Одного поля ягоды

Убежище Аггретии.

В начинавшихся сумерках там то и дело вспыхивали и гасли искры и всполохи света.

Люди Базарты и Аггретии сшибались друг с другом под яростные крики, и тут и там лилась кровь. На передовой этой мафиозной междоусобицы стояли Исана и её люди.

— Хаа!

Катана, разившая вместе с разрядами изумрудной молнии, рассекла летевшую магию и стрелы, а затем Исана приняла кривую саблю, просунувшуюся сквозь этот зазор.

Повернув запястье, она отвела лезвие в сторону, пропустила удар мимо и тем же движением рубанула противника.

Макар, резко атакованный в ответ, поспешно уклонился и увеличил дистанцию.

— А-а! Чёрт побери!! Почему всё никак не идёт как надо-о?!

— Босс, ты бы лучше руками работал, а не языком!

— Это твоей поддержки не хватает, Джайкоф!

— На меня-то не срывайся!

Макар с кривой саблей и мужчина с большим луком, которого назвали Джайкофом.

Пускай они и переругивались, связка этих двоих была надёжной, и Исана не могла атаковать так, как хотела.

К слову, непонятно каким образом, но рука, которую ему отрубил Зиг, снова была на месте.

(С одним из них я бы как-нибудь справилась, но...)

Она увела катану вбок, парируя силовой напор Макара в клинче, и крепко ткнула его в живот навершием рукояти.

Когда тот дрогнул, Исана нанесла резкий восходящий диагональный удар.

Макар отскочил назад, но полностью уйти не успел: его рассекло от живота к груди, и крови пролилось немало.

Когда Исана уже собиралась перейти к преследованию, Джайкоф выпустил стрелу, и ей пришлось остановиться, чтобы отразить её.

За это время рана Макара начала затягиваться.

(Что это вообще за регенерация?.. Наркотик настолько опасная штука? Тогда понятно, почему гильдия и мафия так всполошились.)

Даже если она, рассчитывая измотать противника, наносила ему раны, те сразу же заживали.

Сила и скорость противника были на весьма высоком уровне, но техника оставалась грубой, с заметной ставкой на напор. Однако регенерация, с лихвой закрывавшая эти прорехи, была крайне неприятной.

Даже если попытаться прикончить его одним ударом, возникший просвет перекрывал второй противник, и снести голову одним взмахом было трудно.

(Не то чтобы мне это нравилось, но моя роль — задержать их. Момент обязательно придёт.)

К счастью, похоже, эти двое были здесь сильнейшими.

Был ещё один умелый, но им занимался Шуо. Остальных было много, однако это были лишь сборные низовые бойцы, усиленные наркотиком. Пусть элита Джинсу-я и не дотягивала до настоящих мастеров, проиграть им она не должна была.

Мафиози Базарты тоже создавали ситуации «несколько против одного» и прикрывали Джинсу-я, уступавших числом, чтобы тех не окружили.

Перед Базартой, сумевшей сдержать надёжных бойцов врага и не спасовавшей перед их козырным наркотиком, исход боя был уже почти решён.

— ...Чёрт, да пошло оно всё. Мне не говорили, что тут такие типы будут!

Когда поражение стало почти неизбежным, часть людей попыталась бежать, но перед ними встали новые противники.

Мафиози, которому отрезали путь, в отчаянии бросился вперёд с мечом в руке.

— Эй, ты куда собрался? Веселье только начинается!

Короткий клинок с лазурным лезвием отбил меч, а следом точно вошёл контрудар высоким пинком.

Пусть силы в ударе было не так много, но удар твёрдым сапогом по голове с вложенной центробежной силой не мог пройти совсем без последствий.

Когда у него подломились колени, Катия подсекла их и повалила его, а сопровождавшие её мужчины добили противника.

— За то, что вы пытались ко мне приставать, я с вас теперь спрошу!

Из-за подоспевших с опозданием Катии и её людей Аггретия окончательно лишилась путей к отступлению. Оказавшаяся в невыгодном положении сторона Аггретии разразилась воплями, похожими на вопли.

— Твою мать! Тупицы из Лорайдской торговой компании ещё не пришли?!

— Да откуда я знаю! Мы же просили авантюристов-связных передать им сообщение... Почему они не пришли?!

†

Тем временем.

В Лорайдской торговой компании царил хаос.

