БЛАГОДАТЬ АДАЧасть 16
Кап, кап, кап...
Страх поднялся внутри него, адреналин бушевал в бешеном ритме. Одним рывком вырвался корень, затем другой. Лео упал на колени, поднял глаза к потолку, и в них блеснула решимость.
Он сгорбился, схватившись руками за живот. Он не ел целый день и пролежал без сознания более тринадцати часов. В животе у него заурчало, отдаваясь эхом в замкнутом пространстве. Как будто его чувства вернулись к нему, он набрал полные легкие воздуха, и его вырвало только жидкостью с желчью. Его тело затряслось, когда он оценил обстановку, встал и похромал к куче трупов.
Он опустился на колени перед телами Арта Гомеса и Джона Китсона. Затем повернулся к Джонни, баюкая отрубленную голову Скотти. Не я был тем, кто "украшал" эти трупы. На мой вкус, это слишком жутко. Я должен был отдать должное самому Голиафу. Он провел час, играя с ними в куклы, в основном ради Лео. Он знал, что наш достойный гость рано или поздно проснется, и это был подарок Голиафа ему за то, что тот станет искателем во второй раз, — подарок за возвращение.
Лео заметил старый свернутый листок желтой бумаги, засунутый Арту в рот и едва выглядывающий из его гниющих губ. Он выудил его, стараясь не потревожить тело. Он развернул записку и прочел:
Второй раунд?Ты лучшая добыча, которая у меня когда-либо была.Я сделаю все возможное, чтобы ты был достоин.Прости, что не застал тебя, брат.Преклоняю колено, скоро увидимся.- Г
"Преклоняю колено..." Прошептал Лео. Он снова посмотрел на записку.
Я хотел бы выделить один из своих зарядов Энергии на [Считывание] и проникнуть в мысли Лео. У меня осталось всего восемь единиц Энергии, а сценарий был еще молод. Я никогда не думал о Голиафе как о сентиментальном типе. Правда, он гордился собой как смертоносный охотник (по крайней мере, на людей), и ему нравились трудности, с которыми он сталкивался, преследуя их, но он никогда по-настоящему не высказывал своих чувств. Отчасти это была моя вина, поскольку я не дал ему возможности говорить и просто общался с ним руками и телом. Мне было интересно, каким он был до того, как Система схватила его, и была ли его жажда крови естественной или Системной. Он всегда производил на меня впечатление человека, идущего навстречу ветру. Иногда ему нравилось побыть одному; именно поэтому он сделал свое логово посреди леса.
Казалось, что у Голиафа сложились родственные отношения с Лео. За то короткое время, что я его знаю, убийца никогда не был настолько... близок ... с другим искателем. Он понимал, что Лео был бывшим военным, и Голиаф автоматически уважал его. Будь у него шанс, он все равно убил бы его. Расстроился бы Голиаф из-за убийства другого солдата? Кто-то, кто раньше был связан с его работой? Система не показывала, есть ли у моего архетипа предпочтения в отношении жертв, а Голиаф никогда не говорил, каких искателей он не хочет трогать.
Лео скомкал записку и чуть не расплакался, но из его глаз ничего не потекло. Он был настолько обезвожен, что, вероятно, мог выпить галлон воды за считанные секунды. Он почувствовал что-то у себя на руке, а когда опустил глаза, то увидел в руке маленькую пластиковую бутылку с водой. Лео испуганно отшвырнул бутылку и вскочил на ноги.
Волшебная бутылка покатилась к куче тел, вода ударялась об стенки при каждом столкновении.
"Это стоило мне одного кристалла, Лео," сказал я. "Лучше выпей это, прежде чем пойдешь туда."
В конце концов, его дыхание замедлилось, и он осторожно приблизился к бутылке с водой, которую я дал ему, осматривая ее издалека. Лео облизал потрескавшиеся губы и наклонился, схватив бутылку и открыв крышку. Понюхал. Ядом не пахнет, вероятно, подумал он. Жажда одолела его.
Он выпил все.
"Осторожнее, или ты...
