КТО НАШЁЛ, БЕРЁТ СЕБЕЧасть 7
Скотти присел на корточки чуть в стороне от тропы, осматривая сарай для лодок впереди. Он не смел сделать ни движения.
Я позволил туману сгуститься у доков, и Скотти едва мог разглядеть каркас сарая из своего укрытия. Он заметно задрожал, осмотрев окружение. Я мог сказать, что он сомневался, стоит ли следовать за "Эдди" вниз по тропе. Что, если это ловушка?
Он не ошибался. Голиаф уже ждал внутри.
Всё, что Скотти должен был сделать, это клюнуть на наживку. Чёрт, он уже клюнул на прошлую. Почему бы и не на эту тоже?
Здесь в темноте плохо видно; всё, что у него было, это фонарик на телефоне. К счастью, фонарики на телефоне были не слишком яркими в тумане по сравнению с батарейными, так что, надеюсь, "Эдди" не заметит его. Он, вероятно, внутри рядом с другим каноэ. Пока Джон и остальные метались в хижине в поисках него, Эдди ускользнёт и вернётся в летний лагерь, готовый остановить любую приближающуюся машину с главной дороги.
Я полагал, это то, о чём, должно быть, думал Скотти.
Вдобавок, он совсем один, что не есть хорошо для искателя. Джон и остальные были в тысяче трёхстах футах (п.п.: 400м) вверх по тропе (шесть минут спокойной ходьбы) или же на утёсе, по сути, в трёх или четырёх комнатах, если же говорить о типичном подземелье. Если бы я посмотрел на это со стандартной перспективы подземелья, я представил бы сарай для лодок просто как ещё одну комнату. Мои ограниченные знания о Dungeons & Dragons и фильмах помогли нарисовать картину.
У него было два выбора: вернуться на тропу или войти в сарай для лодок.
Он снова глянул на тропу, прежде чем проскользнуть к стене утёса, прижимаясь к ней, пока не добрался до следующего куста.
"Хм. Может, тебя нужно немного подбодрить," сказал я.
Я активировал [Странные Звуки] внутри сарая, звучащие так, словно кто-то тащил каноэ по деревянному полу. Внутри здания был П-образный причал, и я добавил дополнительный элемент чего-то тяжёлого, падающего в воду, просто чтобы напугать его.
Голиаф пошевелился, осознав моё вмешательство.
"Посмотрим, что он с этим сделает," сказал я. Пока что Скотти не двигался. Сверху Джон, Лео и Арт только что вошли в хижину, осматривая её во второй раз. Пока что они ещё не нашли Эдди.
Я быстро заглянул в погреб, где Эдди кричал сквозь скотч, его глаза были прикованы к потолку, пытаясь привлечь внимание троих мужчин.
Голиаф лишь хмыкнул. Он слегка пожал плечами и жестом указал в окно. Он мог видеть тенистую фигуру Скотти, прячущуюся за кустом, с того места, где стоял. Он не очень скрытный.
Я нахмурился. "Эм, мне действительно нужно дать тебе черту Речь в следующий раз, когда я повышу уровень." Если я повышу уровень, когда бы это ни было. "Потому что эта игра в шарады становится нелепой."
Голиаф вздохнул и поднял топор чуть выше, пантомимой изображая, как он рубит кого-то на смерть.
"О. Ты имеешь в виду убить?"
Голиаф кивнул.
"Э-э….может быть?"
Плечи Голиафа опустились, и он сделал легкий кивок. Он похлопал себя по животу, затем указал на меня.
"Голоден?"
Голиаф кивнул снова.
Я простонал. "Всё время, приятель."
Он жестами показал, что мне не стоит беспокоиться и что он скоро меня накормит.
Какой милый парень. По сравнению с демоном, Голиаф был приятной компанией.
Скотти выскочил из кустов и дюйм за дюймом приближался к сараю. Наконец он достиг настила причала, и его фонарик задрожал в руке, отбрасывая мерцающие тени на старые доски под его ногами.