До того момента, что они заметили слежку Сиаши и Линдии, всё шло неплохо; беда, видимо, была в том, что они приняли двух женщин без серьёзного снаряжения за лёгкую добычу и слишком поспешили. Сейчас, к слову, все эти люди валялись без сознания так, что из земли торчали только их головы.

А раз уж на них напали первыми, Сиаша и Линдия воспользовались этим поводом и вошли прямо в Лорайдскую торговую компанию.

— Почему эта компания прячет у себя столько оружия?!

— Сдохни-и!

Линдия отвела меч мужчины, бросившегося на неё с налитыми кровью глазами, и щитом ударила его сбоку по лицу, отправив в полёт. Она сдержалась настолько, чтобы не убить, но удар наверняка вышел очень сильным. Однако мужчина, не обращая внимания даже на выбитые зубы, снова кинулся в атаку.

— Стойте, что?! Они ещё и жутко крепкие!

Другого противника, рванувшего сбоку на увязшую Линдию, ударила земляная рука и отшвырнула прочь; тот с грохотом снёс товарные полки.

— Мне почему-то кажется, что я уже видела таких людей раньше.

Сиаша склонила голову, глядя, как сломанная рука исцеляется, будто запись пустили в обратную сторону.

— Такое часто случается?

— Не случается! Что это за регенерация?.. Это точно не нормальное магическое снадобье. Значит, с этой компанией всё-таки дело нечисто!

Линдия одноручным мечом подцепила оружие противника, а затем врезала ему в живот магией ветра и отшвырнула.

— Тогда перекрасим её в красный.

— Так тоже нельзя!

Шум продолжался до тех пор, пока на него не примчалась военная полиция и не взяла под стражу всех разом, включая Сиашу и Линдию.

†

Силы Аггретии постепенно редели. Чем больше проходило времени, тем выгоднее становилась ситуация для Базарты.

Противники, похоже, тоже это понимали и торопились закончить бой.

И именно в этом был шанс.

Исана хладнокровно ждала этого момента.

— Чёрт, чёрт, чёрт побери!!

Макар вложил вспыхнувший порыв в кривую саблю и обрушил удар на противницу перед собой.

Однако все его удары были такими же безрезультатными, словно он бил по занавеске.

(Что вчерашний ублюдок, что эта — какого чёрта такие один за другим лезут!)

Он ругался и вслух, и про себя, продолжая двигать мечом, но даже намёка на то, что он заденет противницу, не было.

Даже когда, улучив момент, он выпускал ветровой клинок, тот в лучшем случае лишь рассекал край её кимоно.

Сила уводилась в сторону, техника и даже скорость, на которую он рассчитывал, уступали противнице. Макар не знал, как с этим справиться.

Чувство всемогущества, раздутое наркотиком, стремительно истончалось, а на его месте росло раздражение.

— Ну, это уже скверно.

Джайкоф пробормотал это себе под нос, когда выпущенная в идеальный момент стрела была отражена уже в третий раз.

Макар, без сомнения, был сильным бойцом.

Даже без наркотика он мог обвести вокруг пальца рыцарей страны, а с капитанами отрядов был способен схлестнуться один на один.

Но эта женщина обращалась с таким Макаром как с ребёнком.

И не только беловолосая перед ним: её спутники тоже, похоже, были умелыми бойцами и без особого риска расправлялись с низовыми людьми, обезумевшими от наркотика.

Их отточенные движения, совсем не похожие на мафиозную междоусобицу, даже на собственной базе Джайкофа встречались нечасто.

(Думал, что это всего лишь какие-то инородцы, а вылезло нечто совсем несусветное. Но ещё удивительнее, что с такими людьми объединилась старая мафия... Ванно Змея-Скорпион, похоже, куда умнее, чем о нём говорили.)

Даже когда бой усилился и вокруг летели брызги крови, на лице Ванно оставалась липкая тонкая усмешка.

Косясь на то, как вокруг один за другим валятся его подручные, Джайкоф цыкнул языком и начал просчитывать отход.

— Босс! На этом всё, отступаем!

— ...!!

«Думаешь, я отступлю, когда меня так выставили на посмешище?!»

Макар хотел выкрикнуть именно это, но крохотная частица хладнокровия, всё ещё оставшаяся в нём, в самый последний момент удержала этот всплеск ярости.

Он впился в Исану налитыми кровью глазами и так стиснул губы, будто готов был их прокусить.

Схватив подручного, случайно оказавшегося рядом, Макар грубо швырнул его в сторону Исаны, развернулся и бросился бежать.

