Семь раз ударь, один раз сходи за кофе!

( ПРОДОЛЖЕНИЕ 57 ГЛАВЫ )

...

...

...

Дева тоже разулыбалась, глядя на него с нескрываемым весельем.

— Даже не знаю, почему люди дают обличие самых сильных, властных, грешных, божественных интерпретаций именно красивым девушкам?

Дождь всё так же лил в этом ночном парке, размывая очертания деревьев.

— Пора бы это узнать! — Арти сделал два уверенных шага вперед.

Ехидна неторопливо осматривала себя, будто выбирая очередной наряд в гардеробной, а не стояла перед врагом.

— Да что уж тут... — протянула она лениво. — Юнец обрел пылинку моей силы и, увидев цепь вероятностей, где его «бедная» сестра Эрика покидает этот эфемерный мир... теперь желает изменить и оградить свой мир от влияния Хаоса...

В конце фразы она посмотрела на него как на идиота — с жалостью и скукой.

Арти фыркнул, крепче сжимая рукоять катаны.— Правда? Ну тогда и ты должна понимать, что если я получил "часть" тебя, то ты уже не можешь меня предсказывать! Таков твой закон! Хах!

Ехидна искренне удивилась, на мгновение приподняв брови, а потом широко заулыбалась.

— Правда? Ну, она есть правда...

Она выдохнула, и реальность вокруг её тела дрогнула.Её наряд изменился мгновенно. Верх платья исчез, превратившись в черный монолитный лонгслив из неизвестной, материи. На руках появились жесткие черные налокотники. Лишь низ от её каскадного платья остался прежним — тяжелым, опущенным вниз темным шлейфом.

Она подняла руки, собирая мокрые волосы назад. Зажав резинку в зубах, она продолжила говорить, слегка искажая слова:

— Но правда еще в том, что паразиту в теле, обретавшем форму десятками тысяч лет, не суждено выйти за рамки...

Ехидна сменила взгляд. Теперь он был острым, хищным. Она ловко завязала волосы в высокий хвост, зафиксировав их резинкой.

Дождь потихоньку спадал.

— Ты не можешь быть вне себя... ты так не задуман... — она усмехнулась,

— Можно, конечно, вскрыть себе горло... упасть с высоты... и тогда ты точно выберешься из своего бренного тела! Ххе-хе-хе-хе... Можешь сделать один из сотен тысяч вариантов прямо здесь, при мне.

Ехидна наконец подняла взгляд, закончив с прической, и властно поставила кулак на бедро, ожидая его хода.

Арти поправил лезвие в руке. Его глаза сузились.

— Знаешь, даже с этой мыслью, у меня все еще есть шанс спасти хотя бы свой маленький мирок... и...

Он оборвал сам себя, срываясь на крик:

— ДАВАЙ ЛУЧШЕ Я ПОКАЖУ! Как очередной раз твоя голова отлетает от тела!

...

Арти мгновенно сделал рывок вперед! Реальность за его спиной взвыла.Он вытянул свое черно-белое лезвие, целясь ей в сердце, намереваясь проткнуть её на сверхзвуковой скорости, и...

Пространство в глазах Арти начало искажаться. Коридор парка вытянулся, сужаясь вокруг него в бесконечный, спиральный туннель! Расстояние до Ехидны стало абсолютным. Сколько бы он ни бежал, он словно стоял на месте, не в силах достигнуть цели.

ЩЕЛК.

Моргание — и он стоит ровно там же, где и был секунду назад. В стартовой точке.

Ехидна стояла напротив и игриво пожала плечами, будто говоря: «Мол, я тут ни при чем, лол! Это всё физика!»

Арти еще раз рванул с места!Широкий, рубящий размах сверху вниз.Ехидна лишь легонько отклонилась в сторону. Но вместе с её движением накренился весь мир. Гравитация, горизонт, деревья — всё последовало за её наклоном.Арти, потеряв точку опоры в свихнувшемся пространстве, промахнулся и под инерцией своего же удара рухнул на бок, а затем распластался асфальте.

Он не стал тратить время на подъём. И быстро вскочил и с разворота — "вертушкой" — ударил ногой прямо в её блок!Затем —Фазовый Прыжок! Прямо в неё, чтобы разорвать её изнутри!

БАМ!

Эффекта прохождения не было. Он отскочил от её ауры, как резиновый мячик от бетонной стены, отлетая назад.

Арти приземлился на ноги и вдруг увидел на груди своей куртки, прямо на сердце, черную выжженную метку.

Ехидна медленно развернула ладонь, показывая точно такую же печать на своей коже.

Печать на её руке чуть загорелась.В ту же секунду тень Арти за его спиной ожила. Из чернильной плоскости вырвалась чудовищная черная рука, пробила его грудь насквозь сзади, с хлюпаньем вырвала сердце и утащила его обратно в тень.

