Возвращение будней и надвигающаяся тревога

Чуть в стороне от центрального района Халиана, ближе к северу, лежал один квартал. Мощёные камнем улицы там были разбиты, а подозрительные переулки, где на обочинах валялись бездомные, не шли ни в какое сравнение с ухоженными торговыми улицами.

Ранним утром по такому месту уверенно шагал один крупный мужчина. Без выражения на лице, но с острым взглядом и безупречной манерой держаться, он сам собой давил на окружающих. Ростом он был под два метра. Назвать его просто высоким мешало, пожалуй, натренированное тело, заметное даже под одеждой: слово «исполинский» подходило куда лучше.

— Угу.

Гигант удовлетворённо кивнул, словно сам себе.

Зиг Крейн, наёмник, прибывший с далёкого континента, отделился от своей подопечной Сиаши и предавался любимому занятию: обходил лавки в переулках. Сиаша, до глубокой ночи зачитывавшаяся книгами по магии, сейчас без задних ног спала в гостинице.

— Вот так находка.

С грязноватой бутылкой вина в руке он шёл легко и в прекрасном настроении. Пока Зиг бродил по лавке старьёвщика, торговавшей буквально чем угодно, ему на глаза попалось старое вино — скорее всего краденое, — которое за бесценок стояло среди дешёвой выпивки. Впрочем, не только это вино: почти всё в той лавке, пожалуй, было краденым.

Когда он его увидел, глаза у него невольно расширились, но он всё-таки сумел купить бутылку так, чтобы себя не выдать.

В местном алкоголе Зиг ещё только разбирался, однако хорошее вино, похоже, везде делали примерно одинаково. Он внимательно осмотрел бутылку, проверил год и состояние содержимого, и его опыт и чутьё подсказали: это славный напиток.

— Нужно раздобыть закуску, которая к нему подойдёт. Где в этом городе была лавка с сыром?..

Зиг любил выпить, но закуску ценил ещё выше. Он относился к тем любителям алкоголя, для кого на первом месте стояла еда: они не столько подбирали закуску к напитку, сколько выбирали напиток под закуску.

Правда, когда ему попадался такой хороший алкоголь, как сейчас, правило переставало действовать.

— Сыр хорош, но к выдержанному вину и мясное блюдо трудно сбросить со счётов...

— Ах ты, дрянь! Совсем берега попутала, сучка?!

Пока он шагал, в отличном настроении обдумывая закуску, до него донёсся мужской рёв.

Драка это была или вымогательство — в любом случае подобное здесь случалось часто, так что Зиг не обратил внимания и собирался пройти мимо. Место было такое: из-за подобной мелочи никто не поднимал шум.

— Отпусти, шушера. Прежде чем нарываться, выбирай противника.

Голос прозвучал тихо, но в нём хватало низкой угрозы.

Однако, заметив, что голос принадлежит молодой женщине, Зиг почему-то остановился и посмотрел в ту сторону.

Там трое мужчин, похожих на уличную шпану, прижали к стене одну женщину. У окружённой были каштановые волосы, ровно подстриженные у плеч.

На первый взгляд ей можно было дать лет пятнадцать—восемнадцать, но уверенности не было. Сомнение возникало из-за глаз: они не казались глазами девочки её лет.

Острый взгляд, несмотря на молодость, выдавал в ней стать; даже перед тремя взрослыми мужчинами она ничуть не дрогнула и спокойно стояла, скрестив руки на груди. Одежда не броская, но сшита дорого — было видно, что она, вероятно, девушка из довольно состоятельной семьи.

Перед мужчинами, которые размахивали ножами и пытались её запугать, женщина скучала так, словно смотрела на тявкающих шавок. Было очевидно: этой шпане не хватало ни калибра, ни уровня — а скорее всего и того и другого.

Сколько её ни пугали, женщина не выказала ни тени страха, и терпение мужчин лопнуло.

— Вот как? Тогда придётся тебе хлебнуть боли!

Кулак, выброшенный вместе с руганью, понёсся к её лицу. Удар был грубым, силовым, без малейшей остроты, но чтобы избить одну молодую женщину, такой силы хватало.

Однако и Зиг, и сама женщина смотрели на это с откровенной скукой.

Она уклонилась от кулака, летевшего ей в лицо, в самый последний миг. Промахнувшаяся рука по инерции с силой врезалась в стену.

— А-а-ай?!

Женщина схватила мужчину за запястье, дёрнула его, пока тот морщился от боли, сменила позицию так, словно поменялась с ним местами, положила ладонь ему на затылок и впечатала лицом в стену. Глухой удар и сухой хруст сломанной переносицы прозвучали одновременно.

Из-под руки, которой он прижал ушибленное место, потекла кровь из носа; мужчина пошатнулся, и резкий, словно вихрь, лоу-кик снёс ему обе ноги.

Оставив в воздухе выбитые передние зубы и брызги крови, мужчина рухнул на землю, не сумев даже сгруппироваться.

— ...А?

Расправившись с одним, женщина двинулась дальше. Ботинками она твёрдо ступила по разбитой мостовой и ударила в пах мужчине слева, застывшему от изумления. Жёсткий носок ботинка впился ему в промежность с гибельным звуком и подарил ощущение потери, будто у него отняли половину тела.

Когда тот невольно согнулся, женщина перепрыгнула через его спину, уходя от последнего, который попытался схватить её сзади, а затем пнула согнувшегося в зад и столкнула его с нападавшим.

— Ты... эй, слезь...

— Медленно!

Один выкрик — и удар. Опорной ногой она вцепилась в землю и, скручивая корпус, провела высокий удар пяткой с разворота назад.

Пятка, набравшая центробежную силу вместе с выдохом, пробила подбородок потерявшего равновесие противника. Мозг его встряхнуло, и мужчина осел, как марионетка с перерезанными нитями.

— Тебе ещё лет десять рано лапы ко мне тянуть.

В мгновение ока разделавшись с троицей, женщина хлопнула ладонями, словно отряхивала руки, и сплюнула слова. Раз уж она могла так лихо бросать вызов, её техника действительно была великолепна: ни преимущество в телосложении, ни численность её не смутили.

— ...Ну? И ты там тоже хочешь хлебнуть боли?

Затем она перевела взгляд на Зига, который всё это время наблюдал со стороны. При виде его огромного тела и повадки, явно отличавшейся от той шпаны, женщина напряглась.

Выдержав опасный взгляд, Зиг пожал плечами и указал на неё пальцем. Женщина нахмурилась, не понимая, что он делает, но Зиг, не обращая на это внимания, сказал самым обычным тоном:

— Я бы сказал, что это было мастерски... но ты забыла сохранять боевую готовность после удара.

— ?!

В ту же секунду, когда она поняла, что палец указывает ей за спину, сзади возникло чужое присутствие. Женщина, доверившись вставшим дыбом волоскам на шее и своему чутью, обернулась и выставила защиту.

В следующий миг её ударило с такой силой, что показалось — руку сейчас оторвёт.

В качнувшемся поле зрения она увидела мужчину, которого свалила первым. Она решила, что вывела его из строя, но он успел подняться и броситься на неё с кулаками.

Удачей было уже то, что она полностью закрылась от внезапного удара, однако чудовищная сила, будто он стал другим человеком, отбросила её прочь.

— Кх!..

Маленькое тело улетело вбок и врезалось в стену напротив той, о которую она недавно приложила мужчину.

От удара её зрение поплыло, звук на миг исчез, а воздух выбило из лёгких. Затылок она кое-как уберегла, но спиной влетела в стену так сильно, что дыхание на секунду оборвалось.

Она кое-как поднялась на дрожащих ногах, но головокружение не проходило; чтобы снова двигаться нормально, ей явно требовалось время.

Противник был не настолько глуп, чтобы дать ей эту передышку.

— Чёрт, просчиталась...

— Хи... хи-хи-хи. Б-баба, а дерёшься больно-то, а-а...!

Мужчина приближался с расширенными зрачками и налитыми кровью глазами.

Вопреки словам, он не выказывал боли, хотя зубы у него были сломаны, а изо рта и носа текла кровь. Пульс бился бешено, и с первого взгляда было ясно, что он не в нормальном состоянии.

