У пророческих снов есть свои особенности — именно они и отличают их от обычных.
Во-первых, даже находясь внутри сна, я чётко осознаю, что сплю. Во-вторых, я всегда вижу происходящее со стороны, как сторонний наблюдатель, — даже если во сне присутствую я сама.
До возвращения в прошлое такие сны снились мне не слишком часто, но после совершеннолетия хотя бы раз в месяц я видела обрывки будущего, так или иначе связанные с Рыцарем пророчества. После же регрессии они на какое-то время прекратились. Я даже, грешным делом, подумала: может, раз уж я и так знаю будущее, они мне больше не нужны?
Но я ошибалась.
Сознание, погасшее в сладкой неге мягкой постели, внезапно пробудилось в незнакомом пространстве. И я сразу, почти инстинктивно, поняла:
«Это... пророческий сон?»
Осознав это, я принялась оглядываться. Комната походила на покои высокопоставленного аристократа. Даже беглого взгляда хватало, чтобы понять: всё здесь непозволительно дорого — ковёр из тончайшей шерсти, мягкий свет свечей, уютно мерцающих в полумраке.
«Сейчас ночь? И чья это комната?»
Едва эта мысль успела оформиться, как раздался до боли знакомый голос:
— О чём я сейчас думаю, спрашиваешь?
«Голос Каликса?»
Словно заворожённая, я пошла на звук. Он доносился из-за кровати, скрытой белоснежным кружевным балдахином. Сквозь полупрозрачную ткань пробивался тусклый свет свечи, очерчивая силуэт мужчины, нависшего над кем-то и упирающегося руками в матрас.
«Что это? Он говорит с кем-то в постели?»
Зная, что участники пророческого сна меня не видят, я затаила дыхание и подошла ближе. Под Каликсом кто-то лежал.
В голове воцарился полный хаос.
«Нет, подождите. Что это ещё за пророчество такое?!»
В этот момент я услышала вздох Каликса. В этом странном звуке слышалось что-то между тихим смешком и попыткой сдержать порыв. А затем раздался его приглушённый шёпот:
— Попробуй угадать. О чём я сейчас думаю.
Собеседник снова ничего не ответил. Я видела лишь, как силуэт под ним едва заметно качнул головой, словно в отрицании.
Собрав всю волю в кулак, я сделала ещё шаг, пытаясь разглядеть лицо того, кто лежал в постели, но оно по-прежнему скрывалось в тени.
«Да кто же там?..»
Не знаю почему, но сердце заколотилось так сильно, будто вот-вот выскочит из груди. То ли оттого, что я подсматривала за сценой, которую видеть явно не следовало, то ли потому, что Каликс вёл настолько интимный разговор с кем-то, кого я не знала.
В душе расцвело мучительное, противоречивое чувство: мне не хотелось на это смотреть — и в то же время любопытство жгло изнутри.
Заметив, как собеседник качает головой, Каликс тихо рассмеялся и медленно склонился ниже. Уткнулся лицом куда-то к уху того, другого человека и снова заговорил:
— Раз уж ты всё никак не поймёшь…
Потом чуть приподнял голову и, глядя сверху вниз на лежащего под ним, закончил фразу:
— …тогда с этого момента думай как следует.
И в то же мгновение резко подался вперёд, наклонив голову. Что-то явно должно было начаться.
Я невольно отшатнулась.
«А-а-а! Да что это за пророчество такое?!»
В конце концов я не выдержала, зажмурилась и истошно завопила про себя:
— А-а-а!
Мне казалось, что кричу я только мысленно, но звук на самом деле вырвался наружу. Я в ужасе распахнула глаза.
— И какой кошмар приснился на этот раз?
— Э?
Каликс, скрестив руки на груди, стоял у окна, сквозь которое уже лились лучи утреннего солнца.
На миг я совершенно перестала понимать, где сон, а где реальность.
«Я же только что видела, как ты собирался что-то сделать с кем-то в постели!..»
Но раз он обращается ко мне, значит, это уже реальность. Значит, я действительно в его комнате. И как давно он там стоит?
— А... Командир. Вы... вы уже пришли?
Осознав реальность, я попыталась резко вскочить, но голова тут же пошла кругом. Видимо, сказался слишком резкий выход из сна.
В следующую секунду Каликс уже оказался рядом. Подхватил меня за плечи, удерживая от падения, и осторожно уложил обратно.
— Не стоит так резко вскакивать.
Я ошалело смотрела на его губы, когда он замер надо мной, придерживая за руки. И вдруг меня прошибло чувство дежавю.
«Нет, стоп. Эта поза...»
Как только до меня дошло, что Каликс сейчас стоит надо мной почти точь-в-точь так же, как в моём сне, сердце снова ухнуло куда-то вниз. В ушах эхом зазвучал его шепот из видения и тот тихий, хриплый вздох. О нет.
— А, н-нет!
— Что «нет»? Сегодня всё равно тренировок не будет.
— Да нет, просто если вы будете так стоять, то как-то...
— Как-то? — переспросил он с подозрительным интересом.
