Пилота группы Сокол-3 звали Юн Сокчхоль.
И сейчас, сидя в кабине истребителя, который шёл на скорости тысяча двести километров в час, он смотрел на человека в костяной маске, стоявшего прямо на фюзеляже.
— ...Да как такое вообще возможно?
Голос за кислородной маской прозвучал сухим выдохом.
«На такой высоте, на такой скорости... и он держится голыми ногами?»
Воздушный поток над фонарём кабины бил почти как очередь из автомата.
А мужчина просто стоял.
Не шатался. Не пытался удерживать равновесие.
Юн Сокчхоль мельком глянул на приборы.
Скорость — 1197 километров в час.
Давление в норме.
Всё вокруг было реальным.
Кроме того, что происходило прямо перед глазами.
И тут...
Тук. Тук.
Сквозь вибрацию корпуса он услышал стук по фонарю.
— ?!
Мужчина наклонился и подался к кабине.
Пять тысяч метров над землёй, на полном ходу — а выглядело это так, будто кто-то просто постучал в дверь.
Глаз за маской не было видно, но пилот безошибочно понял: незнакомец смотрит прямо на него.
Затем тот достал небольшую записку.
Листок, который должно было мгновенно унести ветром, спокойно развернулся у него между пальцами.
[Можешь подбросить меня поближе к тому белому гиганту?]
— Чего?
Юн Сокчхоль несколько раз моргнул.
Прочитать это можно было только так: «Помоги мне вступить в бой».
Но выполнить просьбу было невозможно.
На краю HUD мигало предупреждение:
[FUEL 14%]
Боезапас закончился полностью.
Автопилот уже вёл самолёт по маршруту возвращения.
Снова войти в боевую зону означало одно — назад он, скорее всего, уже не долетит.
Юн Сокчхоль коротко скрипнул зубами.
Он был лейтенантом ВВС Республики Корея и пилотом одного из последних боеспособных истребителей страны.
С появлением монстров авиация потеряла почти половину сил.
Импорт запчастей срывался, даже топливо теперь зависело от линий снабжения Союза.
Страна с трудом выпускала по три новых самолёта в год.
То есть этот KF-21 был почти драгоценностью — частью последнего щита Сеула.
И теперь его просили подлететь вплотную к твари, которой только что не причинил почти никакого вреда полный ракетный залп.
— ...Да это самоубийство.
Он втянул воздух.
И всё же открыл канал связи.
— Центр, это Сокол-3. На борту находится несанкционированный объект, известный как «человек в костяной маске». Просит приблизиться к Белому колоссу. Прошу указаний.
[Отказать. Мы не знаем, кто он такой, и не можем потерять ценный борт. Сокол-3, немедленно возвращаться. Это приказ.]
В динамике жёстко прозвучал голос бригадного генерала Хан Соджин.
— Но если мы уйдём...
Юн Сокчхоль сильнее стиснул штурвал.
Траектория цели на HUD по-прежнему тянулась к центру города.
— ...Центр Сеула всё равно через несколько минут будет гореть.
В эфире повисла тишина.
Все в центре понимали одно и то же.
Ещё несколько шагов — и Чонно исчезнет с карты.
Но вести один из последних исправных истребителей прямо к монстру по просьбе существа, которого никто не мог даже назвать союзником?
Это было безумием.
Ни один командир не отдал бы такой приказ.
Ни один пилот не обязан был его выполнять.
И тут...
[Активирован «режим заражающей харизмы».]
[Описание: помнишь, как смотрел геройский фильм и орал: «Вот это круто!»? Теперь заражать этим будешь ты! Рассудительность окружающих снижается на 30%, доверие возрастает на 300%. Люди поблизости сами не понимают почему, но думают: «Почему-то мне кажется, что он прав».]
Дыхание Юн Сокчхоля едва заметно изменилось.
Странным образом в голове стало спокойнее.
Он всё ещё понимал, насколько это безумно.
Но пальцы так и не отпустили штурвал.
— ...Центр.
[Сокол-3, отвечай.]
— Я всё-таки хочу поверить этому человеку.