Лео сильно закашлял, и половину того, что он выпил, вырвало на землю. От того, что вся эта вода попала в пересохшее горло, ему стало лучше. Он резко обернулся и мельком увидел еще одно тело, лежащее на каменной плите в центре зала, окруженное символами и банками с плавающими человеческими органами в странной бледно-зеленой жидкости.
Мое тело.
Я думал, что проделал хорошую работу, представив все так, будто меня убили в результате грандиозного ритуального жертвоприношения. По сравнению с тем, что было на самом деле, меня просто зарезали в лесу и оставили гнить. Возможно, я бы перестарался, нарисовав все страшные демонические символы, которые демон счел подходящими, и превратил эту комнату в святилище культиста, в комплекте с тремя дюжинами черных свечей, шестью пустыми изображениями рыцарских фигур в мантиях и шестью статуями гигантских рогатых козлов. На потолке над каменной плитой была даже большая стеклянная мозаика, изображающая демонических персонажей, сражающихся с ангелами на девяти горах Ада.
Судя по ужасающей реакции Лео, это сработало.
Узнавание отразилось на его лице. "Марк... Касл?" Он приблизился к моему трупу. Медленно. Боясь прикоснуться к нему. Боялся потревожить какую-то темную магию, пропитавшую это место. "Че за нахер..."
Я не думал, что он меня вспомнит. Я был мелким, когда много лет назад отдыхал в летнем лагере Сидар Пайн. И все же он все равно узнал меня. Должно быть, я произвел на него большое впечатление, которое одновременно согревало и угнетало.
Я мертв, и люди, которые знали меня, увидят то же, что и он. Скоро.
Он подошел ближе, не осмеливаясь переступить порог нарисованных на земле глифов, бормоча, "Что с тобой случилось?"
Знал ли он, что я пропал на несколько недель? Его семья уже давно переехала из Пойнт-Хоуп, но я не знал, насколько внимательно Лео присматривался к городу. Мое пропавшее дело не было в национальных новостях и не транслировалось по всему Орегону. Я должен был поблагодарить Культ Астарот за то, что обо мне сообщили только местные газеты.
Лео продолжал изучать мой труп, и чем дольше он стоял там, тем больше я понимал, что он собирается привести в действие ловушку — ловушку иллюзии.
Лео резко обернулся и услышал рычащий звук, исходящий от груды трупов. Затаив дыхание, он смотрел на мертвые тела своих друзей и незнакомцев, боясь, что все они вскочат, как Ходячие Мертвецы, и вцепятся ему в горло. Но тела восстали не для того, чтобы съесть его. Что бы он ни услышал, должно быть, это было у него в голове. Он снова оглядел мое тело.
Мои мертвые, выцветшие, молочно-белые глаза смотрели прямо на него, голова трупа была слегка наклонена, чтобы смотреть в лицо глупому зрителю.
Смотреть прямо в душу.
Выглядеть живым.
"Ох бля!" Лео вскрикнул и отшатнулся назад, приземлившись на задницу. Его решимость резко потускнела, став ярко-оранжевой. Я видел по его лицу, что он клялся, что минуту назад моя голова была обращена к потолку. Теперь он сомневался в реальности.
"Ах, Лео, если ты не хочешь смотреть вторую часть, тебе стоит посмотреть..."
Слишком поздно.
Мои лицевые мышцы пришли в движение, нижняя челюсть отвисла, и Лео запнулся при вдохе. Черная спутанная крыса выскользнула из моего разинутого, гнилого рта и бросилась к Лео. Мужчина взвизгнул (но его никто наверху не услышал) и попытался подняться на ноги. Он ударился плечом о дьявольски выглядящую рогатую статую козла, когда бежал к лестнице, к двойным деревянным дверям, окованным железом. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы открыть дверь, и он взбежал по еще одной каменной лестнице, выбираясь из тускло освещенного туннеля, ориентируясь только при помощи закрепленных факелов.
Это завело его в тупик.
