Под ослепительно белой землей Святой земли Солар, в подземелье заброшенного древнего храма, воздух был пропитан гнилостным запахом сырости и мха.
Отрезанные от праздничной атмосферы наверху, вокруг единственной оплывшей свечи уродливо плясали тени.
— Все в сборе?
— Да, молодой господин. Похоже, все пришли.
Здесь собралось около десятка черных теней.
Глядя на них, Кахель, предводитель павших аристократов, заговорил.
— План ведь безупречен?
— Да, молодой господин. Мы уже выяснили график смены караула на Святой земле и все пути отхода.
— Хорошо, очень хорошо... Отлично... — удовлетворенно ответил Кахель, его глаза излучали багровое свечение.
Глаза Кахеля Уильяма больше не походили на человеческие.
Его зрачки потеряли фокус и светились красным.
— Церемония посвящения станет их похоронами. Эдрик Ноэль... ублюдок, который предал и погубил моего отца... Я лично перережу этим клинком твою высокомерную шею вместе с шеей этой суки-Святой.
— Я помогу вам, молодой господин!
Те, кто долго контактировал с оружием Короля Смерти, неизбежно попадали под его влияние.
То же самое происходило и с остальными павшими аристократами.
По их рукам, как и у Кахеля, расползались черные вены.
Они не думали о собственных жизнях, полностью отдаваясь экстазу мести.
— Мы приведем план в исполнение за день до церемонии посвящения, когда охрана будет слабее всего. До тех пор всем оставаться наготове.
— Да!
Кахель достал из-за пазухи кинжал Короля Смерти и медленно провел по нему пальцами.
Каждый раз, когда лезвие касалось его кожи, по телу пробегал пронизывающий до костей холод, но для него это было самое теплое пламя мести.
Пока Кахель упивался эйфорией мести, до его ушей донесся неприятный шум.
Снаружи доносился невнятный гул.
— Что это за звук? Кажется, на улице стало шумнее, чем раньше.
— Я пойду проверю, что происходит.
Когда до подземного убежища донесся шум с поверхности, один из павших аристократов отправился на разведку.
В этот момент наверху царила атмосфера всеобщего ликования — полная противоположность полным проклятий клятвам Кахеля.
Ворота Святой земли распахнулись, и началась торжественная процессия: огромный паланкин, расшитый золотыми нитями, двигался в сопровождении стройного марша Святых рыцарей.
Причина такого переполоха на Святой земле была лишь одна.
Прибыл нынешний глава Церкви, Папа Григорий IX.
— Его Святейшество Папа прибыл?!
— Папа уже здесь!
Десятки тысяч верующих, собравшихся на площади, в унисон опустились на колени.
Когда из паланкина спустился пожилой мужчина в белоснежном одеянии, по всей Святой земле разлилась мягкая божественная сила.
Наследный принц Леопольд и Эдрик, отдыхавшие в своих покоях, тоже поспешно переоделись в парадные костюмы и вышли его поприветствовать.
— Ваше Святейшество, должно быть, вы утомились с дороги.
— Охо-хо, Ваше Императорское Высочество. Для меня большая честь, что тот, на чьи плечи ляжет будущее Империи, лично пришел поприветствовать меня.
Папа с доброжелательной улыбкой пожал руку Леопольду.
Однако следовавший за ним Кардинал Рауль выглядел мрачным.
Папа искоса взглянул на Эдрика, стоявшего рядом с Наследным принцем.
Поприветствовав Наследного принца, Папа повернулся к Эдрику.
— Приветствую Ваше Святейшество. Я...
— Охо-хо, так вы и есть сэр Эдрик?
— Да, все верно.
— Охо-хо, у вас и впрямь благородный вид, прямо как рассказывала Святая Азелия.
— Неужели... это так?
— Охо-хо-хо, Азелия часто говорила о вас. Пожалуйста, позаботьтесь о ней.
— Да, я понял.
Эдрик ответил на слова Папы, покрываясь холодным потом.
Каким бы доброжелательным ни был понтифик, он оставался Папой — встреча с человеком, стоящим на самой вершине Церкви, сама по себе вызывала колоссальное напряжение.
И в этот момент стресс испытывал не один Эдрик.
Когда зеваки разошлись, Кардинал Рауль осторожно обратился к Папе:
— Ваше Святейшество, из соображений безопасности я советовал вам воздержаться от поездки, но вы все равно прибыли лично. Я беспокоюсь, ведь на Святой земле ощущается зловещая энергия.
Не существовало никаких правил, обязывающих Папу лично присутствовать на церемонии посвящения Святой.