Заметив его нижнюю часть тела, слишком явно выдававшую возбуждение, женщина поняла, что с ней собираются сделать, и отчаянно попыталась заставить тело двигаться. Даже понимая, что не успеет.

Его жуткое приближение внезапно остановилось.

— Впервые вижу идиота, который использует боевой наркотик для такой ничтожной пакости.

Зиг, вклинившийся между ними, с озадаченным раздражением наблюдал за мужчиной.

Полностью расширенные зрачки, пенистая слюна в уголках рта, едва заметно пульсирующее тело и судороги — по ним, а также по той нечеловеческой силе Зиг предположил, что наркотик был довольно мощным.

Увидев Зига, вставшего у него на пути, мужчина возбуждённо задышал.

— Ч-что, ты кто такой? П-помешаешь — убью!!

Скорость, намного превосходившая возможности самого мужчины, разрушала и его собственное тело; такой ценой он бросился вперёд с звериной быстротой.

Но если этот мужчина был зверем, то Зиг был чудовищем.

— Мусору место в мусорной куче.

Зиг легко отвёл удар с сорванным предохранителем, развернулся и вонзил в живот мужчины встречный удар ногой на среднем уровне.

Не издав ни звука, тот нелепо улетел прочь и головой вперёд врезался в груду собранного мусора. Мусор смягчил падение, так что он не умер, но на этот раз окончательно потерял сознание.

Убедившись в этом и сохранив боевую готовность, Зиг опустил руки.

— Контролировать боевые наркотики хлопотно, но если подумать, что они могут попасть даже к таким дуракам, запрет вполне разумен. Не та это вещь, которую можно пускать в ход в грызне сопляков...

Наркотики, вытягивающие силу за пределы физических ограничений, на континенте Зига тоже обращались, но поскольку необученный человек, воспользовавшись ими легкомысленно, мог остаться с увечьем, городская шпана почти никогда к ним не прикасалась.

Все достаточно хорошо понимали опасность.

Если силой снять предохранители и заставить тело пользоваться мощью, которую оно обычно сдерживает, самому телу будет нанесён серьёзный ущерб.

Человек, не прошедший подготовки, чтобы закалить тело, способное это выдержать, и не научившийся определять грань, за которой оно ломается, воспользуется силой без меры — и последствия станут необратимыми.

Мужчину Зиг вырубил до того, как тот окончательно себя сломал, так что тяжёлых последствий, вероятно, не будет. Хотя завтра ему придётся отлежаться.

— ...Ты кто такой?

Обернувшись на голос, Зиг увидел, что та самая женщина настороженно смотрит на него.

Судя по тому, как она привалилась к стене, недавний удар ещё не отпустил её, но держалась она достойно.

Даже сейчас она пыталась разгадать Зига и выжидала момент для побега.

— Проходящий мимо наёмник. Не собирался вмешиваться... но когда он пустил в ход наркотик, как-то само вышло.

— Наёмник... Значит, ты не человек Кантареллы?

Услышав это, Зиг понял, что женщина связана с мафией.

Если так, становились понятны и её глаза, и её железное самообладание. Даже неуместно дорогая одежда подходила бы дочери кого-нибудь из мафиозной верхушки.

Услышав слово «наёмник», женщина так и не перестала настороженно смотреть на него. Ничего удивительного. Пусть он и не был человеком вражеской организации, репутация наёмников в этом городе была довольно скверной.

— За плату могу встать на чью угодно сторону, но поддерживать какую-то одну силу не собираюсь.

— Хм. В итоге всё равно деньги. ...И сколько я должна за это?

Она презрительно фыркнула и полезла за пазуху, собираясь достать кошель. Пусть она не просила помощи, но факт оставался фактом: он выручил её в опасный момент.

Однако, когда Зиг жестом остановил её, женщина подозрительно нахмурилась.

— Договора у нас не было. И за такое отребье денег не беру.

— ...Это такой намёк на то, что я проиграла отребью?

— Понимай как хочешь.

— Эй, погоди!

Зигу всё это надоело, и он, ответив кое-как, развернулся, игнорируя оклик.

Его мысли уже переключились на поиски закуски, подходящей к вину. Чтобы насладиться выходным, Зиг быстро зашагал прочь.

†

— Что это вообще за тип был?..

Проводив взглядом мужчину, который её выручил, женщина вспомнила, что даже не поблагодарила его, и скривилась. В её положении насторожиться к чужаку в той ситуации было естественно, но и остаться в долгу после спасения тоже было как-то не по себе.

Тут появился мужчина в тренче, приведя с собой нескольких подчинённых. Заметив женщину, они встревоженно бросились к ней.

— Госпожа! Наконец-то нашли вас!

— ...Ванно?

Увидев знакомого, женщина наконец сняла настороженность. Для обычного человека этот средних лет мужчина с сомнительной физиономией выглядел бы подозрительно, но для неё он был старым знакомым, с которым давно всё понятно.

Потрёпанный мужчина средних лет выровнял сбившееся дыхание и обратился к женщине, которую назвал госпожой.

— Не годится вам одной разгуливать, нам же хлопот... А это кто такие?

Заметив валяющихся вокруг мужчин, Ванно присел рядом.

Идиотской физиономии с пеной у рта и раздавленной промежностью он не припоминал.

— Шпана. Прицепились ко мне, вот я их немного и проучила.

Услышав это, Ванно не смог не вздохнуть. Как же надо было не знать своего места. Для людей из этих кварталов невежество порой бывало грехом глубже моря.

— Какой же болван вздумал в этих местах на госпожу пасть раскрыть...

— Может, не просто болван. Один из них был под наркотиком.

— ...Чего-о?

От слов женщины лицо Ванно изменилось. Прежнее вялое выражение в одно мгновение пропало, и в нём проступил человек, проживший жизнь в подпольном мире.

Он посмотрел туда, куда она указала подбородком, и увидел мужчину, лежавшего среди разбросанного мусора. Ванно велел подчинённым вытащить его и обыскать; при нём нашли использованный шприц.

— Какие симптомы были?

— Возбуждение и ненормальная сила. Похоже, боли он тоже не чувствовал.

— Да это ж самый настоящий боевой наркотик... Дерьмо, расходиться начало быстрее, чем думали... Погодите, это вы его уложили, госпожа?

Женщина горько поморщилась и покачала головой.

Она вышла без охраны, решив, что уж с ней-то всё будет в порядке, и теперь оказалась в таком виде. Выглядело это не слишком достойно, но сейчас было не до того.

— Помог какой-то проходивший мимо наёмник.

— Наёмник?.. То есть одна шпана прибила другую, что ли?

— ...Шпана, говоришь. Как-то не сходится у меня называть так мужика, похожего на каменную глыбу.

Реакция Ванно была вполне обычной.

В этих краях всякий, кто называл себя наёмником, чаще всего был почти той же шпаной, только чуть более матёрой. Те, кто не смог стать ни авантюристом, ни солдатом, ни тем более мафиози, добывали насилием дневной заработок.

Да и это насилие, если перейти меру, привлекало внимание настоящих профессионалов, так что направлять его они могли лишь на слабых или на тех, чьё положение не позволяло дать отпор.

Но тот мужчина, как ей казалось, был другой породы.

Его равнодушие к деньгам и спокойная манера держаться были слишком далеки от образа наёмника, который она знала.

(...Странный он был.)

Их встреча явно оказалась случайной. Судя по тому, что он ушёл, ничего не потребовав и даже не пытаясь вступить в контакт, к этому делу он, скорее всего, не имел отношения. Но немного заинтересовал её. ...Заинтересовал — да, но сейчас были вещи важнее.

— Ванно, выясни, откуда у этого взялось. Не думаю, что это никак не связано с наркотиками, которые начали ходить в последнее время.

— Понял. ...Эй, тащите этих придурков в контору. Пусть выложат всё. Семья, друзья, круг общения, любимые забегаловки — выверните всё.

Подчинённые Ванно пришли в движение по его приказу.