Печать щелкнула еще раз.

Арти стоял с дырой в груди. Секунда тишины.Взгляд его остекленел...

А затем — ГЛЮК!

Реальность моргнула.Прыжок прямо в Ехидну!Он уже был цел и невредим.

Удар!Ехидна лениво выставила блок рукой.Но от резкого контакта куча проекций Ехидны — её прошлые кадры, её варианты движений — полетели назад, повторяя каждое её действие с задержкой, как шлейф в лагающей игре.

Вместо того чтобы бить «настоящую» Ехидну, он облетел чуть сбоку, схватил одну из её проекций за руку, буквально вырывая фантом из временного ряда, и резко, с разворота пнул этот «кадр» в живот.

Эта проекция сложилась и стала оригиналом!

— Угх!

Ехидну отбросило. Она проскользила босыми ногами по мокрому асфальту, как по льду, оставляя за собой дымящийся шлейф, и остановилась метрах в десяти.

Она выпрямилась, отряхивая невидимую пыль.— Ух ты! — в её голосе было искреннее удивление. Она осмотрела свою руку, на которой остался след от захвата. — Весело мне будет в таком театре!

Арти размял кулак, чувствуя, как восстанавливается его тело после «смерти», и поправил лезвие катаны.

— Но в театре люди и дохнут по-настоящему, — он сплюнул кровь, которой секунду назад не было. — Ты не в курсе? А?

И он снова рванул вперед, замахиваясь лезвием. Воздух вокруг клинка выл от напряжения.

Ехидна даже не шелохнулась. Она просто сунула руку в пустоту и, словно фокусник, достала круглую табличку на деревянной ножке. На белом фоне была нарисована черная катана, перечеркнутая жирной красной линией.Подпись гласила: «Никакого холодного оружия!»

Она расплылась в издевательской улыбке.

Арти посмотрел на свою руку. Его клинок растворился в пикселях.Но инерцию было не остановить.Вместо того чтобы замереть, он сжал пустую ладонь в кулак и, вложив в удар остатки скорости, вмазал ей прямо в лицо!

БАМ!

Голова Ехидны дернулась, она чуть накренилась назад, теряя свою идеальную осанку.

Она медленно выпрямилась, касаясь пальцами лица. На её бледной щеке осталась широкая, сочащаяся тьмой ссадина.

Ехидна посмотрела на Арти с недоумением, которое тут же сменилось холодной злостью.

— Эй! Нарушаем правила?! — прошипела она.

Затем Ехидна замахнулась в ответ. Удар сжатый в кулак с размаха, но для Арти она была подобна удару поезда.

ХРЯСЬ!

Удар пришелся ему в челюсть. Раздался тошнотворный хруст.Арти отлетел на пару шагов, чуть охреневая от боли. Его челюсть была выбита и висела неестественно криво, а часть кожи на горле просто лопнула, обнажая мышцы. Он попытался что-то сказать, но изо рта вырвалось лишь бульканье.

Ехидна провела ладонью по своей щеке. Царапина исчезла без следа. Она снова игриво пожала плечами, мол показывая: "Я тоже так могу! И сильнее!"

Арти сделал фазовый шаг и снова бросился в атаку!Прыжок!Удар ногой!Ехидна теперь зеркалила его движения. Она двигалась с той же скоростью, блокируя каждый выпад.Рука! Блок. Еще рука! Блок.Арти попытался ударить головой, но Ехидна сделала то же самое.

СТУК!

Лбами они столкнулись с такой силой, что по парку прошла ударная волна. Но отлетел именно Арти. Он упал на спину перед ней, тяжело дыша.

Ехидна встала над ним. Её тень накрыла его полностью.И тут перспектива сломалась.В глазах Арти она начала расти. Выше деревьев, выше облаков. Или это он уменьшился до размера насекомого?Она смотрела на него сверху вниз, властно и безразлично.

Она медленно занесла гигантскую ладонь над головой, собираясь прихлопнуть его как муравья.

— БУМ!

Ладонь опустилась.Но вместо того чтобы раздавить Арти в лепешку, удар разбил саму реальность.Осколки "сцены" — деревья, небо, асфальт — разлетелись как разбитое зеркало. Их обоих подхватило вихрем и швырнуло дальше, в глубину парка.

...

Арти приземлился на траву, перекатившись через плечо. Он был весь в грязи и запыхался.

Ехидна уже стояла неподалеку. Она неторопливо прогуливалась вдоль аллеи, обводя его скучающим взглядом.

— Когда выдохнешься... — начала она наставительным тоном, — ты начнешь использовать жизненные силы своего тела... Сначала сгорят мышцы, потом органы, а потом ты просто умрешь...

Она остановилась у края парка и с наигранным сожалением посмотрела на дорогу, где изредка проносились машины, освещая ночь фарами.

