Утро. Я только проснулся.
Перед домом Джихён было как-то слишком шумно.
За окном стоял чёрный минивэн, а возле него мужчина в чёрном костюме смотрел прямо на входную дверь.
— Вы господин Ли Сынхван?
Из-за двери донёсся низкий, ровный голос.
— Да. А что?..
Я открыл, и мужчина в солнцезащитных очках вежливо поклонился.
— Депутат Ким Джедон хотел бы с вами встретиться.
Задняя дверь минивэна бесшумно отъехала в сторону.
Из салона мне помахало знакомое лицо — тот самый человек, которого я вчера видел в порту.
— Хо-хо, прости, что с самого утра. Ли Сынхван, найдётся немного времени?
«Герой Вандо» Ким Джедон лично приехал к дому Джихён.
Депутат прислал за каким-то приезжим машину — просто чтобы поговорить?
После появления чудовищ регионы стали настолько подозрительно относиться к чужакам, что без проверки не впускали почти никого.
И при этом человек, который фактически отвечал за весь уезд, подгоняет минивэн, чтобы меня забрать?
Подозрительно. Очень.
Но мне и самому как раз хотелось с ним поговорить.
Можно сказать, возможность сама пришла в руки.
— Ну, поехали.
Я пожал плечами и сел в машину.
Офис депутата находился прямо в центре Вандо, рядом со зданием уездного совета. Аккуратно отремонтированное двухэтажное здание.
Стоило войти, как сотрудники разом поклонились.
— Прошу сюда.
Мы прошли в комнату, похожую на небольшую гостиную при кабинете.
Дверь за спиной закрылась.
Щёлк.
Замок.
Двое мужчин в чёрных костюмах, стоявшие у стены, тут же чуть выпрямились и заняли места у двери.
Ким Джедон сел напротив меня на диван и улыбнулся своей обычной добродушной улыбкой.
— Значит, тебя зовут Сынхван?
— Да.
— Тогда сразу к делу.
Он слегка подался вперёд, всё так же улыбаясь.
— Как вы узнали?
— ...О чём?
Для начала я решил прикинуться дурачком.
Но депутат только рассмеялся и покачал головой.
— Ха-ха-ха. Когда человек врёт, он почему-то всегда отводит глаза. Сынхван, зачем нам обоим тратить время?
Он улыбался.
А воздух в комнате становился всё холоднее.
— Вообще-то сначала я хотел спросить, как именно вы это выяснили... Но ладно, к этому ещё вернёмся. Судя по лицу, вопросы сейчас больше у вас.
Раз уж он сам отдал мне инициативу, я не стал отказываться.
— Тогда спрошу. Что за яйца чудовищ лежат на дне моря у Вандо? Их там столько, что это явно не мелочь. Почему вы всё это время их скрывали?
Ким Джедон несколько секунд смотрел на меня, сохраняя улыбку, а потом заговорил совсем о другом.
— Сынхван, вы знаете, каким раньше был уезд Вандо?
— ...Что?
— Лучшее место для рыбоводства во всей Корее. Теперь это уже история.
Он поднял стакан, снова поставил его на стол и продолжил медленно, будто вспоминал далёкое прошлое.
— После появления чудовищ сама рыба стала редким продуктом. А мы на самом краю полуострова. Стоит здесь появиться одной твари — последствия потом годами разгребают.
С начала эпохи чудовищ быстро восстанавливать разрушенные города могли только столица и крупнейшие мегаполисы.
С провинцией всё было иначе.
Даже один монстр уровня эрозии мог оставить после себя месяц восстановительных работ, а всё это время люди голодали.
Для приморского города вроде Вандо, который жил рыбным промыслом, всё было ещё хуже.
Потеря одной лодки могла означать крах целой деревни.
— А потом, восемь лет назад...
Ким Джедон замолчал и посмотрел мне прямо в глаза.
— Однажды к берегу прибило чудовище, похожее на рака. Размером с дом.
Он негромко усмехнулся.
Но тот «рак» был куда чудовищнее любого нормального ракообразного.
Панцирь блестел, как тёмно-синий металл. Ноги были толщиной с обрубленные стрелы подъёмного крана. Огромные клешни выглядели так, будто могли расколоть валун пополам.
Берег накрыло запахом гниющего моря и густой рыбьей крови.
— С первого взгляда было ясно: тварь непростая. Народ завопил и разбежался кто куда.
— Не хотите же вы сказать... что к берегу приплыло чудовище уровня бедствия?
— Именно. Позже выяснилось, что это был труп чудовища уровня бедствия, который принесло со стороны Китая.
Говорил он спокойно, но палец, постукивающий по стакану, едва заметно дрожал.
Сначала все обрадовались, что тварь уже мертва.
Потом пришёл страх.
Труп чудовища — не просто падаль.
В чудовищеведении это давно считалось установленным фактом.
При разложении тела выделялись факторы эрозии.
Токсичные частицы, возникающие при распаде белков и жиров, — нечто вроде спор бедствия, способных очень быстро убить окружающую экосистему.
У рыб, пойманных возле туш чудовищ, часто буквально расползались ткани. Ходили слухи, что дальше эта дрянь поднимается по пищевой цепочке и добирается до человека.
Тогда, по словам Ким Джедона, он и принял решение.
— В то время я рисковал потерять место в совете. Политическим ублюдкам в Сеуле было плевать на такую глушь. Вот я и подумал: уберу тушу сам. Хотя бы деревню спасу.
Он медленно провёл пальцем по стенке стакана.
— И вот однажды ночью...
Сквозняк шевельнул воздух у окна.
