На следующее утро город будто стал другим.
Людей на улицах было меньше, но городовых — больше. Они стояли на перекрёстках, ходили парами, останавливали прохожих, задавали вопросы. У некоторых домов уже толпились люди — кого-то выводили, кого-то проверяли.
В воздухе стояло напряжение.
Город шумел, но как-то тише обычного. Разговоры обрывались, стоило рядом появиться лишнему человеку. Люди смотрели друг на друга с подозрением.
Я шёл по улице и чувствовал это на себе.
Когда я зашёл в бар, внутри было людно.
Но никто не веселился.
Голоса были приглушённые, смех редкий и натянутый. Кто-то переговаривался шёпотом, кто-то просто сидел и пил, уставившись в стол.
Я подошёл к стойке.
— Вито у себя? — спросил я.
Бармен кивнул на лестницу.
— С утра там.
Я поднялся.
Дверь была закрыта. Я постучал.
— Заходи.
Вито сидел за столом. Перед ним лежали бумаги, пепельница была забита окурками. В комнате стоял густой запах дыма.
Он выглядел уставшим, но спокойным.
— Садись, — сказал он.
Я сел.
Он немного помолчал, глядя на бумаги, потом поднял взгляд.
— Вчерашнее понял?
— Да.
— Скажи.
— Кто-то слил информацию.
Он кивнул.
— Правильно.
Он откинулся на спинку стула.
— И теперь вопрос — кто.
Я молчал.
— Сейчас каждый начинает думать только о себе, — сказал он. — А это всегда плохо заканчивается.
Он сделал паузу.
— Особенно когда наверху начинают ошибаться.
Я понял, о ком он.
Но ничего не сказал.
Он посмотрел на меня внимательно.
— Доверять сейчас никому нельзя. Даже тем, с кем ты работаешь каждый день.
— Понял.
Он кивнул.
— Поэтому сделаем проще.
Он взял лист бумаги и написал адрес.
Чернила немного расплывались — перо он держал крепко.
— Передашь одному из наших, что сегодня там будет встреча.
— И?
— И больше ничего.
Я сразу понял.
Он посмотрел на меня чуть дольше обычного.
— Посмотрим, куда это уйдёт.
— Кому передать?
Он на секунду задумался.
— Лоренцо.
Я кивнул.
— Сделаю.
— И ещё, — добавил он, чуть наклонившись вперёд. — Ни слова больше никому.
Его голос стал тише.
— Сейчас лишние слова стоят дороже жизни.
— Я понял.
Я встал.
— Иди.
Я нашёл Лоренцо ближе к обеду.
Он стоял у склада, разговаривал с одним из наших. Когда увидел меня, кивнул.
— Есть разговор.
Он отошёл в сторону.
— Что?
— Сегодня вечером встреча, — сказал я. — Адрес вот.
Я протянул ему бумагу.
Он быстро посмотрел.
— Кто будет?
— Сказали — важно.
Он немного подумал.
— Понял.
Он убрал бумагу.
— Ещё что-то?
— Нет.
Я развернулся и ушёл.
Но не далеко.
Я остался за углом.
Ждал.
Минуты тянулись медленно.
Через какое-то время Лоренцо вышел.
Оглянулся.
И пошёл.
Но не в сторону бара.
Я пошёл за ним.
Держался на расстоянии, не приближаясь.
Он шёл быстро. Свернул в переулок, потом ещё один. Улицы становились всё уже и темнее.
В итоге он зашёл в здание, которое я раньше не видел.
Я остановился.
Постоял.
Подождал.
С улицы доносились редкие шаги, где-то хлопнула дверь. Ветер гнал мусор вдоль стены.
Минут через десять дверь открылась.
Лоренцо вышел.
Но не один.
С ним был человек.
Не из наших.
Они говорили тихо. Я не слышал слов, но видел, как Лоренцо что-то ему передал.
Потом они разошлись.
Я остался стоять.
Всё стало понятно.
Но ощущение было странное.
Слишком быстро.
Когда я вернулся, Вито был там же.
Он даже не посмотрел на меня сразу.
— Ну? — спросил он.
— Лоренцо.
Он поднял взгляд.
Но не ответил.
Просто смотрел.
— Уверен?
— Да.
Я рассказал всё, что видел.
Он слушал молча.
Когда я закончил, он затушил сигарету.
— Слишком быстро, — сказал он.
— В смысле?
Он посмотрел на меня внимательнее.
— Такие вещи не делаются в одиночку.
Я нахмурился.
— Думаешь, он не один?
— Думаю, он не главный.
Повисла тишина.
— Но проверить надо, — добавил он.
Он встал.
— Пошли.
— Куда?
— Закрывать вопрос.
Мы пришли к тому зданию.
Уже стемнело. Фонари давали слабый свет, тени ложились длинными полосами по стенам. Улица была почти пустой.
— Здесь, — сказал я.
Вито огляделся.
— Жди.
Он зашёл внутрь.
Я остался снаружи.
Ветер тянул холодом. Где-то вдали лаяли собаки. По мостовой прокатилась телега, потом всё снова стихло.
Время тянулось.
Медленно.
Потом изнутри раздался шум.
Крик.
Резкий.
И выстрел.
Один.
Потом тишина.
Такая, что даже ветер будто притих.
Через несколько секунд дверь открылась.
Вышел Вито.
Лицо спокойное.
— Пошли, — сказал он.
Мы пошли.
Молча.
Когда отошли подальше, я всё-таки спросил:
— Это он?
— Да.
— Он признался?
Вито усмехнулся.
— Такие, как он, долго не молчат.
Я немного помолчал.
— Значит, всё?
Он остановился.
Посмотрел на меня.
— Нет.
Пауза.
— Он передавал дальше.
У меня внутри всё сжалось.
— Кому?
— Не сказал.
Он снова пошёл.
— Или не успел.
Я догнал его.
— Значит…
— Значит, это только начало, — перебил он.
Мы шли дальше.
Фонари отбрасывали длинные тени, улица казалась пустой, но ощущение было такое, будто за нами наблюдают.
— Таких, как Лоренцо, будет ещё, — сказал Вито.
— И что будем делать?
Он чуть усмехнулся.
— Искать.
Пауза.
— Всех.
Я кивнул.
— А Матранга? — спросил я.
Вито не сразу ответил.
Потом сказал спокойно:
— Узнает.
Я посмотрел на него.
— Ты ему скажешь?
Он покачал головой.
— Уже не важно.
Я нахмурился.
— Почему?
Он посмотрел вперёд.
— Потому что теперь вопрос не в Лоренцо.
Пауза.
— Вопрос в том, кто стоит за ним.
Я ничего не ответил.
Но внутри стало холоднее.
— И ещё, — добавил Вито. — Запомни.
Я посмотрел на него.
— Когда начинаешь копать глубже… не всегда находишь то, что хочешь.
Мы шли дальше.
И в этот момент я понял.
Это уже не просто поиск крысы.
Это что-то большее.
И мы только начали.