Ань Цици поспешно отплевывалась, будто отгоняя дурное предзнаменование, чем вызвала у Ся Цзиньнин приступ неудержимого смеха. У дверей они столкнулись с Тао Мэнсюань, и уже втроем, весело перешептываясь, вошли в экзаменационный зал.
В последнее время из-за неурядиц в семье Цзиньнин, подруги стали для нее неразлучной тенью. Они оберегали её покой, боясь, что она снова погрузится в пучину тоски. Из-за этого самоотверженного дежурства у Тао Мэнсюань совершенно не оставалось времени на свидания.
Стоило Мэнсюань на вечерней самоподготовке навострить лыжи к выходу, как Цзиньнин тут же утыкалась носом в парту, принимая самый сиротливый вид, и начинала «героически» причитать:
— Да идите вы, занимайтесь своими делами... Не нужно торчать со мной каждый день. Не хватало еще, чтобы из-за меня у вас начались проблемы. Всё равно меня некому... Ладно, забудь. Иди, иди скорее.
Ань Цици знала подругу как облупленную. Стоило той завести свою волынку, как у Цици по коже пробегали мурашки. «Ну что за притворщица?!» — думала она, едва сдерживая улыбку.
А вот Мэнсюань была куда наивнее. Видя, как Цзиньнин поникла, одиноко обхватив себя руками за плечи, она едва не плакала от жалости. «К черту парня! Я останусь с сестрой! Я ей нужна!» — решала она в ту же секунду.
Выскочив из класса, она вихрем неслась к Ли Цзясиню.
— Больше не приходи за мной по вечерам. Я должна быть с подругой, ей сейчас очень плохо, я ей необходима!
Ли Цзясинь, разумеется, знал, кто такая Ся Цзиньнин. Первая красавица школы — кто ж её не знает? Вот только подобраться к ней было делом гиблым, иначе зачем бы он тратил время на Тао Мэнсюань?
— Но ты и мне нужна, крошка, — канючил он. — Пойдем со мной. Я выведу тебя через заднюю дверь медпункта, сходим в кино, поедим шашлычков!
Мэнсюань смотрела на него с искренним непониманием:
— Моей подруге так плохо, а ты предлагаешь мне бросить её одну ради кино и еды? У тебя совесть вообще есть?!
— Да брось, Мэнсюань, ты же ей не мамочка, чтобы так опекать...
— Ты невыносим! Да ты просто псих! Ты же прекрасно знаешь, что у Ся-Ся родители... Бесишь меня! Проваливай!
С глазами, полными слез, Мэнсюань убежала прочь. Она не могла поверить, что влюбилась в такого эгоистичного мерзавца. Сердце жгла обида: «Видеть его больше не хочу!»
Ань Цици, едва Мэнсюань скрылась за дверью, тут же подскочила к Цзиньнин:
— Ну, как успехи?
— Ты ведь знаешь парня нашей Сяо Сюань? — Цзиньнин решила, что пора посвятить Цици в свой план. В ближайшее время её не будет в школе, и ей нужен был надежный союзник, который присмотрит за подругой.
— Конечно знаю. Этот Ли Цзясинь из седьмого класса. Красавцем его не назовешь, а гонора — выше крыши. Ума не приложу, что Сюань в нем нашла! — Цици недовольно поморщилась и тут же опасливо оглянулась на дверь, проверяя, не вернулась ли Мэнсюань.
— У парня дурные намерения. Сейчас одиннадцатый класс, самое важное время, а он только и думает, как бы вытащить её погулять. Совершенно не заботится о её будущем, — прямо заявила Цзиньнин.
Цици радостно закивала, почувствовав в подруге родную душу:
— И я ей то же самое талдычу! А она не верит. Говорит, Ли Цзясинь хочет подтянуться в учебе, а сбегают они с самоподготовки якобы для того, чтобы она с ним занималась!
— Сяо Сюань слишком чистая и доверчивая, её легко обмануть. Нам нужно действовать хитро, чтобы помочь ей, понимаешь? — Цзиньнин лукаво прищурилась и легонько ущипнула Цици за пухлую щечку. Какая мягкая! Одно удовольствие.
Цици, кажется, осенило:
— Так, как ты только что?
