[Вопрос] Блять, почему не срабатывает Счастливый финал?
Какого хуя это опять происходит, блять, блять, блять, блять.
Я заполнил шкалу привязанности до максимума, запустил пробуждение и упрятал злодеев за решётку.
Так какого хуя не идут финальные титры? Разве система не должна сейчас выскочить и выдать что-то вроде:
[Поздравляем со Счастливым финалом!] — и отсыпать мне наград?
Это баг? Или я что-то упустил? Пожалуйста, скажите мне. Я просто хочу домой.
[4 комментария]
Белый Маг: О, этот ублюдок ещё жив, лол-лол-лол.
Ким Силь-силь: Думала, ты сдох;; Похоже, ты победил в разборке с Отрядом Героя, ха-ха.
Робот Кан-Кан 2: Лол-лол-лол. Эй, придурок. Ты только заполнил шкалу привязанности. Ты забыл, какого жанра эта игра?
Любитель-Блондинок-с-Большой-Грудью: Это симулятор воспитания, тупица. Какой толк от того, что ты просто подлечил её психику? Тебе нужно найти ей работу. Ты хоть раз видел Счастливый финал с безработным персонажем?
Да ладно, неужели дело было в этом?..
Значит, «Счастливый финал» подразумевает, что я должен разжёвывать и класть ей в рот абсолютно всё...
ㄴ ㅇㅇ: То есть, блять, мне ещё и трудоустроить её надо?
ㄴ Любитель-Блондинок-с-Большой-Грудью: Ну, типа того. Но какое-то событие уже должно развиваться само по себе. Просто заверши его, и всё должно решиться?
— ...Ах.
Я тупо уставился в пустоту, размышляя о работе и воспитании, словно меня ударили по голове.
Точно. Прежде чем стать душевнобольной, Элара была Героем.
Простое преодоление травмы и наши шуры-муры не были финалом этой игры.
Именно её возвращение в мир и выполнение заброшенных обязанностей Героя было истинным условием для «Счастливого финала».
— Ха... Работы тут просто дохуя, серьёзно.
Я вздохнул и закрыл окно Галереи.
— Для начала стоит выйти на прогулку и осмотреть особняк.
Сидя на месте, ничего не добьёшься.
Сперва мне нужно было выйти на улицу и осмотреться.
Когда я вышел из комнаты, коридор уже выглядел иначе.
Особняк, в котором всегда царила унылая серая атмосфера, теперь наполнился жизнью.
Разбитые окна починили, а сад аккуратно привели в порядок.
— Добрый день, Учитель!
— Доброе утро!
Когда я проходил по коридору, слуги теперь первыми приветствовали меня с сияющими улыбками.
Ведь ко мне относились как к наставнику Героя, который спас их, и благодетелю, изменившему их госпожу.
А в центре вестибюля стоял старый дворецкий во фраке, выглаженном гораздо тщательнее, чем обычно.
Хотя его лицо всё ещё было заклеено бинтами после недавней битвы, глаза его блестели так же остро, как в лучшие годы.
— Ах, Учитель. Вы хорошо отдохнули?
— Да, дворецкий. Но у вас весьма серьёзный вид. Что-то случилось?
В ответ на мой вопрос дворецкий достал из-за пазухи роскошное письмо с сусальным золотом и почтительно протянул его мне.
— Ну... Пришло послание из Императорского дворца.
— ...Из Императорского дворца?
Императорский дворец — неужели сам Император прислал письмо?
Я молча посмотрел на золотое письмо, а затем перевёл взгляд на дворецкого.
Дворецкий тихо ответил, едва шевеля губами:
— Да. Похоже, слухи широко разошлись: от того, как госпожа в роли Героя усмирила мерзавцев из Отряда Героя, до совсем уж преувеличенных историй... Её героические деяния получили огромную огласку...
Что ж, сокрушить Отряд Героя одним махом — действительно незаурядный подвиг.
