«Гляди, маска, какой сегодня славный день».
«Но эта духота губит одежду».
«Смотри, как прекрасно цветёт эта слива».
«Но это дерево ничем не отличается от прочих».
«В такой солнечный день так и хочется прогуляться на пик Такатихо. Что скажешь?»
«Почему бы и нет?»
«Или лучше сходим в храм Хоори?»
«Вы ведь хотели на пик Такатихо?»
«Ага… Давненько не был в Хоори, но пусть будет по-твоему».
— Пусть будет… по-твоему.
Ниниги-но-микото
стоял в одиночестве посреди храмовой дороги, ощущая спускающуюся с
холмов прохладу. Чёрное покрывало ночи прятало даже белоснежный гравий
под ногами. Ниниги-но-микото опустил взгляд на маску, тускло освещённую
звёздами, и погладил её пальцами.
Всё началось вскоре после
появления детей. Чтобы доказать отцовство святого внука, бесстрашная
богиня согласилась родить тройню прямо внутри горящего дома, и
Ниниги-но-микото не знал, как после такого разговаривать с женой.
Воспоминания о жизни в небесном мире среди друзей и родственников
погружали его в одиночество. Он изо всех сил уговаривал
Исикоридомэ-но-микото, пока она не сделала ему эту маску.
— Скажи
мне, маска… что мне завтра надеть? Какого священника благословить на
следующем празднике? Какой урожай дать людям в этом году?.. — тихо
спрашивал бог у молчащей маски. — Как мне извиниться перед Сакуей?..
Он повторил вопрос, который уже задавал. Когда сегодня днём лакей потребовал от бога извиниться, у того что-то сжалось в груди.
Маска говорила ему, что никакие усилия не могут изменить прошлое. И бог внял этим словам.
— И ты, конечно же, сказала правду…
Ниниги-но-микото выдохнул, успокаиваясь, и посмотрел на звёзды.
И всё-таки внутри него занозой засел вопрос: ответит ли маска точно так же, когда вновь оживёт?
***
Проводив Хоноку до дома тёти, Ёсихико доехал на автобусе до станции
Миядзаки и заселился в отель неподалёку. Увы, автобусы до храма
Ниниги-но-микото уже не ходили, а даже если бы и ходили, заночевать
возле храма попросту негде. Поэтому Ёсихико решил провести ночь в
Миядзаки и продолжить наутро.
— Ну что, ты придумал, как выполнить заказ?
Несмотря
на период отпусков и каникул, сегодня был будний день, так что Ёсихико
смог найти себе комнату — правда, маленькую и на нижнем этаже. После
заселения он поужинал в кафе неподалёку и вернулся в отель к девяти
вечера.
— Если бы ответы находились так быстро, моя работа была
бы намного проще… — вздыхая, ответил Ёсихико лису, когда тот уставился
на улёгшегося на кровать лакея.
Вообще, Ёсихико для порядка
просмотрел взятый с собой карманный том «Записок», но увы, в нём не было
других подробностей относительно Ниниги-но-микото и
Конохананосакуябимэ. Может, их дальнейшая жизнь описана в «Нихон Сёки» и
другой литературе?
— Единственное, что я узнал — Иси-как-там-её, которая сделала маску, это одна из Ицутомо-но-о.
Ёсихико
открыл книгу на нужной странице и вновь пробежался взглядом.
Ицутомо-но-о — пятеро богов, которые спустились с небес вместе с
Ниниги-но-микото. К их числу относится и Амэнокоянэ-но-микото, главный
бог храма Онуси. Все они были близкими друзьями и вместе прибыли в
Японию, поэтому Ниниги-но-микото не составило никакого труда попросить
свою спутницу сделать ему маску.
— Прародительница творцов зеркал… То есть, это была богиня, создававшая зеркала… И маска тоже была одним из них…
До
сих пор Ёсихико казалось, что создательница должна была быть плотником,
столяром или хотя бы ювелиром, но она оказалась никак не связана с
работами по дереву. Теперь стали яснее и понятнее слова
Конохананосакуябимэ.
— То, что маска — зеркало, ничего не меняет,
— не прекращал Когане донимать хмурого лакея. — Тебе дан заказ вернуть
этой маске голос. Если она отражает силу Ниниги-но-микото, то не сможет
говорить, пока бог настолько слаб. Ты сможешь вернуть ему силу?