Мафия, пустившая корни в городе, невероятно быстро вытаскивала сведения о таких отдельных людях. Насилие, деньги, угрозы — используя всё это, она могла собирать информацию со всех сторон. За пару дней можно было выяснить о любом всё до последней мелочи.

— Что думаешь об этом деле?

Ванно сунул в рот сигару, прикурил и задумался.

— ...Не слыхал, чтобы у Кантареллы были такие движения. Они и так поконсервативней нас будут. У нас тех, кто мог бы сморозить такую дурь, уже тоже не осталось.

На его бормотание женщина скривилась от отвращения, вспомнив, что совсем недавно натворил один из своих. Даже для мафии, где преступления были делом повседневным, существовали черты, которые нельзя переступать.

Торговля людьми с похищением жителей города, да ещё охота именно на детей, была одной из таких черт.

Дело было вовсе не в этике. Если бы речь шла о беспризорниках без родителей, это одно; но похищать детей жителей, которые платят налоги, было слишком рискованно. Тогда, похоже, целью выбрали чужаков, чтобы не так легко попасться на глаза военной полиции, но это уже несло риск другого рода. Один неверный шаг — и дело едва не дошло бы до большой войны.

К слову, того человека уже заставили ответить по правилам, и больше он никогда не появится.

— Вздумал же заняться торговлей людьми, идиот... Нет, хватит о тех, кого уже нет. Значит, всё-таки Аггретия... Муторно.

— И это тоже проверю. Я тогда пошёл. Госпожа, вы тоже берегите себя.

Ванно уже собирался самому отправиться собирать сведения. Он развернулся, тряхнув полами тренча, но женщина окликнула его в спину.

— А, и ещё. Есть кое-что, что я хочу узнать.

— Что такое, госпожа?

Она уже собиралась назвать поручение, но только теперь поняла, что не знает даже имени того мужчины. Женщина задумалась, как бы объяснить, и вспомнила: за спиной у него было редкое оружие.

— Э-э... Как называется оружие, у которого клинки на обоих концах рукояти? Найди мне наёмника с такой штукой.

— Я в оружии не особо силён, так что названия не скажу. Но штука приметная, проверим — быстро поймём... Срочно?

— Нет, между делом сойдёт. И телосложение у него очень заметное, так что выделяться должен.

— Понял.

Пусть она и не просила его о помощи, но быть спасённой и даже не сказать спасибо противоречило её принципам. На деле без того мужчины ситуация действительно могла стать совсем скверной.

— А, совсем забыл: когда выходите наружу, берите нас с собой, а то нам хлопотно. Как бы госпожа ни была уверена в своих кулаках, нельзя сказать, что такое, как сегодня, больше не случится!

— Поняла, поняла. Буду осторожна.

Женщина развернулась, отвечая вполуха, и Ванно вздохнул ей вслед.

— И характер, и смелость у неё что надо, но вот эту вольницу бы как-то приструнить... Молодость, что ли?

При этом слова о крупном мужчине с редким оружием зацепили его.

Сведения о человеке в маске, который прежде сотрудничал с Джинсу-я, никак не попадали ему в руки.

Крупный мужчина, пользующийся нагинатой или похожим оружием, да ещё и умелец, должен был бы заметно сузить круг поисков.

— Госпожа говорила про здоровенного наёмника и редкое оружие... Неужто?.. Да нет. Будь всё так удобно, никто бы не мучился.

†

Средняя часть склонов гор Фуэлле. Эта земля богата рудными ресурсами и потому, несмотря на частое появление чудовищ, всегда кишит горняками, которые приходят за этими ресурсами. Недавно возникшая массовая вспышка чудовищ уже была подавлена, а сейчас частота их появления заметно упала, так что для добычи это была самая доходная пора.

В обычное время среди вздымающихся отвесных скал здесь повсюду можно было бы увидеть мужчин, поднимающих кирки ради добычи руды.

И в таком месте сейчас бесновалось одно чудовище.

В длину, если считать до кончика хвоста, оно достигало примерно четырёх метров. Двуногое ящероподобное чудовище с заострённой, как у гадюки, головой яростно угрожало врагам.

Главной его особенностью был хвост. Хвостовая кость разрослась ненормально сильно, настолько, что её можно было принять за огромный молот; каждый взмах разбивал задетые камни вдребезги. При том что чудовище таскало за собой такую тяжёлую кость, двигалось оно проворно и, похоже, даже могло прыгать на развитых ногах.

— Ух ты! Это же молотоящер, господин Зиг!

Сиаша восторженно вскрикнула, но Зигу сейчас было не до того.

Чудовище, перевернувшись в воздухе, обрушило хвост вниз. Развитая хвостовая кость, похожая на могучий молот, от которого, вероятно, и пошло название, с чудовищным грохотом ударила в место, откуда Зиг успел отскочить.

— Серьёзная мощь.

Краем глаза отметив, как по твёрдой земле разбежались паутинные трещины, Зиг выставил двухклинковый меч.

Попадание такой силы почти наверняка означало бы мгновенную смерть. Даже если человек был бы в броне, тело внутри не выдержало бы. Но промахнувшийся удар ничего не значил.

— Господин Зиг, постарайтесь убить его так, чтобы хвостовую кость не повредить! Она дорого продаётся.

Тон у неё был беззаботный, но сама Сиаша тоже не играла: она защищала горняков и зачищала мелких чудовищ.

— ...Легко сказать.

Криво усмехнувшись, Зиг отступил от горизонтального взмаха хвостовой кости. Чудовищный напор воздуха ударил по лицу, но взгляд Зига ни на миг не отрывался от врага.

Он не стал принимать следующую вращательную атаку, использующую центробежную силу, и, сильно оттолкнувшись от земли, рванул вперёд, входя вплотную.

Какой бы страшной силой ни обладала эта хвостовая кость, если зайти в мёртвую зону, она становилась всего лишь грузом. Именно потому, что противник обладал опасной атакой, путь к победе открывался за её пределом.

Зиг крепко сжал поднятый над головой двухклинковый меч и обрушил удар, отточенный бесчисленными повторениями и закалённой мускулатурой. Косой рубящий удар верхним лезвием был ничуть не слабее самого молотоящера.

Этот удар был таков, что даже чудовище могло ощутить страх, и молотоящер в последний миг принял его поднятой передней лапой. От чудовищного столкновения по толстым прочным когтям пошли глубокие трещины, но на этом всё не закончилось.

Зиг вложил ещё больше силы, отбил когти в сторону и, скрутив корпус, нижним лезвием словно зацепил одну переднюю лапу и отсёк её.

Из раны хлынула синяя кровь, молотоящер издал пронзительный крик и рефлекторно отдёрнул рассечённую лапу.

— Сдохни.

Двухклинковый меч в руках опустившего центр тяжести Зига смазался, и синяя траектория прочертила прямую линию. Чудовище выгнулось от боли, открыв грудь, и верхнее лезвие вошло в неё колющим ударом. Острый выпад, достойный мастера копья, пробил грудь молотоящера, покрытую каменным панцирем. Панцирь, который, пожалуй, мог сравниться с доспехами тяжёлого пехотинца, раскололся, и молотоящер забился, извергая синюю кровь.

— ...Панцирь увёл удар.

Обтекаемая грудь и прочный панцирь чуть отклонили линию клинка двухклинкового меча, и чудовище едва избежало мгновенной смерти.

Зиг выдернул двухклинковый меч из полубезумно мечущегося чудовища и отступил. Смертельная рана нанесена. Оставалось лишь держаться подальше, чтобы не попасть под его судороги, и ждать, пока оно умрёт.

— А-а-а-а-а-а?! Не сюда-а!

— ...Так не выйдет.

Умирающее чудовище, беснуясь, рвануло совсем в другую сторону, и стоявший там горняк завопил. За безопасность этих людей они тоже отвечали по нынешней просьбе, так что игнорировать это было нельзя.

Тем временем чудовище продолжало двигаться. Зиг мог броситься сейчас и зарубить его, но тогда инерция не остановилась бы и, возможно, подмяла бы горняка.

— Способ, конечно, не из тех, за которые хвалят.

