3-я Эра. 1264 год после смерти Бирюзового Жнеца.
Она уже успела уйти дальше, растворяясь в потоке людей. Пришлось лавировать между прохожими, подстраиваться под их ритм, иногда резко менять направление, чтобы не врезаться в очередного господина с надменным лицом.
Улица кипела жизнью. Люди двигались без остановки, пересекались, кто-то торопился, кто-то шёл медленно, словно имел право никуда не спешить. Над головами тянулись красные и белые ленты, закреплённые у окон. Они слегка колыхались от ветра, создавая постоянное движение даже там, где никто не проходил.
Одежда бросалась в глаза. Дорогие ткани, аккуратный крой, блеск украшений — но при внимательном взгляде становилось ясно, что многое из этого было лишь попыткой казаться богаче, чем есть на самом деле. Швы местами расходились, ткань теряла цвет, а украшения оказывались дешёвыми подделками.
Женщины в пышных платьях шли уверенно, не обращая внимания на толпу. За ними держались слуги, нагруженные свёртками и коробками. Двери лавок открывались перед ними без задержки.
Мимо пробегали дети. В руках у них были деревянные мечи, один из них громко крикнул что-то про победу и резко замахнулся. Второй успел отскочить, споткнулся, но тут же вскочил и продолжил игру, будто ничего не произошло.
Я невольно замедлил шаг на секунду.
Давно я не бывал в местах, где жизнь идёт так открыто.
Шум давил на уши, запахи смешивались — еда, ткань, пыль, что поднималась от постоянного движения. Всё это не давало расслабиться, заставляло держать внимание на каждом шаге.
Я снова посмотрел вперёд, пытаясь не потерять Иви из виду.
Вдалеке, над крышами, поднимался замок наместника — Силаса Граута. Его было сложно не заметить. Камень выглядел свежим, чистым, без трещин и потемнений. Стены держались уверенно, башни поднимались строго вверх. Было видно, что его строили не так давно.
Но основание отличалось. Более тёмное, грубое, с следами старой кладки. Оно пережило не одно поколение и явно не относилось к нынешнему правителю.
Крыша уходила вверх острым силуэтом. С неё свисали знамёна империи. Ткань двигалась от ветра, и каждый раз, когда она разворачивалась, герб становился виден полностью.
Я перевёл взгляд правее.
Оттуда доносились голоса торговцев. Громкие, настойчивые, перебивающие друг друга. Они выкрикивали свои товары, спорили с покупателями, иногда переходили на быстрый, резкий говор, в котором сложно было разобрать слова.
Кто-то рядом ругнулся, кто-то засмеялся в ответ.
Я снова ускорился.
Терять её из виду сейчас было последним, что мне нужно.
Наконец, у выхода в узкий переулок я заметил Иви.
Она шла быстро. Шаги короткие, резкие, без остановок. Плечи напряжены, руки прижаты к телу. Она не оборачивалась, но по тому, как она двигалась, было ясно — она зла и не хочет сейчас ни с кем говорить.
Я замедлился и остался в тени, не выходя на свет.
У самого края переулка её уже окружили.
Несколько детей в рваной одежде сбились вокруг неё плотным кольцом. Кто-то держался за край её рукава, кто-то за ладонь, один мальчишка вцепился в пояс её платья. Они говорили сразу, перебивая друг друга, не давая ей вставить ни слова.
— Пожалуйста, сестрёнка, дай нам пару медных. Мы так голодны… — смуглый мальчик тянул её за руку, дергал, боясь, что она сейчас уйдёт.
— Пожалуйста, пожалей нас… — вторила ему девочка с грязными, спутанными волосами. Её платье было заштопано в нескольких местах, ткань потемнела от пыли и времени.
Ещё двое просто молча тянулись к её карманам, делая вид, что просят.
Иви замерла.
Она не отдёрнула руки, не оттолкнула никого. Только смотрела на них, растерянно переводя взгляд с одного лица на другое. Губы слегка приоткрыты, но слов нет. Она явно не понимала, что делать.
