Ангар, который Танака поначалу принял за тюрьму, оказался порталом в иную реальность — в самое сердце Solus Academy. Вместо мрачных камер и железных нар его взору предстало высокотехнологичное пространство, пульсирующее энергией. Мерцающие графики котировок, словно голограммы, парили в воздухе, а сотни пар глаз, прикованных к экранам, создавали атмосферу напряженного ожидания. В центре стены, словно символ этого места, горел логотип — стилизованная буква S, обвитая цепью из блоков, напоминающей змею, сжимающую свою добычу.
— Добро пожаловать в Solus Academy, — раздался из динамиков голос, гладкий и холодный, как полированный металл. — Здесь вы не ученики. Вы — ноды. Ваша задача — непрерывное поддержание блокчейна школы. Сломаетесь — система безжалостно удалит вас.
Танаку грубо толкнули в огромный зал, где ряды столов тянулись до самого горизонта, растворяясь в полумраке. На каждом столе располагались три монитора, клавиатура с неоновой подсветкой и браслет с вживленным чипом, издающий едва слышное шипение, словно живая змея, обвившая запястье.
— Класс D, — объявила женщина в облегающем костюме из переливающихся материалов. Её лицо скрывала тонкая цифровая вуаль, мерцающая пикселями. — Ваш стартовый капитал — 1000 SOL. Ваш долг — 100 миллионов. К концу года вы должны войти в топ-20, иначе ваши данные будут стерты с блокчейна. Навсегда.
На одном из мониторов мгновенно всплыла таблица рейтинга. Класс А гордо занимал первое место с 50 000 очков, в то время как напротив класса D красовался безжалостный ноль.
День 1.
Первая лекция была посвящена искусству отличать перспективные «гемы» от бесполезных «шиткоинов». Преподаватель, голографический аватар с лицом, подозрительно напоминающим Сатоши Накамото, методично тыкал указкой в изменчивый график Dogecoin:
— Мемы — не валюта. Покупаете на эмоциях — гарантированно потеряете на марже.
Танака с тревогой смотрел на свой терминал. Его виртуальный портфель уже начал таять: 1000 SOL превратились в 950. Кто-то из его одноклассников, поддавшись азарту, приобрел токен «Luna2.0», который рухнул на 50% всего за час.
— Идиоты! — прорычал парень слева от Танаки, яростно вбивая в клавиатуру строки смарт-контракта. — Я не собираюсь гнить в этом D-классе!
Его звали Кей. Он умудрился взломать школьный чат в первый же час, чтобы получать доступ к инсайдерской информации.
— Эй, новенький, — Кей ткнул Танаку в плечо проводом от своего терминала. — Если не хочешь здесь сгинуть, запомни: здесь каждый сам за себя. Доверяй только цепочкам.
— Каким цепочкам? — не понял Танака.
— Блокчейну. Все сделки публичны. Но не все честны. — Кей кивнул на девушку, сидевшую в углу и с невероятной скоростью печатавшую на клавиатуре. — Видишь Рин? Вчера она подняла 200 SOL, просто подделав объем торгов. Система пока ничего не заметила.
— А если заметит?
— Её сотрут. Как старую, отработанную ноду.
Ночь.
Общежитие больше напоминало серверную: ряды капсул-коек, холодный свет светодиодных полос вместо ламп и густой запах перегретого кремния, витающий в воздухе. Танака с ужасом проверил свой баланс — всего 700 SOL. Он необдуманно купил токен «HopeCoin» по совету анонимного пользователя из чата, и тот рухнул на 30%.
— Эй, Долг, — в его капсулу прилетела пустая банка из-под энергетика. Это был Горо, бывший трейдер с Уолл-стрит, выгнанный за инсайдерскую торговлю. — Слышал, ты слил треть депозита за один день? Новый рекорд!
По рядам капсул прокатился глухой смех. Рин, не отрываясь от экрана, бросила через плечо:
— Перестаньте. Завтра он купит NFT с котиками и обнулится окончательно.
Танака сжал браслет на запястье. Чип болезненно впился в кожу, генерируя токены боли. На экране появилось предупреждение: «Стресс-уровень: 90%. До блокировки: 2 дня».
День 7.
Кейу удалось взломать алгоритм маркетмейкера.
— Смотри, — он вывел на экран запутанный код. — Школа сама накручивает объемы торгов, чтобы манипулировать курсом. Мы можем опережать их сделки.
— Это же мошенничество!
— Нет. Это — альфа. Здесь выживают те, кто умеет читать паттерны.
Танака колебался, но цифра на его балансе — 300 SOL — говорила сама за себя. Он последовал примеру Кея и вошел в сделку. Через час его портфель вырос до 500 SOL.
— Не радуйтесь раньше времени, — Рин наблюдала за ними с презрением. — Система все видит.
Вечером их вызвали в ректорат. Голограмма декана, сотканная из нулей и единиц, холодно прошипела:
— Класс D. Нарушение протокола. Штраф: 200 очков.
На экране замигал новый баланс: -200 SOL.
— Вы… вы отняли больше, чем мы заработали! — в отчаянии воскликнул Танака.
— Рынок не прощает наивности, — бесстрастно ответил декан. — Завтра начнется Крах-Тест. Если ваш класс не покажет достаточных результатов, вас расщепят на NFT.
Крах-Тест.
Весь класс D подключили к симуляции биржевого краха 2022 года. Графики на экранах окрасились в зловещий красный цвет, напоминая кровоточащие раны.
— ПРОДАВАЙ! — кричал Горо, лихорадочно нажимая кнопки. — ПРОДАВАЙ ВСЁ!
Рин молча открывала короткие позиции, её пальцы мелькали по клавиатуре, словно крылья ночной бабочки. Кей отчаянно пытался взломать систему, но его терминал выдавал одну ошибку за другой.
Танака замер, глядя на график токена «Phoenix», стремительно падающего в бездну. В памяти всплыли слова брата: «Иногда нужно сжечь всё дотла, чтобы возродиться из пепла».
С замиранием сердца он вложил все свои оставшиеся SOL в «Phoenix».
— Ты сумасшедший! — закричала Рин. — Он же мертв!
— Или нет, — прошептал Танака, обновляя страницу.
График резко пошел вверх. Система не заметила, что токен был искусственно реанимирован ботами из класса А для проведения очередной манипуляции. Баланс Танаки взлетел до 5000 SOL.
— Класс D. Ранг повышен. Текущий уровень: C-.
Финал главы.
В ту ночь Танака не сомкнул глаз. На его экране мерцало приглашение в приватный чат класса А: «Ты нас заинтересовал. Хочешь узнать, что такое настоящая альфа?»
Он посмотрел на спящих Кея и Рин. Браслет показывал: «Стресс-уровень: 40%».
— Нет, — прошептал он, стирая сообщение. — Я выживу сам.
Но где-то в глубине сети безжалостные алгоритмы уже переписывали правила игры.