Несмотря на громогласность старика, Сяо Цзиньнин он показался на удивление добродушным. Однако на двери красовалась табличка «Посторонним вход воспрещён», и девушка не решилась докучать мастеру.
— Нет-нет, не стоит отрываться от работы. Я просто куплю кисть и пойду, — отозвалась она, тоже невольно повысив голос.
Заметив это, старик довольно прищурился, а уголки его губ поползли вверх. Благовоспитанные девицы, знающие меру и уважающие чужое пространство, всегда располагали к себе.
— Эй, Сяо Ли! А ну-ка, живо сюда! Покажи гостье наш товар да сделай скидку покрасивее!
— Благодарю вас! — поспешно поклонилась Сяо Цзиньнин.
Дело было вовсе не в деньгах. Куда важнее была эта нежданная капля тепла и доброты, от которой на душе сразу стало светлее. Девушка сделала пару шагов назад, собираясь уходить, как вдруг старик окликнул её снова.
— Послушай, дочка... Позволь полюбопытствовать, откуда ты родом? И сколь тебе лет?
Он и сам понимал, что подобные вопросы от незнакомца звучат беспардонно, но что-то внутри не давало ему покоя.
Сяо Цзиньнин на мгновение замерла в замешательстве.
— Мне только исполнилось восемнадцать. Я из Наньши.
Глаза старика тут же потухли, в них промелькнула горькая тень разочарования. Возраст не тот, и место рождения не совпадает.
— Сяо Ли, — вздохнул он, обращаясь к помощнице, — эта юная особа мне приглянулась, есть в ней что-то родственное. Выбери ей лучшую кисть и отдай даром. Считай это моим подарком.
— Прощай, девочка.
Цзиньнин отчетливо почувствовала, как на мастера навалилась глухая тоска. В какой-то миг ей и самой почудилось... будто она встретила настоящего родственника. Но стоило трезво взглянуть на вещи: если даже офицер Чэнь со всеми его связями не смог ничего раскопать, то как она могла наткнуться на след так просто?
Девушка последовала за Сяо Ли к витринам. В нынешние времена люди предпочитали заказывать всё в интернете — в бешеном ритме современной жизни мало кто находит время на неспешные прогулки по лавкам. То зимой слишком холодно, то летом невыносимо жарко — поводов не выходить из дома всегда в избытке. Цзиньнин и сама была не прочь порой запереться в четырех стенах. Когда наваливались дела, это было оправдано, но даже в свободные часы ей порой хотелось просто растянуться на кровати, избегая любого общения и суеты.
С годами её характер становился всё более замкнутым. В прошлой жизни она проделала путь от неисправимой души компании до человека с явной социальной тревожностью. Вне объективов камер она порой не желала проронить ни единого слова.
Сяо Ли оказалась прекрасным рассказчиком. Она вещала об истории озерных кистей «хуби», вплетая в рассказ забавные легенды о секретах их производства. Её голос, мягкий и певучий, с тем самым неповторимым южным колоритом, обволакивал, словно теплая волна, а манера общения была настолько легкой, будто они были давними подругами.
Цзиньнин с любопытством взглянула на продавщицу. Сяо Ли тут же вспыхнула до корней волос и начала заикаться:
— А вот эт-та... с узором «благовещие облака». Символизирует удачу и счастье... И-идеально подходит для подарка...
— У тебя чудесный голос, — искренне произнесла Цзиньнин.
Лучше бы она этого не говорила. Сяо Ли окончательно лишилась дара речи, а лицо её стало пунцовым, как спелый томат.
— Спасибо... А у тебя голос... такой красивый! Ой, то есть, я хотела сказать, ты сама невероятная красавица! — Сяо Ли, не мигая, во все глаза уставилась на гостью. Она понимала, что вести себя так невежливо, но девушка была настолько ослепительна, что оторваться было невозможно. Мамочки, она ещё и голос мой похвалила!
— Я ищу кисть для своего учителя. Что бы ты посоветовала?
— Вот, взгляни на эту. Она называется «Тао Ли» — «Учитель и Ученик». Название говорит само за себя. Её создал наш старейший мастер Ван, национальный хранитель нематериального культурного наследия. На его работы очередь расписана на годы вперед. Эту кисть заказали три месяца назад, внесли залог, но заказчик так и не явился. Срок ожидания истек буквально сегодня, так что мы имеем право её продать.
