Главный храм Такэмикадзути-но-оноками расположен в городке Касима
префектуры Ибараки. Когда небесные боги приказали Окунинуси-но-ками
отдать страну, с небесных кущ Такамагахары на японскую землю спустились
два переговорщика: он и Фуцунуси-но-ками (хотя по мнению «Записок»
второго бога звали Амэноторифунэ-но-ками). Здесь этому богу пришлось
много соревноваться в силе с сыновьями Окунинуси-но-ками, поэтому он
прославился как бог войны и боевых искусств и особенно почитался
самураями.
— Поначалу Такэмикадзути-но-ками считался богом клана Накатоми, который владел землями Хитати*. Потом построили императорский дворец Хэйдзё-кё*, и его со всеми почестями перенесли туда, где сейчас находится великий храм Касуга. Потом — ещё раз, уже в храм Онуси.
Выселившись
из отеля, Ёсихико и Котаро оставили вещи в камере хранения станции
Токио и поехали на автобусе в Касиму. Дорога обещала занять два часа, но
Ёсихико был этому только рад — на поезде ехать было ещё дольше, да ещё и
с пересадками, так что автобус был настоящим спасением для человека, не
знавшего окрестности Токио.
— Вот уж не думал, что ты захочешь
поехать в Касиму, — Котаро поставил локоть на подоконник, подпёр
подбородок и протяжно вздохнул. — Готов был поспорить, что ты захочешь
погулять по Токио. Почему в Касиму?
— Ну-у, я ведь всю жизнь хожу
в храм Онуси. Решил, что надо воздать почести начальнику, — Ёсихико
глупо улыбнулся, понимая, как слабо звучит оправдание.
С другой
стороны прохода сидел Когане, неотрывно смотревший в окно, и молчаливый
Фуцунуси-но-ками. Он был мрачнее тучи с тех самых пор, как увидел в
молитвеннике имя Такэмикадзути-но-оноками.
— Кстати,
Такэмикадзути-но-оноками ведь всегда в паре с Фуцунуси-но-ками. А это
что за бог? — спросил Ёсихико у Котаро приглушённым голосом.
Как
Когане уже сказал, Фуцунуси-но-ками — божество номер два храма Онуси.
Вот почему он хорошо знал Ёсихико и наблюдал за ним всю жизнь.
—
По-разному говорят, но чаще всего — что это бог мечей. Мол, это
божественное воплощение силы клинка, — взгляд Котаро скользил по пейзажу
за окном. — Когда небесные боги принуждали Окунинуси-но-ками отдать
страну, они послали на землю Такэмикадзути-но-оноками и
Фуцунуси-но-ками. Поэтому этих богов стали считать неразлучной парочкой.
Даже их главные храмы — Касима и Катори — находятся в одном месте,
просто по разным берегам реки Тонэ. Эти храмы издревле находились на
особом счету у императорской семьи. Даже сейчас они входят в Сихохай.
— Это ещё что такое? — переспросил Ёсихико, никогда не слышавший этого слова.
— Список храмов, которые должен посетить император во время своего паломничества на новый год. VIP-храмы, так сказать.
Получив
в ответ простое и понятное объяснение, Ёсихико снова посмотрел на
Фуцунуси-но-ками. Если он вёл переговоры с Окунинуси-но-ками, то, по
сути, готовил Японию к появлению божественного внука — Ниниги-но-микото.
А поскольку императорский род ведёт свою родословную именно от него,
ничего удивительного, что императоры так высоко ценят этих богов.
— Так он, оказывается, важная шишка…
Фуцунуси-но-ками
сидел с закрытыми глазами, сложив руки на груди, и лишь изредка
вздыхал. С его лица не сходила тоска. Что могло так беспокоить его в
заказе Такэмикадзути-но-оноками, своего старого друга?
Когда
они добрались до храма Касимы, Котаро немедленно убежал в контору
искать знакомых. Перед этим сказал другучтобы он погулял по храму, но
Фуцунуси-но-ками попросил Ёсихико, пройти по дальней дороге, ведущей в
обход главного здания.
— Как тут много старых деревьев.
Дорога
за храмом тянулась метров на триста. С обеих сторон от неё росли кедры и
другие огромные деревья, из-за которых это место казалось самой
священной частью комплекса.
— Я слышал, люди очень ценят эту
рощу. Это единственное место, в котором растут одновременно и южные, и
северные деревья, — сказал Фуцунуси-но-ками, вышагивая рядом с Ёсихико и
окидывая взглядом листья. — Когда-то храм славился как раз тем, что
этот лес окружал его со всех сторон, но теперь деревьев стало поменьше.
Мой хозяин тоже часто сокрушается из-за этого.
Мостовая
кончилась, и они шли по тропинке, но так тщательно убранной, что на ней
было ни листочка. Уже по качеству уборки Ёсихико понял, насколько
священники ценят эту рощу.
— Слушай, я ещё в прошлый раз хотел
тебя спросить… — подошвы кроссовок Ёсихико слегка шаркали на каждом
шаге. — Твой «хозяин» — это Такэмикадзути-но-оноками?
Такэмикадзути-но-оноками
пришёл на переговоры с Окунинуси-но-ками не один, а на пару с
Фуцунуси-но-ками. Возможно, это были не равноправные боги, а хозяин и
слуга?
Лицо Фуцунуси-но-ками слегка посветлело, и он кивнул, подтверждая догадку лакея.
