Я сглотнул. Слюна, будто крупный песок, продрала горло.
Страх попытался расплавить позвоночник, но инстинкт выживания мгновенно остудил разум.
Предупреждения Галереи пронеслись в голове вспышкой молнии:
«Белый Маг: Не веди себя с ней двусмысленно».
«...Двусмысленность была "серой". А "серый" — это всего лишь замаскированный "черный"».
Поэтому мне пришлось обратить эту безумную черно-белую логику против нее самой.
Я изо всех сил укротил дрожь в челюсти и не отстранился от холодной руки, ласкавшей горло так, словно хозяйка собиралась меня задушить. Нет, я просто не мог этого сделать.
Вместо этого я посмотрел прямо в ее ледяные сапфировые глаза.
— ...Да. Я дрожу.
— ...
От моего честного признания бровь Элары едва заметно дрогнула.
Я сделал шаг вперед:
— Потому что только что своими глазами увидел, как прямо передо мной «очистили» «зло».
Я нанес ответный удар, бросив ей в лицо то самое слово, которое она только что использовала.
— Госпожа, — отчетливо произнес я, обращаясь к пальцу, давившему на горло. — Простите мою дерзость, но я должен кое-что сказать.
— ...
— Если бы я мог смотреть на это без дрожи, если бы стал свидетелем подобного ужаса и ничего не почувствовал — разве не это было бы истинным злом? Чувством, стертым в абсолютное ничто?
Столкнувшись с моей контратакой, Элара едва заметно расширила зрачки.
«Она читает меня. Настал момент забить последний гвоздь».
— Но... — Почувствовав, как сердце готово пробить ребра и выскочить из груди, я обязан был доказать, что не отступлю ни на шаг. — ...я не побежал. И не побегу в будущем, — заявил я достаточно громко, чтобы голос эхом разнесся по всей комнате. — Позвольте мне поправиться. Мой ответ — «конечно». Я останусь здесь, чтобы помочь госпоже достичь «полного выздоровления».
В абсолютной тишине, от которой перехватывало дыхание, я добавил последнюю фразу:
— ...Потому что это — «добро».
На мгновение воздух в комнате застыл. Я больше не чувствовал ни аромата черного чая, ни тошнотворного запаха крови. Существовал лишь ее взгляд, препарирующий меня насквозь.
Элара медленно убрала руку от моего горла.
А затем...
— Пха-ха...
Лишенное эмоций лицо, еще мгновение назад выражавшее готовность зарезать меня, растаяло, подобно весеннему снегу.
— ...Прошел, — расцвела на ее губах улыбка, куда более чистая и сияющая, чем прежде. — Ты мне нравишься.
Жажда убийства, сдавливавшая легкие, исчезла без следа.
Однако расслабляться лишь потому, что я «прошел», было рановато. Сжав влажные кулаки, я внимательно следил за движениями хозяйки дома.
Напевая под нос какую-то мелодию, Элара подошла к письменному столу и со стуком положила на него окровавленный кинжал.
— Думаю, для консультации лучше всего подойдет ночь. А пока, пожалуйста, подождите в своей комнате, Учитель.
«Ночь, значит. Очередная церемония казни под вывеской консультации».
Почувствовав, как промокшая рубашка неприятно липнет к спине, я едва сумел кивнуть:
— ...Понял.
— Дворецкий, пожалуйста, проводите Учителя.
Услышав указание Элары, старый дворецкий склонил голову:
— Сюда, пожалуйста.
Он бесшумно, подобно призраку, двинулся к выходу, и я последовал за ним.
— Ах... и еще, Учитель? — окликнула меня Элара.
— Да?
Девушка посмотрела на меня и улыбнулась — совсем иным образом, чем прежде:
— Отныне не называй меня «госпожой». Зови просто Эларой. Я же буду звать тебя Учителем. Давай ладить, хорошо?
— ...
При виде этого ангельского лица волоски на моем теле встали дыбом.
«Демон, только что окрасивший своего слугу в красный, теперь дарует мне привилегию называть ее по имени?»
Это не было проявлением доброты. Это клеймо собственности — доказательство того, что я ступил на ее территорию.
Полностью скрыв истинные чувства перед лицом новой ловушки, я склонил голову:
— ...Понял.
***
[Чат] Черт, это было реально жутко, просто пиздец!
Автор: Анон
Вау, спасибо ребятам из Галереи. Если бы не ваши советы, я бы, наверное, уже был мертв...
Элара фон Хайм, верно? Чертовски великолепна, да еще и с шикарной фигурой, но...
В тот самый момент, когда я ее увидел, она без лишних слов зарезала своего слугу...
Причина? Черный чай был слегка тепловатым? Охренеть, теперь я сразу понял, почему это классифицируется как психическое расстройство.
Клянусь, она и меня оценивала... Я едва выжил: услышал, как она улыбнулась и как ни в чем не бывало выдала это «прошел».