Однако Папа настоял на своем присутствии и, вопреки всеобщим уговорам, проделал весь этот долгий путь до далекой Святой земли, несмотря на свои восемьдесят с лишним лет.
В ответ на слова Рауля Папа добродушно улыбнулся и покачал головой:
— Святая, явившаяся спустя сто лет, да еще и, возможно, первая Святая в истории Церкви без стигматов — неужели этому старику нельзя позволить исполнить маленькое желание и увидеть все своими глазами? Пожалуйста, отнесись к этому с пониманием.
— Да... я понимаю, Ваше Святейшество.
Доклад о том, что Эдрик тоже может быть Святым, уже дошел до Папы.
К тому же Папа периодически встречался со Святой и слушал ее рассказы об Эдрике.
Что за человек этот Эдрик, который учил Святую вере и сам, возможно, обладал святостью?
Не в силах совладать с любопытством, Папа в итоге отправился на Святую землю.
Кардинал Рауль и многие другие церковные чины хватались за головы от досады, но он был Папой.
Когда он приказывал... им оставалось лишь подчиниться.
— С этого момента удвоить охрану.
— Есть! Вас поняли.
Все, что мог сделать Кардинал Рауль, — это усилить меры безопасности.
Из-за прибытия Папы охрана Святой земли стала несравненно строже, чем прежде.
Доспехи Святых рыцарей, расставленных повсюду, поблескивали на солнце, а барьерная магия жрецов начала слой за слоем окутывать всю Святую землю.
— ...Что происходит?
Для павших аристократов, готовивших покушение в подземелье, эта новость стала настоящим ударом.
Охрана удвоилась за одну ночь... Это никак не входило в их планы.
— Говорят, прибыл Папа.
— Папа?!
— Да, ходят слухи... он приехал, чтобы поговорить о чем-то с Эдриком.
— Этот ублюдок Эдрик!
Кахель в ярости уставился в сторону выхода, скрежеща зубами.
Внезапного появления Папы и последовавшего за этим усиления охраны было более чем достаточно, чтобы полностью разрушить их планы.
Но стоило его решимости пошатнуться, как кинжал Короля Смерти в руке Кахеля завибрировал, издав жуткий, плачущий звук.
Исходивший от лезвия черный туман пополз по его руке и обвил шею.
«Точно, какая разница, приехал Папа или нет? У меня есть это».
— Это не имеет значения. Если стражи станет вдвое больше, мы просто убьем в два раза больше людей.
— Тогда, молодой господин...
Кахель вспомнил о силе кинжала.
Этот кинжал не только взрывообразно увеличивал силу владельца, но и содержал в себе ужасающий яд Короля Смерти, способный парализовать все тело от малейшей царапины, а без надлежащего лечения — растворить кровеносные сосуды за три часа.
— Действуем по намеченному плану!
Зрачки Кахеля сузились в вертикальные щели, как у змеи, и вспыхнули красным.
В этот самый момент Эдрик, патрулировавший Святую землю, почуял неладное.
Он резко остановился и принюхался.
— ...Что это за едкий запах? Тут кто-то уборную взорвал, что ли?
На Святой земле, погрузившейся в суматоху из-за внезапного приезда Папы, он уловил нечто едкое.
Благодаря действию моего навыка [Птица, которая пьет яд] я мог чувствовать яд.
Проблема заключалась в том... что чувствовал я его именно через запахи.
Яд источал отвратительную вонь, отличную от нечистот, и это сильно раздражало мой нос.
Серьезно, какой неэстетичный способ обнаружения... Хотелось бы мне просто видеть его глазами, как Бьякуган.
— Такая вонь на Святой земле? Неужели здесь объявился какой-то обнаглевший ублюдок?
У меня были некоторые претензии к системе, но я привел мысли в порядок.
На самом деле яды существовали повсюду.
Но проблема заключалась в том, что это место было не чем иным, как Святой землей.
Место, максимально далекое от любых ядов, а сейчас здесь собрались Наследный принц, Папа и даже Святая.
«Хм... чем больше я об этом думаю, тем более хреново мне становится...»
В обычное время я бы прошел мимо, но раз уж здесь находится сам Папа, мне было слишком не по себе, чтобы просто закрыть на это глаза.
В конце концов я направился к Ризель из рыцарей Джериэла, которая в этот раз прибыла в качестве сопровождения.
— Ризель, есть минутка?
— Сэр Эдрик, конечно!
Тринадцатому отряду рыцарей Джериэла под руководством Ризель в этот раз поручили охрану Наследного принца и меня.
