Оно же точно НЕ живое...?

...

...

...

Прошло два с половиной года

Где-то на границе Швейцарии и Франции. Крупнейший адронный коллайдер.

19:44

Арти наконец ступил сюда. Крупнейший научный комплекс в мире. То, к чему он шёл.

Высокие белые стены, пронизанные сетью коммуникаций, холодный блеск металла и изолированных кабелей — всё вокруг дышало масштабом, точностью и чем-то почти внеземным. Гул вентиляторов и мерное жужжание электроники вибрировали в самом воздухе.

Арти замедлил шаг, переводя взгляд с потолка на огромный прибор, по форме напоминающий металлическое сердце, опутанное венами труб и оптоволокна.Мистер Нейт, в белом халате, с глазами, вечно щурящимися от воображаемого солнца знаний, хлопнул его по плечу.

— Вот это — ALICE. Одна из четырёх главных установок. Тут мы сталкиваем ионы, чтобы увидеть, что происходило в первые наносекунды после Большого взрыва. Звучит, как сценарий фильма, правда?

Арти не ответил сразу.— Вы говорите, здесь 26.6 километра... И всё это ради одной цели — разобраться, что было "до всего"?Нейт усмехнулся.— Может быть, чтобы понять, что вообще значит "всё". Но не перегружай себя сегодня. Пока просто смотри.

Они двинулись дальше по туннелю. Нейт с задором экскурсовода делал широкие жесты.— Вот аналитический отсек. За секунду мы получаем столько информации, что если бы каждая единица была зерном риса, мы бы засыпали им Эверест!

Арти молча кивнул, незаметно закатив глаза. Один из учёных у стеклянной панели как по заказу поправлял очки, драматично вглядываясь в график.— А вон тот, например, — продолжал Нейт, — доктор Беранже. Не обращай внимания, он всегда так сидит. Думает, будто участвует в научной драме про свою жизнь.

Арти фыркнул.— Да тут у каждого лицо, как будто они работают ради научного пафоса.

— О, не сомневайся. Целый коллайдер тщеславия! — усмехнулся Нейт, сворачивая в более тихий коридор.

— Так, теперь будет интересно. Тут хранится часть данных за последние столкновения. Мы называем это “холодным архивом”, потому что никто туда не лезет без крайней необходимости.Арти, сдерживая усмешку, не удержался:— Выходит, здесь сталкиваются не только частицы, но и эго?

Их шаги замерли перед дверью с голографической панелью.— Так, думаю, завтра я покажу тебе остальные блоки, — сказал Нейт. — А сейчас можешь пойти к Генри из отдела аналитики. Покажет, как работать с данными. Хорошо?

— Ага... Генри, говорите. Ладно, пойду, — кивнул Арти, всё ещё не до конца осознавая, что он действительно здесь.

— Не напрягайся. Он немного зануда, но знает своё дело. Кстати, если он задумается, может замолчать на полчаса. Не прерывай. Просто сиди рядом. И не трогай его кружку с кофе.

Арти хмыкнул и направился по коридору. В конце была дверь с табличкой: "ГЕНРИ ЛОУРЕНС | АНАЛИТИКА ИНТЕРФЕРЕНЦИЙ".Он постучал и, не дождавшись ответа, приоткрыл дверь.— Здравствуйте? Меня отправил мистер Нейт... я Арти.

Внутри, под мягкое жужжание серверов, сидел человек лет сорока. Он даже не повернулся, только поднял руку, указав на соседний стул. Арти прошёл и сел.

Шесть месяцев спустя...

Арти шёл по пустому, почти бесконечному коридору вдоль трубы коллайдера вместе с Ником, одним из техников. Звук их шагов эхом разносился по округлому бетонному туннелю. В воздухе чувствовался запах металла и лёгкая вибрация.

— До 6С? Ещё минут пятнадцать, — фыркнул Ник, коренастый мужчина с короткой седой щетиной. — Если ты не начнёшь опять останавливаться и трогать каждый вентиль, как в прошлый раз.

Арти закатил глаза, слегка взмахнув мульти-ключом.— Ну извини, Ник. Я уважаю универсальность. Это не твои старые французские головки на двенадцать.

Они продолжили идти.— ...Знаешь, — тихо продолжил Арти, — У меня иногда странное ощущение, что эта штука... живая. Будто дышит. Смотришь в трубу — и кажется, что это сердце Земли стучит. Тут с ума от такого не сходят?

Ник хмыкнул.— Тут все через год начинают разговаривать с трубами. Или бояться увидеть что-то "необычное".

— Прекрасно. Шесть месяцев, и я уже на стадии "разговоров с трубой". Что дальше, слышать голос бозона Хиггса?

— Только если забудешь о мерах безопасности, придурок!

Оба рассмеялись. Впереди показалась табличка: "СЕКТОР 6C — ИНЖЕНЕРНЫЙ ДОСТУП".— Наконец-то, — сказал Ник. — Теперь возьми лестницу с поста, там, в отделе с оборудованием.

— Да, вот здесь он! — Арти высмотрел нужный участок на трубе.

