— Перед законной наследницей престола Сильвануса, потомком божественной крови.
В тот момент, когда эти слова прозвучали, окружающие затихли. Несмотря на множество людей, собравшихся в саду маленького дворца Хризеи, не было слышно даже дыхания.
Император яростно скрипнул зубами.
Его полностью обманули.
Судя по нынешнему виду Аристины, она, очевидно, пробудила авторитет, с которым родилась. Более того, видя, что она даже достигла такого «просветления», её сила должна была быть…
«Взгляд монарха!»
Даже в самых смелых мечтах он не думал, что Аристина сможет пробудить силу Взгляда монарха.
Взгляд монарха — сила, которую император так страстно желал получить.
«Если бы я знал, что эта сука пробудила Взгляд монарха, всё было бы иначе!»
Контроль над Ируго, захват власти над этим миром, достижение всего, чего он желал, — всё это могло быть в пределах его досягаемости.
Вся похвала и слава по праву принадлежали бы ему.
Мир пал бы ниц у его ног.
Но она всё разрушила.
Император уставился на Аристину; его глаза сверкали безумием.
Аристина стояла величественно, окружённая золотым свечением цветов Хризеи.
Её взгляд смотрел на императора сверху вниз, словно он был ниже её внимания.
Глаза императора дрожали.
«Эта высокомерная…!»
Если бы он знал, что она пробудилась давно, он бы заткнул ей рот и привязал на поводок, чтобы она даже не могла помыслить о сопротивлении.
— Император этой империи — я! Никто другой!
Император извергся голосом, кипящим от ярости.
Но Аристина только рассмеялась, как будто это было забавно.
— Пока я не заявлю свои законные права.
Её голос был расслабленным.
Однако император почувствовал давление от слов Аристины, словно они душили его.
— Поскольку я совершеннолетняя, я могу заявить об этом праве в любой момент.
Это было не предупреждение. Это была угроза.
Те, кто был сбит с толку и не мог понять ситуацию, глубоко вздохнули.
«Что, чёрт возьми…»
«Значит, это правда?»
«Разве это не было просто преувеличенной легендой?!»
Даже увидев это, им было трудно поверить.
Законная наследница престола Сильвануса, потомок божественной крови.
Монарх, благословлённый и назначенный самим Богом Виснатевом.
Существо, которое может само короновать себя императором.
Существование, появлявшееся только в старых легендах, стояло перед их глазами.
Поскольку Аристина уже была назначена Богом, ей не нужно было разрешение простого смертного, чтобы быть императором.
Признавал это император или нет, она была единственной и неповторимой наследницей престола Сильвануса.
— Невозможно…
Летаназия пошатнулась, качая головой. Её голос был слабым и слегка дрожал.
— Удивительно слышать это от тебя, из всех людей, — Аристина повернулась к Летаназии с улыбкой. — В конце концов, ты была единственным человеком, который знал, что я пробудила Взгляд монарха, Летаназия.
— Что?!
Голова императора резко повернулась к Летаназии.
Репортёры, присутствовавшие здесь, и рыцари, стоявшие на коленях, были потрясены, но не настолько, как император.
Летаназия была единственной из троих его детей, кому он доверял и о ком заботился.
«Но ты знала, что Аристина уже пробудила Взгляд монарха?!»
Летаназия бессознательно избежала взгляда императора.
Обычно она никогда бы так не поступила. Скорее, она спросила бы, пытается ли Аристина посеять раздор между ней и императором.
Но сейчас Летаназия была не в том состоянии духа.
Настолько она была потрясена.
Потому что нынешний облик Аристины был не просто вопросом того, что Аристина пробудила Взгляд монарха.
«Нет. В этом нет смысла… как…»
Летаназия покачала головой, пытаясь отрицать реальность.
«Разве это не был просто основополагающий миф, созданный для восхваления королевской семьи? Как это может быть “Просветлением”…!»
И в тот самый момент она вспомнила, что когда Таркан говорил о своей первой любви, он назвал её «Ринэ».
Ей показалось это странным, но она не придала этому большого значения. Она подумала, что он просто смутно объяснял, потому что не хотел вызывать конфликт с Аристиной.
Но теперь…
«Неужели это действительно была старшая сестра Аристина?»
Если человеком, которого встретил Таркан, была «Просветлённая» Аристина, то всё вставало на свои места.
Взгляд императора стал острым, когда он смотрел, как Летаназия замолкает в шоке.
«Значит, она действительно знала…»
Поскольку пробуждение происходит до пяти лет, Летаназия должна была знать уже давно, что у Аристины есть Взгляд монарха.
— Когда ты узнала, что я пробудила Взгляд монарха, ты побежала рассказать императору, не так ли?
Слова Аристины добавили уверенности мыслям императора.
— Сестра Аристина сказала, что отец — тиран, который разрушит страну.
