Ли Сеунг ступал по узкой тропе, которая вела к деревне, спрятанной среди тёмных холмов. Её название не было известно, но слухи о ней ходили далеко за пределами этой земли. Это было место, где укрывались самые жестокие и кровожадные из людей — воры, убийцы, бандиты. Каждый, кто осмеливался приблизиться к этой деревне, либо погибал, либо становился частью её чудовищного сообщества.
Но страх, который деревня внушала многим, был бесполезен против Ли Сеунга. Его шаги были медленными и уверенными, а багровая энергия вокруг него пульсировала, словно предвкушая грядущее разрушение. Кинжал в его руке мерцал, отражая тусклый свет умирающего солнца, окрасившего небо багровыми оттенками.
Когда он приблизился к границе деревни, первые её обитатели заметили его. Из-за деревянных заборов показались вооружённые люди, их лица были искажены злобой.
— Эй, ты! — крикнул один из них, наставив на Ли Сеунга ржавый меч. — Что тебе нужно здесь? Это место не для таких, как ты!
Другие, стоявшие рядом, рассмеялись. Их смех был грубым, зловещим. Они не воспринимали его как угрозу. Для них он был всего лишь ещё одной жертвой, которая пришла к ним сама.
— Ты слышал, что сказал мой друг? — продолжил другой, вынимая из-за пояса кинжал. — Убирайся, пока ещё можешь.
Но Ли Сеунг не ответил. Он просто стоял, глядя на них своими багровыми глазами. Это молчание заставило их смех угаснуть. Они почувствовали что-то странное, что-то зловещее в его присутствии.
— Ты что, глухой? — рявкнул первый. — Мы сказали убирайся!
Он сделал шаг вперёд, замахиваясь мечом. Но прежде чем его оружие успело опуститься, что-то произошло. Ли Сеунг поднял руку, и багровая энергия вырвалась из его тела, словно волна. Она ударила по мужчине, и его крик разнёсся по деревне. Его тело буквально испарилось, оставив лишь тень на земле.
— Что за… — начал говорить другой, но не успел договорить. Ли Сеунг двинулся вперёд с нечеловеческой скоростью, и его кинжал вспыхнул. Одним движением он перерезал горло нападающему, его кровь брызнула на землю, пропитывая её.
— Предупреждать не буду, — сказал Ли Сеунг холодным, безэмоциональным голосом. — Ваши грехи больше не останутся безнаказанными.
Крики первых погибших привлекли остальных жителей деревни. Из зданий выбежали десятки вооружённых мужчин и женщин. Они были одеты в грязные доспехи, а их лица горели жестокостью. Каждый из них был убийцей, грабителем, монстром в человеческом обличье.
— Он убил наших! — закричал один из них. — Убить его! Убить этого ублюдка!
Они ринулись на него, как стая голодных волков. Их оружие сверкало в тусклом свете, а их крики эхом разносились по деревне. Но для Ли Сеунга они были не более чем мошками.
Он сделал шаг вперёд, и багровая энергия снова вспыхнула вокруг него. Его кинжал двигался с невероятной скоростью, рассекая воздух и оставляя за собой кровавые следы. Каждый его удар был точным, каждый взмах — смертельным. Он был как шторм, который невозможно остановить.
Один за другим они падали. Их оружие было бесполезным против его силы. Он разрывал их тела, словно тряпичные куклы, и их крики становились всё громче.
— Это безумие! — закричал один из них, бросая своё оружие и пытаясь убежать. — Это не человек! Это демон!
Но даже бегство не спасало их. Ли Сеунг поднял руку, и багровая энергия вырвалась из его тела, ударяя по бегущим. Их тела разлетались на куски, кровь заливала землю.
Когда битва закончилась, деревня была мертва. Все её жители лежали на земле, их тела были изуродованы, а кровь текла по улице, как река. Ли Сеунг стоял посреди этого хаоса, его кинжал капал кровью, а багровая энергия вокруг него медленно угасала.
Его дыхание было спокойным, его глаза всё ещё горели. Он посмотрел на разрушенную деревню, на тела, которые лежали вокруг него, и почувствовал странное удовлетворение.
— Это то, что вы заслужили, — сказал он, его голос был тихим, но холодным. — Вы жили, убивая и разрушая. Теперь это же постигло вас.
Он шагнул вперёд, его сапоги хлюпали в луже крови. Дома горели, охваченные пламенем багровой энергии, которая всё ещё витала в воздухе. Деревня, которая когда-то была убежищем для чудовищ, теперь стала их могилой.
Но в тот момент, когда он собирался уйти, он услышал шёпот. Это был голос, тихий, но отчётливый. Он доносился из глубины одной из хижин.
— Помогите… пожалуйста…
Ли Сеунг обернулся. Его взгляд упал на разрушенное здание, из-под обломков которого высовывалась чья-то рука. Это была женщина, её лицо было покрыто грязью и кровью. Она не была воином, её глаза были полны страха.
— Пощадите… — выдохнула она, глядя на него. — Я… я не такая, как они…
Он подошёл к ней, его багровые глаза холодно смотрели на неё.
— Ты жила среди них, — сказал он, его голос был лишён всяких эмоций. — Ты смотрела, как они убивают, грабят, мучают. Ты никогда не остановила их. Ты — одна из них.
Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но не успела. Кинжал, блеснувший в его руке, одним движением пронзил её сердце. Её глаза расширились, а тело обмякло.
— Никто из вас не заслуживает жизни, — сказал он, убирая кинжал.
Когда он ушёл, деревня уже не существовала. Она была стёрта с лица земли, её улицы были залиты кровью, а пламя пожирало остатки домов. Ли Сеунг шёл дальше, оставляя за собой только разрушение. Его путь был ясен, и ничто не могло его остановить.