Джайкоф тоже начал пятиться, продолжая выпускать стрелы.

— ...С-с-с.

Вот он. Момент настал.

Не обращая внимания ни на летевшего врага, ни на стрелы, Исана убрала катану в ножны и выдохнула.

Она сосредоточилась на усилении тела и точно выверила дистанцию между собой и удаляющимся противником.

В мгновение ока вокруг неё собралось огромное количество маны; волосы Исаны мягко всплыли вверх, а глаза засияли изумрудным светом.

В следующий миг рванула молния.

Доведённые до предела физические способности и отточенная работа ног выбросили тело Исаны вперёд, словно стрелу.

Она сорвалась с места с такой скоростью, что окружающие не могли даже толком уловить её движение, и помчалась прямо к Макару.

Мафиози Аггретии и стрелы, летевшие ей навстречу, были рассечены одним ударом, настолько быстрым, что никто не увидел даже, как клинок вышел из ножен; Исана продолжала идти вперёд, не сбавляя скорости.

— Босс!!

— Чт...?!

По крику Джайкофа Макар заметил Исану, приближавшуюся вместе со вспышками молний.

Но было слишком поздно.

Хотя даже если бы он успел, исход вряд ли сильно изменился бы.

Катана, снова убранная в ножны, вылетела наружу, оставляя позади даже звук.

Обнажённый клинок, всё ещё окутанный изумрудной молнией, на огромной скорости настиг Макара и разрезал кривую саблю, которую тот рефлекторно выставил, как масло.

Импульс не остановился. Сохраняя импульс после быстрого выхватывания, Исана повернулась всем телом и снова нанесла восходящий обратный диагональный удар.

Обе руки Макара, которыми он инстинктивно пытался защититься, безо всякого сопротивления взлетели в воздух. Удар был настолько быстр, что кровь даже не сразу успела брызнуть.

В глазах Макара, оказавшегося именно в положении, где он буквально ничего не мог противопоставить, проступил страх, который не смог скрыть даже наркотик.

Исана текучим движением вывела катану после удара и подняла её в верхнюю стойку.

— Ха-а!!

Катана, опустившаяся вместе с пронзительным боевым криком, одним ударом рассекла Макара от макушки до промежности, не дав ему даже издать предсмертный вопль.

Электромагнитное искусство мгновенного выхватывания меча, где движущей силой служила усилительная техника молнии.

Тройной удар, прочерченный траекторией катаны, окутанной изумрудной молнией, был настолько прекрасен, что бойцы обоих лагерей невольно замерли и затаили дыхание.

В тот самый миг, когда Исана стряхнула кровь с клинка и вышла из боевой стойки после удара, рассечённое надвое тело Макара рухнуло наземь, разбрасывая кровь и внутренности.

На его мёртвом лице застыл ужас, но сам он уже никогда больше не почувствует страха.

— Ч...!

Первым от звука рухнувшего тела пришёл в себя Джайкоф: он вытащил из-за пазухи шарообразное магическое орудие и швырнул его себе под ноги.

Едва шар с глухим звуком лопнул, всё вокруг заволокло чёрным дымом, скрывшим его тело.

— Да чтоб тебя, дымовая бомба в наше-то время?! Кто-нибудь, поднимите ветер!!

Дыма было немного, и вскоре магией подняли порыв ветра, который его развеял.

Но Джайкофу и нужно было лишь на краткое мгновение скрыться из виду.

На месте, где рассеялся дым, остался только его большой лук.

— Похоже, как-нибудь справимся...

Катия пробормотала это, не теряя настороженности и водя взглядом по сторонам.

Ход боя уже сильно склонился в их сторону. Аггретия, зажатая с двух сторон, была вынуждена отбиваться и спереди, и сзади, поэтому не могла двигаться как хотела.

К тому же помощники из Джинсу-я во главе с Исаной и самые крепкие бойцы Базарты стояли на передовой и теснили врага. Регенерация и усиление физических способностей от наркотика действительно доставляли немало хлопот. Но какой бы нечеловеческой силой они ни обладали, в конце концов это были люди. Ни силой, ни живучестью им было не сравниться с по-настоящему сильными чудовищами.

Если посмотреть с этой стороны, человек, лишившийся рассудка, был угрозой разве что на уровне низшего чудовища. Хотя, похоже, если наркотик использовали изначально сильные люди вроде Макара или Джайкофа, часть рассудка у них всё же сохранялась.