Аристина повторила точные слова Летаназии.
— Она сказала, что вы плохой человек, который мучает её каждый день, что вы тиран и когда начнётся мятеж, ваша голова будет отрублена на гильотине.
Тело Летаназии сжалось.
Ей было ужасно слышать свои точные слова, без единой пропущенной буквы.
Летаназия использовала свою способность читать воспоминания, чтобы утверждать, что видела, как Аристина проклинает императора, разговаривая сама с собой.
На самом деле то, что видела Летаназия, было воспоминанием Аристины, проявленным Взглядом монарха.
— И поэтому меня заточили.
Аристина звучала равнодушно, как будто констатировала факт.
— В месте, где, даже если я заболею до смерти, я не могу надеяться на помощь; месте, погружённом в темноту, где я рву чёрствый хлеб, смешанный с пылью; в месте, где небо размером с ладонь — это весь внешний мир, который я могу видеть.
От этих слов Таркан был переполнен эмоциями, и у него болело сердце.
Его лицо исказилось от боли и гнева.
Злобная энергия вырвалась из Таркана, давя на Летаназию. Но прежде чем он успел что-то сделать, кто-то другой действовал первым.
— Ты, грязная девка, как ты посмела обмануть меня?! Ты тогда всё это сказала, притворяясь, что делаешь это ради меня…!
Император схватил Летаназию за шею, тряся её.
Гнев и предательство бушевали в его груди, как лава, и его руки сжались.
Летаназия задыхалась, и её лицо начало бледнеть.
Аристина смотрела на эту сцену холодными глазами.
Он немедленно переложил всю вину на Летаназию, хотя именно он заточил свою собственную дочь. И именно он хотел использовать эту возможность, чтобы избавиться от своего никчёмного отпрыска, который только разочаровал его и посмел смотреть на него свысока.
— Такой, как ты, никогда не должен был становиться императором этой страны. Тебе пора уступить это место, которого ты не достоин…
— Я император! Смена цвета волос ничего не значит! Всё это чушь!
— Акх!
Император закричал, оттолкнув Летаназию в сторону.
— Граф Алло!
— Д-да, ваше величество!
Хотя он рефлекторно ответил, граф Алло понятия не имел, что делать. Чьим приказам он должен следовать?
— Ты командир моего прямого войска? И ты осмеливаешься ослушаться моих приказов и склонять голову перед нарушительницей?!
— Н-но…
— Кто, по-твоему, дал вам, ублюдкам, все эти деньги?!
Император громоподобно загремел и повернулся к солдатам, пришедшим в качестве подкрепления.
— Коронация была моей, и я тот, кто восседает на троне этой страны. Заявление о престолонаследии без моего признания равносильно измене! Немедленно схватите эту девку!
При упоминании измены солдаты рефлекторно задвигались.
Вслед за их действиями граф Алло тоже поднял меч и бросился к Аристине.
Казалось, что его тёмно-синяя аура вот-вот разрубит Аристину в любой момент.
Но Аристина даже не моргнула.
Звяк!
Меч графа Алло отскочил, даже не долетев до Аристины.
Таркан взмахнул мечом, его руки крепко обнимали жену.
Как Аристина и видела заранее.
— Их слишком много. Будет трудно сражаться, не убивая, как раньше. Могу я прикончить нескольких?
Аристина покачала головой на вопрос Таркана.
— Они идут.
И ему не нужно было спрашивать, кто идёт.
Потому что движение людей, бегущих к ним, внезапно остановилось.
***
Тишина опустилась на дворец Хризеи, который ранее был заполнен топотом военных сапог.
— Ч-что за…
— Я не могу двигаться!
Крики растерянных солдат нарушили тишину.
Среди шума один человек неторопливо пробирался сквозь толпу.
— Приветствую.
— Ринэ, ты заставила меня волноваться.
Лаунелиан осмотрел Аристину, чтобы убедиться, что она в порядке.
Затем его глаза обратились к солдатам, которые не могли двигаться из-за его телекинеза.
Было трудно ограничивать движения рыцарей, у которых была аура, но сотни других солдат были легко подавлены.
— Это сила «Просветления»? Я знаю, что силён, но не до такой степени.
Лаунелиан был впечатлён.
Сила цветка Хризеи, распустившегося по воле Аристины, просачивалась в Лаунелиана.
— Что вы, по-вашему, делаете?! Схватите же наконец этого предателя!
— Император. Нет, Алфей.
Когда Аристина назвала его имя спокойным тоном, глаза императора расширились настолько, что могли выпасть.
«Эта девка теперь называет меня по имени?»
— Дворец Хризеи уже окружён. Военная мощь уже передана на нашу сторону. Благодаря моему способному старшему брату.
— Ч-что ты сказала…?
— И ты преклонишь предо мной колени.
— Что ты…!