Но Лео оказался проницательнее, чем я думал вначале. Он быстро нашел потайное отделение в стене и, отодвинув панель, просунул руку внутрь и потянул за рычаг. Стена скользнула вправо, обнажив заднюю стенку металлической полки. Он уже собирался силой выбраться наружу, когда полка сдвинулась сама по себе на три секунды позже камня, скользнув на противоположную сторону.
Он вышел в подвал.
Лео услышал, как над ним разговаривают люди. Может, двое или трое. Может, больше. Уверенности не было, но он ступал осторожно. Таким образом, он не предупредил их о своем присутствии. Впереди был подвал, похожий на лабиринт из полок, вонючих коробок, антикварных шкафов и мебели, на которых бездумно висела старая одежда. Он пробирался мимо наполовину сломанных стульев, сложенных друг на друге, машин и приспособлений 70-х или 80-х годов, которыми больше не пользовались. Единственным источником света была маленькая открытая флуоресцентная лампочка, слегка раскачивающаяся в центре комнаты. Наконец, он увидел шаткую лестницу, ведущую наверх, но не решился подняться по ней.
Лео услышал, как слева от него что-то зашевелилось. Звук донесся из-за синего брезента, висевшего как занавеска и, очевидно, что-то скрывавшего за собой. Легкий ветерок приоткрыл клапан внизу. Здесь не было окон, которые он мог видеть, и ветер не мог проникнуть внутрь, если только он не пропустил вентиляционное отверстие.
Для таких случаев я стратегически расположил скрытые вентиляционные отверстия по всей хижине. Согласны? Призрачный ветерок придавал обстановке дополнительную жуткость. Делал все... драматичным и тематичным. Восприятие и погружение были жизненно важны для каждого фильма ужасов, например, перед тем, как жарить еду на сковороде, вам понадобится растительное масло. Как вам понадобятся соль и перец, чтобы приправить блюдо.
Тем не менее Лео вопреки здравому смыслу клюнул на наживку. Он видел вещи, которые не должны были существовать: мужчину-гору, который продолжал брыкаться под градом пуль и убил своих друзей; древоподобное чудовище, которое преследовало его по лесу; и женщину с демоническими золотыми глазами, которая пленила его. Ему никогда не нравилось это место. Я вижу это по его глазам, что он предпочел бы быть в Портленде, а не в доме ужасов. Предпочел бы быть дома. Предпочел бы быть где угодно еще.
"Продолжай," сказал я. "Продолжай, Лео. Открой брезент. Тебе еще предстоит сыграть свою роль сегодня вечером."
Он заметил старую бейсбольную биту, зажатую между спортивной сумкой и коробкой, наполненной старыми семейными портретами семьи из пяти человек, которые я вытащил из Интернета. Он медленно взял ее с полки, взглянув на потолок, чтобы убедиться, что его никто не слышит, но, похоже, они были слишком заняты, о чем-то споря.
Вытянув биту, он использовал ее конец, чтобы отодвинуть брезент в сторону, открывая деревянную дверь с маленьким прямоугольным иллюминатором по левому борту. Лео помедлил, неохотно открывая ее. Но любопытство взяло верх, и он осторожно приблизился к двери, отомкнул замок на левом окне и приоткрыл его.
Лео задержал дыхание. Через окно он увидел женщину и мальчика, забившихся в угол. Заключенные? Он, наверное, думал. Он слышал крики и насилие час назад. Скольких людей убили эти уроды с тех пор, как он был выведен из строя? Обнаружив, что дверь уже не заперта, он заколебался, стоит ли продолжать открывать ее. Что, если это была ловушка? Что, если они были частью этого?
Женщина и ребенок услышали, как дверь задрожала, петли сорвались с места. Женщина притянула мальчика ближе, прикрывая его спиной, когда дверь со скрипом отворилась.
"Эй, все в порядке. Все в порядке! Я здесь, чтобы помочь," успокаивающе сказал Лео. Ему пришлось заглушить тихие молитвы женщины. "Я здесь в ловушке, как и ты," добавил он.
Это остановило пение женщины. Все еще держа мальчика на руках, она обернулась. Должно быть, что-то в лице Лео, в том, как выглядела его изодранная одежда, а лицо было покрыто засохшей кровью и грязью, что подсказало ей доверять ему. "Они убили Зака."