Ёсихико
упал на кровать, чувствуя себя так, словно лис в пух и прах растоптал
появившуюся было надежду. Конечно, Когане был прав — без возвращения
силы Ниниги-но-микото маска не заговорит. И, конечно же, Ёсихико, будучи
заурядным человеком, был не в силах повлиять на могущество бога.
Другими словами, способов выполнить заказ по-прежнему не было.
— И
если это действительно зеркало, его слова должны были быть отражением
мыслей самого Ниниги-но-микото, — удручённого добавил Когане над головой
Ёсихико. — Если маска сказала ему не извиняться, значит, он и сам этого
не хотел.
Ёсихико угрюмо посмотрел в глаза лису, который весь
вечер делал неоспоримо меткие замечания. Если маска действительно
отражала собственные мысли Ниниги-но-микото, то он не согласится
извиняться перед Конохананосакуябимэ. Он уже пересказал слова маски о
том, что прошлого нельзя изменить. Это и есть его собственный ответ.
—
Опять вернулись к тому, с чего начали… — Ёсихико поднялся и присел на
кровать. — Может, к этой Исикомэ-но-микото-ридо обратиться, раз она
видела, какие у них тогда были отношения? Вдруг ей есть что посоветовать
как нейтральной стороне?
— Возможно, но Исикоридомэ-но-микото живёт в Наре.
Ёсихико притих, слегка шокированный. Ну что за издевательство?*
—
Что тут удивительного? Основные храмы, где она почитается, расположены в
Окаяме и Кансае. Насколько мне известно, она выбрала храм в Наре в
качестве своего жилья.
— Ну не-не-не, ещё чего! Я что, должен
сгонять в Нару, а потом обратно сюда?! У меня на руках только обратный
билет! Ты хоть представляешь, в какие расходы выльется ещё одна
поездка?!
Даже лоукостер просит пять тысяч за полёт в одну
сторону и десять тысяч за туда-обратно. Причём этот билет Ёсихико взял
по акции, а без неё цена будет ещё в два с лишним раза выше. Ёсихико не
мог позволить себе частые поездки на такие расстояния. Тем более, он уже
потратил немало денег, чтобы доехать на электричках до Миядзаки.
— Твои трудности богов не волнуют.
— А ты мне помочь не можешь?! Телепатией какой-нибудь?!
— Не годится. Если хочешь с ней поговорить — явись лично, — бросил лис и отвернулся.
Ёсихико
обиженно смотрел на него, ворча себе под нос. Консультация с богиней бы
очень помогла, но поездка в Нару слишком ударит по кошельку. Немного
поскрипев зубами, Ёсихико вдруг схватил лежавший на зарядке смартфон.
Когане посмотрел на экран и увидел загружающийся мессенджер.
— Чего делаешь?
— Напишу Хитокотонуси, вдруг он может с ней связаться.
Когане ударил передней лапой, выбивая смартфон из рук лакея.
— Как ты смеешь использовать богов для передачи сообщений?!
—
А что мне ещё остаётся?! Просить старших богов, чтобы подкинули денег
на поездку в Нару?! Что за нарушение законов о труде — гонять меня по
всей стране и не оплачивать проезд?!
— Старшие боги дают тебе посильные задачи! Это просто у тебя ума не хватает!
Ёсихико
вцепился в разбушевавшего лиса и повалил на кровать. Ему удалось зажать
Когане пасть, но тот зацепился за руку лакея задней лапой и прыгнул ему
за спину. Увидев в зеркале лиса позади себя, Ёсихико потянулся к нему
рукой, но вдруг замер.
— Хм?
Распушивший хвост Когане
осторожно пятился от застывшего лакея, но тот уже не обращал на лиса
внимания. Ёсихико слез с кровати и положил правую руку на зеркало. То же
самое сделало и отражение, за спиной которого виднелось настенное
украшение — фигурно вырезанные английские буквы в рамке высотой с том
манги. В зеркале надпись читалась задом наперёд.
— Когане… Помнишь, Ниниги-но-микото говорил нам: «Мне тоже иногда казалось, что неплохо бы извиниться»?..
Маска ответила ему, что в извинениях нет смысла.
Когане, уже понявший мысль Ёсихико, смотрел ему в глаза через зеркало.
И как он раньше не подумал? Если маска — это зеркало, то у неё вполне могла быть и такая особенность.