Сяо Ли без тени сомнения выложила свой лучший козырь, напрочь позабыв, что её собственный дядя тоже заглядывался на этот шедевр. Впрочем, какой там дядя, когда перед ней стоит такая прекрасная леди!
Цзиньнин понимала, что ей сказочно повезло.
— Чудесно, спасибо тебе огромное! Беру её, я доверяю твоему вкусу.
Сяо Ли буквально сияла от восторга, чувствуя, как внутри всё поет.
— Сколько она стоит?
— Господин Тан сказал, что отдаст её бесплатно, — Сяо Ли предложила именно эту кисть только потому, что старик разрешил не брать денег. Иначе просить двадцать тысяч за подарок было бы чересчур дерзко.
— Если бы это была обычная вещь, я бы приняла этот жест, — покачала головой Цзиньнин, — но это сокровище. У меня совесть не позволит забрать её даром.
— Но... она очень дорогая... — Сяо Ли замялась.
— Ничего страшного. Назови цену. Если она окажется мне не по карману, значит, не судьба. Я выберу что-то другое, — успокоила её девушка.
— Её цена — двести шестьдесят тысяч юаней. Но раз прошлый клиент оставил залог в шестьдесят тысяч, тебе достаточно доплатить оставшиеся двести тысяч.
Едва Сяо Ли произнесла это, Цзиньнин поняла: перед ней не просто рядовая сотрудница. Обычный продавец не может по собственной прихоти скинуть шестьдесят тысяч, не посоветовавшись с начальством.
— Это как-то неправильно, ты ведь...
— Всё правильно, честно! — Сяо Ли ударила себя кулачком в грудь, заверяя в своей правомочности. — Не переживай, я здесь за всё отвечаю.
— Ну... тогда благодарю тебя, — Цзиньнин помедлила секунду и приняла это предложение.
Сяо Ли едва не запрыгала от радости. Сработало! Расплатившись картой, Цзиньнин обменялась с девушкой контактами в WeChat, пообещав перед отъездом пригласить её на ужин. Эта кисть... учитель Мэн будет в полном восторге!
Узнав, что Цзиньнин приехала на творческий экзамен, Сяо Ли наперебой стала советовать лучшие места для прогулок и уютные ресторанчики.
Покинув лавку, Цзиньнин ещё долго бродила по Люличан, наслаждаясь атмосферой старины. Здесь всё дышало историей: от изящных вееров и каллиграфических свитков до резных печатей и антикварной керамики. В итоге она накупила целую гору милых безделушек — закладок и вееров — в подарок для Ань Цици, Тао Мэнсюань и своих наставников.
Уже уходя, она снова проходила мимо павильона Танъюэсюань и почувствовала на себе чей-то взгляд. Подняв голову, Цзиньнин увидела старика Тана, наблюдавшего за ней со второго этажа. Девушка приветливо помахала ему рукой, прощаясь. Старик улыбнулся в ответ и негромко произнес:
— До встречи, юный друг!
Цзиньнин в ответ шутливо изобразила традиционное воинское приветствие «кун-фу», сложив ладонь и кулак, чем вызвала у мастера искренний смех.
Спустившись вниз, господин Тан застал внучку за телефоном.
— Опять бездельничаешь, егоза?
— Хе-хе, виновата, дедуля! Обещаю, в следующий раз буду еще незаметнее лениться.
— Вычту из зарплаты.
— Ой, только не это! — Сяо Ли мгновенно посерьезнела. — Я тут всего на месяц подработать пришла, и так копейки выходят. Буду пахать как папа Карло, честное слово!
— Какую кисть в итоге взяла та девушка?
Стоило упомянуть Цзиньнин, как Сяо Ли так и заискрилась:
— Её зовут Сяо Цзиньнин! Она такая красавица, а грация — просто загляденье. Вы ведь сами сказали подарить ей кисть, но она наотрез отказалась брать бесплатно. Пришлось сделать ей «особую» скидку.
Старик Тан понимающе кивнул.
— Не захотела быть должной... Славная девчушка, к такой сразу душой тянешься. Так что за кисть-то?
— Ну... это... как бы её... — Сяо Ли замялась, пытаясь сменить тему. — Дедушка, какой у тебя сегодня жилет красивый! Просто загляденье!
Она явно намеревалась улизнуть от ответа.