[Что ты сказал, Сокол-3? Это нарушение приказа...]
Юн Сокчхоль больше не ответил.
Метка монстра на HUD становилась всё крупнее.
Самолёт затрясло, один за другим заголосили предупреждающие сигналы.
[Внимание. Превышен предел безопасной высоты сближения.]
[Ошибка системы сопровождения. Выход из безопасного эшелона.]
— Если сейчас развернуться... потом уже нечего будет спасать.
Он дал полный газ.
Истребитель взревел и пошёл в крутое снижение.
Человек в костяной маске наклонил голову и спокойно посмотрел внутрь кабины.
По движению губ пилот прочитал:
— ...Спасибо.
А затем...
ФЬЮХ!
Мужчина оттолкнулся и выстрелил в небо собственным телом.
Вспышка прорезала облака.
Силуэт мгновенно ушёл с крыла и полетел вниз — прямо к Белому колоссу.
— Он... реально прыгнул.
Юн Сокчхоль судорожно выдохнул.
Эфир моментально взорвался голосами.
[Сокол-3, ответить! Высоту не удержать! Этот объект...]
[Сенсоры фиксируют движение! Прямо над колоссом что-то падает!]
Над Сеулом словно раскололось небо.
С металлическим грохотом один человек прыгнул в область, куда людям вход был заказан.
***
Противник — гигантский монстр высотой примерно пятьдесят метров.
Одним присутствием он заставлял дрожать воздух.
Стоило ему выдохнуть — бетонная крошка подпрыгивала, а земля шла волнами, как море.
С Птицей Белиала всё было иначе.
Тогда жилой комплекс уже успели эвакуировать, поэтому я мог без раздумий ударить прямо в эпицентр.
Я до сих пор помнил, как белые перья смешались с кровью и обломками.
Но сейчас так нельзя.
Совсем рядом город.
Ошибусь с направлением падения туши — и обломками с ударной волной убьёт тысячи людей.
И я задумался.
«Если я хочу быть не просто сверхчеловеком, который убивает монстров, а героем, который защищает людей... как это сделать?»
Ответ окончательно сложился прямо сейчас, пока моё тело рассекало небо в падении.
— Режим геройского приземления — включить.
[Активирован «режим геройского приземления».]
[Описание: если уж падать, то красиво. Здоровье при падении не теряется, а урон в момент приземления умножается в 3 раза. То есть с неба ты не разобьёшься... а вот земле будет больно.]
Небо разошлось.
Воздух завизжал, а вниз прочертилась красная полоса.
«Эту тварь нужно закончить одним ударом.»
При таком размере достаточно, чтобы она при падении отклонилась на один градус — и люди под ней будут раздавлены.
Поэтому я выбросил всё лишнее.
Сомнения.
Страх.
Оставил только точно рассчитанное разрушение.
— Увеличение массы.
Воздух хлопнул, и тело вспыхнуло, как метеор.
Вокруг взметнулось пламя.
Чем выше становилась скорость, тем сильнее жар трения расползался по коже алыми пятнами света.
Но мне было всё равно.
Это ощущалось не как жар.
Скорее как напор.
Следующий шаг.
Если эта сила хоть немного уйдёт в сторону — город превратится в пепел.
Значит, цель нужно зафиксировать.
— Стой на месте.
[Активирован «режим замри-отомри».]
[Описание: для монстров с бесячими паттернами. Полная пауза программы на 5 секунд. Только 1 раз на каждую особь. Разработчики заботливо ввели ограничение, чтобы вам не стало слишком скучно.]
В ту же секунду гигантское тело Белого колосса застыло.
Замерло всё: рёв, движение тени — даже воздух будто остановился.
Пропал механический гул вибрации, и весь город словно перестал дышать.
Теперь угол был идеальным.
Скорость.
Высота.
Дистанция.
— Отлично.
Взгляд ушёл строго вниз.
До макушки монстра — ровно три секунды.
Почему я всё это время не сделал ни шага на истребителе?
Почему даже дыхание экономил?
Все причины сошлись в одной точке.
— А теперь — настоящее колдовство.