Я наблюдал со стороны, не вмешиваясь.
Она не замечает главного.
Пока одни тянут её за руки и жалобно просят, кто-то уже обходит её сзади. Тихо, без лишних движений. Я даже видел его — худой парень лет десяти, он держался в стороне, выжидая момент.
Я невольно усмехнулся.
Когда-то я делал так же. Те же движения, та же схема. Ничего нового.
Несколько детей отвлекают жертву. Главное — выбрать того, кто не привык к улицам. Чистая одежда, открытый взгляд, растерянность. Всё, что нужно.
А потом — быстрый шаг сзади, короткое движение рукой… и кошель уже исчезает.
Мы называли это «Бесчестная милостынь».
Я скользнул взглядом по улице.
Люди проходили мимо. Кто-то бросал короткий взгляд и сразу отворачивался. Кто-то делал вид, что ничего не происходит. Ни одного окрика, ни одной попытки вмешаться.
Они всё понимают. Они просто не хотят связываться. Тратить своё время.
Я не удивился.
Просто отметил для себя — здесь всё по тем же правилам.
Пару раз моргнув, я заставил взгляд собраться и снова зацепился за Иви.
Она стояла в окружении детей. Грязные лица, растрёпанные волосы, слишком быстрые взгляды. Они держались рядом, но не жались друг к другу — каждый пытался быть ближе к ней.
— Красивая госпожа, — первым заговорил худой мальчишка, выступив вперёд. Он потёр живот и тут же задрал рубаху. — Прошу вас… я уже не помню, когда ел. Смотрите… он весь раздулся.
Он говорил быстро, но следил за её лицом. Не за монетами — за реакцией.
— Мы не врём, — добавила девочка рядом, крепче вцепившись в рукав Иви. — Нам правда нечего есть. Вчера мы ели только остатки, которые выбрасывают для уличных кошек и собак.
— Мы просто хотим поесть, — подхватил другой, делая шаг ближе. — Хоть что-нибудь.
Иви растерялась. Плечи чуть опустились, взгляд заметался между ними.
— Я… не знаю… — тихо начала она, сжимая детские ладони. — Если… если я дам каждому по два медных… этого будет достаточно?
— Достаточно! Спасибо, добрая госпожа! — почти одновременно выкрикнули дети.
Несколько рук сразу потянулись к ней. Кто-то даже сделал шаг вперёд, слишком близко.
Иви улыбнулась. Слабо, но искренне. Она кивнула сама себе и потянулась за пазуху.
— Подождите, я сейчас… только найду…
Она достала свой кошель. Маленький, аккуратный, явно бережно хранимый. Пальцы у неё двигались осторожно, боясь уронить его.
— Мне нужно немного времени… — пробормотала она, открывая его. — Тут где-то должны быть мелкие…
Монеты тихо звякнули, когда она начала перебирать их.
В этот момент один из детей впереди резко и громко чихнул.
Я не отвёл взгляд. Ход был знакомый.
Из переулка позади Иви показалась фигура.
Мальчик. Бритая голова. На виске тянулся старый шрам. Он двигался медленно, почти без звука. Сначала выглянул, затем сделал шаг. Его глаза не смотрели на детей. Только на кошель.
Он остановился у стены, чуть пригнулся, наблюдая. Ждал.
Я перевёл взгляд на Иви.
Она ничего не замечала. Стояла спиной к переулку, полностью занята монетами.
— Сколько тут… один… два… — тихо считала она, не поднимая головы.
— Госпожа, быстрее, пожалуйста, — торопливо сказал мальчишка впереди. — Нас могут прогнать стражники…
— Да, да… — добавила девочка, сжимая край её рукава. — Нам нельзя долго стоять на городском тракте…
Они подталкивали её. Голосами, движением, присутствием.
Я сжал зубы. Медлить нельзя.
Хотя… если подумать… один раз её могли бы обчистить. Тогда бы она поняла, как всё устроено за пределами дома.