«Орудиями пользуются. Ими не становятся. Вы ничем не отличаетесь от сопляков, которые радуются, получив в руки опасную игрушку».

(Вот оно как... Значит, он об этом говорил.)

Теперь она поняла смысл слов, которые Зиг прежде бросил Макару. Он произнёс их не ради провокации: он действительно так думал.

Главная сила противника, Макар, была повержена, а другой сильный боец сбежал; можно было сказать, что исход сражения уже решён.

Катия вытерла пот со лба, собираясь немного ослабить напряжение, но тут же передумала.

— ...Ой, нет. Чуть не забыла, как в прошлый раз именно такая беспечность и подвела меня.

Вспомнив болезненную ошибку, которую совершила, когда прежде дралась с пользователем этого наркотика, она вновь собрала расслаблявшееся было внимание.

И это спасло ей жизнь.

— ...?!

На краю поля зрения мелькнуло что-то неладное.

Едва она успела это подумать, тело уже двинулось само. Катия мгновенно отступила, и всего в нескольких сантиметрах перед её глазами пронёсся кинжал.

Выкрашенный в чёрный цвет кинжал не попал в цель и вонзился в находившегося рядом мафиози-охранника.

— Гья!

Вскрикнув, тот схватился за руку.

Именно за руку. Траектория кинжала была направлена не в шею, а в руку.

Целью было не убийство.

— Госпожа, назад!!

Пока Катия прокручивала это в голове, заметивший неладное подчинённый вышел вперёд, заслоняя её собой.

К ним что-то неслось.

Была ли это магия? Нечто вроде чёрной дымки едва сохраняло форму, по которой можно было понять, что это человек.

Нападавший, по всей видимости метнувший кинжал, не дрогнул перед охраной и продолжил идти вперёд.

Быстрый.

— Ах ты... га?!

— Гуа-а!

Чёрная дымка в мгновение ока сократила дистанцию, уклонилась от атак её людей и тут же ответила ударами, словно возвращая долг.

Перешагнув через охранников, которые уже истекали кровью и ползали по земле, дымка приблизилась к Катии.

— ...Ч-чёрт, ра-а!

Поняв, что отступить уже не успеет, Катия выхватила короткий меч у пояса и рубанула.

Дымка приняла удар и грубо вдавила её назад силой.

— Ку-у...!!

Пока она отчаянно сопротивлялась, дымка внезапно исчезла.

Короткий меч из индигового адамантина коснулся магии противника и нарушил её управление.

— Упорная ты, а? Но и мне деваться некуда!!

— Ты...!

На расстоянии вытянутой руки кривую, лишённую прежней уверенности улыбку показывал Джайкоф, который, казалось бы, только что сбежал.

†

(Чёртова дрянь. Даже босса завалили... И как мне теперь докладывать наверх?)

Незадолго до нападения на Катию, когда Макара убили и Джайкоф сбежал с места боя, он бежал, лавируя между людьми в самой гуще междоусобицы.

Благодаря своей козырной магии обмана он выглядел как смутная дымка и, пользуясь хаосом, скрылся из виду.

Конечно, заметить, что что-то движется, было можно, но посреди боя никто не мог отреагировать мгновенно.

Однако Джайкоф не считал, что уже выбрался из смертельной опасности.

(Провалил разведку боем и подготовку плацдарма для расширения влияния... Более того, потерял двух руководителей и возвращаюсь ни с чем, поджав хвост. Тут уже не о положении думать надо, а о собственной шкуре.)

Вот этого он никак не мог допустить.

Что-нибудь. Хоть что-нибудь.

Хоть что-то, что позволило бы хоть немного повернуть его провал к лучшему.

(...Нашёл.)

И тогда, оглядевшись вокруг, Джайкоф заметил Катию.

Она командовала ходом столкновения отдельно от Ванно, а значит была важной фигурой в Базарте, но рядом с ней почти не было достойной охраны.

По меркам мафии они, может, и умели держать оружие, но для Джайкофа не представляли ничего особенного.

Уголок рта Джайкофа дрогнул от удачи, буквально свалившейся с неба.

Фортуна ещё не отвернулась от него.

Если принести её в качестве дара, пусть промах не спишут полностью, но хотя бы шанс отыграться наверняка дадут.

А в зависимости от применения она могла стать переговорным материалом огромной ценности.

(Иного пути, чтобы удержаться в организации, у меня нет.)

С самого начала он даже не думал уйти из организации.