Он прокрался к раздвижной двери сарая. Скотти сделал глубокий вдох, готовя себя к тому, что было за ней.
"Внимание. Шоу началось," предупредил я Голиафа, но здоровяк уже взобрался по лестнице на узкий помост над внутренним причалом. Он шагнул в тени у двух металлических шкафчиков и висящих вешалок для одежды, сливаясь с мешковатыми дождевиками, полотенцами, спасательными жилетами и водонепроницаемыми брезентами для лодок.
Скотти прищурился в узкую щель окна на раздвижной двери. Он не мог видеть, чтобы Эдди двигался внутри, поэтому он подошёл к краю причала и обнаружил, что ворота гаража всё ещё опущены. Он осмотрел озеро и не увидел каноэ, плывущего к середине озера. Он не был уверен, видел ли он, как Эдди вошёл в сарай для лодок, осознавая, что тот, должно быть, всё ещё прячется внутри.
Его губы дёрнулись, и он сжал гаечный ключ сильнее. Он развернулся, отошел назад и открыл дверь, зловеще скрипнувшую. Он закрыл её за собой, вероятно, чтобы не дать Эдди сбежать, если он найдёт его.
Телефон Скотти пронзил мглу, указывая на рыболовные сети, запутанные как паутина в одном углу. Тишина висела в воздухе, нарушаемая лишь далёким звуком плещущихся волн о деревянные сваи. Три каяка висели на одной стене напротив различных лодочных инструментов, удочек и прочего снаряжения. Три стопки коробок стояли по углам, которые были в основном пусты, созданные лишь для того, чтобы заполнить комнату и завершить декор сарая для лодок. На внутреннем причале не стояло никаких каяков.
Скотти ухмыльнулся. Он всё ещё внутри, вероятно, подумал он.
Он сделал осторожный шаг вперёд; его шаги эхом разнеслись по пространству, усиленные жутким застоем.
На первом этаже, который был почти полностью открытым, было не так много места, чтобы спрятаться. Тем не менее, Скотти проверил тёмные углы и за коробками, но не нашёл Эдди.
Далёкий шаркающий звук заставил его вздрогнуть, и он крутанулся, направив телефон на источник; помост. Сверху Голиаф мягко скрёб обухом своего топора по полу, прежде чем замереть как статуя. Он пытался заманить его.
Скотти заколебался на мгновение и глянул на дверь, а затем на деревянную лестницу.
Он надёжно засунул гаечный ключ за ремень и поднялся по лестнице.
Я тяжело вздохнул. "Он идёт," сказал я Голиафу.
Голиаф кивнул, готовый.
Скотти взобрался на помост и осмотрелся. Здесь не было никаких окон, чтобы впустить естественный свет снаружи (которого и так почти не было из-за густого тумана). Единственным источником света был тот, что на телефоне Скотти. Он немедленно заметил два шкафчика высотой с него самого.
Улыбка Скотти стала ещё шире. Он подошёл туда, кусая нижнюю губу, чтобы сдержать смешок. Его Решимость вернулась к зелёному.
Теперь он контролировал ситуацию. В конце концов, Эдди был в его поле зрения. Он поднял гаечный ключ над головой, рука медленно потянулась к ручке шкафчика.
Он рывком распахнул его!
Пусто.
Прежде чем Эдди успел бы отреагировать, Скотти быстро рывком открыл другой шкаф и поднял гаечный ключ ещё выше, но когда он заглянул внутрь, он не нашёл Эдди, съёжившегося там. Его плечи опустились.
"Где же ты нахуй?" Пробормотал он.
Половицы скрипнули позади него, и Скотти повернулся; луч его фонарика осветил огромную фигуру с бочкообразной грудью всего в двух футах от него. Дрожь пробежала по позвоночнику Скотти, когда он зафиксировался на лице Голиафа, скрытом за тускло-белой лисьей маской, его мёртвый взгляд пронзал его насквозь.
