Заброшенные руины на окраине деревни.
В этой безлюдной глуши встреча Святой Азелии и Главного администратора Наследного принца Эдрика продолжалась.
Обращаясь к потрясенной Азелии, Эдрик произнес спокойно и невозмутимо:
— Я не могу раскрыть источник сведений, но... до меня дошли слухи, что Ваше Святейшество обладает неопровержимыми доказательствами. Если вы доверите их мне, я спасу Юг.
Азелия не верила своим ушам. Этот секрет знала только она.
«Как он вообще сумел проведать об этом?»
Но куда больше ее изумил свет, затеплившийся в его душе. Посредством своей способности она чувствовала: Эдрик говорил совершенно искренне, действительно намереваясь спасти Юг с помощью этих улик.
Девушка пребывала в глубоком смятении. Ей отчаянно хотелось довериться Эдрику, но что, если... он лгал? Что, если ему каким-то образом удалось обвести вокруг пальца даже ее священную силу, а сам он лишь стремился уничтожить компромат?
Терзаясь сомнениями, Азелия почувствовала, как перед стоящим напротив мужчиной ее охватывает безотчетный липкий страх.
— Я... я...
— Вы не можете мне довериться, — перебил ее Эдрик.
В его голосе проскользнуло леденящее душу разочарование.
Однако из-за того, что это разочарование ощущалось как «ложное», Азелия запуталась еще сильнее. Этот человек лишь казался огорченным, а в глубине души по-прежнему искренне верил ей!
Даже она, нареченная Святая, поддалась сомнениям, пока он неуклонно сохранял веру.
— Н-нет! Все совсем не так! Просто... я... пожалуйста, дайте мне время обсудить это с соратниками, — с трудом выдавила Азелия.
Она чувствовала, что не в силах принять столь судьбоносное решение единолично. Едва представив, что от ее выбора зависит жизнь или гибель всего населения Юга, девушку задавила невыносимая тяжесть ответственности.
Эдрик некоторое время молча вглядывался в нее, а затем отступил на шаг, ослабив давящую ауру.
— Я понимаю. Однако времени у нас в обрез. Ваш ответ нужен мне к завтрашнему дню.
— Хорошо...
Слегка поклонившись, Эдрик растворился в ночной тьме.
Оставшись одна, Азелия опустилась на траву, тяжело переводя дыхание.
Мысли хаотично путались. У этого человека были поистине демонические глаза, но при этом он оставался единственным мужчиной из всех встречавшихся на ее пути, чьи уста не осквернила ложь. И все же ему каким-то образом удалось узнать об опасной тайне, известной лишь ей одной.
«Господин Эдрик... кто же вы такой на самом деле?»
Азелия устремила взгляд в темноту, где только что исчез силуэт собеседника.
Враг он или союзник? Довериться ему или отвергнуть?
Время на раздумья неумолимо утекало с каждой секундой.
* * *
«Ого, а она и впрямь невероятно красива. Неудивительно, что Наследный принц по уши в нее влюбился».
Именно эта мысль первой пришла мне в голову сразу после завершения беседы со Святой.
Согласно сюжету оригинального романа, Наследный принц влюбился в ее лик с первого взгляда, а с каждой новой встречей, когда девушка молилась за него, его страсть разгоралась лишь сильнее. Раньше я гадал, насколько безупречной должна быть внешность Святой, чтобы удостоиться таких дифирамбов, но теперь воочию убедился: ради подобного ангельского лика действительно можно сойти с ума и поставить империю на грань гибели.
Божественное ли это благословение или просто хорошая генетика? Как бы то ни было, эффект оказался ошеломительным.
— Разговор прошел успешно? — спросила ожидавшая меня Ризель.
— Да, вполне, — ответил я, с трудом донеся свои соображения до Святой.
Учитывая секретность миссии, в качестве личного телохранителя я взял только Ризель. Понимая, что оставаться на месте небезопасно, мы немедля вскочили на коней и покинули руины.