[Комментарии: 7]
└ Белый Маг: О, рад, что ты жив... А ты талантливее, чем я думал. Я-то считал, что ты сдохнешь с первой же попытки.
└ Анон: Черт, ну и жестокая же сука...
└ Ким Силь-силь: В любом случае, дальше будет самое важное... Как прошла консультация?
└ Анон: Она запланирована на ночь.
└ Ким Силь-силь: Так значит, теперь тебе придется проводить с ней каждую роковую ночь? ХА-ХА-ХА!
└ Робот Кан-Кан 2: Эх, давайте поможем этому бедному новичку... Ведь только так мы и сами выберемся отсюда.
└ Ким Силь-силь: Согласна. Все, что мы делаем ради помощи тебе, мы делаем ради нас самих...
«Краткая суть того, почему эти ребята из Галереи помогают мне.txt»
Сопоставив факты, я понял, что эти парни и девушки были моими предшественниками, попавшими в этот мир до меня.
Каждый из них встретил жалкий конец от рук героинь, и теперь они блуждали в качестве привязанных к земле духов Галереи.
Судя по всему, система работала следующим образом: если я с их помощью спасу всех пятерых «злодеек», их души тоже обретут свободу.
└ Любитель-Блондинок-с-Большой-Грудью: Разве Элара не чертовски красива? Раньше я был Любителем-Блондинок-с-Большой-Грудью, но из-за этой суки едва не сменил ник на Любитель-Серебряноволосых-с-Большой-Грудью.
└ Анон: В общем, сейчас уже ночь, так что мне пора идти на консультацию. Есть советы?
Стоило мне отправить последний вопрос, как окно Галереи буквально взорвалось от сообщений.
└ Белый Маг: ХА-ХА-ХА! Консультация? Эй, новичок, это никакая не консультация. Это допрос.
└ Робот Кан-Кан 2: Поддерживаю. Днем она судит поступки, а ночью — душу. Жуть.
└ Все-Равно-Жена-Только-Одна: Дам тебе совет. Она стопроцентно спросит о тебе самом. Что-то вроде: «Что вы за человек, Учитель?» или «В чем заключается ваше зло, Учитель?». Подобные фундаментальные вопросы.
«Что вы за человек, Учитель?»
Черт побери. И что мне прикажете отвечать? Я ведь не мог прямо заявить ей, что я обычный игроман-попаданец, заглянувший сюда ради прохождения игры.
└ Анон: И что мне тогда делать? Я должен быть честным?
└ Любитель-Блондинок-с-Большой-Грудью: НЕТ-НЕТ-НЕТ-НЕТ-НЕТ. Ни в коем случае.
└ Ким Силь-силь: Новичок, в этом-то и кроется ловушка. Днем ты выжил, потому что определил сам страх как «добро». Но ночная консультация — совсем другое. Она начнет копаться в твоих человеческих слабостях.
└ Анон: Слабостях?
└ Белый Маг: ХА-ХА-ХА! Ну, например, даже не вздумай нести чушь в духе: «вообще-то у меня тоже полно слабостей...» или «в прошлом я совершил вот такую ошибку...» — забудь про это дерьмо, понял?
└ Анон: Звучит как исповедальня... М-да...
└ Ким Силь-силь: Вот именно. Она прошла через все круги ада, так что человеческие страдания, слабости, прошлые ошибки... все это для нее — «серое».
└ Все-Равно-Жена-Только-Одна: Ага. В ее картине мира «добро» должно быть безупречным. Идеально «белым». Стоит тебе начать с «ну, вообще-то, я тоже...», как тебя тут же заклеймят «порочным добром» = «серым» = «черным» — и пустят под нож.
└ Робот Кан-Кан 2: Итог: ты консультант, а не пациент. Никогда не показывай слабость. Ты должен быть трансцендентным существом, явившимся исцелить ее с позиции абсолютного добра.
└ Анон: ...Дерьмо.
***
От одного лишь чтения советов из Галереи ладони снова покрылись испариной.
Допрос под вывеской «консультации».
Я обязан идеально отыгрывать роль безупречного наставника. Стоило проявить хоть каплю слабости — и меня тоже окрасят в «красный».
И в этот самый момент раздался звук:
Тук. Тук.
За дверью послышался тот же механический стук, что и днем.
— ...Учитель. Госпожа ждет вас, — проник сквозь преграду сухой голос старого дворецкого. — ...Пора начинать «консультацию».
Началось.
Я оставил последнее сообщение в Галерее:
└ Анон: Народ, дворецкий пришел, иду на консультацию. Пожелайте мне вернуться целым и невредимым.
└ Белый Маг: Держись там, новичок.
Приняв напутствие Белого Мага, я выключил смартфон.
Сделав глубокий вдох, я осторожно повернул дверную ручку.