Я продолжил внимательно слушать дворецкого.
— Итак, это запрос на уничтожение монстра S-ранга, Химеры, которая появилась в северном лесу.
Дворецкий добавил дрожащим, но гордым голосом:
— Теперь, когда нынешний Отряд Героя... распущен из-за прискорбных обстоятельств, единственная, кто может разрешить это дело, — истинный Герой, госпожа Элара фон Хайм. Поэтому и поступил официальный запрос.
Истребление монстров было той самой прошлой обязанностью, которую Элара так ненавидела и от которой бежала, и в то же время её основным призванием.
В то же время это, похоже, и было то самое событие по трудоустройству, о котором упоминал Любитель-Блондинок-с-Большой-Грудью.
— Госпожа, кажется, всё ещё чем-то занята в своей комнате, поэтому я планировал передать его, когда она выйдет.
— ...Понимаю.
Я задумчиво погладил подбородок.
Это было возможностью, но в то же время и настоящим Кризисом.
...Примет ли Элара этот запрос?
Слишком сомнительно, примет ли она его как Герой — она ведь только-только снова взяла в руки Священный меч, так не слишком ли жадно требовать от неё немедленного возвращения к основной работе?
Мои мысли зашли так далеко.
Прямо сейчас она казалась в какой-то степени зависимой от меня.
Если я насильно подтолкну её к этому, она может снова пострадать и закрыться в себе.
Тогда оставался только один способ.
Я должен был заставить её саму взять меч и сделать этот шаг.
В этом и заключалась моя последняя роль как консультанта.
— Дворецкий.
— Да, Учитель.
— Не передавайте этот запрос Эларе лично.
— Простите? Что вы имеете в виду?..
— Я передам его сам.
Я забрал запрос из рук дворецкого.
— Что? Вы сами, Учитель?
— Сегодня вечером, похоже, понадобится провести последний сеанс консультирования.
Тем вечером во время консультации я снова стоял перед дверью Элары.
Золочёный запрос в моей руке слегка взмок от пота.
«Фух... Не нервничай».
Это был последний сеанс консультирования.
Я глубоко вздохнул и постучал: тук-тук.
— ...Входи. Дверь открыта.
Голос изнутри звучал не так, как обычно — томно, влажно и странно тягуче.
Раздался щелчок.
Стоило мне открыть дверь и войти, как густой аромат роз и вина ударил мне в нос, отчего голова пошла кругом.
— ...Леди Элара?
В комнате не горело ни единой свечи.
Лишь голубой лунный свет, лившийся из окна, освещал кровать, словно прожектор.
...И на ней восседала она.
— Ты пришёл, Учитель?
Элара полулежала, прислонившись к изголовью кровати, и покачивала бокал с вином.
Её привычного аккуратного платья нигде не было видно.
На ней была лишь одна тонкая белая шёлковая сорочка, обнажавшая кожу.
— М-м-м... Ты опоздал. Я уже всю шею обломала, пока ждала.
Когда она приподнялась, тонкие бретельки соскользнули, соблазнительно приоткрывая изящные ключицы и пышную линию груди.
Особенно выделялась эта огромная, невероятно пышная грудь, похожая на райские кущи... К тому же из-под сорочки бесстыдно высовывались белые бёдра, поблёскивавшие в лунном свете.
Она действительно ничем не отличалась от порочного суккуба.
Кх... Серьёзно, так досадно, что я ничего не могу сделать.
Как устоять перед женщиной, одетой подобным образом? Но мне приходилось сдерживаться.
Я слегка улыбнулся и вздохнул.
— ...Тебе не холодно в таком наряде?
— Если мне станет холодно, ты ведь согреешь меня, Учитель?
Элара соблазнительно улыбнулась и похлопала по месту рядом с собой на кровати.
— Присаживайся. Рядом со мной.
— Ах, ну... Может, стоит зажечь свет?..
