— Как это не может ходить? — переспросил, нахмурившись, Ёсихико, всё ещё стоя в корпусе Хируко-но-оками в главном здании храма.
—
Вот так, — ответил Когане. — В «Записках о деяниях древности», которые
ты, конечно же, внимательно читал, Хируко-но-оками появляется в самом
начале — в главе о сотворении мира. В «Нихон Сёки» он появляется в иное
время, но кое-что остаётся неизменным — то, как его бросили в море.
— Бросили в море?
Слова
лиса лишь сильнее запутали Ёсихико. Как можно бросить бога в море? И
как это связано с неспособностью ходить? Пока Ёсихико силился вспомнить
текст «Записок», слово взял Мацуба:
— Господин Хируко-но-оками —
сын Идзанаги-но-ками и Идзанами-но-ками. Однако когда за первые три года
он так и не смог встать на ноги, родители положили его в лодку и
отправили в море.
Ёсихико невольно ахнул в ответ. Наконец-то он
вспомнил этот эпизод из «Записок». Вернее, там не было точной цифры в
три года, но боги действительно бросили своего неполноценного сына в
море.
— Собственного ребёнка… Поверить не могу.
Конечно,
это была ужасная трагедия, но и сейчас порой случается, что родители
бросают детей, не желая ими заниматься. Но это, разумеется, не означало,
что Ёсихико согласился с действиями богов.
— Я уверен, им тоже
было тяжело бросить собственного ребёнка. Наверняка это было очень
трудное решение, но необходимое, ведь ответственность за мироздание с
них никто не снимал… — Мацуба вздохнул. — Когда господин Хируко-но-оками
остался один на лодке, он решил превратиться в статую, чтобы не терять
силы. В конце концов лодка сгнила, и он оказался на дне морском. Прошло
ещё очень много времени, прежде чем та статуя попалась в сети рыбака из
Хёго по имени Кискэ, который и вытащил его на сушу.
— Кискэ… Так значит, его нашёл рыбак?
Едва ли этот рыбак подозревал, что выловил из моря настоящего бога.
— А ноги… так до сих пор…
Ёсихико замолк, не решившись произнести «не работают».
—
Люди назвали его Эбису — они так называли всех новоприбывших богов. Со
временем господин Хируко-но-оками научился покидать плен статуи и
пытался исправить свои ноги с помощью духов и сородичей. Но последнюю
тысячу лет — с тех пор, как появился я — он передвигается только верхом
на мне, спускаясь лишь для отдыха и сна.
Ёсихико выдохнул,
наконец-то понимая происходящее. Действительно, после такого не очень-то
верится, что Хируко-но-оками мог надеть варадзи и куда-то уйти. Но куда
тогда исчез бог и пара обуви?
— Если он не мог уйти сам, значит, кто-то увёл его? — предположил Ёсихико и тут же усомнился в собственных словах.
Даже
неходящий бог — это всё-таки бог. Человек при всём желании не смог бы
вытащить его из храма, а если это сделал какой-то другой бог, то почему
не предупредил Мацубу? И главное — зачем взял варадзи?
— Вы тоже считаете, что его могли похитить?!
Мацуба
вновь попытался прижаться к Ёсихико мордой, но тот успел отскочить.
Возможно, конь просто не умел рассчитывать собственные габариты.
— Это пока не факт. В конце концов, он бог, так что я не думаю, что ему что-то угрожает…
«Чтобы
его разыскать, надо опрашивать очевидцев», — подумал Ёсихико и
раздраженно почесал затылок. Кого спрашивать-то, если обычные люди не
видят богов?
— Как этот Хируко-но-оками хоть выглядит? Есть у него особые приметы? — спросил на всякий случай Ёсихико.
Как ни крути, любой розыск начинается с этого вопроса.
—
Господин Хируко-но-оками любит яркую одежду — кимоно, расшитое рыбами, и
красную шапку, похожую на эбоси, сломавшуюся от ветра. На улице он
всегда бросается в глаза. Что касается особых примет, то у него немного
обвисший подбородок и большие мочки ушей — символ удачи. Когда он
улыбается, его глаза похожи на тонкие ниточки — он выглядит именно так,
как обычно изображают Эбису.
— Ага, потому что он и есть Эбису… — пробормотал Ёсихико, на всякий случай запоминая слова Мацубы.
Вдруг его смартфон сообщил о входящем сообщении.
— От Хоноки?..
Был будний день, но уроки уже закончились. Ёсихико открыл мессенджер и увидел, что Хонока прислала фотографию.
— «Я выиграла Когане»? А, в лотерею…
Ёсихико невольно улыбнулся, рассмотрев фотографию. Брелок на ней и правда был очень похож на божественного лиса.
— Хотя Когане, конечно, потолще будет.
— Ёсихико, я ослышался, или ты назвал меня жирным?! — бдительный Когане тут же придвинул морду ближе к лакею.
— Жирным — нет. Только толстым.
— Это одно и то же! Сколько раз я тебе говорил, что это всего лишь шерсть?!
— Может, и шерсть, но лис на брелоке поизящней будет.
Ёсихико
увлёкся привычным спором с Когане, но вдруг ощутил нечто странное возле
плеча и вздрогнул от испуга. Робко повернул голову и увидел прямо перед
своим лицом морду Мацубы. Шея ощущала на себе влажное дыхание.