Пробормотав это, Зиг взял двухклинковый меч на манер метательного копья и поднял левую руку перед глазами, выверяя прицел.

В бою метать оружие обычно не рекомендовалось. Промахнёшься — и придётся безоружным сражаться с вооружённым противником; даже если попадёшь и убьёшь врага, никто не сказал, что враг был один. Но сейчас было не до таких правил.

В тот самый миг, когда Зиг напряг правую руку с двухклинковым мечом, земля перед чудовищем внезапно пришла в движение. Почва неестественно вздыбилась и образовала один кол высотой примерно с самого Зига. Конусообразный кол стоял наискось, словно встречая корпус чудовища.

У полумёртвого чудовища не было никакой возможности уклониться от внезапно возникшего перед ним кола, и оно на всём ходу врезалось в него.

До места, где стоял Зиг, докатился гул земли и тяжёлый, пробирающий до живота рокот, будто взорвалась огненная магия.

Земляное копьё, выставленное так, словно ожидало кавалерийскую атаку, использовало собственный разбег чудовища и пронзило его. Кол вошёл так, будто разрывал уже пробитый Зигом корпус; его остриё показалось из спины, и он окончательно отнял у чудовища жизнь.

— Ух, вот выручили. Ну вы и сильные!

— Нет-нет. Это вам спасибо, что помогли перевезти материалы чудовища.

У транспортного камня.

Сиаша кланялась горнякам, которые помогли перевезти материалы чудовища, не помещавшиеся на одну только тележку. Те в ответ спешно кланялись ей.

— Это нам надо благодарить. Мы ведь думали, что попросили всего-то разобраться с чудовищами на рабочей площадке, а тут вдруг молотоящер... Наша ошибка с сообщением. Правда, простите.

После того как разные дела, мешавшие авантюристской работе, были урегулированы, Сиаша и Зиг взяли в гильдии задание.

В горах Фуэлле, где из-за массового появления каменных червей отряд зачистки провёл одновременное истребление, активность чудовищ успокоилась. Горняки вернулись на рабочую площадку — и обнаружили, что там, как назло, устроили логово чудовища. Впрочем, чудовища были мелкими, да и числом не так уж велики, поэтому в гильдии это оформили как задание на зачистку примерно седьмого класса. Двое приняли его и в сопровождении горняков отправились на место, где во время зачистки и ворвался молотоящер.

Редко, но бывает, что угрозу намеренно занижают, чтобы сбить плату за задание; однако здесь, скорее всего, дело было не в этом. Задание официально выдала Гильдия торговцев и ремесленников, а они не настолько глупы, чтобы ради такой мелкой экономии создавать трения с Гильдией авантюристов.

— Я как следует доложу об этом, чтобы пересмотрели уровень угрозы задания и ещё раз проверили награду.

— Буду признательна.

Горняк ещё раз поклонился улыбающейся Сиаше и первым отправился к гильдии через транспортный камень, чтобы сделать доклад; они проводили его взглядом.

Ситуация стала неожиданно опасной, и по-хорошему она могла бы жаловаться, но Сиаша улыбалась очень довольно. Судя по всему, материалы молотоящера были настолько выгодной добычей.

— Господин Зиг, вы тоже хорошо поработали.

— Нет, в конце ты меня выручила. Я мог покалечить их.

Даже если бы он убил молотоящера броском, его инерция полностью не исчезла бы. Пусть не насмерть, но если под такое крупное чудовище попасть, серьёзных травм не избежать.

— ...Такая огромная шишка и правда так дорого стоит?

Если это говорила Сиаша, перечитавшая несколько справочников, начиная с «Энциклопедии чудовищ», она, вероятно, не ошибалась. И всё же поверить, что эта хвостовая кость, похожая только на камень странной формы, имеет ценность, было трудно.

— Снаружи эта хвостовая кость, конечно, такая, но внутри она невероятно красивая. Полосатый узор похож на годичные кольца дерева, и после обработки из неё получаются хорошие ремесленные изделия. Говорят, чем старше особь, тем глубже становится узор.

— Хм... При том как грубо оно размахивает этим хвостом, применение у него, оказывается, на редкость изящное.

— Как материал для оружия и доспехов он тоже, говорят, превосходен. Довольно лёгкий, прочный, да ещё и хорошо держит удар, так что подходит для шлемов и щитов. ...Только если сделать из него не вооружение, а ремесленные изделия, продать их можно куда дороже, поэтому на рынке он почти не появляется. В этом смысле, похоже, он даже редче снаряжения из драконьих материалов. Всё-таки в мире главное — деньги!

— ...Какая-то совсем не изящная история.

За такой болтовнёй они направились к транспортному камню.

Гильдия, куда они наведывались уже столько раз, что её можно было назвать привычной, сегодня тоже кипела жизнью. Для Зига, редко задерживавшегося на одном месте, и для Сиаши, долго прожившей всё в одном и том же месте, она уже стала одинаково знакомой.

— Спасибо за труды. Я уже слышала, что произошло. Вот ведь беда... Главное, что вы, Сиаша, целы!

Знакомая уже сотрудница стойки регистрации, Сиан, встретила их бодро. Судя по виду, она хотела что-то сказать насчёт того, что им снова пришлось иметь дело с чудовищем высокой степени угрозы, но, возможно, помнила, какой подавленной Сиаша была на днях, и на этот раз не собиралась особо ворчать.

Её круг общения тоже понемногу расширялся. Если вспомнить всю её прежнюю жизнь ведьмы, это был огромный шаг вперёд и рост.

— ...

Может, ему уже не нужно так часто вмешиваться. Зиг удивился, что поймал себя на этой мысли, а потом понял: его самого прежние товарищи, вероятно, тоже так же опекали.

— Хм.

— ...Что это ты стоишь, скрестив руки, и напускаешь на себя стариковский вид?

Он повернул взгляд на грубую реплику — там стояла Исана, глядя на него с усталым прищуром, будто наблюдала уже неизвестно сколько. Но Зиг был не настолько слаб духом, чтобы вечно цепляться за одну и ту же подначку.

На этот раз, в отличие от недавнего, он тихо фыркнул и бросил вполголоса:

— Потому-то у тебя и друзей нет.

Он не сказал это громко; короткая фраза вполне могла раствориться в шуме толпы. Но их превосходные длинные уши не могли её не уловить.

Исана разинула глаза и рот. Изумрудные глаза стали круглыми, она уставилась на Зига, а затем гневно вздёрнула изящные брови.

— Ч-... Что-о?! Есть у меня друзья!

Её сорвавшийся на визг голос прокатился по гильдии, и со всех сторон к ним обернулись. Не обращая на это внимания, она набросилась на Зига. Хотя сама эта реакция была лучшим доказательством обратного.

— Ты просто не знаешь, какая я обычно! Меня и мечу просят учить, и о душевном настрое воина спрашивают, я очень популярна!

— Жалкое зрелище. Не отличать уважение от дружбы.

Зиг смотрел с жалостью на Исану, которая схватила его за грудки и трясла. Впрочем, жалостные взгляды на неё направлял не только он: часть окружающих тоже смотрела так. Благодаря своим обострённым чувствам Исана это прекрасно понимала. От невыносимого стыда её смуглая кожа пошла краснотой.

— Д-да... к-кх... а... А ты сам-то?! У тебя на втором слове «работа, работа», небось и одного друга нет?!

Загнанная в угол, она, похоже, решила перевести острие на Зига. Раз уж оба без друзей, пусть и позор делят вместе. В её поступке так прозрачно читалось желание утянуть его за собой, что в нём не было ни крупицы гордости воина.

— Зиг, хорошо поработал. Слышал, на задании были неприятности. Ты в порядке? ...Какая-то ссора?

Вмешался представитель народа чешуи Урбас. Заговорив с Зигом, он посмотрел то на Исану, державшую того за грудки, то на самого Зига с выражением, которое, насколько можно было понять, было озадаченным.

— Нет, всё нормально. С работой... просто подвернулся неплохой побочный заработок.

Урбас молча посмотрел на Зига, но, поняв, что тот не пытается делать вид, кивнул.

— ...Понятно. Хорошо.