Но сейчас…
Бритый мальчик двинулся. Резко.
Он сорвался с места, сокращая расстояние за пару быстрых шагов. Рука вытянулась вперёд, пальцы уже раскрылись, нацеленные на кошель.
Впереди дети одновременно заговорили громче, перекрывая звук его шагов.
— Госпожа, вы так добры!
— А мне тоже дайте!
— Пожалуйста!
Иви инстинктивно опустила взгляд ещё ниже, сосредоточившись на кошельке в своих руках.
Иви в последний момент заметила мальчика, который несся прямо на неё. Её глаза резко раскрылись, дыхание сбилось, и короткий визг вырвался сам по себе.
Но я уже был рядом.
Я шагнул вперёд и перехватил руку мальчика за мгновение до того, как он дотянулся бы до неё. Его тело дернулось от резкой остановки, ноги скользнули по земле, и он застыл, не сразу поняв, что произошло.
Я удерживал его крепко.
— Добычу, скажу я вам, выбрали неплохую, — произнёс я ровно, не повышая голос. — Только вы не учли одну деталь.
Я чуть сильнее сжал его запястье, заставляя его сосредоточиться на мне.
— За вашей охотой следил я.
Мальчик дёрнулся, попытался вырваться, но безрезультатно.
— Агнир… — тихо выдохнула Иви, не ожидая увидеть меня здесь.
Теперь в её голосе не было растерянности. Она уже понимала, что произошло и чем это могло закончиться.
Когда она повернула голову ко мне, двое детей, что стояли перед ней, резко двинулись вперёд, заметив шанс. Их взгляды были прикованы к кошелю в её руках.
Резким движением я распахнул плащ, открывая рукоять кинжала, и голос стал жёстче:
— Сделаете ещё шаг — и я перестану делать вид, что передо мной дети.
Слова прозвучали чётко, жестко.
Дети замерли.
Один из них отступил первым. Затем второй. Через мгновение они уже бежали прочь, не оглядываясь.
Осталась только девочка.
Она стояла на месте. Пальцы у неё дрожали, губы сжались, но она не двигалась. Её взгляд не отрывался от мальчика в моей руке.
— Отпусти меня! — выкрикнул он, резко дёрнувшись. — Слышишь?! Отпусти!
Он начал бить меня свободной рукой, короткими резкими ударами в живот. Удары были быстрые, но слабые. Я даже не сместился.
Я сжал его запястье сильнее.
— Кха..! — мальчик зажмурился, его тело напряглось, голос сорвался.
Он попытался вывернуться ещё раз, но силы уже не хватало.
Девочка сделала шаг вперёд.
И остановилась.
Её плечи дрогнули, но она так и не решилась подойти ближе.
Иви стояла в стороне. Она не вмешивалась. Только крепче сжала кошель обеими руками, прижимая его к себе.
— Почему ты не убегаешь? — тихо спросила она, обращаясь к девочке.
Та не ответила.
Она смотрела только на мальчика.
Я перевёл взгляд с него на неё, задержал на секунду, затем снова посмотрел на пацана в своей руке. Потом обратно на неё. Всё стало очевидно.
Вот оно что.
— Это твой брат?
— Беги, Норра! Беги отсюда! — мальчик резко дернулся в моей хватке и указал в сторону выхода из переулка.
Девочка вздрогнула от его крика. Она сделала шаг назад, но остановилась, не зная, что делать дальше. Глаза метались между мной и братом.
Я не ослабил хватку. Пальцы только сильнее вдавились в его запястье.
— Отвечай, — напомнил я. — Хочешь, чтобы я ему сломал руку?
Я чуть сильнее провернул его кисть. Он стиснул зубы, но звук всё равно вырвался — короткий, сорванный.
Девочка вздрогнула. Она не сразу ответила. Сначала просто смотрела на его руку, потом на моё лицо, пытаясь понять, насколько я серьёзен.