— Я боялся, что туша начнёт гнить и в конце концов рванёт, поэтому сам пошёл в порт. Один. С фонариком. И там...
Его взгляд дрогнул.
[Помоги...]
— М-м?
[...мне.]
Он тихо рассмеялся.
Но в этом смехе слышался странный страх человека, который до сих пор очень хотел верить, что ничего такого не происходило.
— Мёртвое чудовище заговорило с вами? Человеческим голосом?
— Ха-ха... Не уверен, что это можно назвать человеческим голосом.
Он пробормотал, словно снова слышал тот звук.
— Скорее... он звучал. Сразу и в голове, и в ушах.
Сначала Ким Джедон решил, что сходит с ума.
Пытался убедить себя: голос между шумом ветра и волн — обычная галлюцинация.
Но день за днём мёртвая тварь говорила всё отчётливее.
Глубоким низким гулом, который будто был гуще самого морского запаха.
А потом настал тот день.
— Д-депутат, вы сами поплывёте и выбросите тушу посреди моря?!
— Ох, опасно же!
— А если нарвётесь на китайское судно или чудовище?! Это же безумие!
Но Ким Джедон никого не слушал.
Обмотал тушу цепями и сам погрузил её на судно.
В ту ночь на Вандо обрушился шторм.
И посреди моря он увидел «это».
Когда ударила молния, брюхо мёртвого чудовища лопнуло.
Изнутри хлынули сотни чёрных яиц.
Волны уносили их вниз, ко дну, а между яйцами поднимался сладко пахнущий порошок — белёсый, как туман.
— ...Так это и было...
Я не успел договорить.
Ким Джедон кивнул.
— Да. Именно оно. То самое «удобрение», которое у нас называют благословением Вандо. Каждый раз, когда яйца чудовища размножались на дне, часть этой массы выносило наверх. Мы просто... собирали её.
Каждый раз, когда яйца пожирали проплывавшую мимо рыбу, их температура повышалась.
Наверное, инстинкт подготовки к вылуплению.
Одно яйцо стало десятью, десять — сотней.
Они плодились, пожирали всё живое вокруг и выделяли отходы.
Вот чем на самом деле было «удобрение», спасшее Вандо.
И именно из-за тепла этих яиц море начало кипеть.
— Года три назад, кажется... Когда вода стала настолько горячей, что в неё уже нельзя было зайти, яиц перевалило за тысячу.
Он прищурился и произнёс это почти с гордостью.
Улыбка уже откровенно отдавала безумием.
— Вот же идиот...
Я стиснул зубы.
— Когда они вылупятся, сожрут не только Вандо — под ударом окажется вся Чолла. Ради сиюминутной выгоды вы вообще понимаете, что натворили?
Но Ким Джедон только спокойно рассмеялся.
— Ха-ха-ха. А вот это уже не проблема, Сынхван. Я ведь говорил? Я слышал голос того чудовища. После его просьбы о помощи... всё изменилось.
— ...Что?
И тут его правая рука вздулась.
Плоть перекрутило и разорвало изнутри. Наружу вывернулось красное мясо.
Кости заскрипели.
Из предплечья вырвалась огромная красная клешня.
— Какого?..
Слова сами сорвались с языка.
Это была ткань чудовища.
Человеческой рукой такое не могло быть ни при каких условиях.
Ким Джедон посмотрел на новую конечность и медленно растянул губы в улыбке.
— Оно выбрало меня. Единственного человека, который выпустил его детей в мир.
Клешня щёлкнула.
Ещё раз.
Комнату заполнил металлический лязг.
В его глазах уже почти не осталось ничего человеческого.
Я отступил на шаг.
— И зачем вы всё это мне рассказываете?
— Ха-ха. Всё просто.
Улыбка Ким Джедона стала ещё шире.
— В мире, которым я буду править, мне понадобятся умные молодые люди вроде вас. Вы раскрыли тайну Вандо и нашли яйца чудовища. Такая проницательность мне нравится, Сынхван.
— ...
— Так что скажете? Присоединитесь ко мне? Если, конечно, не хотите умереть.
На несколько секунд повисла тишина.
Рука чудовища.
Человеческое лицо.
Безумные глаза.
Честно говоря, более идеального злодейского признания придумать было трудно.
Так что...
Я улыбнулся.
— Отлично. Кажется, нужное напряжение мы уже нагнали.
— ...Что?
Я неспешно выпрямился, развёл руки и чуть задрал подбородок.
— Злодей! Ты посмел надеть человеческую личину и задрать цены на сырую рыбу для всего народа в десять раз!..
— Сынхван?..
— Именем справедливости я тебя не прощу!
В-и-и-и-и-и...
— ...Это ещё что?
Ким Джедон поднял голову.
Воздух над ним дрогнул.
И только тогда он наконец заметил сферическую камеру, которая всё это время висела в воздухе невидимой — ещё с моего приезда в Вандо.
[Активирован «режим трансляции».]
[Описание: справедливостью надо делиться! Режим автоматически передаёт изображение с места событий и запускает прямую трансляцию по всему миру.]
[Чат: ЕБАТЬ, это сейчас что было?!]
[Чат: Так он не депутат, а КРАБУТАТ ахахахаха]
[Чат: То есть мою камбалу и морского окуня всё это время кормили чудовищами?!]
[Чат: Факт: это ещё цветочки по сравнению с жителями Вандо, которые ели овощи на удобрении из чудовищьего дерьма.]
Лицо Ким Джедона застыло.
На чудовищной руке вздулись красные жилы.
И тут появилось ещё одно системное сообщение.
[Зрителей прямой трансляции: 1 048 927]
Сцена справедливости уже шла в прямом эфире на весь мир.