— Благодарю за заботу.

— ...Э?

Обмен был коротким, но не холодным. А больше всего Исану потрясло то, что Зиг прямо и спокойно поблагодарил.

— Не за что. Мы же друзья.

—

И этим её добили. Руки, хватавшие Зига за грудки, безвольно упали, и она, словно лишившись сил, попятилась. Добравшись до ближайшего стула, она тяжело опустилась и уткнулась лицом в стол.

— Что с ней?

— Не обращай внимания. Таков конец недоучки, не сумевшей распознать разницу в силах.

— Вот как...?

Урбас всё ещё выглядел озадаченным, но, видимо, по-своему принял объяснение, кивнул и оставил тему. Хорошая для авантюриста быстрота переключения.

— ...

Он почувствовал взгляды. Скосив глаза, Зиг увидел, что несколько авантюристов смотрят в их сторону. Это были отрицательные взгляды, никак не дружелюбные, с примесью враждебности и отвращения.

Он слышал, что среди авантюристов правит сила и дискриминация полулюдей там не так уж сильна, но, разумеется, бывают и другие. Чаще всего это мелочь, на которую не стоило обращать внимания; однако в повадке того авантюриста, что сейчас смотрел в их сторону, чувствовалась редкая для таких людей реальная сила. Потому Зиг и заметил взгляд с опозданием. Это немного задело его, но раз Урбас не обращал внимания, поднимать шум самому было бы неправильно.

Урбас перевёл взгляд на Сиашу, которая разговаривала у стойки. На тележке рядом с ней тяжело покоился огромный ком, похожий на каменную глыбу.

— ...Это, случайно, хвостовая кость молотоящера?

— Удивительно, что ты понял. Эта тварь притащила молот туда, где работают кирками, вот я и попросил её удалиться.

Как и следовало ожидать от опытного авантюриста, Урбас с первого взгляда распознал, что это такое. Зигу это было совершенно непонятно, но ветераны, похоже, разбирались. Среди окружающих авантюристов молодёжь смотрела с недоумением, зато чем старше были люди, тем заметнее становился их интерес.

— Да. Все знают материалы, которые могут принести деньги. Но всё равно впечатляет. Значит, особь долго жила.

Пока он, не обращая внимания на неподвижную Исану, разговаривал с Урбасом об авантюристском деле, к ним приблизилась шумная компания. Зиг и остальные — люди крупные — стояли у края, чтобы не мешать проходу, значит, эта компания шла именно к ним.

— О, да это Зиг. Ты и с Урбасом знаком?

— В прошлый раз ты помог.

Окликнули его двое крупных мужчин — Бейтс и Глоу, авантюристы из клана Вадацуми. Видимо, они возвращались с работы. На доспехах, которые они носили, заметно налипла земля.

— Вид у вас серьёзный. На кого охотились?

Урбас, видимо, был знаком с ними как с такими же ветеранами-авантюристами, и заговорил без церемоний.

— Да сегодня денёк выдался. Чудовище, которое в землю зарывается, попалось, так мы теперь с ног до головы в грязи.

— Потому что ты силой поймал убегавшее чудовище, и тебя вместе с ним затянуло.

Бейтс громко расхохотался, а Глоу, как будто устав от него, покачал головой. Как и в обычном поведении, в авантюристской работе роли у них, похоже, были теми же.

Услышав о безрассудстве Бейтса, Урбас криво улыбнулся.

— Безрассудно. Из тех, что здесь зарываются... землеройный червь?

— Гильдия попросила. Честно говоря, противник хлопотный... хотелось отказаться.

— Никогда не слышал о таком чудовище.

Когда Зиг вмешался, услышав незнакомое название чудовища, Бейтс с удовольствием принялся объяснять. Такая любовь к объяснениям была очень на него похожа.

— Если коротко, огромный дождевой червь. Толщиной примерно со взрослого мужчину. Чует вибрации и нападает снизу — неприятная тварь...

— ...Хм?

Зиг перебирал в памяти черты чудовища, показавшиеся ему смутно знакомыми, когда Бейтс, похоже, заметил Исану.

— ...А? Это там расплавилась... Исана?

И нельзя было сказать, что «расплавилась» было преувеличением. Обычно торчавшие длинные уши безвольно обмякли, от прежнего вида не осталось и следа; она расхлябанно вытянула ноги и всё так же лежала лицом на столе. Слова Бейтса она наверняка слышала, но никак не отреагировала.

— Не трогай её.

Он не был воином, но и у наёмников бывает милосердие.

†

— Широкий у господина Зига круг общения...

Глядя на Зига, которого за то недолгое время, пока она отходила, окружили сразу несколько знакомых, Сиаша пробормотала это с восхищением. Пока она сама находила нескольких людей, которым могла хоть немного доверять, вокруг него уже собралось множество знакомых. Судя и по лицу, и по поведению, он вовсе не должен был казаться человеком, к которому легко подступиться.

— Удивительно.

— А, Сиаша!

— Да?

Сиаша, погружённая в мысли, обернулась. Приветливо улыбаясь, ей махала рукой одна знакомая женщина-авантюристка.

— А... кажется, Линдия?

— Точно-точно! Та самая Линдия из временного отряда, где мы раньше были вместе! Давно не виделись.

Девушка с отливающими зеленью каштановыми волосами средней длины была участницей временного отряда, в который Сиашу когда-то ввела Листи.

— ...Д-давно не виделись. Как ваши дела?

Сиаша на миг растерялась из-за разницы в ощущении времени: стоило ли такой срок называть «давно»? Поэтому ответила она чуть с задержкой. И всё же, усвоив приём подстраиваться под собеседника, она естественно произнесла эти слова.

— Да так, вполне неплохо. Сейчас вот немного ломаю голову, какое снаряжение купить... Но не об этом. Я слышала, Сиаша! Ты молотоящера завалила? Вот это да!

— А-а, ну почти всё сделал господин Зиг.

Конечно, она и сама могла бы без проблем его победить, но Сиаша почему-то ответила именно так. Бессознательно она подумала: если показать слишком уж огромную разницу в силе, они могут отдалиться друг от друга.

— А-а, тот страшный с лица дядюшка? Он и правда выглядит сильным.

Не заметив внутреннего конфликта, происходившего в Сиаше, Линдия удовлетворённо кивнула. А затем вдруг схватила Сиашу за плечи и приблизилась к ней вплотную.

— Э-эм...?

Сиаша, к которой редко прикасался кто-то кроме Зига, чуть оробела, но Линдия, не обращая на это внимания, перешла к своему делу.

— Сиаша, не хочешь снова объединиться со мной? Есть одно дело, которое может принести очень хорошие деньги!

— Дело, которое может принести деньги...?

— Да-да. Оно точно выгодное! И снаряжение, которое хочешь, сможешь купить!

— О-о, точно выгодное дело... Я как раз хочу купить одно магическое орудие. ...А, подождите. Господин Зиг говорил мне, что нельзя верить слишком заманчивым предложениям...

— Ой, извини-извини. Это не мутный вольный заказ, а нормальная работа через гильдию, так что всё в порядке. И тому дядюшке я тоже скажу пару слов.

— Тогда... расскажите мне об этом.

Возможно, её собственный круг общения тоже был не так уж узок, как казалось. Пока Линдия оживлённо начинала рассказывать, Сиаша ощутила перемену и в себе самой.

†

На следующий день. Завершив обычную ежедневную тренировку, Зиг бродил по городу.

Торгово-развлекательный район сегодня тоже процветал. В местах, где собирается много людей, всегда возникает соответствующий жар.

Было время перед полуднем. Немного рано, но, может, пообедать до того, как начнётся толпа, — с такой мыслью Зиг, гуляя по оживлённым улицам, подыскивал заведение.

В последнее время аппетит у него усилился, и расходы на еду тоже стали немалыми. Зарабатывать он стал больше, но если учитывать ремонт снаряжения и прочее, слишком тратиться было нельзя.

Поедая вместо перекуса колбасу, зажатую в чёрном хлебе, которую купил у удобного уличного лотка, он прищурился и огляделся.

— ...Хм.