— Тебе оно надо? — тихо спросила она, не оборачиваясь.

Арти лишь злобно прохрипел, пытаясь восстановить дыхание.

Ехидна снова к нему развернулась, и её глаза блеснули в темноте.

— Хотя чего таить... — она улыбнулась. — Это я и так могу знать...

Арти, встал и снова вызвал своё черно-белое лезвие. Глитчи вокруг него затрещали с новой силой.

Ехидна лишь лениво повела рукой в воздухе, и тени сгустились в её ладони, формируя длинный, идеально гладкий черный шест.

Снова рванул в атаку!

Ехидна не сражалась. Она танцевала.Её движения были плавными, тягучими, словно она двигалась под музыку, которую слышала только она.Арти наносил удары. Но каждый раз, когда Ехидна ставила ленивый блок своим шестом, рана открывалась на теле Арти!

Удар! — Блок. — На плече Арти появился глубокий порез.Удар! — Блок. — На бедре расцвела рваная рана.Удар! — Блок. — Кровь брызнула из его бока.

На пятый удар Арти, поняв, что так он просто убьет сам себя, завис в воздухе.Глитч!Он резко сменил свой код, «лагая» в пространстве, и ударил по совершенно другой, ломаной траектории, пытаясь обойти её защиту.

Но Ехидна зевнула и просто выставила шест в сторону.ВЖУХ!Она отразила и это. Лезвие шеста скользнуло по его предплечью и начисто отсекло ему кисть вместе с оружием.

Еще удар! Еще одна рана на теле.

Следом — широкий замах шестом, нацеленный снести ему голову.

Арти, захлебываясь от боли, активировал Прыжок назад.Он материализовался в десяти метрах, тяжело дыша. Уже целый, без ран и с рукой.

Ехидна поставила шест вертикально.Затем подняла руки к груди. На одной ладони она растопырила пять пальцев, на другой — два (знак «V»). И соединила их в единую картину перед лицом.

— Семь... — произнесла она с упреком.

Стерильный свет ламп дневного света ударил по глазам. Запах озона сменился запахом дешевого кофе и принтерной краски.Парка не было. Дождя не было.

Арти сидел на неудобном стуле. На нём была не рваная куртка, а мятая белая рубашка и галстук.Напротив, за массивным дорогим столом из красного дерева, сидела Ехидна.На ней был строгий офисный костюм, очки в тонкой оправе и бейджик «Boss / PureChaos Inc.».

Офисная Ехидна постукивала ручкой по столу.— Семь! Это уже седьмой раз, Арти! — её голос был строгим, как у стервозной начальницы. — Сколько можно уже тебя терпеть?!

Арти открыл рот, чувствуя, как голос срывается на хрип:— Ну... это не по моей вине! Отчеты компании... логистика и подрядчики... Вы же все видите! — он оправдывался машинально, даже не понимая, о чем говорит.

— Аргх! — Ехидна резко встала, упираясь ладонями в столешницу. — Как же меня задолбало выслушивать это нытьё! Знаешь что...

Она нависла над ним.— Ты уволен! Вот так, официально! Пошел вон!

Арти сжал кулаки. Обида, мелочная и человеческая, захлестнула его. Он со всей силы треснул кулаком по столу.— Да черт тебя дери!..

И тут мысль пронзила его, как молния:"Что-то не так... Почему я здесь? Это я?"

Офисная Ехидна перехватила его взгляд. Она схватила белую керамическую кружку с дымящимся кофе.— Задолбал уже! — рявкнула она и со всей дури швырнула кружку ему в лицо.

Кружка летела медленно. Арти видел каждую каплю кофе, вылетающую из неё.БАМ!

Сцена разлетелась на миллион осколков, как витрина.

Офис исчез.Арти стоял в парке под дождем.Та самая "кружка", которая в него прилетела, была ударом

Удар снес ему половину бока и правую руку под корень.Арти тупо смотрел на дыру в своем теле, сквозь которую было видно деревья позади. Кровь и кишки, все свисало и капало.

Ехидна стояла прямо перед ним. В её руках был не кофе, а черный шест. Её взгляд был ледяным.Она уже замахивалась, чтобы снести ему голову финальным ударом, пока он был в шоке от иллюзии.

Инстинкт самосохранения сработал быстрее мозга.ГЛЮК!

Арти снова отпрыгнул назад, оставляя на месте удара шлейф из синих искр. Лезвие шеста рассекло воздух там, где секунду назад была его шея.

Он упал на одно колено.— Аргх... блять! — прохрипел он.

Ехидна остановила шест. Она посмотрела на него, потом на своё оружие, и едва заметно фыркнула.

— Тц... — она цокнула языком с досадой. — И как самой "Деве Хаоса" можно даже на себя понадеяться? М?