Лео не узнал этого имени. "Хорошо. Зак твой...?"
"Мой жених." Она указала на мальчика. "Его отец."
"Ты видела их?" Спросил Лео.
Женщина чуть не расплакалась. "Демоны," сказала она. "Это место проклято."
Поза Лео изменилась, как будто слова женщины были подтверждением, которого он ждал. Что он не сходит с ума. Он подошел к ним и опустился на колени рядом с ней. "Я Лео. Ты?"
"Элиза," сказала она. "Это Дэнни."
Дэнни даже не шелохнулся. "Что с ним не так?" Лев спросил.
"Все дело в этом месте," сказала Элиза. "Оно заставляет его совершать некоторые поступки. Плохие поступки."
"Например?"
Элиза покачала головой. "Мне... мне просто нужно забрать его отсюда. Чтобы ему стало лучше. Это место хочет, чтобы Дэнни был здесь, и я боюсь того, что произойдет, когда все закончится."
"Я знаю, где лестница, но над нами люди."
"Не приведи их сюда!" Сказала Элиза. "Это могут быть они."
"Я убедился, что веду себя тихо," сказал Лео.
"Дай мне посмотреть в твои глаза."
Лео сделал паузу. "Э-э...что?"
"Покажи мне свои глаза," повторила Элиза.
Лео наклонился ближе, пока не почувствовал дыхание женщины на своем лице, щекочущее щеки. "Что ты ищешь?" Спросил Лео, чтобы разрядить обстановку.
Элиза покачала головой и отодвинулась. "Ты не один из них." Она слегка улыбнулась ему.
Лео вздрогнул. "Один из них?"
"Одержимый." Теперь она была сбита с толку. "Ты... я думала, ты сражался с ними."
"С большой парнем, да. И жутким деревом. Это то, что преследовало нас. А что ты видела?
"Демона," сказала она. "Он вселился в трех человек, включая беднягу Дэнни, и пытался убить нас."
"Ох бля." Плечи Лео поникли.
"Подожди... С большим парнем? В маске лисы?"
Лео кивнул. "Сколько в этом месте всякой хренотени?"
"Сколько людей снаружи?"
"Трое. Может быть, четверо."
"Ты думаешь, выходить безопасно?"
"Мы можем найти другой выход. Там может быть еще одна дверь в подвал или что-то еще, что ведет за пределы хижины." Он пытался вселить в нее надежду. Чтобы придать ей немного смелости.
"Да. Верно." Она кивнула, и Лео помог ей и мальчику подняться.
Лео мгновение изучал Дэнни, убеждаясь, что с мальчиком все в порядке. Он искал раны или другие признаки того, что у него идет кровь. В конце концов, Дэнни был бледен как снег, уставившись в стену, и ни разу не посмотрел Лео в глаза. Даже когда Лео приподнял веко Дэнни, чтобы получше рассмотреть. Должно быть, так выглядел сдержанный исследователь, когда Система не держала его под своим контролем.
"У него расширены зрачки," сказал Лео. "Они давали ему наркотики или что-то в этом роде? Как долго он в таком состоянии?"
"Я не знаю," ответила Элиза, все еще отчаянно сдерживая слезы. Она не хотела разрыдаться перед этим незнакомцем. Но она кое-что поняла. "Подожди. Я была в сознании, когда они притащили меня сюда. Они прошли через... дверь. Другую дверь."
"Это ведь не за металлической полкой, правда?"
"Да. Я так думаю?"
"Хм. Вот откуда я пришел."
Элиза побледнела. "Значит... единственный выход..."
"Ага. Наверху." Лео крепче сжал бейсбольную биту. "Следуй за мной и держись поблизости."
"Тебе это с рук не сойдет," сказала Тесса, все еще привязанная у очага. "Рано или поздно ты все испортишь."
"Заткнись, сучка," сказала Дженна, усаживаясь на диван после того, как в течение десяти минут осматривала гостиную и вообще не нашла никаких камней. "Мы не спрашивали твое мнение."