Я слышал, что их назначили в эскорт, но до этого момента не видел их, поэтому Ризель тепло поприветствовала меня.
— Я уж подумала, что сэр Эдрик совсем забыл обо мне.
— Да быть... быть того не может. Как я мог забыть тебя, Ризель? Мы ведь боевые товарищи, которые вместе подавили восстание на Юге.
— Ха-ха-ха! Да, верно. Прошу прощения!
Если честно... я и правда немного подзабыл.
В последнее время происходило столько суматохи, что тут уж ничего не поделаешь.
Как бы то ни было, собравшись с мыслями, я обратился к Ризель.
— Вы имеете в виду охрану?
— Да, я чувствую подозрительную активность, так что, думаю, нам тоже стоит усилить меры безопасности.
Церковная сторона усилила охрану своими силами из-за прибытия Папы, но наша имперская сторона не предпринимала никаких особых мер.
По правде говоря, нашей охраны и так было вполне достаточно, так что дальнейшие шаги выглядели бы избыточными.
Тем не менее от моих слов — слов помощника Наследного принца и соратника по подавлению восстания на Юге — лицо Ризель стало серьезным, и она ответила:
— Вас поняла! Я усилю охрану еще больше.
— Спасибо, Ризель. С меня причитается.
— Буду ждать с нетерпением, сэр Эдрик!
По приказу Ризель охрана была немедленно усилена.
Количество патрульных удвоилось, а также установили еще два контрольно-пропускных пункта.
Глядя вниз с высоты, я видел, как без устали снуют церковные и имперские рыцари, и эта картина заметно меня успокоила.
«Что ж, этого должно хватить».
Со спокойной душой я отправился спать.
* * *
В день, когда по приказу Эдрика усилили охрану, павшие аристократы снова спешно собрались под землей.
Павшие аристократы, пытавшиеся скорректировать план покушения под новые условия, пришли в ужас от постоянно прибывающих рыцарей Джериэла и вернулись, чтобы доложить обо всем Кахелю.
Услышав эту новость, Кахель, естественно, пришел в ярость.
— Охрану усилили еще больше?!
— Да, молодой господин. Вслед за Церковью численность своих сил увеличили даже рыцари Джериэла.
Кахель лишился дара речи.
Какой бы важной ни была церемония посвящения Святой, и даже с учетом присутствия Папы и Наследного принца, подобный уровень охраны выходил за рамки разумного.
— Как такое возможно?!
— Ну... ходят слухи, что Эдрик лично отдал приказ рыцарям Джериэла.
— Этот! Этот Эдрик, крысиный ублюдок!
Кахель в ярости уставился в сторону выхода, скрежеща зубами.
Внезапного появления Папы и последовавшего за этим усиления охраны было более чем достаточно, чтобы полностью разрушить их планы.
Но стоило его решимости пошатнуться, как кинжал Короля Смерти в руке Кахеля завибрировал, издав жуткий, плачущий звук.
Исходивший от лезвия черный туман пополз по его руке и обвил шею.
«Точно, какая разница, приехал Папа или нет? У меня есть это».
— Это не имеет значения. Если стражи станет вдвое больше, мы просто убьем в два раза больше людей.
— Тогда, молодой господин...
Кахель вспомнил о силе кинжала.
Этот кинжал не только взрывообразно увеличивал силу владельца, но и содержал в себе ужасающий яд Короля Смерти, способный парализовать все тело от малейшей царапины, а без надлежащего лечения — растворить кровеносные сосуды за три часа.
— Действуем по намеченному плану!
Зрачки Кахеля сузились в вертикальные щели, как у змеи, и вспыхнули красным.
Кахелю казалось, что он вот-вот захлебнется собственной кровью от ярости.
Искусав губы до крови, Кахель обратился к павшим аристократам:
— Раз уж охрану усилили... мы просто воспользуемся более надежным способом...
— Молодой господин, неужели вы...
— Вы собираетесь... использовать это?
Это было крайнее средство, припасенное ими на самый экстренный случай.
Как бы низко они ни пали, они все еще оставались людьми, и это была та черта, которую они старались не переступать — граница, которую они хотели сохранить.
Пока остальные дрожали от страха, Кахель твердо произнес:
— Вы предлагаете нам отступить после того, как этот змей так нас унизил?! Жребий брошен. Я пойду на все, чтобы вонзить этот клинок в грудь гребаного ублюдка Эдрика и отомстить за своего отца и семью!
Слова Кахеля через кинжал Короля Смерти передались всем павшим аристократам.
Невиданный ужас вот-вот должен был обрушиться на Святую землю.