— Он… — голос застрял. Она опустила взгляд. — Мой старший братик…
Последнее слово она почти не произнесла, а выдохнула. Тихо. Но я смог услышать.
Я на мгновение замолчал. Потом выдохнул через нос.
— Вот оно как… старший брат.
Уголок губ дёрнулся, но улыбкой это не стало. Я перевёл взгляд на мальчишку. Он упрямо молчал, хотя боль уже пробивалась через сжатые зубы. Смотрел на меня снизу вверх, не отводя глаз.
После моих слов Иви повернулась ко мне. Я почувствовал это движение, даже не глядя сразу.
Её взгляд изменился. В нём не было растерянности. Только напряжение и просьба, которую она не решалась сразу озвучить.
— Что? — спросил я устало, чуть повернув голову в её сторону. — Хочешь, чтобы я его отпустил?
Я сделал паузу. Затем продолжил, уже холоднее:
— После того, как они чуть не обдурили тебя? После того, как полезли к твоему кошелю, пока ты отвлеклась?
Иви на секунду закрыла глаза, собираясь с мыслями, затем снова посмотрела на меня.
— Я понимаю, я всё понимаю.
Она сделала шаг вперёд. Медленно, осторожно, чтобы не спровоцировать лишнего.
— Но… это всего лишь дети.
Я молчал. Иви продолжила, уже увереннее:
— Они не выбирали, такую жизнь. Никто бы не стал выбирать такую жизнь.
Она на секунду посмотрела на мальчишку в моей хватке.
— Если ты сейчас сломаешь ему руку… — она остановилась, но не отвела взгляд. — Что дальше? Он не сможет даже воровать. Не сможет защищать свою младшую сестренку.
Её голос стал тише, но твёрже:
— Ты правда собираешься наказывать детей?
Мальчишка в моей руке напрягся ещё сильнее. Он не просил. Не умолял. Только молчал и ждал.
Девочка рядом сжала кулаки. Она не плакала. Просто стояла и смотрела на меня, не моргая.
Я видел такой взгляд и раньше. Очень часто.
Тишина затянулась. Только их дыхание сбивалось. И моё — ровное, без спешки.
Я тихо усмехнулся, больше себе, чем кому-то из них.
— Не думал, что дойду до такого, — пробормотал я.
Иви сразу это заметила. Плечи у неё опустились, дыхание стало ровнее. Но она всё ещё не отводила от меня глаз, будто боялась, что я передумаю в любой момент.
Я немного ослабил хватку, но не отпустил.
— Слушай внимательно, парень, — сказал я, наклоняясь чуть ближе к нему. — Я тебя отпущу. Но только при одном условии.
Он сжал губы и дернулся, пытаясь вырваться.
— Условий мне ставить не надо! — огрызнулся он. — Я тебя не боюсь! Ни тебя, ни таких как ты!
Он тяжело дышал, но не отводил взгляд.
— Как только будет шанс, — продолжил он, уже с вызовом, — я всё равно стащу у неё кошелёк! А тебя убью!
Он даже ухмыльнулся. Криво, упрямо.
Я смотрел на него молча. Злости не было. Раздражения тоже.
Такие моменты не терпят мягкости. Здесь не работают уговоры. Здесь давят туда, где человек уже треснул, просто ещё пытается это скрыть.
Иви рядом едва заметно сдвинулась.
Ткань её одежды тихо зашуршала. Пальцы чуть сжались — я уловил это боковым зрением. Она не вмешивалась, но напряжение в ней росло.
— А ради сестры? — произнёс я тише, чем до этого.
Я не повышал голос. Мне это не было нужно.
Слова дошли до него. Мальчик замер.
Его плечи резко остановились. Он не сразу понял, что делать дальше. Секунда. Ещё одна.
Он отвёл взгляд. Сначала в сторону, потом вниз, будто искал ответ на земле.
Молчал. Потом повернул голову к девочке.
Это всегда происходит одинаково. Когда у человека есть кто-то важный, он сам отдаёт в руки рычаг. Никто не заставляет. Он делает это раньше, чем понимает последствия.
