Небо начало светлеть, но утренний туман всё ещё окутывал лес, словно он не хотел отпускать путников. Ли Сеунг шёл молча, его мысли были заняты тем, что произошло на алтаре. Он чувствовал, как багровая энергия теперь стала частью его. Она больше не сопротивлялась, не пыталась разорвать его на куски. Но он всё ещё боялся: а что, если однажды он потеряет контроль?
Даймон шагал впереди, его фигура казалась частью этого мрачного мира. Ли Сеунг наконец нарушил тишину:
— Ты знал, что это случится, не так ли? — Его голос звучал ровно, но внутри он кипел. — Ты знал, что хаос попытается меня сломать.
Даймон не остановился и не обернулся, но ответил спокойно:
— Конечно, знал. Это неизбежно. Каждый, кто сталкивается с хаосом, проходит через это. Но ты справился.
— А если бы я не справился? — резко спросил Ли Сеунг. — Ты просто позволил бы мне умереть? Или, может быть, ты надеялся, что я стану таким же, как ты?
Даймон внезапно остановился. Медленно повернувшись, он посмотрел на Ли Сеунга. Его багровые глаза были холодными, как лёд.
— Если бы ты не справился, ты бы умер, — сказал он. — И да, я бы позволил этому случиться. Потому что это твой путь, а не мой. Ты должен был сделать выбор сам. Я не твой спаситель.
— Ты даже не пытался предупредить меня, — продолжал Ли Сеунг, его голос становился всё громче. — Ты просто бросил меня в это, как будто я был подопытной крысой.
— Остынь, — прервал его Даймон, его голос стал жёстким. — Ты думаешь, что я должен был держать тебя за руку? Ты думаешь, что это как-то помогло бы? Хаос не заботится о твоих чувствах. Он просто уничтожает тех, кто слаб. И если ты не можешь с этим справиться, ты не выживешь.
— Может, ты и прав, — ответил Ли Сеунг, сжав кулаки. — Но знаешь что? Ты ничего не сделал, чтобы помочь мне понять это. Ты просто смотришь со стороны, как будто тебе плевать.
Даймон сделал шаг вперёд, его лицо было на удивление спокойным.
— Ты не понимаешь, — сказал он тихо. — Я не могу помочь тебе. Никто не может. Твой путь — это твоя борьба. И ты либо пройдёшь его, либо сломаешься. Если ты хочешь, чтобы кто-то держал тебя за руку, ты выбрал не того учителя.
Ли Сеунг хотел что-то сказать, но внезапно почувствовал, как багровая энергия внутри него начала пульсировать. Она словно отзывалась на его гнев. Он сделал глубокий вдох, стараясь успокоиться.
— Знаешь, — сказал он через несколько секунд, его голос стал тише, но в нём всё ещё ощущалось напряжение, — ты говоришь, что не можешь мне помочь. Но разве ты не был когда-то на моём месте? Разве ты не прошёл через то же самое?
Даймон на мгновение замер. Его глаза слегка сузились, но он ничего не ответил. Это молчание говорило больше, чем любые слова.
— Вот и я думал, — продолжил Ли Сеунг, глядя прямо на него. — Ты боишься признать, что когда-то был таким же, как я. Что ты тоже боролся. И, возможно, проиграл.
— Достаточно, — резко сказал Даймон, его голос прорезал воздух, как нож. — Ты не знаешь, о чём говоришь.
— Тогда расскажи мне, — ответил Ли Сеунг, сделав шаг вперёд. — Расскажи мне, что с тобой случилось. Почему ты стал таким?
Даймон отвернулся, его фигура снова стала неподвижной.
— Это не важно, — сказал он наконец. — Моё прошлое не имеет значения. Всё, что имеет значение, — это твой путь.
— Нет, это имеет значение, — настаивал Ли Сеунг. — Потому что ты пытаешься учить меня, но сам избегаешь своих ошибок. Как я могу доверять тебе, если ты даже не можешь быть честным со мной?
Даймон долго молчал. Затем он произнёс тихо, почти шёпотом:
— Когда-то я тоже верил, что могу всё контролировать. Я думал, что могу использовать хаос ради добра. Ради защиты тех, кого любил. Но я ошибся. Хаос забрал всё, что у меня было. И это моя вина.
— Твоя вина? — переспросил Ли Сеунг, его голос стал мягче. — Почему ты так думаешь?
— Потому что я был слаб, — ответил Даймон, его голос дрожал от сдерживаемых эмоций. — Я думал, что могу справиться, но не смог. И теперь у меня ничего не осталось, кроме этой силы. Она — всё, что у меня есть.
— Это не всё, что у тебя есть, — сказал Ли Сеунг. — Ты мог бы найти что-то ещё. Ты мог бы начать заново, если бы захотел.
— Ты наивен, — усмехнулся Даймон, но в его усмешке была горечь. — Ты думаешь, что можно просто начать заново? Что можно забыть всё, что было? Нет, Ли Сеунг. Некоторые вещи нельзя забыть. Они становятся частью тебя. Как хаос.
— Но ты не обязан быть таким, как сейчас, — возразил Ли Сеунг. — Ты сам выбираешь, кто ты. Разве не ты только что говорил мне о выборе?
Даймон снова замолчал. Его взгляд был устремлён куда-то вдаль, словно он видел что-то, что было недоступно для других. Затем он тихо сказал:
— Возможно, ты прав. Возможно, я всё ещё могу что-то изменить. Но для этого мне нужно увидеть, что ты справишься. Что ты станешь тем, кем я не смог стать.
Ли Сеунг кивнул. Он не был уверен, что полностью понял Даймона, но чувствовал, что этот разговор был важен для них обоих.
— Я справлюсь, — твёрдо сказал он. — И я не стану таким, как ты.
— Посмотрим, — ответил Даймон, его голос снова стал холодным. — Посмотрим.