Наш интимный момент разворачивался медленно, словно мы заново изучали друг друга.
— Мм… Профессор…
Мы не прерывали поцелуя ни на секунду. Наши языки сплетались, пока руки лихорадочно, но в то же время нежно избавлялись от лишней одежды.
Мне даже не приходилось особо стараться: мои хвосты действовали сами по себе. Гибкие и пушистые, они скользнули к поясу Джина, ловко расстегивая пряжку и стягивая с него брюки, пока мои руки были заняты его плечами.
— …Это сложнее, чем кажется.
Джин, напротив, немного запутался в завязках моего ханбока.
— Хе-хе, дай я помогу.
Я накрыла его ладони своими, направляя их к нужным узлам. Атмосфера между нами сгущалась, становясь тягучей и чувственной.
Когда последние преграды упали на пол, мы остались стоять друг напротив друга в одном белье.
— Как же горячо… — прошептала я, проводя ладонью по его груди. — Мы будто горим.
Я помогла Джину избавиться от нижнего белья, а он, в свою очередь, принялся разматывать белую ткань, стягивающую мою грудь.
— Бинты? — хрипло спросил он, когда мои формы освободились.
— Почему ты носишь их вместо белья? — Ну… — я отвела взгляд, слегка смущаясь, но тут же хитро улыбнулась.
— Найти красивое белье моего размера довольно сложно. А то, что есть, мне не нравится по дизайну.
Наконец мы предстали друг перед другом полностью обнаженными.
В воздухе повисла смесь нервозности и дикого желания. Я окинула взглядом тело Джина.
«Ого…»
Честно говоря, его размеры меня на мгновение испугали. Он был огромным. Но страх тут же сменился гордостью: это я довела его до такого состояния. Это моя красота заставила его так реагировать.
Джин протянул руку и коснулся моей кожи.
— Ты прекрасна, Ёнхва.
От его прикосновения и хриплого голоса по моему телу прошла сладкая дрожь удовольствия. Я задрожала, чувствуя, как ноги становятся ватными.
— Давайте… сначала в душ? — предложила я, хотя голос меня почти не слушался. — Нужно помыться.
Мы переместились в душевую. Предлог «просто помыть друг друга» рассыпался почти мгновенно. Мыльная пена, скользкие тела, горячая вода… Мы касались друг друга всё смелее, изучая каждую чувствительную точку.
Вместо того чтобы успокоиться, желание вспыхнуло с новой силой.
— Хватит, — прорычал Джин.
Он выключил воду, подхватил меня на руки и вынес из ванной, даже не дав толком вытереться. Влажные, разгоряченные, мы рухнули на кровать.
Джин навис надо мной. В его глазах читалась страсть, но движения были осторожными. Он знал, что для меня в этом теле это будет первый раз.
Несмотря на бешено колотящееся сердце и легкий страх, я не могла удержаться от того, чтобы не подразнить его.
— Профессор, только будьте нежны… И постарайтесь не закончить слишком быстро, хорошо?
— …Я постараюсь.
Когда момент настал, я рефлекторно сжала его руку.
— Держи меня…
Джин переплел наши пальцы и начал двигаться. Медленно, давая мне привыкнуть.
— Ах!..
Боль пронзила меня, заставив выгнуться. Джин тут же замер. Он терпеливо ждал, осыпая мое лицо поцелуями, шепча успокаивающие слова, пока я пыталась расслабиться.
— Всё… всё в порядке, — выдохнула я, чувствуя, как боль отступает, сменяясь странным, но приятным наполнением. — Можешь продолжать.
Стоило ему двинуться глубже, как меня накрыло.
— Ах! А-ах!..
Из-за моей чувствительности и интенсивности ощущений я достигла пика практически мгновенно. Моё тело содрогнулось в сладкой агонии, а перед глазами всё поплыло.
Когда дыхание немного выровнялось, я, всё ещё дрожа, посмотрела на него снизу вверх. Лисья натура взяла своё даже в такой момент.
— Хе-хе… — я провела пальцем по его мокрой от пота груди. — Каково это, профессор? Праздновать выпускной своей девственности с той, кто ещё недавно звалась вашей приёмной дочерью?
Лицо Джина дернулось. Мои слова попали точно в цель, пробудив в нём что-то тёмное и властное.
— Ты…
Решив показать, кто здесь на самом деле главный, он перестал сдерживаться.
— А-а! П-подождите! Я ещё не..!
Не обращая внимания на мои слабые протесты о том, что мне нужно время отдышаться, он начал двигаться куда более мощно и глубоко, выбивая из меня все мысли, кроме одной — принадлежать ему полностью.