Я не стал ничего добавлять. Не стал давить дальше словами. Он уже услышал всё, что нужно.
Норра стояла на месте. Смотрела на брата, сжавшись, прижав руки к груди.
Мальчик шумно выдохнул через нос. Его плечи медленно опустились.
Он больше не пытался вырваться.
Иви тихо вздохнула и полезла в кошелёк. Монеты тихо звякнули у неё в ладони. Она вытянула руку вперёд, не делая резких движений.
— Вот… возьми. Тут немного, но…
Мальчик перевёл на неё взгляд. Лицо стало жёстким. Он ничего не сказал, но этого хватило — Иви заметно напряглась.
— Убери, — сказал я.
Она повернула ко мне голову.
— Но…
— Убери.
Она замолчала. Несколько секунд просто стояла, потом медленно сжала пальцы и опустила руку.
Я отпустил парня.
Он не сразу понял. Сначала просто замер, потом дёрнулся. Когда ничего не последовало, он вырвался и сразу же бросился к сестре, заслонив её собой.
Я сунул руку в карман плаща. Пальцы нащупали холод металла. Достал одну серебряную монету и без спешки подкинул её на ладони.
Парень следил за каждым движением.
— Скажи спасибо ей, — я чуть повернул голову и кивнул в сторону Иви. — Если бы не она, разговор бы кончился иначе. Я бы не стал объяснять, что бывает с теми, кто лезет не туда.
Парень нахмурился из-за моих слов.
Я медленно выдохнул, провёл ладонью по лицу, на секунду закрыл глаза. В висках стучало. Мысли цеплялись друг за друга, но не складывались. День выдался слишком длинным, и это начинало сказываться.
— Но сегодня не тот день, — тихо добавил я, уже спокойнее.
Я достал монету и бросил её.
Серебро коротко звякнуло, ударившись о его ладони. Он не ожидал — пальцы разошлись, монета почти выскользнула, но он резко сжал руку и поймал её. Взгляд сразу опустился вниз.
Он проверил вес, провёл большим пальцем по краю, будто искал подвох.
— Это плата. За то, чтобы ты и твои дружки держались от нас подальше. Без глупых выходок, без слежки, без попыток проверить, кто мы такие.
Я сделал паузу, наблюдая за ним.
— И да… — добавил я, чуть тише. — Купи что-нибудь сестре. Ты же не просто так за неё вписался. Игрушку возьми… или еды. Сам решишь. Завтра ведь праздник, не порти ей день.
Парень замер.
Он всё ещё смотрел на монету, но теперь держал её крепче. Потом медленно поднял голову.
Наши взгляды встретились.
Он не спешил говорить. Изучал. Проверял. Искал в моём лице насмешку или ловушку.
Я тоже не отводил взгляд.
В груди появилось неприятное ощущение. Тихое, но настойчивое. Оно не исчезало, хотя причин для него не было. Просто оставалось внутри, мешая сосредоточиться.
Парень усмехнулся. Без намёка на благодарность.
— Впервые вижу таких глупых людей, — сказал он, чуть наклонив голову. — Монеты разбрасываете, будто они вам ничего не стоят.
Он подбросил серебро на ладони и тут же поймал его, не отрывая от меня взгляда.
— Думаешь, так всё решается? Заплатил — и мы исчезли?
Он сделал шаг вперёд, но остановился на полпути. Не пересёк границу, которую сам же для себя обозначил.
— Но… — он коротко выдохнул через нос, — слово есть слово.
Он сжал монету в кулаке.
— Даю слово вора. Раз заплатил — не подойдем. Ни я, ни мои.
Пауза.
— Но если кто-то другой решит проверить тебя… — он чуть прищурился, — уже не моя проблема.
Он развернулся не сразу. Ещё секунду стоял, будто хотел что-то добавить, но передумал. Потом резко отвернулся и сделал шаг назад, пряча монету. Следом схватив сестру за руку.