Из-за торгово-развлекательного района вокруг было много людей, и поток прохожих двигался быстро.

Даже в толпе Зиг, намного превосходивший остальных ростом, всё равно заметно выделялся.

Определившись с заведением, он неторопливо направился к нему. Миновав несколько мест, которые обычно, скорее всего, выбрал бы, он остановился на приличного вида заведении, куда ещё не заходил, и отправил в рот остаток хлеба.

Заведение, расположенное в хорошем месте, выглядело куда роскошнее прочих.

Туда входили и оттуда выходили люди в достаточно достойной одежде, и Зиг с оружием за спиной, откровенно говоря, выглядел там не к месту.

— Добро пожаловать.

Однако хорошее заведение означает и хорошо обученный персонал. При виде Зига в неподходящем облике у служащего наверняка возникли свои мысли, но виду он не подал вовсе.

Он несколько настороженно понаблюдал за Зигом, но, решив, что тот не относится ни к пьяницам, ни к буянам, дальше лезть не стал.

Зиг сел на указанное место и стал рассматривать меню, но заказывать сразу не спешил и некоторое время просто сидел так.

Окружающие посетители, которых занимали и вид Зига, и оружие, лежавшее у него сбоку, украдкой поглядывали на него, но сам он совершенно не обращал на это внимания.

Наконец он заказал у служащего только кофе и, ничего особенно не делая, посмотрел на улицу.

Он потянулся к поставленному перед ним кофе, отпил и от неожиданно хорошего вкуса чуть шевельнул бровью.

— Добро пожаловать.

Прошло немного времени, пока Зиг наслаждался кофе.

Служащий встретил нового вошедшего посетителя, но тот, подняв одну руку, сказал:

— Меня ждут.

С этими словами он прошёл мимо.

Отказавшийся от сопровождения посетитель, цокая шагами, приблизился к Зигу.

— Неожиданно. Не думала, что ты бываешь в таких заведениях.

Зиг повернул взгляд на голос, и перед ним оказалась та самая каштанововолосая женщина с острым взглядом, на которую раньше напали хулиганы в переулке. Оружия при ней вроде бы не было, но в области пояса чувствовалась странность. Под одеждой она, скорее всего, прятала как минимум короткий клинок.

Он осмотрел её телосложение. Тело было достаточно тренированным, и манера держаться тоже принадлежала тому, кто умеет сражаться. Но слишком чистые руки и повадки говорили не о человеке, пробившемся с передовой своими силами; в освоенных ею навыках скорее чувствовались самооборона и воспитание.

Она без спроса села напротив Зига, позвала служащего и заказала пирожное с напитком.

— Следила за мной?

— Ну да. Моя слежка тоже ничего, верно?

На женщину, с гордым видом скосившую на него глаза, Зиг ответил одним только фырканьем.

Возможно, приняв это за попытку сохранить лицо, женщина рассмеялась и протянула руку.

— Тогда я так и не успела поблагодарить тебя. Катия Альберти.

— Зиг. Работаю наёмником.

Он легко пожал протянутую Катией руку. От каменной твёрдости и толщины его ладони она едва заметно шевельнула бровью.

— Позволь поблагодарить ещё раз. Тогда ты меня выручил.

— Пустяки. Так вышло. ...Итак, к делу?

Если бы она хотела только поблагодарить, хватило бы и разговора стоя. Раз она специально поймала момент, когда можно сесть и поговорить, причина у неё должна была быть.

Катия, закинув ногу на ногу, как бы невзначай огляделась. Внутри заведения царила спокойная атмосфера; к тому же до обеденного времени было ещё рано, поэтому посетителей было немного.

Было видно, что люди о чём-то беседуют, но расстояние между столами оставалось достаточным, и если говорить тише, услышать их было бы сложно.

Такие заведения подходили для тайных разговоров. В шумных местах вроде кабаков никогда не знаешь, кто и где навострил уши. А в местах с разнородной суетой труднее заметить и чужое присутствие.

Когда речь шла о чём-то, что действительно нельзя было дать услышать посторонним, или о крупной сумме денег, такие заведения использовали нередко.

Катия сложила руки перед лицом, прикрывая рот, и начала разговор.

— ...Я хочу поручить тебе работу. Сразу скажу: я связана с мафией. Учитывая это, сам реши, возьмёшься за работу или нет.

«Ведьма, авантюристы, Джинсу-я, а теперь наконец и мафия».

Хотя сам он обычно и бросался словами вроде «лишь бы платили», до такой неразборчивости, признаться, доходить не собирался.

От чересчур уж беспорядочного набора лиц Зиг невольно усмехнулся.

Чтобы перейти к разговору о работе, он сделал глоток кофе и переключился.

†

«...Смеётся, гад. Всё-таки он ненормальный».

Когда она просила кого-то о работе, связанной с мафией, реакция у собеседника обычно бывала двух видов.

Либо он кривился, либо скрывал настоящие мысли за деловой улыбкой или бесстрастным лицом.

Первое означало: связываться не хочется, но деньги тут водятся, а главное — страшно, что будет после отказа.

Второе означало: человек ищет её слабости, но при этом держит в уме, как бы при случае использовать её самому.

Однако реакция этого мужчины не подходила ни под один вариант.

Он словно просто не удержал улыбку, и такого Катия ещё не видела.

Судя по тому, как он будто бы для вида прикрыл рот чашкой, на игру это тоже не походило.

«Такого противника у меня ещё не было. Надо действовать осторожно».

†

Не переводя взгляда, Зиг держал в сознании лежащий рядом двухклинковый меч.

— Прежде чем слушать содержание работы, сразу оговорю одно: если поручение серьёзно нарушает закон или относится к тем, что вредят мирным жителям и прочим некомбатантам, я браться за него не намерен.

И это условие было продиктовано не только этическими соображениями. Какой бы большой ни была сумма, он просто не мог брать поручение, которое потом помешает дальнейшей работе.

Становиться для кого-то удобной расходной пешкой он не собирался.

— Тут проблем нет. Я хочу поручить тебе мою охрану.

— ...Мафии нужна охрана?

Из-за того что поручение исходило от мафии, Зиг насторожился, ожидая участия в преступлении, но слова Катии оказались неожиданными.

Он не знал, какое положение она занимает в мафии, но простым рядовым членом она явно не была. С простой охраной, казалось бы, они могли справиться и сами.

Увидев, как Зиг прищурился, Катия пожала плечами, словно его реакция была именно такой, как она и ожидала.

— Дальше — после того, как ты согласишься на работу. ...Я понимаю, что ты хочешь сказать. Но в этой части есть обстоятельства, которые трудно объяснить заранее.

— Хм...

Похоже, в подпольном мире, где была замешана мафия, происходили какие-то разборки. Если человек, похожий на важную фигуру, собирался нанять случайного наёмника вместо того, чтобы ходить с собственной охраной, дело не просто попахивало дурно.

Подробной подоплёки он не знал, но о зацепке мог догадаться.

— Из-за наркотиков?

— Кто знает.

Он попробовал закинуть удочку, но Катия не стала ни отрицать, ни подтверждать.

Надо отдать ей должное: Зигу было трудно что-либо считать по её лицу.

— ...

К счастью... если это можно было назвать счастьем, время у него было.

Девушка по имени Линдия, которая прежде состояла с Сиашей во временном отряде, попросила одолжить ей Сиашу. По её словам, она нашла выгодное поручение, но их собственных сил не хватало, поэтому она хотела заручиться помощью Сиаши.

На всякий случай он уточнил у Аой, и оказалось, что поручение имеет понятный источник, так что незаконности там нет. По степени опасности оно тоже было подходящим, поэтому проблем, по-видимому, не возникало.

И больше всего на решение Зига повлияло то, что сама Сиаша загорелась этим делом. То, что она будет выстраивать связи с другими людьми, в будущей жизни наверняка окажется ей полезным. ...Правда, его слегка беспокоило, что Линдия упорно называла его дядюшкой.

Поэтому сейчас он был свободен. Поручение пахло дурно, но именно поэтому можно было рассчитывать на хорошую плату.