— Ах, ты совсем не умеешь быть нежным!..
Элара слегка покраснела и опустила голову.
— Если зажечь свет... Думаю, я не смогу смотреть тебе в лицо, Учитель.
Её голос едва заметно дрожал.
Я сделал вид, будто мне всё равно, подошёл ближе и попытался положить запрос на стол.
— Не стой там столбом, иди садись сюда.
— Я пришёл, потому что мне нужно кое-что тебе сказать.
— Неужели сеансы консультирования ещё не закончились?
— Ах, дело не в этом. Я пришёл из-за запроса.
При моих словах от Элары мгновенно повеяло холодом.
— ...Не клади это.
— Прости?..
Она поднялась с кровати и подошла ко мне.
Не было слышно даже звука её босых ног, касающихся пола.
От неё, стоявшей теперь прямо передо мной, исходил густой аромат роз и... странный запах алкоголя.
Возможно, она выпила бокал вина, потому что на трезвую голову ей было слишком тяжело.
— Если ты положишь это... Учитель, ты ведь просто поговоришь о делах и уйдёшь, верно?
Белая ручка Элары крепко вцепилась в рукав моей рубашки.
Это было трепетное прикосновение, совсем как у юной девы, но одни лишь её глаза горели неистовым жаром.
— ...Учитель.
— Что ты обо мне думаешь?
Что я о ней думаю... Я неловко улыбнулся.
— ...Конечно же, вы леди Элара. Моя клиентка.
— Я не об этом, я ведь уже не ребёнок... Ты ведь понимаешь, о чём я, правда?
...Что вообще за атмосфера? Но мне нужно было изо всех сил притворяться непонимающим.
— Я знаю. Ты превосходный Герой.
— Нет, я не про это...
Она потянула меня за руку и прижала её к своей тонкой сорочке, прямо туда, где бешено колотилось сердце.
Ощущение тонкой ткани и горячего тела передалось моей ладони.
— Я ведь... тоже женщина.
Она неуклюже уткнулась мне в грудь.
Это не было искусным соблазнением, скорее просто объятия мужчины и женщины, как самца и самки. Иными словами, это было отчаянное цепляние, желание убедиться в моём физическом присутствии через слияние тепла наших тел, из страха, что я могу исчезнуть.
— ...Мне не стоит думать об этой чёртовой бабе, но... Лиллиан говорила, что мужчины... не могут уйти, когда женщины так поступают.
— ...Она научила тебя только плохому.
— Ну и пусть это плохо. Если я смогу удержать тебя, Учитель... я готова на всё.
Она подняла голову и посмотрела на меня снизу вверх.
В её голубых глазах, влажных от лунного света, опасно смешивались чистая привязанность и тёмная одержимость, отчего я с трудом сглотнул слюну.
Это было куда опаснее обычного соблазнения.
Я мягко взял её за плечи и слегка отстранил от себя.
— Элара.
— Учитель... Не отталкивай меня.
— Я не отталкиваю тебя. Я пытаюсь защитить тебя.
Я с намеренно строгим видом показал ей запрос.
— Даже если ты не будешь так цепляться за меня, я останусь рядом. Однако есть одно условие.
— ...Условие?
— Да... Во-первых, это письмо из Императорского дворца, не могла бы ты его прочесть? Вслух, пожалуйста.
Элара с недовольным видом развернула письмо.
Вскоре она зачитала содержание передо мной: в письме говорилось о её назначении «Героем» в будущем, а также обещалось вернуть не только титул семьи фон Хайм, но и даровать земли, если она уничтожит одного из представителей расы демонов.
— Это...?
— Элара, ты мне нравишься. Но ты не можешь просто оставаться здесь вечно. Ведь у тебя тоже есть будущее.
Я медленно подошёл к окну и продолжил говорить, глядя на пейзаж снаружи.
