Чэн Сяожань лишь горько усмехнулся. Он больше не собирался лезть из кожи вон, решив просто плыть по течению. Никакого пиара, никакого продвижения — он выбрал путь абсолютного «пофигизма».
И, как следствие... его карьера стремительно полетела в бездну.
Ся Цзиньнин знала Чэн Сяожаня по своей прошлой жизни — тогда он был наставником по танцам в том самом шоу талантов, в котором она участвовала. Видя, как девушка тренируется ночи напролёт, Сяожань часто давал ей ценные советы. Однако, когда в сети поползли слухи об их якобы романе, он начал демонстративно держать дистанцию.
Цзиньнин и представить не могла, что владельцем клуба END окажется именно он. Встретить его здесь, при таких обстоятельствах, казалось чем-то за гранью реальности.
Клуб END всегда считался «глотком свежего воздуха» в лиге KPL. Они почти никогда не занимались мишурой вроде кричащего маркетинга, целиком сосредоточившись на тренировках. Игроков редко заставляли участвовать в рекламных акциях или коммерческих проектах.
Фанаты даже подшучивали: «Если Пламя вышел сниматься в рекламе, значит, у клуба совсем кончились деньги».
И в этом была доля правды. Пока END не показывали высоких результатов, лишь Пламя из всей команды мог приносить «копеечку» на стороне. Так что... клуб был откровенно беден.
Впрочем, в порядочности Чэн Сяожаня сомневаться не приходилось. Ся Цзиньнин уже была готова согласиться, но для начала следовало изучить бумаги.
— Здравствуйте, меня зовут Ся Цзиньнин.
— Добро пожаловать в END! Давай, взгляни на контракт, — Сяожань был предельно лаконичен. Никакой лишней болтовни, он просто протянул ей папку.
Ся Цзиньнин на мгновение замерла, в её глазах мелькнуло сомнение.
— Я видел твои последние две тренировочные игры, — поспешил добавить Чэн Сяожань, заметив замешательство девушки. — Ты отлично справилась. Ты именно тот игрок, который нам сейчас жизненно необходим. Я человек прямой: сначала читай, а если что-то не устроит — обсудим!
Цзиньнин взяла контракт и углубилась в чтение.
Условия были средними, но честными. В тексте не было ни намека на «рабские» условия, зато чувствовалась искренность. Базовая зарплата в запасе составляла 8000 юаней, в основном составе — 20 000. Любая активность или реклама оплачивались отдельно, и участие в них зависело исключительно от желания самого игрока.
Также у команды был контракт со стриминговой платформой. Вступив в END, нужно было выполнять ежемесячную норму трансляций. Оплата за стримы шла отдельной строкой, причём 80% дохода от донатов забирал сам игрок.
Увидев этот пункт, Ся Цзиньнин невольно вскинула взгляд на Чэн Сяожаня. Для сравнения: в Hope пропорции были диаметрально противоположными — 20% игроку, 80% клубу.
«Сяожань... до неприличия щедр», — подумала она. — «Неудивительно, что END пребывают в такой беспросветной нищете. Если босс так разбрасывается деньгами, откуда им взяться?»
— Условия меня устраивают, — произнесла Цзиньнин, — но есть один момент, который нужно обсудить. Я сейчас в выпускном классе. До совершеннолетия остался месяц, а через полгода — вступительные экзамены в университет. Боюсь, в эти полгода я не смогу постоянно находиться в клубе.
Мечта тренера Дафу о весеннем кубке «Серебряного Дракона», только что возникшая в его воображении, с громким звоном разбилась вдребезги. Впрочем, в его голове тут же всплыли образы кубков летнего и осеннего чемпионатов...
Чэн Сяожаня же слова девушки ничуть не смутили. Напротив, он проявил искреннюю заботу:
— Экзамены? Это же важнейшее дело! На данном этапе тебе нужно сосредоточиться на учебе. Постарайся, поступи в хороший вуз. Давай так: контракт пока подписывать не будем, я придержу его для тебя. Подождём результатов экзаменов. Если не поступишь — это будет твоим запасным аэродромом. А если поступишь — посоветуешься с семьёй.