"Девка, я прослушал тонну настоящих криминальных подкастов, даже тех, в которых был замешан культ, и в конце концов это никогда не сходило им с рук. Всегда есть подсказка, указывающая на них."
Грохот мебели доносился со второго этажа, где Ходж и Мелани были заняты тем, что переворачивали все в спальне вверх дном, расстраиваясь с каждой прошедшей минутой. Тесса взглянула на лестницу, затем снова посмотрела на женщину, стоявшую перед ней.
Дженна положила одну руку на бедро, а в другой сжимала нож. "А как насчет тебя? Как ты думаешь, станешь ли ты героиней этого эпизода? Последней женщиной? Что будет, если ты умрешь первой?"
Тесса тихо рассмеялась. "В этом месте есть что-то, что я не могу описать." Ее глаза метались по комнате, как будто она боялась, что тени схватят ее. "Но я знаю, что оно хочет тебя. Не меня. Тебя. Кто умрет первее из нас? Держу пари на свои гребаные деньги, что это будешь ты."
Дженна поплелась к Тессе, подняла тыльную сторону ладони и влепила ей пощечину. Она наклонилась, улыбаясь. "Мы и раньше резали таких сучек, как ты. Я никогда не участвовал в этом. Но на этот раз... думаю, что смогу. Думаю, мне понравится резать твое хорошенькое личико. Если я умру, я буду знать, что ты не станешь королевой выпускного бала в выпускном классе. Даже на вечере выпускников."
"Кому какое дело до выпускного? Только люди, достигшие пика в старших классах, говорят об этом." Тесса оглядела Дженну с ног до головы.
Дженна усмехнулась. "Я руководила этой школой, когда была в твоем возрасте. Лучше тебя. Красивее тебя. Я могу заполучить любого парня, какого захочу. Все, что я вижу, - это подержанную копия кучи мусора."
"Напомни еще раз, как тебя зовут?"
"Дженна Бэтт..."
"Ах, да. Никто тебя не помнит."
Я усмехнулся. Что ж, Дженна Баттен влипла.
Дженна сердито посмотрела на нее. "Ты думаешь, я слабая? Только потому, что Ходжа нет в комнате, ты думаешь, что можешь запугивать меня?" Дженна медленно провела кончиком ножа по щеке Тессы, выпустив тонкую струйку крови.
Тесса вздрогнула, в ее глазах закипел гнев. "Убери этот ебучий нож от моего лица."
"Ты думаешь, ты такая крутая? Как поживает твой парень, мисс Тесса Бертон?" Спросила Дженна. "Как там Коди?"
Тесса заметно побледнела.
"Ах да... Его зарезали, как скот, в твоем собственном доме. Ты слышала, чтобы человек кричал, спасая свою жизнь? Я слышала десятки таких. Мне всегда интересно, что бы ты чувствовала, если бы это был кто-то, кого ты любишь. Моя подруга сделала это с ним. Максин Фэйрли. И то, что она сделала с твоим парнем, газеты не смогли ни описать, ни опубликовать. Копы не смогли даже опубликовать фотографии."
"Иди нахуй...""Иди нахуй..."
Дженна улыбнулась. "Оу. Как мило. Тренер Ходж скоро сделает то же самое с тобой. Подумай о трупе своего парня. Этим будешь ты через два часа." Она прижала нож к боку. "Но я не монстр. Я дам тебе записать прощание для своих родителей, а кассету отправлю им первым делом утром. Я даже включу туда твои крики."
"Миссис Ходж сказала, что отпустит меня."
"И ты в это поверила? Ха. Ты глупее, чем я думала." Дженна встала и проверила, что ее наручники все еще закреплены на трубе. "Даже не пытайся выкинуть что-нибудь глупое."
Дженна отвесила Тессе еще одну пощечину и неторопливо вышла из комнаты. Вероятно, она подумала, что Тесса никуда не денется, и возобновила поиски камня, вместо того чтобы присматривать за ней. В конце концов, она не нашла камень в гостиной. Я предположил, что она хотела найти его раньше, чем другие. Ее очень обидело то, что они назначили ее охранником. Она взглянула на балкон, выходящий в гостиную, и убедилась, что Ходж и Мелани не спускаются по лестнице, прежде чем войти в столовую и кухню.