[Активирован режим «Новичок максимального уровня».]
[Описание: не бросай игру из-за задротского дерева навыков. Начинай сразу с максимального уровня и пользуйся. Все освоенные навыки мгновенно повышаются до «особого класса».]
Всё случилось так же, как в прошлый раз.
Мир вдруг будто приблизился.
Зрение раскрылось, и я увидел формулы, которыми был прошит воздух.
Словно сама реальность предстала огромным магическим кругом.
Передо мной раскрылась страница старого оккультного трактата.
Страницей было небо.
Чернилами — свет звёзд.
Эта техника управляла самими формулами, из которых складывался мир.
Источниками любой силы: притяжением и отталкиванием.
Связью, удерживающей существование вместе, и разделением, которое его расталкивает.
Когда эти две оси пересекаются в одной точке, это уже не просто сила.
Это переписывание закона.
Имя техники — Истинная техника инверсии.
Притяжение и отталкивание.
Жизнь и уничтожение.
Когда все противоположности выворачиваются и взаимно обнуляются, остаётся одно.
«Отсечение» — разрыв самого мира.
У этой техники нет начального или среднего уровня.
Она изначально завершена.
Запретная абсолютная формула.
В теории применить её способен любой.
Но человек не переживёт такой «один удар».
Я продолжал падать.
Когда в поле зрения оказалась макушка монстра, все символы замерли.
— Истинная техника инверсии — Отсечение.
Вспыхнул свет.
Пространство завыло.
Кожа монстра не лопнула.
Не загорелась.
Просто перестала существовать.
Цвет.
Температура.
Звук.
Тень.
Информация слой за слоем отслаивалась и уходила в белую пустоту.
Гигантское тело растворялось прямо в воздухе.
Фигура, ещё мгновение назад бывшая монстром, бледнела без следа — как сон в момент пробуждения.
Даже воздух будто забывал, что здесь кто-то стоял.
— ...
Земля стихла.
Ни звука.
Ни вибрации.
Ни ветра.
Я уже стоял на земле.
У ног остался только кусок разрушенной ноги, но стоило ветру коснуться его — и тот рассыпался пылью.
А затем мир накрыла запоздалая ударная волна.
Огни города на несколько секунд мигнули белым.
Посреди этого света стоял только я.
***
Оперативный центр едва не лопался от криков.
На каждом экране горело:
[MISSION CLEAR]
Связисты хлопали друг друга по плечам, кто-то уже орал от радости.
— Есть! Он рухнул!
— Этот парень в костяной маске... он настоящий! Это не байка!
— Ущерб городу — ноль! Все гражданские живы!
Настоящий праздник.
Белый колосс уровня бедствия выдержал весь ракетный боезапас авиагруппы — и исчез после одного удара человека.
За сорок лет с появления монстров ещё ни разу монстра уровня бедствия не уничтожали без единой сопутствующей жертвы.
Люди обнимали друг друга и плакали.
Никогда ещё слово «выжили» не ощущалось настолько реальным.
Кто-то снял защитные очки и вытер глаза.
Кто-то рассмеялся, даже не заметив, что пролил кофе прямо на рацию.
Но один человек не улыбался.
Бригадный генерал Хан Соджин.
Она не отрывала взгляда от монитора и едва заметно прикусывала губу.
Пальцы дрожали.
Сквозь шум праздника в гарнитуре треснуло статикой.
— ...Госпожа генерал? Сигнал эвакуации уже можно отменять?
Вместо ответа она указала пальцем на экран.
По подбородку скатилась капля холодного пота.
— SAHS.
Все подчинённые разом повернулись к ней.
— Что? Да, там появился монстр уровня бедствия. Но теперь его сигнал исчез...
— Вот в этом и проблема.
Голос Хан Соджин стал низким и жёстким.
Шум в помещении постепенно стих.
Одного её напряжения хватило, чтобы воздух снова похолодел.
— Почему тогда в SAHS до сих пор остаётся ещё один сигнал уровня бедствия?
— ...
В центре карты всё ещё мигала красная точка.
Точно там, где Белый колосс уже должен был исчезнуть.