Услышав это, Дафу почувствовал, как в его мозгу лопаются и оставшиеся кубки.
«Босс, помилуй! Эта девчонка — последний фрагмент нашего чемпионского пазла! Она пришла на просмотр, потому что хочет к нам! А ты... ты её буквально выпроваживаешь!» — Дафу посмотрел на Сяожаня взглядом, полным праведного негодования. Цзиньнин, заметив это выражение лица, не смогла сдержать смешок.
— Не нужно ждать, подпишем сейчас. Я трезво оцениваю свои силы. Если клубу понадобится моя помощь, я явлюсь по первому зову — в конце концов, раз я получаю зарплату, я должна работать. На эти полгода мою базовую ставку можно урезать вдвое. Вернёмся к полной оплате, когда я сдам экзамены.
Цзиньнин говорила открыто и уверенно, без лишней скромности.
Чэн Сяожань весело расхохотался:
— А у нынешней молодёжи есть стержень! Решено, подписываем. И забудь про урезание зарплаты. Тоже мне, нашлась экономная! Наш клуб не бедствует!
При этих словах не только Дафу, но даже Ван Чжэньцян не удержались и выразительно посмотрели на босса. Чэн Сяожань, впрочем, ни капли не смутился.
— Нужно ли твоим родителям ознакомиться с контрактом? — спросил он.
Ся Цзиньнин была человеком решительным. Раз уж она выбрала END, стоило прояснить ситуацию до конца.
— Моя семья... скажем так, специфическая. Мои родители не совсем обычные люди.
И Цзиньнин в подробностях поведала о «подвигах» Ся Цзина и Чэнь Сяо за все эти годы. Троица слушала её, застыв от изумления.
— Да как можно быть такими негодяями! — Дафу со всей силы грохнул ладонью по столу.
Ван Чжэньцян горячо поддержал его:
— И не говори! Если бы моя дочка была такой же умницей, как Ся, я бы от счастья во сне улыбался!
Лишь Чэн Сяожань долго хранил молчание. Наконец он спросил:
— Ты уверена, что ты их родная дочь? В наше время, да еще в развитом Наньши, такое патологическое предпочтение сыновей встречается крайне редко. Поведение твоих близких просто не укладывается в голове.
— Я втайне делала тест ДНК, — с горечью ответила Цзиньнин. — Да, я их родная дочь.
Сяожань тяжело вздохнул. Взгляды всех троих, направленные на девушку, стали заметно мягче, наполнившись почти отеческой нежностью.
Цзиньнин рассказала всё это не ради жалости. Ей нужно было, чтобы в случае, если Ся Цзин и Чэнь Сяо придут качать права, клуб уже стоял на её стороне.
— Не переживай, — твёрдо сказал Ван Чжэньцян, чья дочь была ровесницей Цзиньнин. — Раз ты пришла в END, ты теперь наша. Мы о тебе позаботимся! — Он внезапно почувствовал, что на его плечи легла ответственность за еще одного ребенка.
— Согласно закону, если несовершеннолетнему исполнилось шестнадцать лет и он имеет собственный доход, позволяющий ему себя обеспечивать, подписанные им договоры имеют юридическую силу, — Ся Цзиньнин уже не жаловалась, а деловито анализировала ситуацию. — Так что подписанию ничего не препятствует. Если мои родители попробуют создать проблемы, надеюсь на понимание со стороны клуба.
Троица невольно посмотрела на неё новыми глазами. Чэн Сяожань, не слишком разбиравшийся в юридических тонкостях, позвонил в правовой отдел и убедился: девушка права на все сто.
В итоге контракт был подписан к всеобщему удовольствию!
Выйдя из кабинета, Ся Цзиньнин увидела Пламя и остальных ребят, которые с нетерпением поджидали её у лестницы. Она победно помахала зажатыми в руке бумагами.
— Теперь мы официально товарищи по команде!
В ту же секунду коридор огласился дикими воплями — ребята устроили настоящий сеанс «человеческого регресса», прыгая и завывая от восторга.
Сяосяо, прооравшись вместе со всеми, вдруг замер:
— Погодите... а чему это я так радуюсь? Я же только что места в основе лишился!