— Ты больше не кандидат в Герои, ты — Герой. Элара фон Хайм. Вот то положение, которое тебе нужно вернуть. И не в качестве консультанта и клиентки.
— ...Значит, ты велишь мне стать «Героем»? А как же ты, Учитель?
─ Треск, треск, треск.
Она колебалась.
Звучание этого шума не предвещало ничего хорошего.
Если я сейчас скажу что-то не то, ситуация станет критической.
Во-первых, то, что Элара оделась столь вызывающе, означало её намерение соблазнить меня.
А значит... Притворяясь, будто я забочусь исключительно о её благе, мне следовало извлечь собственную выгоду.
— Я буду... ждать тебя, Элара. А пока займусь лечением других сложных пациентов.
— Тогда я...
— Лечение Элары завершено. Всё, что осталось — двигаться вперёд.
— Ты хочешь сказать, что бросишь меня?..
Шум снова громко зазвучал в ушах.
Глаза Элары, отражавшиеся в оконном стекле, затрепетали всё сильнее.
Вскоре она приблизилась ко мне.
— Учитель... Я так и знала, что ничего не выйдет.
─ Вжих!
Внезапно Элара набросилась на меня.
— Бам!
— Э-Элара!?
— ...Тебе ни за что не сбежать.
Чёрт. Сила хватки Элары превосходила любое воображение.
Словно титул Героя не был пустым звуком, обе мои руки оказались беспомощно зажаты в одной её ладони.
— Э-Элара!?
— ...Учитель, я не могу жить без тебя... Ты должен остаться здесь навсегда. Понимаешь?
Её горячее дыхание щекотало мне ухо.
Но ещё больше голова кружилась от тяжелого, сокрушительного веса, давившего на мои руки и грудь.
— М-м-м...
Каждый раз, когда она утыкалась мне в грудь, пышные белые холмы, едва прикрытые тонкой шёлковой сорочкой, прижимались к моему телу.
Эта округлость казалась нереально огромной, а тонкие бретельки, словно с трудом удерживая этот колоссальный вес, врезались в её кожу, и в глубоком вырезе бесстыдно обнажался готовый вот-вот вырваться наружу белоснежный рай.
— ...Леди Элара, пожалуйста, отодвинься немного...
— ...Нет.
Каждый раз, когда она качала головой, упругие волны отчётливо передавались моим рукам.
Мягкие, но невероятно плотные, они дарили не просто ощущение соприкосновения кожи — это походило на удушающее чувство, будто меня затягивает в огромное мягкое болото.
— ...Ответь мне, что ты останешься здесь.
Она прижалась ко мне ещё сильнее.
Ослепительная обнажённая плоть, наполовину вываливавшаяся из сорочки, навалилась на мою грудь.
Так близко, что биение её сердца передавалось мне напрямую через мягкие изгибы.
Я зажмурился и отвернулся.
Когда зрение и осязание одновременно подвергались атаке столь сильного удовольствия, выдержать это было невозможно.
Если я уступлю сейчас, всё будет кончено.
Я был консультантом, и справляться с этими вышедшими из-под контроля эмоциями входило в мои обязанности.
Я выровнял сбивчивое дыхание и спокойно заговорил:
— ...Я не пытаюсь сбежать. Но... если ты так и останешься безработной, я не смогу быть рядом с тобой.
При этих словах её губы, прильнувшие к моей шее, замерли.
Огромное давление, сжимавшее мою грудь, тоже слегка ослабло.
— ...Безработной?
— Да. Та работа, которую ты потеряла.
Я глазами указал на золочёное письмо на столе.
— Предложение о восстановлении в должности Героя от Императорского дворца. Как ты сама прочла, тебе необходимо восстановиться.
Элара нахмурилась.
— Ха, плевать мне на эту чушь. Герой или кто угодно ещё — я просто хочу быть с тобой, Учитель...
Она снова попыталась обнять меня.
