Колокольчик звякнул, когда я вошёл в исследовательскую лабораторию после лекции на замене.
Поскольку у первокурсников сегодня была только ориентация, я вполне ожидал увидеть Ёнхву, ожидающую меня здесь, но…
— Ёнхвы нет?
— Пока нет.
В лаборатории были только Рейна и Эгида.
«Куда она делась?»
Угадать было сложно.
Это не то чтобы она могла пойти к друзьям.
И она не из тех, кто будет бесцельно бродить по кампусу.
«Она уже слишком взрослая, чтобы её похитили, да?»
Первая мысль — похищение, но я тут же отбросил её.
Ёнхву уже похищали однажды. Причём настолько нелепо и просто, что мне до сих пор неприятно вспоминать.
Теперь она не станет бездумно идти за кем попало.
А даже если и пойдёт — у неё достаточно силы, чтобы выбраться самой.
Какой бы маленькой и милой она ни выглядела, она всё-таки первая на Боевом факультете.
К тому же Искусства Дао — сила, о которой мир пока почти ничего не знает.
И, по сути, кроме меня, никто не сможет ей противостоять.
Так куда же она могла уйти?
— Она вон там уже какое-то время сидит, — неожиданно сказала Эгида.
Я повернул голову. Эгида указывала в окно.
И, посмотрев туда…
— А.
Я увидел Ёнхву — она ярко смеялась, а по бокам у неё стояли девочка-вампир слева и девочка-оборотень справа.
«Только не говори мне, что она реально подружилась?»
Даже я, которого сложно чем-то удивить, на мгновение остолбенел.
Ёнхва три года прожила рядом со мной.
Я прекрасно понимаю, насколько тяжело людям уживаться с таким характером.
И всё же — два ровесника, да ещё в первый же день.
Это заставило меня задуматься: возможно, отсутствие друзей у меня было не только из-за характера.
— Ну, это очевидно. Кто захочет дружить с тем, у кого конечности каждые три дня исчезают? — буднично прокомментировала Рейна рядом.
— Тогда это было неизбежно.
У меня было слишком много лекций и слишком мало времени на подготовку материалов для экспериментов.
Приходилось использовать собственное тело.
И нет, я не мазохист, который получает удовольствие от боли.
— Вот. Значит и отсутствие друзей тоже было неизбежно.
Разумеется, ни один студент никогда не соглашался с моей логикой.
Они считали, что мне следовало просто уменьшить нагрузку.
Кто вообще станет подходить к человеку, который ради любопытства поджигает, замораживает и травит собственное тело?
— Ты даже не представляешь, как я пугалась каждый раз, когда ты вытворял эти безумные вещи. С таким-то талантом…
Рейна поддерживала со мной «дружбу» только потому, что мы вместе готовились к выпуску.
Иначе мой и без того маленький круг общения сжался бы ещё сильнее.
Почуяв, что разговор снова идёт против меня, я сменил тему:
— Я впервые вижу, чтобы вампир и оборотень не дрались.
Это действительно редкость: эти виды традиционно враждуют.
Оборотень выглядит куда более скованной, но и это уже исключение — у них обычно натура слишком агрессивная.
— Она что, выделяет какой-то феромон, который притягивает демонов?
Как бы мило Ёнхва ни выглядела, это всё равно странно.
Сначала она заполнила мои лекции полудемонами.
Теперь — болтает с благородными демоническими юными леди в первый же учебный день?
Но Харка никак особенно на Ёнхву не реагировала…
«Может, она просто сама по себе общительная?»
Гипотеза упёрлась в тупик.
Я бы ни за что не догадался, что оборотень «подружилась» из страха, а вампирша — потому что их сблизили разговоры о “папе”.
===========
Ёнхва, тем временем, была в затруднении.
Подружиться с Лилией — это, конечно, приятно.
В её попытках казаться жёсткой, скрывая мягкость, было что-то даже милое.
А главное — у них совпадала цель: однажды превзойти отцов.
— Раз я теперь тоже твоя подруга… ты отведёшь меня к профессору Джину?
— Ну…
Вот в чём была проблема.
Ёнхва знала условия сделки между Джином и семьёй Фенрир.
Три года назад, когда её тело вдруг начало странно “греться” и вести себя иначе, Харка согласилась объяснить симптомы — но только при условии, что будет создан демонический клуб.
Сами симптомы Ёнхве толком не объясняли, но сейчас это было неважно.
Важно было другое: Лилии лучше не знать о демоническом клубе.
«Если его собирались создать тайно, чтобы отличаться от Владика, тогда…»
Разве это не приведёт к тому, что папа нарушит сделку с Фенрир?
Ёнхва колебалась, встречая сияющий взгляд Лилии.
Подруга, которая мечтает однажды превзойти отца?
Или папа, который спас ей жизнь, дал дом, кормил, одевал и ценил просто за то, что она дышит?
«Если так поставить вопрос, у Лилии шансы вообще смешные».
Весы в одно мгновение резко наклонились в одну сторону.
Ничто не могло перевесить “небо” по имени Джин.
— Прости, но…
Она уже собиралась отказать, когда…
— Только подумать! У меня будет шанс увидеть профессора Джина, которым ты так гордишься! Я уже нервничаю!
— А?
— Он же… очень величественный и впечатляющий, да?
— …Конечно!
Увидев эти глаза, полные ожидания, Ёнхва передумала.
Это было не просто «Лилия просит ради своих целей».
Лилии правда было интересно, какой человек Джин.