— Бежим, Норра! Пока стража не пришла!
Он рванул с места, не оглядываясь. Девочка едва поспевала за ним, но не жаловалась, только крепче сжала его руку.
Через несколько шагов она всё-таки обернулась.
На лице появилась робкая улыбка. Она подняла свободную руку и быстро помахала нам.
Потом исчезла за поворотом улицы.
Я проводил её взглядом, после чего криво ухмыльнулся.
— Стоило мне оставить тебя одну буквально на несколько минут — и ты уже влипла в неприятности, — сказал я, с привычной ворчливой ноткой. — Если бы не я, что бы ты сейчас делала?
Иви не взглянула на меня.
Она смотрела в сторону, словно там было что-то важнее моего голоса. Плечи напряжены, губы сжаты. Она явно не собиралась облегчать мне жизнь ответом. Тишина затянулась.
Я нахмурился.
Что мне сказать? Извиниться?
За что именно? Я ведь не сделал ничего… неправильного.
Я сузил глаза, раздражение неприятно зацепилось внутри.
Иви продолжала молчать. Только теперь я заметил, как в её глазах скапливается влага. Она старалась держаться, но это было видно слишком ясно.
Вот же…
Я шумно выдохнул и шагнул ближе.
— Слушай, Иви… — начал я уже тише. — Возможно, я иногда говорю резко. И… да, возможно, в этот раз тоже перегнул.
— Возможно? — перебила она, всё так же не глядя на меня. — Ты правда думаешь, что это просто “возможно”?
Я стиснул зубы.
Первым желанием было ответить резко. Сказать что-нибудь колкое, поставить её на место, закончить этот разговор на своих условиях.
Но я промолчал.
Это было бы неправильно. Я это понимал, даже если не хотел признавать.
Я отвёл взгляд и повернул голову к широкой улице впереди.
Город готовился к завтрашнему празднику. Над дорогой тянулись ряды лент, натянутые от дома к дому. Ткань тихо колыхалась от ветра. Между ними висели фонари, некоторые уже были зажжены, хотя до вечера оставалось ещё много времени. Люди проходили мимо, обсуждали что-то, спорили о завтрашнем дне. Кто-то тащил ящики, кто-то закреплял украшения.
Жизнь вокруг шла своим чередом.
— Ты же это хотела увидеть?
Иви наконец подняла взгляд.
Она смотрела на ленты, на огни, на людей. Но в её лице не было ни радости, ни интереса.
— Я не думала, что всё будет так.
Я повернул голову в её сторону.
— В смысле?
Она немного помедлила, подбирая слова.
— Не знаю… Мне казалось, что будет по-другому. Что… просто будет хорошо.
Она глубоко вдохнула, потом медленно выдохнула.
— Наверное, я просто глупая. Раз думала, что всё может пройти так, как мне хотелось.
Я молча смотрел на неё. Слышать это от неё было неприятно.
Ещё недавно она без остановки рассказывала про этот праздник. Говорила, куда хочет пойти, что хочет увидеть, что обязательно попробует. Её было невозможно заткнуть. А сейчас передо мной стояла совсем другая Иви.
Тихая. Сдержанная. И какая-то… пустая.
Я отвёл взгляд, сжав челюсть.
Стоило ли вообще что-то говорить? Слова крутились в голове, но не складывались сразу. Я коротко выдохнул, глядя в сторону, потом снова перевёл взгляд на неё.
Я сделал шаг ближе, но не слишком, чтобы не давить, и кивнул в сторону улицы, куда убежали дети.
— Ты же видела ту девочку?
Иви моргнула, вспоминая.
— Видела… — тихо сказала она.
— И ты видела, что она сделала?
— Она… помахала?
— Да, — спокойно подтвердил я. — Просто подняла руку и улыбнулась.
Я на секунду замолчал, давая этим словам осесть.
— Знаешь, почему?
Иви подняла взгляд уже прямо на меня. В глазах всё ещё оставалась осторожность, но теперь в ней появилось и любопытство.