В тот момент, когда этот сокрушительный объём, заполнявший всё моё зрение, готов был вновь накрыть меня волной, я поспешно продолжил:
— Есть одно условие!
Я прервал её и холодно указал на реальность:
— Думаешь, продлить лицензию Героя так просто? Посмотри на письмо внимательнее.
Элара раздражённо скосила глаза на письмо.
А затем убедилась в чудовищной сложности условий, описанных в нём.
— Ты ведь и сама читала это при мне, Элара, каково было условие восстановления? Ах да! Действовать в одиночку. Обезглавить пять монстров S-ранга, появившихся по всему континенту! Это тебе не шутки.
Хоть я и сказал это, даже для Элары подобное было отнюдь не лёгкой задачей.
Разумеется, у неё было более чем достаточно способностей, чтобы стать Героем, но поскольку мне для побега из этой игры нужно было спасти ещё пять героинь, я не мог оставаться только с ней.
Если я задержусь здесь, мне, возможно, придётся ввязаться в грязные делишки...
Угх, не хочу я подыхать из-за подобного.
— ...Ха.
Элара издала сухой смешок.
Вместе с её смехом соблазнительно колыхнулись и опасные изгибы её груди.
— Пять S-рангов? Ты с ума сошёл? Сделать это в одиночку?
— ...Да. Потому что таков вес призвания, именуемого Героем.
Я медленно повернул голову и посмотрел прямо в её дрогнувшие глаза.
— Элара. Если ты выполнишь это нелепое условие трудоустройства без моей помощи... и с гордостью вернёшься в качестве Героя.
Я с трудом сглотнул слюну и выложил свой последний козырь:
— Тогда я исполню твоё желание.
— ...Желание?
— Да. Любое. Одно желание.
Я напряг зажатое запястье и мягко сжал её ладонь.
Это было не сопротивление, а жест клятвы.
— Подойдёт всё что угодно. Что бы ты ни сделала, я подчинюсь твоей воле... Ну как?
В то же мгновение досада и раздражение бесследно исчезли из глаз Элары.
Она ослабила хватку на моём запястье, но вместо этого схватила меня за воротник и притянула к себе.
Капризная девчонка, которой она была мгновение назад, испарилась.
— ...Ты ведь серьёзно?
— Конечно, это клятва перед моей клиенткой.
— ...Если ты лжёшь, я запру тебя в этой комнате навечно и заставлю смотреть только на меня, Учитель.
Блять, это чертовски пугает... Уголки её губ изогнулись в причудливой, завораживающей улыбке.
Когда она наклонилась, умопомрачительная ложбинка, которую никак не мог скрыть тонкий клочок ткани, предстала перед моими глазами во всей красе, словно готовая выплеснуться наружу. Глубина её просто захватывала дух.
— Фух, ладно. Хорошо. Тогда я сделаю это. Но как же ты, Учитель? Если я уйду исполнять обязанности Героя.
— Я буду... работать над тем, чтобы стать мужчиной, достойным леди Элары. Ха-ха.
— Ах...
Элара нежно прошептала:
— Я была бы не против, даже будь ты безработным, Учитель... Уф.
— Прости?
— Ладно. Если ты хочешь, чтобы я нормально жила в обществе... я исполню это. Но! Сдержи своё обещание.
В ответ на слова Элары я слегка улыбнулся и кивнул.
Её вкусы казались на редкость извращёнными, но пока что я решил закрыть на это глаза.
— Хорошо. Я схожу и вернусь. Но!
— Но?
— Пообещай мне сегодняшнюю ночь.
Она ухмыльнулась и обхватила ногами мою талию. Пути к отступлению не было.
— Переспи со мной. Это «аванс».
Мне пришёл конец — как говорится, беда не приходит одна.
Я обречённо уставился в потолок.
Да уж, это всё же лучше, чем финал с заточением... наверное.
(Сервисная сцена)