За дверью, на фоне погруженного в кромешную тьму коридора, стоял похожий на мертвеца дворецкий с единственной свечой в руке.
Окинув меня пепельным взглядом, он молча развернулся и повел меня во тьму.
Я сделал тяжелый шаг навстречу второму испытанию.
После долгой ходьбы я вновь оказался перед той самой массивной дверью, которую видел днем.
Как и прежде, дворецкий постучал ровно три раза, а затем привычным движением распахнул створки:
— ...Пожалуйста, входите.
— ...
Осторожно переступив порог, я вошел.
Яркий дневной свет исчез, и лишь голубоватый полумесяц за окном отбрасывал на убранство комнаты мрачные блики.
Скрестив руки на груди, Элара фон Хайм сидела в кресле и ждала меня.
— Добро пожаловать, Учитель. Проходите, не желаете ли присесть? — Она указала взглядом на кресло напротив, и я бесшумно опустился на сиденье. — Не хотите ли... чашечку чая? — спросила девушка с ангельской улыбкой.
В тот же миг в памяти всплыл образ мертвого слуги и чашка чая «двусмысленной температуры».
Это не было обычным предложением. Это приглашение в «серое» — то самое, о чем предупреждали в Галерее, — попытка стереть границу между консультантом и пациентом.
Я не стал ни принимать, ни отвергать ее жест, а лишь посмотрел на нее с теплой улыкой наставника.
— Я ценю твоё предложение, Элара, — обратился я к ней по имени, как она позволила днем.
Услышав мой голос, девушка с интересом прищурилась.
— Но я пришел сюда не для того, чтобы пить чай. — Не шевельнувшись, я встретил ее взгляд в упор, даже не вздрогнув. — Я — «Учитель». А ты — та, кому нужна моя «помощь».
Я четко разграничил наши роли.
— Прямо сейчас я хочу полностью сосредоточиться на твоей «консультации». И мне бы хотелось отбросить любые лишние отвлекающие факторы.
— ...
После моего твердого отказа сияющая улыбка на губах Элары медленно угасла. С раздраженным звоном она поставила чайник на стол.
— ...Значит, ненужные отвлекающие факторы, — ее голос прозвучал ледяным тоном, лишенным прежнего тепла. — Что ж, ладно, Учи-тель. — Скрестив руки на груди, она откинулась на спинку кресла. — Тогда давай посмотрим на нее. На твою великую «консультацию». Что ж, начинай.
Инициатива перешла ко мне. Достав из принесенной с собой сумки бумагу и ручку, я приготовился к работе, надев маску идеального, безупречного специалиста.
— Очень хорошо, — я слегка постучал кончиком ручки по бумаге. — Это наш первый сеанс, Элара. Давай начнем с того, от чего болит твое сердце.
— ...Что ж. — Все так же скрестив руки, Элара устремила взор на далекий полумесяц. — Пожалуй, дело в том, что я не могу спать. Каждую божью ночь.
— На то есть причина?
— Всякий раз, когда я вижу подобный свет... мне кажется, будто я осквернена, — она указала подбородком на луну за окном.
— Почему так?
— ...Консультант. — Посмотрев на меня, Элара расплылась в томной улыбке.
Теперь началось второе испытание.
— А вы знали, что у луны тоже есть обратная сторона?
Предупреждения Галереи зазвучали в ушах подобно галлюцинации:
«Ким Силь-силь: Она начнет копаться в твоих человеческих слабостях».
Здесь я не мог проявить слабость, сказав «мне тоже страшно», но и не мог нападать со словами «какое это имеет отношение к делу». Оба ответа неизбежно окрасили бы меня в «серый».
Нужен был либо безупречно добрый ответ, белый как снег... либо злой, черный как смоль.
Всего два варианта.
С этой секунды я обязан был стать идеальным консультантом.
А потому...
Я не стал воспринимать ее вопрос как испытание, а вернул его обратно в рамки консультации.
Отложив ручку, я вслед за ней устремил взгляд на луну за окном и мягко улыбнулся:
— Я знаю.
Услышав мой спокойный ответ, Элара прищурилась, словно безмолвно вопрошая: «И что с того?».
Я в точности отобразил ее эмоциональное состояние:
— Элара. Только что, глядя на луну, ты сказала, что «чувствуешь себя оскверненной».
— ...
— Не напуганной или опечаленной — ты испытала совершенно конкретное чувство: осквернение. — Оторвав взгляд от окна, я заглянул глубже, сосредоточившись исключительно на глазах Элары. — Мы здесь не для того, чтобы разглядывать обратную сторону луны, — заговорил я низким, весомым голосом наставника. — Мы здесь для того, чтобы увидеть обратную сторону того самого чувства осквернения, которое ты в себе несешь.
Я снова удобнее перехватил ручку:
— Так поведаешь ли ты мне теперь? Что именно представляет собой это неприятное «осквернение»?