— Почему?
— Потому что ты дала ей повод.
Я провёл рукой по затылку. Непривычно. Слова давались с трудом, и это раздражало.
— Она смотрела на тебя и понимала, что ты не сделаешь вид, что ничего не заметила.
Я чуть сдвинулся с места, опёрся плечом о стену, но взгляд от неё не отвёл.
— Ты вмешалась. И осталась до конца на своем.
Иви молча опустила взгляд, прокручивая всё заново.
— Такие вещи… — я коротко выдохнул, — запоминаются. Особенно когда ты ребёнок.
Выдержав паузу продолжил свою мысль.
— Я это знаю.
Я чуть сжал губы, затем выпрямился.
— Так что да… Не смей говорить, что ты ничего не можешь. Это просто удобно — думать так.
Я посмотрел прямо в её глаза.
— Ты намного сильнее, чем тебе кажется.
Иви не отвечала сразу. Она стояла неподвижно. В её глазах уже не было той обиды, с которой всё началось.
— Правда? — тихо спросила она.
— Правда.
Она моргнула, затем уголки её губ дрогнули. Слабая улыбка всё же появилась.
— Не знала, что ты умеешь так красноречиво говорить, — хмыкнула она, чуть склонив голову и прищурившись. — Хоть ты и резкий, циничный и даже немного эгоистичный, скажу я тебе. И, похоже, тебя это совсем не смущает.
Она говорила спокойно, но в голосе чувствовалась уверенность. Не упрёк — скорее констатация, от которой не хотелось отмахиваться, но и принимать полностью тоже не тянуло.
Я устало кивнул, не пытаясь спорить. Рука сама поднялась, и я лениво махнул ею, отсекая лишние слова и закрывая тему.
— Не вижу смысла притворяться другим.
Я перевёл взгляд дальше по улице. Люди двигались в обе стороны, кто-то разговаривал, кто-то спешил, не обращая на нас внимания. Где-то хлопнула дверь, за углом раздался грубый смех.
— Ну что, продолжим путь или... — начал я, уже собираясь обойти её и идти дальше.
— Агнир… — она шагнула вперёд и остановилась прямо передо мной, перекрывая дорогу.
Я сразу остановился. Между нами почти не осталось расстояния. Я недовольно посмотрел на неё сверху вниз. Меня всегда выбивало из привычного состояния, когда она подходила так близко. Это сбивало темп, мешало сосредоточиться и заставляло терять контроль над разговором.
— Чего?
Она не сразу ответила. Сначала отвела взгляд в сторону, не решаясь говорить. Затем медленно выдохнула и снова посмотрела на меня. Уже иначе. Без привычной лёгкости, к которой я успел привыкнуть.
— Прости, что ушла тогда, я… — она на секунду замолчала, собираясь с мыслями, — я не знала, как иначе поступить в тот момент.
Я молчал. Не перебивал. Просто смотрел на неё, ожидая, что она скажет дальше.
— Всё стало слишком… тяжелым, — продолжила она, слегка нахмурившись, будто недовольная тем, как звучат её слова. — Я рассчитывала на одно, а получила совсем другое. И не смогла это принять сразу.
Пауза затянулась. Люди проходили мимо, кто-то задел меня плечом, но я даже не сдвинулся. Внимание полностью осталось на ней. Где-то рядом продавец громко зазывал покупателей, но эти звуки уходили на второй план.
— И ты тоже в этом виноват, — добавила она уже тише, но не отводя взгляда. — Я ожидала от тебя другого. И это тоже меня задело.
Я слегка приподнял бровь, всматриваясь в её лицо. Ни улыбки, ни привычной лёгкости. Она действительно говорила серьёзно.
— Да неужели… — произнёс я вполголоса.
Я сделал короткую паузу, затем медленно наклонил голову в сторону, не отрывая от неё взгляда.
— И что именно ты ожидала? Что я побегу за тобой? Или начну извиняться за то, что сказал правду?