Император не смог закончить предложение.
Его колени с глухим стуком ударились о грязный пол.
Как и сказала Аристина, он преклонил перед ней колени. Сколько бы силы он ни прилагал, он просто не мог встать.
— Т-ты…!
Аристина отвернулась от императора, и её взгляд упал на вход во дворец.
Люди проследили за её взглядом и повернулись к выходу, но там ничего не было.
«Что это?»
Как раз когда они начали недоумённо склонять головы, маркиз Карнелиан вошёл во дворец, ведя за собой большую армию.
В тот момент, когда он увидел Аристину, он в шоке моргнул.
«Принц Лаунелиан говорил правду…!»
Как оказалось, маркиз Карнелиан собирался начать финальные переговоры с Лаунелианом. Однако была одна причина, по которой он прибежал сюда, хотя они ещё не достигли соглашения.
Новость о том, что «Просветление» действительно произошло.
Хотя он был скептически настроен, он решил, что любой обман повредит только Лаунелиану, поэтому он привёл свои войска ко дворцу Хризеи.
Маркиз Карнелиан пал на колени перед Аристиной.
— Я приветствую ваше величество императора.
Аристина некоторое время молча смотрела на него сверху вниз, затем приказала.
— Свяжите Алфея.
— Ваше желание — для меня закон.
Солдаты, следовавшие приказам Алфея, уже потеряли желание сражаться.
Они колебались, размахивая мечами, гадая, действительно ли Аристина обрела силу, существовавшую только в легендах.
Более того, когда прибыл Лаунелиан, он сковал свободу солдат, а маркиз Карнелиан пришёл с большой армией численностью в десятки тысяч.
Не только дворец Хризеи был окружён, но и весь императорский дворец претерпевал то же самое.
Даже после того, как Лаунелиан отпустил телекинез, ни один из солдат не двинулся с места.
Рыцари в отряде прямого подчинения императора тоже опустили мечи и преклонили колени перед Аристиной.
И это послужило спусковым крючком: все, включая солдат, пали на колени.
Это была не коронация.
Никто не думал, что появится новый император.
Однако все выражали почтение новому императору.
***
Аристина закрыла глаза.
Всё было именно так, как она видела.
После того как она пересекла зеркальную гладь и успокоилась, она увидела будущее.
Как и тогда, когда она ребёнком пришла на Равнину демонических зверей и встретила Таркана, будущее словно разворачивалось перед её глазами.
Однако теперь всё было иначе.
Сейчас она видела не только будущее, но и далёкое прошлое, и настоящее. Всё было настолько ярко, что ей казалось, она может сжать это в ладонях.
Всё, что Аристина хотела увидеть, разворачивалось перед её глазами.
Изображения императора, бегущего к ним, горячих переговоров Лаунелиана с маркизом Карнелианом, солдат, стекающихся к ним.
И очень далёкое прошлое.
Что это за сила?
Взгляд монарха был явно ограниченной силой.
Он не разворачивался перед глазами вот так, а скорее появлялся как отражение на водной глади.
К тому же, это было не то, что Аристина могла видеть, просто потому что хотела.
Так что же это могло быть?
Почему изменились цвет её волос и глаз?
Как она пересекла водную гладь?
В тот момент, когда она задала этот вопрос, ей открылось прошлое тысячелетней давности.
Дверь к истине, которую никто другой не открывал.
Существовало несколько великих способностей помимо Взгляда монарха, которые назывались «авторитетом».
Сила предвидения — видеть чётко желаемое будущее.
Сила управления погодой — призывать дождь и грозы.
Сила регрессии — возвращать время в прошлое.
Однако только сила Аристины, Взгляд монарха, была удостоена титула «Монарх».
«Просветление» было доказательством того, что ты — император, избранный Богом.
Потому что только те, кто обладает Взглядом монарха, могут достичь «просветления».
Другими словами, Взгляд монарха был предпосылкой для «Просветления».
Ему дали имя Взгляд монарха, потому что это было доказательством того, что однажды он обрёл врождённые качества короля.
Конечно, для «просветления» были нужны цветы Хризеи.
«Нет, на самом деле мне не нужны цветы Хризеи».
Цветы Хризеи были всего лишь посредником.
«Причина всего этого».
Аристина открыла глаза.
Её взгляд немедленно встретился с взглядом Таркана.
Он должен был быть ошеломлён или сбит с толку всем, что внезапно произошло, но Таркану было всё равно. Его глаза были сосредоточены только на ней.
Его золотые глаза мерцали ещё ярче под свечением цветов Хризеи.
«Это был ты».
Аристина протянула руку к Таркану.
«Мой цветок».
Таркан крепко сжал руку Аристины. И его глаза заметно потемнели.
Несмотря на тысячелетний срок, благословения небес всё ещё оставались.
«Ты была моей судьбой. С самого начала».