А Ёнхва — послушная дочь, которая вообще не умеет сопротивляться желанию похвастаться папой.
— Лаборатория демонологии вон там. Пойдём прямо сейчас!
— …Так она всё время была там?
Эрика сбоку посмотрела на Ёнхву с лёгкой обидой.
Ёнхва, естественно, проигнорировала это и бодро зашагала вперёд.
А что насчёт сделки Джина с Фенрир?
«Папа что-нибудь придумает!»
Ёнхва не знала.
С этого момента она просто “невинная дочь”, которая ничего не понимает в сложных штуках вроде контрактов и всего лишь ведёт своих первых в жизни подруг в гости.
Она точно не перекладывает решение на Джина.
Она доверяет папе.
«Это не предательство. Это доверие!»
Она продолжала убеждать себя в этом, пока они шли к лаборатории.
===========
Щёлк.
— Я вернулась!
Ёнхва влетела в исследовательную лабораторию с уверенным голосом.
Даже для “дочки профессора” это было слегка чрезмерно.
Тут вообще-то рабочее пространство аспирантов.
— С возвращением, Ёнхва!
— Я скучала…
Рейна и Эгида вскочили и тут же начали наперебой гладить Ёнхву по голове.
Две полудемоницы вовсе не возражали против её шумного появления.
Наоборот: они были бы только рады, если бы Ёнхва шумела ещё больше.
Она была единственным, что делало их скучную работу терпимой.
Вырвавшись из “сестринского” восторга, Ёнхва потянула за собой растерянных Лилию и Эрику.
— Все, познакомьтесь. Это Рейна-онни и Эгида-онни. Они обе ассистентки на демонологии.
— Здравствуйте. Я Лилия Владика, наследница великого вампирского клана Владика.
Лилия первой взяла себя в руки.
Она поприветствовала их изящно, придерживая край платья, хотя пыль после её преследования Ёнхвы заметно “украла” часть благородства.
— З-здравствуйте… Я Эрика Фенрир…
Следом прозвучал робкий голос Эрики.
Выглядела она не менее “неаристократично”, но серебряные волосы и ярко горящие золотые глаза всё равно выдавали её кровь.
Увидев двух демонических первокурсниц в лаборатории, Эгида закатила глаза и прошептала Рейне:
— Сэнпай, нам им поклониться?
— Это Империя, а не Мир Демонов. Лучше иди проверь число записавшихся на демонологию в этом семестре.
— Пф…
Отправив Эгиду обратно к работе, Рейна упёрла руки в бока и спросила:
— Приятно познакомиться, младшие. Но что привело таких высоких гостей сюда?
— Это мои подруги. Я привела их познакомить с папой.
Ёнхва ответила, гордо выпятив маленькую грудь.
Рейна моргнула и посмотрела куда-то за неё.
— Ну, вот так она говорит.
— …
— Эй, Джин. К тебе пришли.
— М?
Только тогда Джин поднял голову от того, что писал.
Пока Ёнхва шумно возвращалась, Рейна и Эгида встречали её, а две демонические первокурсницы представлялись…
Он всё это время был в своём мире.
«Это… тот самый профессор Джин, про которого я столько слышала?»
Лилия сглотнула.
Судя по рассказам Ёнхвы, Джин был самым ласковым отцом на свете.
Она подсознательно ожидала кого-то вроде собственного отца.
Но перед ней сидел человек, у которого на лице почти не было эмоций.
Белые волосы до пояса и пепельно-серые глаза, по которым невозможно понять мысли, усиливали это ощущение.
— Ёнхва пришла.
Его сухой голос, будто лишённый интонаций, добил образ окончательно.
И самое странное было вот что…
— Папа!
Ёнхва подпрыгнула и обняла Джина за талию.
Подруга, которую она завела сегодня, выглядела безумно счастливой.
Похлоп-похлоп-похлоп.
Джин, не меняя выражения лица, почесал Ёнхву за ухом и поднял взгляд.
— Что привело вас двоих?
— Эм… Ёнхва сказала, что я узнаю, когда мы придём…
Эрика, которая вообще не слышала от семьи подробностей о сделке, мямлила, не зная, что сказать.
Сжать.
Лилия стиснула кулак и выпрямила спину.
«Даже если он не такой, как я ожидала… я должна это сделать!»
Отец доверил ей право положить на стол богатство и власть семьи как цену за переговоры.
Значит, она обязана получить наставления у человека, которого признал её отец.
— Здравствуйте, профессор Джин. Я Лилия Владика. Не знаю, слышали ли вы обо мне, но…
— Если бы я не знал единственную дочь семьи Владика, я бы не мог быть профессором демонологии. Как поживает герцог Эдмунд?
— Д-да… Вы близки с моим отцом?
— Скорее, я перед ним в большом долгу.
Сжать.
Кулак Лилии сжался сильнее.
Она не знала, что он “в долгу”.
Это должно было облегчить разговор.
— Тогда перейду сразу к сути, профессор. Я хочу, чтобы вы помогли мне удерживать лидирующую позицию в Академии на протяжении моего—
— Это невозможно.
— …Что?
Отказ был настолько резким, будто по коже полоснули лезвием.
Лилия запнулась, не веря услышанному.
Не «я не хочу», а «невозможно».
Она даже не успела спросить, что он имеет в виду, как…
— Я уже заключил похожую сделку с Фенрир. Так что это проблематично.
…
Джин продолжил монотонно.
Если бы Харка услышала это, она бы наверняка схватилась за голову от того, насколько он прямолинеен.