Я не отступил ни на шаг, оставшись на месте.
— Я не ждала, что ты будешь извиняться. — она выдохнула, провела ладонью по волосам, убирая выбившиеся пряди, и снова посмотрела прямо в глаза. — Я знаю, возможно моя реакция тебя разозлила. Может, я и вправду не до конца понимаю, как все устроено. Но… — она на секунду запнулась, сжала губы, будто выбирая слова, — то, как ты пытаешься проявить свою заботу, иногда только сильнее бесит. Я не понимаю, чего от тебя ждать. В один момент ты рядом, в другой — будто тебе всё равно.
Её слова дошли с задержкой. Я просто стоял и смотрел на неё. Она не отворачивалась. Не прятала взгляд. Ждала.
Меня это выбило из ритма.
Проходя мимо неё, я задел её плечом. Лёгкое касание — достаточно, чтобы вывести из этой неподвижной сцены.
— Поверь, Иви, я сам себя иногда не понимаю, — сказал я уже вперёд, не оборачиваясь. — Но я не хотел тебя обижать. Даже если так вышло.
Я прошёл ещё несколько шагов. Каменная дорога под ногами глухо отзывалась на каждый шаг.
Я остановился.
Я чувствовал это — она стоит там же, где и стояла.
Мои слова её задели. Достаточно, чтобы она замерла. Но недостаточно, чтобы сразу двинуться дальше.
Я чуть повернул голову, не полностью, только чтобы видеть её краем глаза.
— Ну? — бросил я, уже с заметным нетерпением. — Мы идём, или будем дальше стоять посреди улицы? Мне, если честно, уже начинает надоедать это топтание на месте.
Она фыркнула. Быстро шагнула вперёд, сокращая расстояние, и встала рядом. Почти сразу ускорилась, будто решила задать темп сама.
— Тебя всё раздражает, — сказала она, глядя вперёд.
Я хмыкнул, подстраиваясь под её шаг.
— Да, но не всё подряд.
Она покосилась на меня. Взгляд задержала чуть дольше, словно пыталась понять, шучу я или нет. Потом отвернулась.
— Удобно, — тихо бросила она. — Всегда можно сказать, что не всё.
Я усмехнулся уголком рта, но ничего не добавил.
Несколько шагов мы шли молча. Рядом, на одной линии.
Через пару секунд она тихо выдохнула.
— Пожалуйста… Если ты что-то делаешь, делай это нормально. Без этих резких перепадов тона и настроения. Я могу ещё раз обидеться на тебя.
Я чуть замедлил шаг, но не остановился.
— Приму к сведению, но ничего не обещаю.
Она тихо усмехнулась. На этот раз без раздражения.
— Я и не рассчитывала.
Мы свернули в сторону торговых улиц. Здесь было теснее. Люди двигались плотнее, голоса звучали громче, со всех сторон доносились выкрики торговцев.
Запахи еды тянулись с прилавков, смешиваясь с потом и пылью. Проходы между лавками были узкими, приходилось постоянно обходить людей и следить, чтобы не задеть кого-нибудь лишний раз.
Иви шла впереди, уверенно выбирая дорогу. Иногда оглядывалась, проверяя, не отстал ли я.
Я держался чуть позади, внимательно следя за толпой. Пальцы невольно сжались, когда рядом прошёл слишком близко какой-то парень с опущенным капюшоном.
Странная она всё-таки, Иви. Или это я просто не привык к таким людям.
Я задержал взгляд на её спине. Она шла впереди, не сбавляя шага, держала ровный темп.
Я чуть прищурился, продолжая идти следом.
— Упрямая, — тихо пробормотал я себе под нос, почти беззвучно.
Она не отреагировала. Либо не услышала, либо сделала вид.
Мы в этом городе всего ничего, а уже успели вляпаться в проблемы. Слишком быстро, даже по моим меркам.
Я коротко выдохнул через нос и осмотрелся ещё раз.
Лучше держать ухо востро.
Хватит с меня неожиданностей на сегодня.