Словно время замерло, хоть и на долю секунды. Скотти стоял заворожённый, его разум боролся, чтобы осознать гиганта перед ним; его собственные чувства предали его.
Прежде чем он успел отреагировать, Голиаф ударил его с разворота. Скотти взвизгнул, схватился за покрасневшее лицо и кувыркнулся в сторону… и упал с края помоста.
Он упал на спину, царапаясь в поисках чего-то, за что можно ухватиться (не за что было). Но вместо того чтобы удариться о воду, его левый бок врезался в край ветхого деревянного причала, вероятно, растянув руку и, возможно, сломав ребро или два. Удар быстро закрутил его в воду как гребаный манекен для краш-тестов. Он оставался под водой несколько секунд, прежде чем прорвался сквозь поверхность, отчаянно молотя руками и ногами; боль, шок и ужас слились в крик.
Голиаф стоял у края помоста, глазея на него. Он спрыгнул с топором одним махом и приземлился с тяжёлым глухим ударом на причал, сделав это так легко, что даже я усомнился, что он повредил колени, делая этот трюк. Это должно было выбить Скотти из колеи, и это, ахуеть, сработало. Большой чувак идёт на тебя с большим топором и прыгает с тринадцати футов (п.п.: 4м), И делает вид, что это ничего не было? Я бы уже высрал целую фабрику кирпичей.
Решимость Скотти стала более тёмно-оранжевой, пока Голиаф стоял у края причала.
Глаза Скотти метались между дверью и Голиафом. Он не мог выбраться отсюда вовремя и сбежать из сарая. Его плечо всё ещё болело от падения, поэтому ему было трудно держаться на плаву.
"Прости!" Умолял Скотти. "Прости! Я не хотел вторгаться!"
Хватка Голиафа на топоре усилилась.
"Пожалуйста! Слушай, я уберусь отсюда очень быстро; ты больше обо мне не услышишь. Клянусь. Я…я заблудился! Да! Я заблудился, ладно?" Он издал жалкий всхлип. "Не делай мне больно. Пожалуйста."
Единственный ответ, который Скотти услышал, было тяжёлым дыханием Голиафа за маской. Голиаф вклинил топор в пол, развернулся и пошёл к инструментам, висящим на стене, и подобрал гарпунное ружьё.
Глаза Скотти вылезли из орбит. "Нет! Пожалуйста! Я уйду! Клянусь! Прости!"
Голиаф оставался невозмутимым и вернулся к краю причала. Ему не удастся выкрутиться словами.
Скотти завопил. "Джон! Джон! Помогите! Помогите мне!"
Но он был слишком далеко от остальных. Они уже достигли погреба и нашли Эдди на полу.
Голиаф спустил курок.
Скотти нырнул под воду, когда гарпун вонзился в сваю в дюймах над его головой, и оставался под водой несколько секунд. Он попытался забраться под причал, но было слишком темно. Он знал, что в итоге утонет, если продолжит искать выход под сараем для лодок. Его лёгкие умоляли о воздухе.
Он снова выплыл на поверхность, вдыхая полную грудь воздуха… и Голиаф потянулся сверху и выдернул его за волосы. Подняв Скотти из воды, Голиаф швырнул его через всю комнату, тот перекатился и запутался в рыболовных сетях. Скотти вскарабкался на ноги и побежал к двери.
Но препятствие сарая для лодок уже было активировано некоторое время назад, временно заморозив колёса двери. Потребовалась бы значительная сила, чтобы открыть её, и Скотти изо всех сил пытался приложить достаточно сил, чтобы расшевелить её.
Голиаф неторопливо подошёл, чтобы забрать свой топор, всё ещё застрявший в полу. Затем он направился к Скотти.
"Давай, давай! Открывайся, большая, ебучая-!"
Голиаф поднял топор над головой.
Внезапно раздвижная дверь поддалась и разъехалась, и Скотти вывалился на внешний причал.
