Бальдир, не дождавшись немедленного ответа от Сесилии, окончательно вышел из себя.
— Почему молчишь? Видела или нет?!
Я не успела разглядеть… О чем вы говорите? — Сесилия покачала головой с таким видом, будто совершенно не понимает сути вопроса.
Услышав её растерянный голос, Бальдир заговорил тоном высокомерного наставника:
— Это сила, которая передаётся в роду Рихард из поколения в поколение. И надо же было этому выродку унаследовать её! Проклятье!
— Значит… в его жилах течет императорская кровь? Неужели он…
— Да. Мой паршивый сводный братец. Позорное пятно на репутации отца.
Сесилия с трудом подавила рвущийся наружу смех.
«Значит, Рыцарь Пророчества унаследовал священную силу императорского дома Рихард».
Какая ирония: великая сила перешла к бастарду императора. Это было почти смешно.
Вернувшись в карету, Бальдир принялся крушить всё, что попадалось под руку. Сесилия молча наблюдала за этим погромом, а затем спросила с притворным беспокойством:
— Если это наследие рода Рихард… неужели речь о Силе Защиты?
— Да! Будь она проклята!
О легендарной Силе Защиты слышал, пожалуй, каждый житель империи. Предание о первом святом рыцаре, владевшем этой мощью, передавалось в сотнях вариантов; легенда была настолько популярна, что по ней даже ставили театральные пьесы.
Но большинство считало это не более чем красивой сказкой. Бальдир долгое время думал так же.
В детстве, впервые услышав о Силе Защиты, он втайне надеялся, что она пробудится в нем. Но мечты быстро разбились о реальность: даже учителя были убеждены, что это лишь легенда. Однако в один день его вера пошатнулась.
«У твоего братца-ублюдка есть эта сила».
Эти слова однажды произнесла его мать, императрица Белия. Поначалу Бальдир не придал им значения, но она продолжила:
«Не волнуйся. Я уже приняла меры, так что он никогда не сможет проявить её в полной мере».
Парадоксально, но именно мать — человек, которому он доверял больше всех — подарила ему уверенность в существовании этой силы. И в том, что у него самого её нет.
Наверняка она действовала из любви к сыну, желая его успокоить. Но на деле это нанесло сокрушительный удар по самолюбию Бальдира, от которого он так и не оправился.
«Сила законных наследников Рихарда выбрала не меня, а этого ублюдка».
Эта горькая истина с каждым днем становилась всё очевиднее.
В какой-то момент в его сознании укоренилась мысль: произошла ошибка. То, что по праву должно было принадлежать ему, досталось не тому человеку. С тех пор Бальдир одержимо следил за каждым шагом брата.
Каликс, капитан наёмного отряда «Хеннес». Вот кем оказался его брат. Каждый раз, когда Бальдир получал отчеты о том, что слава Каликса растет по всей империи, его нутро буквально выворачивало от злости.
Он мечтал о дне, когда встретит его лично и уничтожит всё, что тому дорого. И вот эта встреча произошла там, где он совсем не ожидал.
«В его глазах и правда было золотое сияние».
Сила, которая должна была принадлежать принцу, действительно жила в этом наёмнике.
— Ха-ха! Ха-ха-ха! Ха-ха-ха-ха-ха!
Бальдир разразился безумным смехом. Увидев воочию то, что давило на него долгие годы, он ощутил странный, пугающий трепет. И теперь сомнений не осталось.
«Такое существо не должно жить в этом мире».
Он обязательно уничтожит его. И самым мучительным способом. Хотя сила защиты немного осложняла дело.
«В конце концов, на нём же лежит проклятие, которое наложила мать».
Мать говорила, что наняла самого искусного чернокнижника в империи, чтобы тот наложил на Каликса запретное заклятие. Тот, кто поражен этим проклятьем, не теряет свою истинную силу, но лишается возможности использовать её в полную мощь. Как там говорили? «Ослабить сосуд, раз нельзя уничтожить содержимое»?
Значит, шансы на победу есть. Бальдир твердо решил: он подготовится как следует и методично, шаг за шагом, уничтожит всё, что у него есть.
***
Я молча шла за Каликсом, позволяя ему вести меня. От эмоций, бушующих внутри, у меня кружилась голова.
«Почему встреча с ними произошла так рано?»
Должна быть веская причина, по которой события в этой жизни пошли по иному сценарию. Какая-то ключевая переменная, вызвавшая эти изменения. Какое-то чертовски досадное и раздражающее «нечто».
«Потому что я не стала святой?»