Кое-что купить ему тоже хотелось, и в зависимости от суммы он был не прочь взяться.

— Награда?

— Срок — пять дней, по сто тысяч в день. Это плата за занятость; если будет нападение, отдельно выплачу ещё сто пятьдесят тысяч. Повреждённое снаряжение и прочие необходимые расходы — за наш счёт... в пределах разумного. Расходники обсуждаются отдельно.

Для такого времени занятости условия были неплохие. Что и говорить, мафия платила щедро.

Если его что-то и беспокоило, то только одно.

— Почему я?

Его интересовало, почему Катия выбрала именно его.

Не могло же быть, что он ей понравился только потому, что однажды немного помог. Мафия, насколько он знал, не была организацией, где настолько ценят человеческие чувства.

Словно предвидев его вопрос, Катия с кривой улыбкой ответила:

— Я навела о тебе справки. ...Честно говоря, когда услышала отчёт, удивилась. Ты в этом городе не так уж давно, а уже умудрился влипнуть в такое количество неприятностей. И, похоже, почти ни в одну из них ты сам не лез. На тебе что, какая-то дурная сила висит?

— ...Оставь меня в покое.

Зигу стало неловко: кто-то другой прямо высказал то, что он и сам смутно чувствовал.

Впрочем, сама по себе способность воспринимать это лишь смутно говорила о том, что с его ощущениями что-то сломано.

— Ладно, это оставим. Говорят, тебя сколько ни пугали, ты всё равно не раскололся.

Скорее всего, она говорила о случае у Вадацуми. Даже без оружия, даже окружённый несколькими авантюристами, Зиг ни за что не выдал заказчика.

— Это работа.

— Вот сила, которая позволяет тебе так держаться, и верность заказчику — причина, по которой я решила обратиться к тебе.

Одними словами обещание не удержишь, а одной силой доверие не заслужишь.

В подпольном мире, где насилие и предательство были повседневностью, совместить эти две вещи было чрезвычайно трудно.

Причина, по которой Катия выбрала Зига, была на удивление мафиозной.

— ...

Причина выбора была неплохой. Содержание работы тоже не вызывало возражений. Плата была хорошей.

Иными словами, причин отказываться тоже не было. Денег никогда не бывает слишком много.

— Если счёт за еду здесь будет на вас, я возьмусь.

— Тогда сразу объясню. Но перед этим сложи руки перед ртом, как я.

Зиг удивился, но для начала повторил за ней. Сцепив обе ладони, он оставил между ними пустоту.

— Говори так, чтобы голос отдавался внутри ладоней.

Катия показала, как это делается, слегка приглушённым голосом.

— Какой в этом смысл?

Он заговорил так же приглушённо. Слышимость стала хуже, и было трудно понять, насколько голос вообще доходит до собеседника.

— Об этом редко говорят открыто, но среди магии есть и такая, что позволяет слышать дальние звуки. Да и народы с просто хорошим слухом существуют. Это способ защититься от подобного подслушивания.

Слова Катии кое-что напомнили и Зигу. Нельзя было утверждать, что кроме Исаны нет других народов с выдающимся слухом. С магией то же самое. Раз существует магия, скрывающая облик или изменяющая его, было бы странно, если бы не существовало магии, позволяющей слышать звуки на расстоянии.

— Слышать дальние звуки, вопреки ожиданиям, дело довольно тонкое. Чтобы отсечь шум, приходится в какой-то степени ограничивать координаты и прочее, иначе трудно. Ну а если ограничить удаётся, можно слышать даже с приличного расстояния, и это неприятно... но если вот так приглушить звук, можно помешать разобрать подробное содержание разговора.

Рассказ был весьма любопытным. Вероятно, такие знания редко встречались даже в книгах по магии. Или, возможно, это была информация, которую не раскрывали авантюристам низких классов.

— Хм, преступная организация есть преступная организация.

— Не хвали, засмущаешь.

Они оба, прикрыв рты, обменялись злодейскими улыбками.

— Началось всё, как ты и знаешь, с того наркотика.

Когда они договорились, Катия начала объяснять общую картину.

— Некоторое время назад в этих местах начал распространяться один наркотик. Само по себе распространение наркотиков не такая уж редкость. Наши тоже кое-чем торгуют.

Катия говорила о незаконных наркотиках как ни в чём не бывало. Судя по тому, что она не придавала этому особой важности, речь шла о чём-то вроде секрета Полишинеля: если не попадаться, проблем нет. Возможно, каким бы ни был континент и культура, в таких источниках денег подпольный мир не слишком различался.

— Проблема в том, насколько опасна эта дрянь. Если бы это была вещь уровня «слегка осчастливиться» или «сбежать от реальности», ладно. Хватило бы прижать идиотов, которые без спроса её толкают.

Катия выплюнула эти слова с кислым лицом, будто терпела головную боль.

Конечно, наркотик с возбуждающим действием мог в какой-то мере увеличить силу, но тот, который использовал мужчина, напавший на неё в переулке, был уже совершенно иного уровня. Помимо серьёзного усиления мышц и отключения боли, он давал исцеляющую силу, способную мгновенно восстановить даже разорванные мышцы.

Это было явно ненормально. Среди боевых наркотиков, которые знал Зиг, таких эффектов не существовало.

Однако совсем недавно он уже видел похожую ненормальную картину.

— ...

Сломанные руки и ноги восстанавливались так, словно время откатывалось назад; люди с тяжёлыми ранами, от которых обычный человек мог бы умереть от шока, спокойно двигались дальше... Он знал группу, показавшую такое ненормальное поведение. К сожалению, по слухам, почти все они уже скрылись.

Но к тому делу была причастна Сиаша, и Зиг не решался об этом говорить. Не зная о его внутренних колебаниях, Катия продолжила:

— В этих местах никто такой опасной дрянью не торгует. Разумеется, мы стали искать источник. Прижали несколько человек, и всплыло имя — Аггретия.

Название было ему незнакомо. Новая мафия или что-то в этом роде?

— Эти типы держат базу далеко к западу от этого города. Там они, можно сказать, почти всё прибрали к рукам, организация у них немаленькая, но с наркотиками у них вообще нет ни меры, ни разбора. Повсюду шляются обдолбанные. Из-за этого город начал гнить, производство падает, а экономика едет к чертям.

Зигу показалось, что по звучанию это имя отличается от двух других мафий, и, судя по рассказу Катии, эти люди действительно базировались в другом городе. Похоже, они совершенно не знали меры. В сущности, преступные организации сами ничего не производят. Они, кажется, не понимали, что подпольные организации и подпольный мир существуют лишь потому, что есть обычные честные люди, занятые реальным производством.

— А раз такие типы добрались до этого города, значит...

Дурное предчувствие, похоже, было не просто игрой воображения.

Катия с горьким выражением лица продолжила его мысль.

— ...Да. Похоже, следующим объектом они выбрали этот город. Те, кто сейчас сюда явился, — их передовой отряд.

— Хуже некуда.

Они, вероятно, собирались как бы вложиться заранее: рассыпать наркотик, увеличить число зависимых, а когда те как следует подсядут, втянуть их под себя.

Когда начинается полноценная борьба сил, решает организованность. Эти люди пришли издалека, а значит, их должно быть немного, да и местности они знать не должны. Но раз Катия вот так нанимала Зига в охрану, дела у её стороны, похоже, шли не так уж хорошо.

— Кто сейчас берёт верх?

— ...Если честно, всё очень зыбко. Они прислали даже руководителей из боевого крыла, да ещё и раздали боевой наркотик вплоть до самых низов. В нескольких стычках пару наших молодых сильно покалечили. ...Эти ублюдки не знают, что такое сдерживаться.

Действие боевого наркотика не сводилось к простому увеличению силы мышц и тому подобному. Из-за чрезмерного возбуждения слетали даже психические ограничители. В конце концов, человек бессознательно сдерживает не только мышечную силу.

На поле боя, где с самого начала понятно, что все будут убивать друг друга, это не так уж многое меняет. Но для мафии, которая в борьбе за территорию обычно действует иначе — избивает противника, чтобы вынудить его отступить, — такие враги должны быть крайне неудобны.