— Святая передала то, что вы просили, господин Эдрик?
— Нет, похоже, Ее Святейшеству требуется время на раздумья.
Жаль, конечно. Обладай я теми уликами, дело пошло бы куда быстрее. Но Святая, судя по всему, пребывала в абсолютном смятении.
Хотя погодите... Она же наверняка способна заглянуть мне в душу с помощью своих Очей истины или как там зовется ее дар. Так почему она сомневается?
Неужели я думал о чем-то недозволенном?
Хм... Если восхищение ее безупречной красотой считается посторонней мыслью, то, полагаю, я действительно немного грешен.
— Понимаю... Как досадно, — вздохнула Ризель. — Вы, господин Эдрик, так неустанно трудитесь на благо Юга, а она смеет сомневаться в ваших помыслах.
— Ничего не поделаешь. Мы виделись впервые, так что ее осторожность вполне оправданна.
С момента нашего прибытия Ризель лично наблюдала за тем, как я собираю компромат на южную аристократию и распутываю их махинации. Поэтому она входила в узкий круг тех, кто верил в мои благородные устремления.
«Эх... Ваше Святейшество, умоляю, отдайте мне эти улики. Тогда я покончу со всем раз и навсегда. Пожалуйста!»
* * *
На следующее утро. Полуразрушенный склад в центре Ливии.
По призыву Святой Азелии здесь тайно собрались лишь немногие доверенные лидеры повстанцев — те, в ком она была уверена больше всего.
Азелия поведала им о ночной встрече с Эдриком:
— Господин Эдрик приходил ко мне. Ему требуются неопровержимые доказательства, чтобы полностью сокрушить южную аристократию.
Азелия умолкла, крепко сжав дрожащие ладони.
Речь шла о тех самых уликах, которые она хранила при себе и о которых до сих пор не решалась поведать даже ближайшим сподвижникам.
Наконец девушке пришлось открыть правду:
— До сего дня я молчала, но... эти доказательства у меня.
— У вас есть подобный компромат, Ваше Святейшество?
В ответ на потрясенный возглас соратника Азелия лишь молча кивнула.
Присутствующие онемели от изумления: Святая прежде никогда ничего от них не утаивала.
— Простите, что держала это в тайне, — с тихим раскаянием произнесла она. — Но... эти сведения слишком ценны, чтобы подставлять их под удар.
— Ваше Святейшество...
— Все в порядке, Ваше Святейшество, мы всё понимаем, — наперебой отозвались повстанцы.
На войне порой приходится утаивать правду даже от своих, дабы сразить врага. Безгранично веря Святой, они не сомневались в весомости ее причин.
Видя понимание на лицах сподвижников, Азелия перешла к суть:
— Должна ли я... передать эти доказательства господину Эдрику? Я хочу выслушать мнение каждого из вас.
В помещении воцарилось недолгое молчание. Первым тишину нарушил командир штурмового отряда повстанческой армии. Он с силой грохнул ладонью по столу:
— Мы обязаны ему поверить! Разве вы не слышали его речь на площади? Он во всеуслышание заявил, что предаст суду и графов, и герцогов по всей строгости закона! Господин Эдрик — первый, кто осмелился произнести такое в окружении Императорских рыцарей!
И это было чистой правдой. Эдрик стал первым, кто открыто объявил о суде над знатью прямо под их носом.
Однако сидевший рядом умудренный опытом советник лишь отрицательно качнул головой. Его взгляд выражал глубокое скептическое недоверие:
— Ваше Святейшество, не поддавайтесь обману. Эдрик Ноэль даже в столице сыскал дурную славу как Красный змей — коварный и беспринципный прихвостень!
Этот советник являлся единственным среди лидеров повстанцев, кому в свое время довелось учиться в столице. Он был наслышан о беспутстве Наследного принца и прекрасно помнил слухи о зверствах Эдрика в бытность того Красным змеем.