Когда Дженна скрылась из виду, Тесса попыталась расстегнуть наручники, проведя пальцем вокруг основания большого пальца. Девушка выругалась. Она не знала, какую часть сустава вывихнуть, как в фильмах. Она не нашла ничего, что могло бы ей помочь.
С приглушенным скрипом ковер поднялся в воздух, наклоняясь и скользя по невидимой поверхности, которая, как поняла Тесса, была дверью подвала, скрытой под ним. Из щели выглядывали два лица мужчины и женщины — Лео и Элизы.
Лео приложил указательный палец к губам, заставляя ее замолчать. Он медленно поднял дверь повыше и выпустил Элизу и Дэнни. В конце концов, он поднялся вслед за ними и медленно закрыл дверь подвала. Дженна была слишком занята рытьем в кухонных шкафах, чтобы услышать их.
"Ты должен помочь мне," прошептала Тесса, дрожа, когда Лео подполз к ней.
"Тсс. Ты должна вести себя тихо. Лео проверил ее наручники." Где ключи?
Тесса трясущимся пальцем указала на второй этаж.
"Сколько?"
Тесса подняла два пальца.
"Мы не можем подняться туда," сказала Элиза, выглядывая в окно. Она крепко держала Дэнни, прижимая к себе. "Я вижу машину снаружи."
"А что насчет нее?" Спросил Лео.
Элиза прикусила нижнюю губу и прошептала Дэнни, "Оставайся здесь." Она подползла к Тессе, вытащила металлическую заколку из ее собранных в пучок волос и немного согнула металл в острую линию. "Не двигайся," сказала она Тессе, засовывая кончик в замок наручника.
Брови Лео нахмурились.
"Долгая история," сказала Элиза, уловив выражение его лица. "С плохой компанией."
Раздался безошибочный щелчок замка, и наручники на запястьях Тессы распались. Облегчение отразилось на лице девушки, озарив их широкой улыбкой. "Спасибо вам, спасибо!"
"Какого хуя!" Крикнула Дженна, наставив на них нож. "Элиза?" Затем она заметила маленькую фигурку мальчика, стоявшего у двери и теперь безучастно смотревшего на нее. "Д—Дэнни? Что вы здесь делаете?"
Оракул выключил везде свет в хижине.
Элиза закричала первой, узнав темную женскую фигуру, стоявшую позади Дженны. Лео прислонился к камину, пока Тесса была слишком занята, снимая наручники со своих запястий.
Дженна развернулась лицом к темной фигуре, но была встречена лезвием, глубоко вошедшим в ее плоть, застрявшим между ключицей и шеей. Дженна не закричала, еще больше смутившись и удивившись. Она посмотрела на клинок и перевела взгляд на Максин, которая орудовала им с демоническим ликованием, а затем позади нее закричала Тесса.
Девушка корчилась на земле, схватившись за плечо, как будто оно горело. Элиза и Лео были сбиты с толку происходящим и, разинув рты, наблюдали за Тессой, лежащей на полу. Ритуал, который провел Ходж, передал всю эту боль от Дженны к Тессе, я должен был подарить ей дар выносливости.
Я знаю, что она смогла бы вынести боль. Но как долго? Умрет ли она от этого? Я не видел никакой крови, струящейся из ее шеи, как раз в том месте, куда Максин ударила Дженну ножом.
Максин вытащила нож из плоти Дженны, консистенцию которой я мог описать только как пену. Кровь не вытекала, она зашивалась до тех пор, пока зияющая рана не исчезла. Дженна стиснула зубы и навалилась на Максин через обеденный стол, пытаясь выхватить нож у нее из рук.
"Ходж! Мел! Я нашла ее! Она здесь, внизу!" Крикнула Дженна. Она оглянулась через плечо на мальчика. "Дэнни, отойди! Не подходи ближе!"