Голиаф опустил топор, лезвие разбило дерево в щепки между раздвинутыми ногами Скотти, в дюймах от его паха. Скотти взвизгнул и пополз назад. Пока Голиаф пытался вырвать лезвие из дерева, Скотти поднялся на ноги и побежал.
"О. Похоже, он уходит," пробормотал я.
Голиаф ничего не сказал и рывком выдернул топор. Он продолжил погоню. Он даже не бежал, сохраняя почти уверенную и зловещую походку.
Скотти наклонился немного влево, его правая рука обхватывала левое плечо, чтобы не дать левой руке болтаться во время бега. Его лицо исказилось от боли, особенно когда я мог чувствовать, что он сломал несколько рёбер при падении; его дыхание было напряжённым.
Он свернул на тропу обратно к хижине. Колючие заросли и свисающие ветки хлестали его кожу, некоторые оставляли кровь.
"Помогите!" Закричал он снова, в отчаянии. "Джон! Лео!"
Он немного замедлился, всё ещё пытаясь увеличить дистанцию между собой и убийцей, и почувствовал уверенность, что тот больше не видит его. Но он мог прятаться за деревом или чем-то ещё. Он поморщился от боли, пульсирующей в левом боку, когда случайно задел ветку левой рукой.
"Сука!" Завыл он.
Он услышал тяжёлые шаги в подлеске позади себя и снова ускорился. Он хотел снова окликнуть Джона и остальных. Может быть, он приближается к хижине, и они могли его услышать. С другой стороны, убийца тогда узнает, где он. Дрожащий всхлип сорвался с его губ. Ему стоило поискать рацию. Стоило—
Его телефон!
Он может позвонить Джону!
Он прислонился к дереву и обыскал карманы, но обнаружил их пустыми. Он осознал, что тот, должно быть, упал в озеро вместе с его гаечным ключом. "Блядь!" Скрипнул он зубами. Всё, что он нашёл, это нож Боуи, что был все ещё в его ножнах на ремне.
Он крепко сжал рукоять, когда вытащил его, лезвие сверкнуло в тумане. Хотя бы у него было оружие. Он мог дать сдачи.
Он отошёл от дерева и продолжил путь вверх по тропе—
Клац!
Тошнотворный хруст эхом разнёсся по лесу, за ним последовало внезапное горячее тепло, разливающееся от лодыжки, а затем самая интенсивная боль, которая едва не шокировала его систему. Он посмотрел вниз на толстые зубцы, вонзившиеся в его плоть—медвежий капкан.
Его крик пронзил и прорезал густой туман, разносясь эхом среди крон. Паника хлынула по его венам, пока он боролся, чтобы освободиться из его стальных челюстей. Лес ожил зловещим бризом.
Мягкий хруст эхом разнёсся в темноте, и сердце Скотти пропустило удар. Страх овладел им, когда его взгляд зафиксировался на фигуре в маске, стоящей в тридцати футах за густыми зарослями, выглядящей почти любопытным, интересующимся его мучительной борьбой. Голиаф не двигался и ждал.
"О боже…." выдохнул он. Он не мог поверить, что это происходит с ним.
С пыхтящим хрюканьем Голиаф прислонил топор к дереву, нагнулся и схватил цепи медвежьего капкана, скрытые под опавшими листьями. С мощным рывком он потащил кричащего Скотти за заросли. Голиаф навис над ним.
С ножом всё ещё в руках, Скотти попытался ударить Голиафа в ногу, но здоровяк уже прочитал его движения. Он выкрутил запястья Скотти, и нож упал в грязь. Голиаф отпустил его, и Скотти отшатнулся от боли, баюкая растянутое запястье.
Голиаф упал на колени и оседлал бёдра Скотти, пригвоздив его к земле. Он поднял упавший нож Боуи и занёс его над головой. Скотти поднял левую руку, чтобы заблокировать удар, но лезвие вместо этого прошло сквозь его ладонь. Кровь хлынула и попала в разинутый рот Скотти.