Это было первое, что пришло в голову. Но даже это не давало ответов. В прошлой жизни на этом этапе ни Бальдира, ни Сесилии и в помине не было рядом со мной. Стала бы я Святой или нет — на их жизни в это время это никак не должно было повлиять.
«Или кто-то из них следил за мной?»
Эта мысль казалась самой логичной: мол, кто-то из них наблюдал за мной, и, увидев, что я покинула Храм, изменил свои действия. Но и это звучало как бред.
«Они ведь даже не знали о моем существовании, как они могли за мной следить?!»
Ох, проклятье, ну что же пошло не так? Пока я мучилась сомнениями, раздался голос Каликса:
— Слухи об этих двоих дошли даже до храма? И что именно говорят?
Я наконец обернулась и увидела, что Каликс смотрит на меня сверху вниз.
«А, ну да, ему же тоже любопытно. Ведь Каликс знает, что Бальдир — его сводный брат».
Что ж, это отличный шанс вывалить всю правду об этой парочке отбросов.
— Ну, во-первых! Этот Баль... то есть, Его Высочество наследный принц. С виду он, может, и ничего, но на самом деле он невероятно жадный и жестокий человек. Говорят, он без колебаний причиняет боль другим и славится своей жестокостью.
— Вот как?
— Да. Считайте, что он не в своём уме.
— Не в своём уме…?
— Совершенно. У него окончательно крыша поехала.
Уголки губ Каликса дрогнули в едва заметной улыбке, будто мои слова его позабавили.
— Говоришь так уверенно, будто сама с этим столкнулась.
— Что?
От неожиданности я на мгновение лишилась дара речи.
«Ой, кажется, я слишком сильно вошла в роль».
Ничего не могу поделать. Когда я вспоминаю, что Бальдир со мной сделал, у меня даже во сне ругательства вырываются. Но раз я не могла признаться, что пережила это лично, пришлось выкручиваться.
— А... ха-ха. Просто истории, которые я слышала, были очень уж... подробными.
— Понятно. А женщина рядом с ним?
— Ах, эта-то...
Тут я замялась.
Бальдир толком не представил Сесилию. Так что я не могла знать наверняка, какой статус она занимает в данный момент.
В прошлой жизни она заявилась во дворец, утверждая, что она Святая, и сейчас, скорее всего, метит на то же место. Но я не могла сама назвать её Святой.
«Официально храм объявил, что Святой в этом поколении нет».
Ничего не поделаешь.
— Судя по тому, что я слышала, она безумна ничуть не меньше принца. Просто считайте её женской версией этого сумасшедшего.
— Женская версия принца…
Каликс не договорил и прикрыл рот рукой.
Неужели это было так шокирующе?Впрочем, глядя на ангельское личико Сесилии, трудно было поверить моим словам. Но я-то знала правду! Именно эта женщина однажды появилась из ниоткуда и объявила меня фальшивой Святой.
«Хотя я была самой настоящей».
От одной мысли об этом во мне закипала ярость. Я решила окончательно предостеречь Каликса:
— Какой бы красавицей она ни казалась, не дайте себя одурачить. У неё тоже с головой не всё в порядке.
— Кто красавица? — вдруг резко перебил меня Каликс. Его лицо мгновенно стало серьезным, а между бровей залегла складка.
— Ну, Сесилия.
— Так кто считает, что она красивая?
— Э-э... Ну, большинство…?
— И ты думаешь, что я вхожу в это «большинство»?
— Наверное?.. Поэтому я и говорю — не дайте себя обмануть. Она очень опасная женщина.
— Ха.
Каликс вдруг остановился. Он слегка потянул меня за руку, заставляя развернуться и встать прямо перед ним. Посмотрев мне в глаза, он очень серьезно произнес:
— Давай сразу проясним. Во-первых, я не считаю эту женщину красивой.
— Что?
Я застыла. Он заговорил так официально, что я невольно напряглась, ожидая чего-то важного, но причина оказалась... странной. Я уже хотела было нервно рассмеяться, но Каликс продолжил:
— И во-вторых, я верю всему, что ты сказала.
— Правда?
— Да. Настолько, что поверил бы, даже если бы ты сказала, что сбежала из храма ко мне.
— Что?
У меня внутри всё похолодело. Сердце пропустило удар.
«Неужели он догадался? Нет, не может быть..»
Я изо всех сил постаралась расслабить мышцы лица, которые, казалось, вот-вот сведёт судорогой, и выдавила:
— А-ха-ха, значит, вы поверите любому моему слову?
И тогда Каликс, не колеблясь ни секунды, ответил с предельной серьезностью:
— Даже если бы ты сказала, что на самом деле ты — Святая, я бы и этому поверил.
...Что-что он сейчас сказал?