Мгновенного отвлечения внимания было достаточно, чтобы Максин толкнула Дженну вверх, ударив ее головой о потолочный светильник, который разлетелся вдребезги от удара. Дженна упала на бок, снова ударившись головой об острый угол стола.
Это должно было вырубить ее.
Это лишь немного оглушило ее, и я сомневался, что удар убил ее. Она застонала на полу, пытаясь подняться на ноги. Демон проигнорировала ее и вместо этого направилась к Тессе, не сводя глаз с кулона у нее на шее.
Наверху Ходж выбежал из ванной, встревоженный шумом, и позвал Мел следовать за ним.
Я активировал [Телекинез] и захлопнул дверь спальни перед носом Ходжа. Ходж снова опустился на пол, Мел кричала ему, чтобы он поднял свою задницу на ноги.
[Энергия: 7/10]
Внизу Тесса снова закричала, подтянув колени к груди. Одной рукой она схватилась за затылок, а другой потянулась к пальцам ног. Кулон не должен был убить Тессу сразу, хотя все полученные ею травмы должны были либо сломать ей шею, вызвать истечение кровью до смерти, либо вызвать сотрясение мозга.
Я понял, что кулон вытягивает всю ее Решимость в оранжевый цвет. Если так будет продолжаться, это грозит перерасти в красную зону. Ходж, Мелани и Дженна оставались в ярко-зеленом цвете, как будто мой Ужас их не коснулся. Кулон не перенес всех травм, а просто подействовал как фильтр для Решимости, и подарок Тессы действовал как временная мера от падения в красный оттенок.
Джонас знал это. Искатели, возвращающиеся в подземелье Ядра Смерти, навсегда менялись и приобретали пассивное сопротивление бойне. Вероятность того, что они быстро утратят Решимость, была ниже, чем при первом спуске. Вот почему он хотел, чтобы Ходж и Мелани похитили Тессу.
Мне нужно было снять это ожерелье. Мне нужно было, чтобы они начали терять Решимость, пока не придет время собирать вещи.
Тесса все еще была в сознании, достаточно бдительная, чтобы понимать, что кулон на ее шее причиняет всю эту боль, разливающуюся по всему телу.
Лео вышел вперед, замахиваясь битой на атакующую фигуру Максин.
В мгновение ока я осознал, что Лео оторвался от земли, подлетел к окну и разбил его. Осколки стекла впились ему в щеки и левую руку, когда он перекатился на крыльцо и упал на грязную площадку.
"Нет!" Элиза вытащила из камина утюг. Она взмахнула им, целясь в голову Максин.
У нее не было никаких шансов.
Я с грохотом распахнул дверь подвала и столкнул Элизу в яму. Она скатилась с лестницы с громким визгом.
Максин перепрыгнула через скорчившееся тело Тессы, отмахиваясь от ее рук.
"Останови это! Останови это!" Закричала Тесса.
Наверху Ходж и Мелани изо всех сил пытались открыть дверь.
"Сделай это быстро!" Сказал я демону. "Сними его!"
Максин ухмыльнулась и схватила ожерелье Тессы.
Шшшшшшшшшш-
Кулон зашипел под рукой Максин; белый дым просочился между костяшками ее пальцев.
Демон вскрикнула и выпустила кулон, отползая от Тессы, как будто жар окутал все ее тело. Она даже не смогла разжать руку, державшую ожерелье. Я никогда не думал, что демон может бояться огня и небольшого жара, но обряд, должно быть, включал в себя какое-то защитное заклинание. Тесса схватила кулон, сдергивая его с шеи, но он не сдвинулся с места. Затем ее кулак тоже начал дымиться и шипеть, и она закричала.
Я задействовал то, что осталось от моего [Телекинеза], и попытался снять ожерелье. Я едва продержался долю секунды, когда мои призрачные пальцы обхватили металл.
Я увидел видение.
Трон под непроглядно-темным небом, испещренным багровыми тенями от горящих маслянистых ям внизу. Корчащиеся массы почерневших и обугленных трупов ползут по пеплу и илу, пробираются сквозь колючую проволоку и кипящую магму.