— Его требование отдать улики продиктовано вовсе не сочувствием, — продолжал советник. — Это может быть попыткой заполучить козыри для торга с дворянами или коварной ловушкой, дабы уничтожить нас одним махом! Неужели вы способны доверять человеку с такими змеиными глазами?
— Вы смеете сомневаться в господине Эдрике?!
— А вы готовы слепо верить ему лишь из-за одной красивой речи?!
Склад мгновенно раскололся на два непримиримых лагеря, и обстановка накалилась до предела. Сторонники, поверившие пламенной речи Эдрика, яростно сцеплялись с теми, кто призывал не забывать о его репутации отпетого интригана.
Не в силах больше выносить этот балаган, сестра Кейл со всей силы грохнула кулаком по столу и выкрикнула холодным, сдерживающим гнев голосом:
— Довольно!
После ее окрика в помещении в тот же миг воцарилась тишина.
Посмотрев на Азелию, Кейл продолжила уже спокойнее:
— В конце концов, только Ваше Святейшество встречались с ним лично и видели его глаза. Все наши прения — лишь пустые домыслы.
Все взоры скрестились на Азелии.
Кейл взглянула на нее с искренним сочувствием:
— Мне жаль, но... единственно правильным будет, если это решение примете вы. Простите, что взваливаем на ваши плечи столь тяжкое бремя.
— П-подними голову, Кейл!
Увидев, как соратница склоняет перед ней голову, Азелия в смятении поднялась со своего места.
Она снова вспомнила взгляд Эдрика на вчерашних руинах. За этой пугающей наружностью девушка отчетливо ощутила странный, невероятно чистый свет искренности.
Недолго поколебавшись, Азелия приняла окончательное решение.
* * *
В то же самое время в кабинете правителя Ливии.
Граф Вильгельм выслушивал доклад подчиненного, таившегося в тени. Лоб аристократа прорезали еще более глубокие морщины, чем обычно.
— Ведется расследование?
— Да, граф. Последние несколько дней кто-то тщательно прочесывает наши финансовые книги и логистические склады.
Лазутчик тихо продолжил, заметив, как с каждым словом темнеет лицо господина:
— Они действуют невероятно скрытно и даже сумели уйти от выставленной нами слежки. Судя по выучке... с высокой долей вероятности это Теневые воины Империи.
Пальцы Вильгельма ритмично застучали по столешнице.
Граф ожидал, что Эдрик станет копать под местную знать, но задействовать Теневых воинов — это уже выходило за рамки обычного дознания.
Однако доклад на этом не завершился:
— Кроме того, данные пока не проверены, но... поступили сведения, будто вчера вечером Главный администратор Эдрик Ноэль тайно встречался со Святой с глазу на глаз.
— Встречался со Святой?
— Да... Так утверждает очевидец.
Глаза Вильгельма опасно сузились.
Сама по себе аудиенция у Святой не казалась чем-то из ряда вон выходящим — в конце концов, она являлась духовным лидером повстанцев. Но зачем устраивать тайные свидания под покровом ночи?
Вот что вызывало серьезные подозрения.
«Эдрик Ноэль... Что же замышляет этот змей?»
Еще позавчера он согласился разыграть представление с честным судом, чтобы избежать лишних осложнений, а сам тем временем натравливает имперских теней и тайком видится со Святой...
У этого человека явно был иной, глубоко запрятанный план.
— Ступай и передай ему: граф Вильгельм просит господина Эдрика о приватной встрече сегодня вечером.
— Слушаюсь, Ваше Сиятельство.
Проводя взглядом растворившуюся в тени фигуру лазутчика, Вильгельм тихо пробормотал:
— Эдрик Ноэль... Что же ты задумал на самом деле?..
В душе графа Вильгельма, фактического правителя Юга, поселилась глубокая тревога из-за появления этой непредсказуемой, смертельно опасной переменной по имени Эдрик.