—
Именно. Когда-то у Такэмикадзуки-но-оноками был меч Тоцука, но его
подарили императору Дзимму для захвата Востока. Спустя какое-то время я
по просьбе хозяина сам стал божественным мечом — самым настоящим. Прямо
сейчас я служу хозяину в человеческой форме, но могу вновь стать
клинком, если понадобится.
— О… Ого! Ничего себе, вот это круто!
Ёсихико
посмотрел на бога глазами восхищённого мальчика. Он полагал, что
клинки-перевёртыши существуют только в играх и манге, но не думал, что
они встречаются и среди богов.
— Однако до сих пор ещё не было
случая, который вынудил бы меня стать мечом, — слова Ёсихико были такими
искренними, что Фуцунуси-но-ками невольно улыбнулся. — Да и
по-настоящему грозная сила — не я, а мой хозяин
Такэмикадзути-но-оноками. Он могучий бог войны, который умеет бежать по
ветру, повелевать молниями и сметать всё, что встанет на его пути. Сила
моего хозяина настолько велика, что даже Окунинуси-но-ками содрогнулся,
стоило ему ступить на землю.
Ёсихико тут же представил себе, как
Такэмикадзути-но-оноками преследует Окунинуси-но-ками с мечом наголо. Он
сразу понял, что у земного бога не было никакой надежды на победу.
Фуцунуси-но-ками и сам по себе — могущественный бог, умеющий становиться
мечом, а уж вдвоём с Такэмикадзути-но-оноками они тем более непобедимы.
—
Но раз великий бог войны хочет сделать заказ, с ним что-то случилось? —
спросил Когане. — Думаю, твой хозяин не из тех, кто стал бы вызывать
лакея из-за какой-то мелочи.
Лис долгое время жил в часовне храма
Онуси, поэтому наверняка хорошо знал обоих богов. Фуцунуси-но-ками
повернулся в сторону виляющего хвоста и вздохнул.
— На самом деле
Такэмикадзути-но-оноками в последнее время стал каким-то
неразговорчивым. Зачастую он вообще не отвечает, когда я пытаюсь с ним
заговорить. Раньше мы с ним любили вспоминать прошлое, но теперь эта
тема будто стала для него запретной.
— Прошлое? — недоумённо переспросил Ёсихико.
Что именно бог может считать прошлым?
— Всякие разные случаи, например, с оленем. Или чем мы занимались в пути к земле Ямато…
Вдруг
Фуцунуси-но-ками посмотрел влево. Ёсихико тоже повернул голову и увидел
загон, обнесённый забором. По ту сторону ограды паслись несколько
оленей.
— Лакей, известно ли тебе о связи между храмом Касима и храмом Касуга в Наре? — вдруг спросил бог.
Лакей растерялся, но вспомнил, что Котаро уже говорил об этом в автобусе.
— Э-э, вроде бы Такэмикадзути-но-оноками был богом клана Накатоми, пока его не поселили в великом храме Касуга.
Разговор уже подзабылся, но Ёсихико сумел вспомнить факты.
—
Именно, — Фуцунуси-но-ками кивнул. — Когда Такэмикадзути-но-оноками
путешествовал отсюда в Нару, его сопровождало множество людей и храмовых
оленей. Он и сам ехал верхом на белом олене.
Фуцунуси-но-ками говорил с таким серьёзным видом, что Ёсихико чуть было не пропустил его слова мимо ушей.
— А, секунду. На олене?
— Да.
— Настоящем?
— Конечно.
— Всю дорогу?
— Именно.
Получив
три утвердительных ответа, Ёсихико чуть не потерял дар речи. Понимал ли
бог, как далеко отсюда до Нары? Это целый поход, а не прогулка. Неужели
бог не мог выбрать другой способ передвижения?
— Он ведь… добрался до храма?
— Конечно. В Касуге до сих пор живут потомки тех оленей, что пришли вместе с ним.
— Серьёзно?! У этих жадных до печенья тварей такие важные предки?! — громко воскликнул Ёсихико, не удержавшись.
Их
часто возили в Нару на школьные мероприятия, и он много раз видел видел
оленей, которые клянчат у туристов печенье. Но он никогда не
задумывался о том, откуда эти олени появились.
— В Касуге
храмовые олени плодились и размножались, а вот в Касиме со временем
вымерли. Те, которых держат в этом загоне, — подарок из Касуги. Когда-то
мой хозяин очень любил говорить на эту тему, но сколько бы я ни
поднимал её теперь, он остаётся равнодушным, — Фуцунуси-но-ками
вздохнул, стоя перед загоном.
— Слушай, а это не может быть связано с потерей памяти? — спросил Ёсихико, опираясь на опыт работы лакеем.
—
Нет, он всё помнит, — с досадой в голосе возразил Фуцунуси-но-ками. —
Просто не хочет говорить. Раньше мой господин позволял мне ухаживать за
ним, но в последнее время начал ворчать на меня. Я думал, что нечаянно
допустил оплошность, но не понимал, какую именно…
— Когда я видел его в Киото, то не заметил ничего необычного, — Когане удивлённо покрутил головой, покачивая хвостом.
Что могло случиться между лучшими друзьями?
—
Наконец, хозяин отдал мне приказ, — Фуцунуси-но-ками поджал губы, затем
обречённо вздохнул и сказал: — Единственный приказ, с которым я не могу
согласиться…