Уголки его губ странным образом поползли вверх. И тут до меня наконец дошло.
«Он ведь сейчас издевается надо мной, да?»
Стоило распознать в его голосе насмешливые нотки, как напряжение слегка отпустило, а во мне проснулось упрямство. Ну уж нет, я так просто не сдамся!
— Вам, наверное, неудобно спать на диване. Может, просто ляжете рядом со мной? — выпалила я, откидывая край одеяла и зазывно похлопывая по пустующей половине кровати.
Каликс на мгновение замолчал. Затем, не проронив ни слова, подошёл, натянул одеяло обратно мне до самого подбородка и выпрямился.
— Я выспался.
Глядя на его широкую спину, я невольно снова прокрутила в голове сцену из сна. И на душе стало как-то странно.
Кто же та женщина, с которой Каликс делил ложе в моём видении? К тому же комната там выглядела куда роскошнее, чем покои обычного аристократа.
«Может... Каликс в будущем станет императором и возьмёт себе в жёны императрицу?»
Пожалуй, это было самым логичным объяснением. В пророческих снах я всегда видела лишь обрывки будущего, связанные с Рыцарем пророчества, так что и сейчас, скорее всего, мне показали кусочек его судьбы.
То, что я увидела не день гибели мира, а обычную ночь из его жизни…
«Значит, мне всё-таки удастся пробудить его силу».
То, что он спасёт этот мир, займёт трон и найдёт себе достойную спутницу, было, пожалуй, лучшим из возможных финалов. Он свергнет Бальдира и получит заслуженное признание. А рядом с ним будет прекрасная знатная леди, которая станет ему опорой и любовью.
«Та самая девушка, чьего лица я так и не увидела».
От этих мыслей мне стало спокойнее, но вместе с тем внутри разлилась тихая, щемящая грусть.
Впрочем, была и хорошая новость: раз такое будущее возможно, значит, то, что я из собственного эгоизма откладываю его пробуждение сейчас, не приведёт к катастрофе.
«Раз это всего лишь прекрасный мираж, который однажды растает… могу я ещё немного насладиться этим моментом?»
Я задумчиво смотрела на Каликса, пока он, почувствовав мой взгляд, не обернулся с лёгкой усмешкой.
— И чего ты так на меня уставилась?
«Я видела, как вы в будущем с кем-то кувыркаетесь в постели».
Сказать такое я, разумеется, не могла, поэтому ляпнула первое, что пришло в голову:
— А... э-э... просто стало интересно, где вы спали.
На мой вопрос Каликс кивнул в сторону дивана:
— Там.
— Почему?
— Что значит «почему»?
На его лице отразилось искреннее недоумение. Он скрестил руки на груди, тихо вздохнул и, коснувшись брови, переспросил:
— К чему этот вопрос?
— Ну...
На самом деле я впервые видела такую огромную кровать и хотела сказать, что мы вполне могли бы уместиться здесь вдвоём. Но сцена из сна очень вовремя заставила меня прикусить язык.
После того как я стала невольной свидетельницей его интимного будущего, предлагать ему разделить постель сейчас казалось верхом бесстыдства.
— Это ведь ваша комната, командир. Это я должна была спать на диване. Так было бы правильно!
— Для человека, который так печётся о правильности, ты слишком сладко сопела в этой самой кровати.
— ...Я просто хотела прилечь на минутку и не заметила, как уснула! В общем, с сегодняшнего дня я сплю на диване.
Каликс издал короткий смешок и отрезал:
— Исключено.
— Это ещё почему?!
— Я привык к дивану, часто на нём сплю. А тебе нельзя.
— Я тоже прекрасно сплю на диванах!
— Сомневаюсь. С твоей привычкой ворочаться и брыкаться во сне ты в первую же минуту свалишься на пол. Так что даже не надейся.
«Откуда он узнал?!»
Похоже, мой буйный сонный нрав уже перестал быть тайной. Пока я лихорадочно подбирала оправдания, Каликс добавил:
— Раз уж проснулась, умойся и иди в столовую.
С этими словами он решительно направился к столу и принялся просматривать какие-то документы. И тут в дверь постучали.
Тук-тук.
— Командир, можно войти?
Это был голос вице-капитана. Каликс скользнул по мне взглядом — я всё ещё сидела на кровати — и ответил:
— Нельзя. Что случилось?
— А, тут из Храма пришло письмо на имя Лианы.
— Из Храма?
«Письмо мне? Из Храма?»
Брови Каликса взлетели вверх. Не сводя с меня глаз, он подошёл к двери и приоткрыл её ровно настолько, чтобы можно было просунуть руку.
— Давай сюда.
— Да, вот, пожалуйста.
Каликс забрал конверт, внимательно изучил его и только после этого подошел ко мне.
— Это тебе. Лучше открой сама.
— Спасибо.
Я взяла конверт. На нём знакомым почерком было выведено имя отправителя.
— Господин барон?
И в ту же секунду я вспомнила, что, покидая Храм, обещала ему часто писать. А за всё это время не отправила ни строчки.
По спине пробежал холодный пот.