Может показаться, что раз в обоих случаях бывают мёртвые, разницы нет, но между «пусть он в итоге и умрёт» и «убить любой ценой» в ощущаемом давлении лежит пропасть.

— Однако они безрассудствуют. Если так запросто его использовать, тела долго не выдержат.

— Может, они думают, что солдаты у них на грядках растут?

Катия выплюнула это ругательство с нескрываемым отвращением.

Похоже, они не боялись потерь в людях и ставили жёсткие действия выше сохранения сил. Что ж, теперь было понятно, почему про них говорили, что они сгноили город.

— Вот поэтому у нас и нет свободных людей, чтобы приставить охрану даже ко мне. Можно было бы сказать: раз так, сиди тихо... но разве я могу просто смотреть, когда у нас такая беда?

Голос у Катии был тихий, но сильный; она крепко сжала переплетённые пальцы. Для простой верности организации в этом, пожалуй, было слишком много личного чувства.

Судя по делу с охраной, она всё-таки была близка к кому-то из верхушки.

— И как ты собираешься действовать? Будешь выяснять, что делают западные?

Похоже, объект охраны не собирался сидеть смирно. Разумеется, враг не упустил бы из виду важную фигуру враждебной организации, которая без дела бродит по городу.

Пять дней обещали быть довольно бурными.

— Нет, этим наши руководители и так занимаются, глаза себе проглядывают. Если я туда полезу, только помешаю. ...И после прошлого раза я на собственной шкуре поняла: с такими противниками не справишься одним лишь «я кое-что умею».

Похоже, она вспомнила, как недавно попала впросак, и добавила это чуть досадливо.

Видимо, она не из тех, кто, загоревшись чувством долга, бросается действовать напролом. Если она понимала, что ей по силам, Зигу тоже было легче работать, и это было кстати.

— Я буду искать среди своих... предателя в Фамилии.

— ...Вот как. Есть кто-то на примете?

— ...Не хочу об этом думать, но есть.

Зиг слышал, что мафия карает предателей крайне жёстко, и потому её единство крепко, но, похоже, даже она не могла быть совершенно монолитной.

— ...Каждый раз мне кажется, что они чуть-чуть опережают нас. То к нашему нападению готовы немного лучше, чем должны бы, то у пойманных торговцев не оказывается доказательств, которые связывали бы их с кем-то выше. Это не доходит до ловушек или засад, и всё ещё можно списать на неудачу... но именно это меня и бесит.

— Думаешь, кто-то сливает им сведения так, чтобы не навлечь на себя подозрений?

Катия помрачнела и нахмурилась. Затем она разъединила сцепленные руки и запихнула в рот оставшийся кусок пирожного. Похоже, разговор, который нельзя было дать услышать посторонним, на этом заканчивался.

Проглотив сладкое вместе с кофе, она вытерла крем с уголка рта и, показывая на Зига пальцем, подтвердила: именно так.

— Пока это всего лишь возможность. Может, меня просто бесит, что чужаки, которые даже местности не знают, могут нормально тягаться с нами.

— Понятно. Тогда действуй как считаешь нужным. За свою плату я отработаю.

Как бы она ни действовала, задача Зига не менялась. По возможности ему было бы удобнее, если бы она вела себя тихо, но тогда она вообще не стала бы делать такой заказ.

— Рассчитываю на тебя. Сначала, кажется, предоплата — здешний счёт за еду. Заказывай что хочешь.

— Лимит можно не устанавливать?

— Я не настолько мелочная. Если не оставишь недоеденным, можешь сколько угодно.

Услышав такую неосторожную фразу, Зиг внутренне усмехнулся.

Когда Катия подозвала официанта, Зиг словно только этого и ждал и сразу сделал заказ.

— Ланч-сеты А, Б и В, плюс дневной ланч.

— Какие напитки подать к сетам?

— Кофе, чай, молоко и сэнтя. И ещё после еды — сет с пирожным.

— Разумеется.

Официант выполнял свою роль, не дрогнув ни единой бровью от такого огромного заказа.

Вот что значит дорогое заведение: персонал обучен как следует.

Зиг снова перевёл взгляд на Катию и увидел, что та раскрыла рот от изумления.

— Э-эй, ты правда всё это сожрёшь?!

— Я обычно ем примерно столько. Никаких проблем.

— Но всему же есть предел... Здесь вообще-то довольно дорого. Наёмники что, столько зарабатывают?

— Конечно нет. Обычно я так не разбрасываюсь. Просто сегодня у меня почему-то предчувствие, что за еду платить буду не я.

Сказав это, Зиг многозначительно улыбнулся. Когда Катия поняла смысл, её лицо исказилось досадой.

— Что ты... а?! Ах ты гад, ты ведь с самого начала заметил, что я за тобой слежу?!

— Кто знает.

Зиг небрежно ушёл от ответа и стал ждать еду.

Кофе здесь был действительно хорош, если не думать о цене. Значит, и еда наверняка должна быть вкусной.

А главное, еда, за которую не надо платить из собственного кармана, вкусна всегда.

Пока Катия, столкнувшись с внезапным расходом, проверяла содержимое кошелька, Зиг всё сильнее предвкушал трапезу.

— Кстати, я совсем забыл спросить.

После того как он без остатка расправился даже с десертом, Зиг обратился к Катии, которая с тоскливым лицом смотрела на счёт.

К слову, еда была очень даже удовлетворительной... если не думать о цене.

Катия молча обиженно посмотрела на Зига и взглядом велела продолжать.

— Катия, ты к какой стороне относишься?

— Эй-эй, поздновато ты спрашиваешь... Ты взялся за мой заказ, даже этого не зная?

Она вздохнула, будто поражаясь его бесцеремонности.

— Если содержание работы меня устраивает, я берусь, к какой бы стороне ты ни принадлежала. Не думаю, что это такая уж проблема.

— ...Следи за словами. Такая фраза при неудаче может настроить против тебя обе стороны.

Услышав от Зига, что он не против взять заказ даже у вражеской организации, Катия сузила глаза.

В её взгляде была острота и сила, от которой мог бы дрогнуть даже взрослый мужчина. Если бы перед ней был не Зиг, это, наверное, подействовало бы.

— Да, буду осторожен. Так к какой?

Зиг легко пропустил это мимо ушей, почти не отреагировав, и Катия недовольно фыркнула.

— ...К семье Базарта.

— Понятно.

«Мафия, которая вела переговоры с Исаной, вроде бы была с той же стороны. Как же его звали...»

Зиг вспомнил дело о торговле людьми, связанное с мафией, за которое брался раньше. Ему казалось, что тот уставший мужчина средних лет, появившийся тогда, говорил что-то про Базарта.

Тот человек тоже выглядел довольно важной фигурой, так что, если Зиг будет с Катией, они вполне могут столкнуться.

Лицо Зига тогда должно было остаться скрытым под обмотанной тканью, но рост так не замаскируешь. К тому же, хоть в тот раз он и держал нагинату, их могли связать по общей примете — необычному оружию.

«Надо быть осторожнее. Как она и сказала, если мафия сочтёт меня врагом, будет хлопотно».

Если они придут прямо, достаточно будет убить их, но если, как в прошлый раз, они сосредоточатся на том, чтобы мешать работе, Зигу будет трудно справиться. А ещё хуже — если из-за этого Сиаша всерьёз заинтересуется, её уже будет не остановить.

— Тогда идём. Хочу заранее показаться нужным людям.

— После всего, что ты съел, тебе не нужен отдых?

— Я же сказал: это было только на восемь десятых.

— Да ты издеваешься...

Катия последовала за Зигом, когда тот поднялся из-за стола; в её лице поровну смешались изумление и досада.

— Благодарим вас. Будем рады видеть снова.

Официант вежливо поклонился хорошему клиенту, который подчистил еду на четверых.

«Надо будет прийти ещё. За чей-нибудь счёт».

Заведение было достаточно хорошим, чтобы он принял такое решение.

Так он вышел из ресторана вместе с заказчицей.

Новый заказ с самого начала предвещал беспорядки — иными словами, всё было как обычно.