— Именно!
— Поняла, предоставь это мне! — Глаза Цици азартно блеснули.
Через пару минут вернулась расстроенная Мэнсюань.
— Ты чего так быстро? — Цзиньнин включила режим «королевы драмы» на полную мощность. — Если нужно, иди, Цици посидит со мной, я справлюсь.
Мэнсюань разрывалась между пониманием подруги и вопиющей черствостью бойфренда. Естественно, чаша весов склонилась в сторону Цзиньнин.
— Нет, я буду учиться с тобой! Давай, кто быстрее решит этот вариант? В прошлый раз я проиграла, но сегодня обязательно отыграюсь!
— Решено. Начинаем!
Так они вдвоем потихоньку начали вытаскивать Мэнсюань из болота сомнительных отношений. Цзиньнин и Цици втайне радовались успеху своего заговора, а Мэнсюань ни о чем не подозревала. Видя, как Цзиньнин день ото дня становится всё жизнерадостнее, она была на седьмом небе от счастья. «Всё благодаря моей поддержке!» — думала она. — «Мои старания не прошли даром, подруга скоро совсем поправится!»
Оказавшись в экзаменационном зале, Ся Цзиньнин прикрыла глаза, настраиваясь на нужный лад. Она мысленно пробежалась по ключевым темам. Бросив взгляд на системную панель, она увидела, что уровень энергии достиг 480 000 единиц. Настроение мгновенно улучшилось. Завтра, в крайнем случае послезавтра, она сможет активировать навык Фотографическая память!
Первым был экзамен по китайскому языку. Цзиньнин шла уверенно: и анализ текста, и сочинение дались ей легко. Единственная заминка случилась на цитировании классики... Одно предложение напрочь вылетело из головы. И, как назло, в ту самую секунду, когда она сдала листок, память услужливо подсказала ответ. Обидно до слез — хуже, чем если бы не вспомнила совсем.
Учитель Мэн, заметив кислую мину на лице ученицы, сразу всё понял.
— Экзамен окончен, забудь, — мягко сказал он. — Собирайся с силами, днем твой любимый предмет — математика.
Цзиньнин вежливо улыбнулась. Когда учитель увидит её результаты, его тон, скорее всего, перестанет быть таким ласковым.
— Хорошо, спасибо, учитель Мэн. Вы сегодня прекрасно выглядите.
С этими словами она юркнула на свое место, вытащила какой-то вариант и принялась усердно делать вид, что учится. Учитель Мэн принял комплимент за чистую монету — ведь Цзиньнин никогда не лгала. Он даже тайком сделал селфи: и правда, свежее стал выглядеть. Значит, ежедневные ванночки для ног работают!
Дневной экзамен по математике прошел блестяще. Сдавая работу, Цзиньнин уже знала свой балл: если не случится чуда, будет 146. Она не смогла решить лишь последний подпункт предпоследней задачи. Только сдав листок и еще раз всё пересчитав в уме, она поняла, что сама всё переусложнила.
Второй день принес английский (вполне сносно) и гуманитарные науки, которые стали для неё настоящим побоищем. Она обнаружила слишком много пробелов в зазубренном материале, так что на высокий балл рассчитывать не приходилось. Впрочем, дело было сделано. Впереди ждал скоростной поезд, и Цзиньнин нельзя было терять ни минуты.
Попрощавшись с подругами, она направилась к выходу. Цици и Мэнсюань всучили ей по небольшому пакету. У Мэнсюань внутри оказался горячий рис с отбивной, который мама только что привезла — как раз поужинать в поезде. Пакет Цици был доверху забит фруктами и снеками: еда в поездах дорогая и невкусная, лучше иметь своё. Чтобы подруге было удобнее, Цици заботливо нарезала всё в ассорти.
Цзиньнин открыла рот, чтобы поблагодарить их, но, наткнувшись на их решительные, «тигриные» взгляды, вовремя передумала.
— Ся Цзиньнин, постой! Мы принесли тебе домашнее задание!
Учитель Мэн довольно выдохнул — едва не опоздал. Цзиньнин опешила. Еще и домашку делать?..
— Спасибо, учителя. Я обязательно всё выполню.