— Тацуя! — услышал он голос сестры на фоне вечернего полумрака и гудения насекомых. — Тацуя, ты где?
Но
маленький Тацуя упрямо не отвечал. Не из вредности и не потому, что
хотел спрятаться — он прекрасно понимал, что сестра в два счёта отыщет
его. Его мать погибла, когда он был во втором классе, и с тех пор сестра
всегда старалась заменить её, хоть и была всего на пять лет старше. Она
знала его лучше, чем кто-либо другой.
— Так и знала, что ты здесь.
Наконец, сестра добралась до рощи за домом, где отыскала Тацую и разочарованно вздохнула.
— Ты опять поругался с отцом?
Она
всё ещё была в школьной форме — видимо, только что вернулась. Сестра
уверенно подошла к Тацуе по опавшим листьям, освещая его карманным
фонариком. В воздухе пахло влажной землёй, повсюду пели жуки.
— Мне сегодня Тору и Рюдзи сказали, что мой отец ненормальный.
Тацуя,
до сих пор не снявший бейсбольную форму, отвёл взгляд. Он учился в
пятом классе начальной школы и уже привык к насмешкам в свой адрес, но
всё стало гораздо хуже с тех пор, как кто-то заметил в колонке одного
еженедельника статью о том, как исследователь древностей ставит под
вопрос истории о богах.
— Они говорят, мой отец только и делает, что порет чепуху.
Будучи
школьниками, они не могли разбираться в таких вещах. Наверняка это
взрослые их надоумили. Но это лишь доказывает, что есть люди, которые
так считают.
— Поэтому ты решил поспорить с отцом? — сестра ещё
раз вздохнула и села на корточки, чтобы заглянуть Тацуе в глаза. — Если
наш отец и правда ненормальный, никто его словам всё равно не поверит,
так что не бери в голову.
— Но зато из-за него постоянно
достаётся тебе и мне! Если бы отец не опубликовал исследование о Тобэ
Нагусе, надо мной бы не издевались!
Как его только угораздило
родиться в храме? Его никогда не интересовали ни боги, ни великие
предки. Почему у него нет нормальной жизни, как у одноклассников?
И
вообще, если боги действительно существуют, то почему они отобрали
добрую маму у него и сестры, а затем заставили отца так оторваться от
своей семьи?
Сестра Тацуи молча смотрела на капризничающего брата. Наконец, она положила фонарик на землю и взяла мальчика за руки.
— Рё мне уже рассказал. Тебя взяли в основной состав, да? Поздравляю.
Тацуя вытаращил глаза и прикусил губу. Ну почему сестра настолько хорошо понимает его?
— Я думал… он обрадуется… — с трудом выдавил он из себя, и слова тут же утонули в пении жуков.
Он
впервые в жизни попал в основной состав команды малой лиги и радостный
примчался домой. Он верил, что отец очень обрадуется, узнав такие
новости. Но вместо этого отец был с головой погружён в какие-то
непонятные книги и на рассказ о бейсболе ответил лишь дежурными фразами.
Тацуя хотел, чтобы он услышал и гордился им, но когда попытался
повторить громче, отец разозлился и отругал его. В отместку Тацуя
попытался испортить книгу, за что получил по ушам. Не зная, куда
податься, он пошёл в лес за домом, где ему вспомнились желчные упрёки в
адрес отца от одноклассников, которые так и не попали в основной состав.
— Почему отец не слушает меня?..
Тацуя долго держал в себе непонятные чувства, но теперь не выдержал и заплакал.
На
матчи за него приходила болеть только сестра, и он всегда завидовал
товарищам, которых поддерживали целыми семьями. Впрочем, Тацуя всегда
напоминал себе, что матери больше нет, а отец слишком занят.
— Я просто хотел с ним поговорить…
Все
их разговоры с отцом были на тему древностей и богов, в которых Тацуя
ничего не понимал. Он почти не помнил, чтобы они говорили о бейсболе или
хотя бы о всякой чепухе вроде телепередач или погоды. Тем не менее,
Тацуя всегда считал, что если как следует постарается, однажды отец
улыбнётся, обратит на него внимание и похвалит.
Однако всё его внимание до сих пор занимала древняя королева, которую он считал богиней.
—
Послушай меня, Тацуя, — сестра положила руки на плечи брата и
посмотрела в заплаканные глаза. — Я буду присматривать за тобой вместо
отца. Я буду тебя слушать, хвалить и ругать.
Хотя его сестра была
ещё подростком, в ней уже тогда была стальная решимость. Она понимала,
что сейчас, когда матери не стало, вся ответственность легла на неё, и
ей нужно как следует взяться за ум.
— Поэтому не плачь, Тацуя.
Если тебя и дальше будут оскорблять, тащи этих подонков ко мне. Я им от
души вломлю, — заявила она с таким серьёзным видом, словно действительно
собиралась это сделать, но затем улыбнулась. — Если честно, я и сама не
знаю, насколько важные вещи отец изучает и хочет оставить после себя…
Но я уверена, в них есть смысл.
Она смахнула слезу с его щеки.
— Может, мы поймём, когда повзрослеем.
Она
взяла его за руку и повела по полутёмной тропе обратно к дому.
Маленький Тацуя ощущал себя за сестрой как за каменной стеной, но в то
же время невольно задумывался: если она защищает его, то кто будет
защищать её?
«Ах да, это же мой долг», — осознал он и ощутил в груди удивительную силу.
Он покрепче сжал нежную ладонь сестры.
Только он мог защитить свою незаменимую сестру.
Тацуя посмотрел в спину, одетую в школьную форму, и мысленно поклялся, что не подведёт.