого, а обычных людей в этом мире хватало с избытком. Если бы У Ляну хватило жестокости наловить пару десятков или сотен тысяч смертных, он бы купался в Серебряной Воде!
Впрочем, подобные мысли годились лишь для пустых фантазий. Во-первых, где найти покупателя на такую ораву? А во-вторых, с нынешним уровнем сил У Ляна, попытайся он провернуть нечто подобное, его бы раздавили, как букашку, прежде чем он успел бы что-либо понять.
«Сто пятьдесят капель...» — У Лян взвесил в руке тыкву-горлянку, не испытывая особой радости.
Вместе с его собственными запасами выходило всего двести пятьдесят капель. Будь он на первом Царстве, этого бы хватило за глаза. Но сейчас он находился на втором Царстве, и до прорыва на третье оставалось совсем немного. Этих крох не хватит даже на парочку приличных грибов второго Царства.
Более того, теперь, когда он покинул Секту Храма Дарующего Детей и лишился стабильного притока ресурсов, прокормить всех своих грибов становилось непосильной задачей.
Расходы на грибы первого Царства можно было не брать в расчет. А вот со вторым Царством начинались проблемы: каждый такой гриб требовал по капле Серебряной Воды в месяц.
Поскольку покойный настоятель уничтожил часть его арсенала, у У Ляна осталось лишь десять грибов второго Царства: Гриб Иллюзии, Гриб Сотни Состояний, Гриб Козла Отпущения, Гриб Замещения, Гриб Ощущения Крови, Гриб Кровавого Гнева, Гриб Сосания Крови, Гриб Голоса Сердца, Гриб Экономии Ци и Гриб Жизненной Силы. Это означало десять капель ежемесячно только на них.
И это не считая грибов третьего Царства! А их у него было целых четыре: Гриб Ложной Видимости, Гриб Тысячи Обликов, Гриб Эмпатии и Гриб Лжи. Каждый из них пожирал по десять капель в месяц. По стоимости содержание одного такого гриба равнялось покупке четырех грибов первого Царства каждый месяц.
В сумме выходило, что каждый месяц У Лян должен был скармливать своим питомцам пятьдесят капель Серебряной Воды.
Слава небесам, Гриб Обмана не нуждался в таком питании — ему было достаточно свежей лжи, скормленной доверчивым ушам. Иначе У Лян, оставшись без поддержки Секты, попросту не потянул бы содержание гриба четвертого Царства.
Спрятав тыкву-горлянку с Серебряной Водой, У Лян поспешил распрощаться со Старым Желтым Зубом.
Он медленно ехал на повозке по торговому кварталу, и морщины на его лбу собирались всё гуще.
«Денег нет. Денег катастрофически не хватает».
«В этом мире без звонкой монеты и шагу не ступить, даже если ты грибной мастер».
«Неудивительно, что бродячим культиваторам так тяжело выживать. Всему виной нехватка ресурсов и дефицит Серебряной Воды».
«Грош цена тому мастеру, который не в состоянии прокормить собственных грибов».
«Похоже, перед тем как исчезнуть, мне придется найти способ сколотить приличный капитал на дорогу...»