Вытащив нож, Голиаф погрузил лезвие в живот Скотти и с силой повёл его вверх выше пупка. Крики Скотти были сдавленными и отчаянными, цепляясь за воротник Голиафа, тянясь к его шее, маске и всему, за что он мог схватиться. Голиаф быстро отбил его слабые попытки вырваться, снова вытащил нож и вогнал лезвие в селезёнку Скотти.
Скотти выгнул спину, дёргаясь под гигантом. Кровь лилась из его губ.
"Нет! Нет! Пожалуйста! Нет!"
Затем Решимость Скотти стала багрово-красной.
Произошла радикальная перемена в поведении Голиафа. Сначала он был медлителен и расчётлив в том, куда бить Скотти, чтобы держать его живым, но, словно почуяв кровь в воде, Голиаф впал в неистовство из ударов, брызг крови и визгов.
Семь, восемь, девять, десять ударов… и я сбился со счёта после этого. Между скулящими воплями Скотти, раздирающими голосовые связки, которые ни один человек не должен был издавать, земля внизу и ближайшие кусты начали окрашиваться кровью и мочой.
Голиаф остановился и вдохнул полную грудь, словно упиваясь убийством. Скотти булькнул, задыхаясь.
Он перестал кричать, отчаянно борясь, чтобы продолжать дышать; его руки были раскинуты широко, как у ангела. Одинокая слеза скатилась по его левому глазу. Он попытался заговорить, но сжал горло.
Голиаф поднял свой топор, схватил Скотти за неповреждённую лодыжку и потащил его обратно к хижине в трёхстах футах вверх по тропе. Скотти слабо хватался за пучки травы по пути, но не мог найти сил удержаться.
"Скотти всё ещё не отвечает," сказал Джон обеспокоенно.
Лео поджал губы. "Давай свалим отсюда к хуям собачьим."
"Это точно." Джон поднялся по лестнице и выбрался из погреба.
Джон снова попробовал рацию, но получил те же помехи. Он посмотрел в эркерное окно и всё ещё мог видеть фургон. По крайней мере, он не уехал, так что он всё ещё здесь. "Скотти, ответь мне, ради всего святого!" Прокричал он в рацию.
Всё ещё нет ответа.
Позади него Лео и Арт помогли Эдди выбраться из погреба.
"Что теперь?" Спросил Арт.
"Скотти всё ещё не отвечает, но фургон снаружи," ответил Джон.
"Хорошо! У кого ключи?" Спросил Эдди.
Лео нахмурился. "У Скотти."
"О, да вы издеваетесь!" Воскликнул Эдди.
"Давай, ублюдок. На ноги," сказал Арт Эдди.
"Легко тебе говорить. У меня куска ноги не хватает."
"Хватит базарить и двигай жопой." Лео зашагал к двери и открыл её.
Он замер, и сразу же Решимость мужчин стала твёрдо-оранжевой.
Между фургоном и хижиной стояла гора в виде человека в забрызганной кровью белой лисьей маске. Нож Боуи Лео был в его левой руке, в то время как другой он держал Скотти, едва стоящего на коленях на земле, поднятого за его изуродованные и пропитанные кровью волосы. Лео даже не мог разобрать, где были колотые раны по всему телу Скотти, окрашенные тёмно-красным.
"Скотти!" взвизгнул Джон, но Арт схватил его за воротник и затащил обратно в хижину.
"Это он! Это тот парень!" Указал Эдди.
Лео остался застывшим.
"Джонни..." всхлипнул Скотти. Струйка крови сорвалась с его губ. "Прости—"
Голос Скотти оборвался, когда Голиаф вогнал нож Боуи ему в горло. Ноги Скотти дёрнулись на секунду, прежде чем он стал смертельно неподвижен. Голиаф вытащил лезвие из плоти с тошнотворным чавканьем.
[Вы получили 1 сущность: Скотт "Скотти" Китсон]
[Вы получили 150 кристаллов]
Голиаф швырнул Скотти в сторону как тряпичную куклу и с насмешливым вызовом посмотрел на четырех мужчин, стоящих на переднем крыльце.