Через пару минут Ник уже ставил лестницу. Арти было хотел лезть наверх, чтобы установить новый модуль, но Ник его остановил.— Давай я. В прошлый раз ты слишком долго возился. Растягиваешь скучную работу, — усмехнулся он, забирая у Арти ключ. — Тебе сказали, сектор обесточат на тридцать минут. Я не хочу просить ещё полчаса из-за твоей медлительности.

— Тц, сами сказали идти пешком. Я и иду. Просто вальяжно... — фыркнул Арти, прислонившись к стене.

Щелчок. Скрип. Щелчок. Арти лениво жевал какой-то батончик.— Знаешь... есть в этом ирония. Мы, люди, построили всё это, чтобы докопаться до сути. А потом смотришь, как мужик наверху трёт себе колени, и думаешь: "Неужели всё это ради одного графика в PDF?"

— Если ты сейчас заведёшь шарманку про смысл жизни, я кину в тебя этот гаечный ключ. Твой, новый, — не оборачиваясь, сказал Ник.

— Смысл жизни в том, чтобы дать другим что-то закручивать, Ник, — ухмыльнулся Арти.

— Ага. И называешь это "вальяжностью".

Ник шумно вздохнул, закручивая последний винт, и включил стабилизатор. На трубе мигнул зелёный индикатор.— Всё. Готово. Подавай модуль.

Арти нехотя подошёл и протянул ему прямоугольный блок. Где-то вдали по туннелю, почти на границе слуха, раздался странный гул.— Знаешь, у меня правда планы на этот коллайдер, — вдруг начал Арти.

— Я хочу попробовать свою теорию хаоса на практике. Жду не дождусь, когда смогу заняться своим проектом. А пока — сантехник на максималках и бухгалтер графиков во имя науки, ха-ха-ха.

Ник сдвинул брови, продолжая закреплять модуль.— Хаоса? В смысле, теории хаоса? Или ты опять в философию?

— Нет. Я не про бабочку в Китае и ураган во Флориде. Это слишком поэтично. Я про хаос как... среду. Как пыль между событиями. Ту самую штуку, которую нельзя предсказать. Нельзя даже правильно описать, потому что, пока описываешь, ты её уже упорядочиваешь. Я хочу взять простую систему и дать ей такие условия, чтобы она сама вышла из равновесия. Не потому что мы так запланировали, а потому что у неё не будет иного выхода. Заставить беспорядок вынырнуть.

Ник закончил работу и сел прямо на трубу, болтая ногами.— Звучит как бред. Но ты так это говоришь, что я почти поверил, будто ты уже видел, как это работает.

Арти кивнул с лёгкой ухмылкой.— Несколько раз! Знаешь, когда просыпаешься с ощущением, что тебе показали механизм Вселенной, но ты не помнишь ни винта, ни схемы — только чувство. Я пытаюсь к нему вернуться.

— Значит, ты хочешь использовать ускоритель, чтобы...

— Чтобы не искать частицу, Ник, — перебил Арти. — А чтобы позволить ей родиться там, где никто не просил её быть! Не формулу. А событие!

В туннеле снова прошёл гул, на этот раз чуть громче.— Ты хоть понимаешь, сколько тебе придётся доказать? — напрягся Ник. — Тут даже на простую переразгонку данных надо пять подписей!

Арти усмехнулся, откинув голову на бетонную стену.— Пф... ну конечно, есть "ограничения"...

Ник спрыгнул с трубы.— Так тебе нужна частица "хаоса"? Или что? Ты же знаешь, что такой нет.

— Я знаю, — надул губы Арти. — Я уже больше пяти месяцев всё рассчитываю. В теории… блин, я не уверен. Планирую получить что-то вроде эфемерности с особыми свойствами. Ох, ты даже не представляешь, сколько у меня вариантов! Это как сорвать саму ткань мира и получить что-то! — он притих. — Ой, только не заливай мне про тёмную материю, окей?!

Ник ухмыльнулся, подтягивая лямку сумки.— Ну прости, что у кого-то есть слабость к тёмной материи, в отличие от "эфемерной хаос-частицы непонятно-чего".

— Это не "непонятно-чего"! Это ещё непроявившееся явление! Я же не ищу её как камень. Я хочу создать условия, чтобы она стала неизбежной. Это вызов. Событию. Понял?

Ник покачал головой.— Нет. Но звучит убедительно. Хотя если ты действительно что-то вызовешь, не забудь выключить за собой свет в туннеле.

Арти улыбнулся, его голос стал тише.— Я хочу, чтобы мир перестал быть схемой. Чтобы он стал... возможностью. Ещё столько всего ведь не произошло! Даже, блин... верблюд в носках с моим чиби-принтом! Ха-ха-ха...

Ник уже переключал питание обратно.— Хах. Звучит так, будто ты не просто эксперимент хочешь. А чтобы тебя самого перекосоёбило.

Арти усмехнулся. Глаза его блеснули в тусклом свете.— Кто знает...

Оба на минуту замолчали. Вдалеке по трубе побежала лёгкая вибрация — сектор снова включился в цепь. Они вместе направились обратно. Медленно. Вдоль бесконечной трубы.