—
П-прости, Мацуба! Конечно же, сейчас важнее всего поиски
Хируко-но-оками! Мы поняли, мы всё поняли! Просто смешную картинку
прислали! Не волнуйся, мы сейчас же вернёмся к…
— Господин
Хируко-но-оками! — не успел Ёсихико договорить, как Мацуба вдруг
закричал и нагнулся, упираясь мордой в экран смартфона. — Что вы здесь
делаете?! Почему не сказали, что пошли сюда?!
— Так, погоди! Успокойся!
На
фотографии был брелок в виде лиса, неужели конь принял его за бога?
Ёсихико отпрыгнул от Мацубы и ошеломлённо посмотрел на свой
перепачканный соплями телефон. С чего вдруг такой интерес к фотографии?
— Неужели вы в плену этой маленькой рамки? Я сейчас же спасу вас!
—
Нет, он не в плену, и давить мордой бесполезно, внутрь всё равно не
попадёшь, — хладнокровно пояснил Ёсихико, нагло вытирая телефон о
лошадиную гриву.
Когане почему-то спрятал хвост за спину.
— И вообще, посмотри получше, это брелок с лисом. Он ни разу не похож на Хируко-но-оками.
Почистив экран, Ёсихико снова показал его Мацубе. Ладно бы конь спутал брелок с Когане, но с Эбису?
— Нет, это господин Хируко-но-оками! Я узнаю его даже со спины!
— Со спины?
Мацуба
продолжал упрямиться, так что Ёсихико вновь изучил фотографию Хоноки.
Помимо борелока с лисом на ней были люди перед лототронами. Взгляд
Ёсихико остановился на мужчине в жёлтом кимоно и красной шапке.
Вспомнились приметы Хируко-но-оками, о которых говорил Мацуба.
— Нет, но ведь… Хируко-но-оками не ходит… — растерянно возразил Ёсихико.
Они
так много времени потратили на разговор о неработающих ногах бога, а
теперь увидели на фотографии мужчину, который твёрдо стоит на своих
двоих.
— Но разве люди так одеваются? Это может быть только господин Хируко-но-оками! — с непоколебимой уверенностью заявил Мацуба.
Ёсихико попытался приблизить изображение, но оно показывало лишь плечи и голову — всё остальное скрывала толпа.
— Если небесноглазая всё ещё там, можно спросить у неё, — предложил Когане, разглядывая фотографию.
— Ну, это и правда быстрее всего.
Согласившись
с Когане, Ёсихико вышел наружу и позвонил Хоноке. Едва ли девушка
нарочно сделала фотографию так, что на неё попал этот подозрительный
персонаж.
— А, Хонока?
Девушка взяла трубку после пары гудков.
— Да, — раздался в ответ робкий голос. — Прости за дурацкое сообщение.
На фоне голоса Хоноки слышался шум толпы. Видимо, она ещё не ушла с торговой улицы.
— Просто мне так понравился брелок, что я…
—
Нет-нет, брелок прекрасный, но дело в том, что твоя фотография мне
сейчас очень сильно может помочь, — заговорил Ёсихико, стараясь
успокоить взволнованную девушку. — Возможно, на неё попал человек… ну,
или бог, которого я сейчас разыскиваю…
— Что?..
— Хонока, ты ещё там?
Когане и Мацуба о чём-то разговаривали за спиной — судя по их тону, недоумевали. В телефоне послышался топот бегущих ног.
— Да. Сегодня на торговой улице очень много людей… Мне это сразу показалось подозрительным.
— А-а, тогда это тем более может быть бог удачи, которого я разыскиваю…
— Бог удачи? — спросила Хонока с удивлением, слышным даже через телефон.
— Мужчина в жёлтом кимоно перед лототроном был очень на него похож…
Ёсихико не думал, что Хонока заметила этого персонажа в такой толпе, однако она отреагировала:
— Да, он, кажется, выиграл семь или восемь раз подряд…
Ёсихико хлопнул себя по лбу. Пожалуй, это и было лучшим доказательством того, что бог удачи действительно отыскался.
— Он всё ещё там?
Конечно, ему было неловко вот так просить девушку об услуге, но он решил, что определённость того стоит.
— Да, там, — ответила Хонока после короткой паузы.
— Ты мне можешь описать его кимоно? — спросил Ёсихико, оборачиваясь к Мацубе.
Лошадь уже рассказывала ему о яркой одежде бога.
— Жёлтый фон, рисунки рыб… Длинное…
— Жёлтый фон, рисунки рыб…
— Ещё на нём красная шапка…
— Красная шапка…
— Обвисший подбородок, большие уши…
— Обвисший подбородок и большие уши…
Чем дальше Ёсихико повторял вслед за Хонокой, тем больше уверенности и слёз было в глазах Мацубы.
— Хонока, мне нужно через тебя уточнить ещё одну вещь, — Ёсихико задал ей самый важный вопрос: — Он стоит на своих ногах?
Вопрос в отрыве от контекста казался цитатой из фильма ужасов, но Хонока не обратила на это никакого внимания и подтвердила:
— Да, именно.
Когане подошёл к Ёсихико и спросил сам:
— Небесноглазая, на что похожа его обувь?
— Обувь?..
Мацуба затаил дыхание в ожидании ответа девушки. И наконец, до человеческих и божественных ушей донёсся голос:
— На нём варадзи.
Ёсихико
спрятал лицо левой рукой. Ну не может же по городу гулять человек,
настолько подходящий по приметам. Тут и гадать не надо — и так всё
понятно.
— Хонока… — Ёсихико крепче сжал телефон и продолжил, не
поднимая головы: — Я сейчас же еду к тебе, ты не могла бы… проследить за
этой яркой личностью?
— Ой, а… Да! — согласилась Хонока, хоть и явно пока не понимала, что происходит.