Оскаленная пасть с рядами острых зубов, обнаженная в агонии и отчаянии, которые оставались сильными на ветру. Я даже почувствовал их вкус. Я даже мог чувствовать Ужас — мой Ужас — растущий среди резни в черной долине.
Но потом появилась боль. За последние несколько дней я привык к своему новому облику; я никогда не испытывал боли. По крайней мере, такой. Как будто я оказался в ловушке между двумя наэлектризованными цепными заборами, прижимающимися друг к другу, медленно раздавливающими и бьющими меня током до смерти.
Никто не мог снять его с нее. Я бы даже не осмелился снова приблизиться к этому гребаному ожерелью. Но кто мог? Как я мог безопасно снять его с нее? Возможно, мне придется убить Тессу, чтобы избавиться от него.
Искатели и монстры были связаны во владениях Ядра. Каждое заклинание, инструмент, оружие и хаос Путей должны были взаимодействовать с преимуществами и недостатками искателей и монстров в игровом сценарии. Система была выше всего этого, или, по крайней мере, контролировала нити, оценивая кулон как общепринятый и обычный магический предмет для использования Исследователями. В его глазах пользоваться им не было противозаконно.
Но Дэнни.
Дэнни был...
Я так и не закончил свою мысль.
Максин вскочила на ноги, но Дженна прыгнула на нее, держа в руках мясорубку, которую вытащила из одного из кухонных ящиков. Она обрушила ее на голову Максин, треснув со всей силы, и женщина рухнула на пол в приступе сильного припадка.
"Ааааа!" Взревела Дженна, оседлав живот Максин и снова и снова обрушивая мясорубку ей на голову. От каждого сокрушительного удара во все стороны разлетались куски плоти, кости и зубы. Кровь хлынула из размозженной головы Максин.
Удар...
Еще один удар...
И еще один удар...
Максин захлебнулась кровью. Один неповрежденный глаз (другой уже куда-то отлетел) уставился на нападавшего, лицо было неузнаваемо в куче разорванной, размягченной плоти. "Дженна..." сказала она хриплым и напряженным голосом. "Это было так приятно - перерезать горло Заку, пока твой сын смотрел."
"Зак? Что ты с ним сделала?!"
Несуществующие губы Максин дрогнули, демон заставила обнаженные лицевые мышцы растянуться в улыбке. "Мы пируем за счет его души..."
"Нет!" Дженна обрушила измельчитель на голову Максин, расколов ее, как раздавленную тыкву.
[Вы получили 1 сущность: Максин Фэйрли]
[Вы получили 150 кристаллов]
Призрачная фигура демона выползла из раздавленного тела Максин и медленно выскользнула через разбитое окно. Все еще жива, подумал я. Демонов было труднее уничтожить, не тогда, когда у них все еще был такой восприимчивый искатель, как Крис. Успешный экзорцизм или оружие, которое могло причинить вред демонам и убить их, закидывали их на перезарядку перед респавном. И то, и другое было очень редким явлением на Земле.
Входная дверь открылась, и Дженна резко обернулась, подняв оружие, думая, что Лео врывается в хижину. Вместо этого она заметила Дэнни, сбегающего по ступенькам.
В его руке был кулон Тессы.
Дэнни! Смягченный. Контролируемый Системой. Не Искатель и не Архетип. Он был лазейкой против магии Ходжа в моих владениях. Ходж никогда не знал об этой Системе. Никогда не знал, как она все контролирует и что даже администраторы не понимают ее грубой мощи. Если бы он был за пределами моих границ, возможно, никто никогда не смог бы снять эту штуку с Тессы.
Но не здесь, подумал я. Реальность и магия здесь работают по-разному.
"Дэнни! Вернись!" Крикнула Дженна. "Вернись! Я пыталась защитить тебя!"
Дэнни убежал в лес, и Дженна последовала за ним, промокая под проливным дождем. Ее решимость сменила цвет с ярко-зеленого на более темный оттенок золотисто-желтого, перешла в ржавый оранжевый и начала быстро иссякать.