Даже если уйти теперь, конец был очевиден; и главное, Аггретия была не настолько мягкой организацией, чтобы прощать предательство. Как бы далеко он ни сбежал, его нашли бы, и его ждала бы кровавая расправа.

Выжидая момент, Джайкоф вытащил кинжал и бросился к Катии.

Он метнул кинжал, смазанный парализующим ядом, целясь в её руку.

Но цель каким-то образом заметила его и уклонилась.

Неожиданно острое чутьё.

Он собирался подхватить её и унести, но план изменился. Теперь придётся смести помехи и забрать её силой.

Охранники Базарты, заметившие его, встали на пути, но опоздали.

Он уклонился от атак, медленных настолько, что хотелось зевнуть, и рубанул их по ногам.

Тратить время на добивание было некогда. Сейчас достаточно было лишить их возможности двигаться.

Перешагнув через препятствия, которые и препятствиями-то не назовёшь, он протянул руку.

— Ра-а!

Добыча, трогательно храбрая, всё же попыталась сопротивляться.

Неожиданно резкий удар застал его врасплох, но только и всего. Приняв его, Джайкоф стал грубо продавливать её силой.

(А?)

По какой-то причине магия обмана развеялась.

Озадачившись, он посмотрел на противницу и заметил, что короткий меч в её руке отдаёт синевой.

Короткий меч из индигового адамантина? Роскошь-то какая. Но как бы хорош ни был клинок, если им машет девчонка, это всё равно пустая трата сокровища.

Джайкоф давил вперёд одной грубой силой, а Катия, стиснув зубы, отчаянно держалась.

— Упорная ты, а? Но и мне деваться некуда!!

— Ты!

Увидев лицо Джайкофа, когда магия обмана спала, Катия поняла его цель.

Похоже, тот кинжал и правда не промахнулся: он был брошен, чтобы обездвижить её.

— Не дамся, чёрт возьми!!

Сколько вреда понесёт организация, если её схватят?

Будь она обычной мелочью, которую можно выбросить в любой момент, это было бы ещё куда ни шло. Но ради неё организация... отец не станет молчать.

Быть обузой она не желала. Люди вокруг уже были срублены Джайкофом, но стоит ей выиграть немного времени, и товарищи обязательно подоспеют.

Но, как ни печально, одной решимостью разницу в силе не перекрыть.

— Да хватит уже, сдавайся!

— Ува?! Гхф...

Джайкоф резко отбил вверх кинжал, сцепившийся с её клинком.

Катия, всеми силами удерживавшая его, не смогла отреагировать, и обе её руки взметнулись вверх.

В полностью открытый живот вонзился удар ногой Джайкофа.

Ей показалось, будто желудок вот-вот вывернется, и её отбросило назад, кувырком.

— Ух...

Изо всех сил подавляя подступающую тошноту, она тут же поднялась.

Живот горел. По одному удару она поняла, что тело уже кричит от боли.

Но даже так она не могла позволить схватить себя здесь.

Даже после того как её отшвырнуло, Катия не выпустила короткий меч и, пытаясь поднять дрожащую руку, посмотрела вперёд.

— ...А...

Прямо перед её глазами уже приближался занесённый кинжал.

— Извини, но раз сопротивляешься, придётся отрубить тебе хотя бы одну руку.

Живая ты всё равно будешь достаточно хорошим материалом для переговоров.

Так, казалось, говорил перекошенный рот Джайкофа.

Как он и объявил, траектория кинжала шла от левого плеча прямо вниз, чтобы отсечь руку.

Тело не успевало.

И всё же она не стала отводить даже глаза — впилась взглядом в Джайкофа и его зловещее лезвие.

Поэтому она не пропустила.

— Хм. Похоже, мы с тобой сошлись во мнении. Я как раз думал о том же.

За мгновение до того, как кинжал отрубил бы Катии руку, вместе с голосом сбоку вытянулась ладонь и схватила Джайкофа за руку, державшую кинжал. Выкрашенный в чёрный цвет кинжал уже коснулся остриём Катии у плеча, но ни на вершок дальше продвинуться не смог.

Мощная рука, одной лишь рукой остановившая набравший силу замах Джайкофа, даже не дрогнула.

Более того, она начала отжимать его руку в обратную сторону.

— А? ...И-гья-а-а-а-а-а-а-а-а!!!!

Рука не остановилась даже в самой верхней точке замаха: игнорируя допустимый ход суставов, она провернулась дальше, совершив полный оборот.

Разумеется, человеческая рука не была устроена так, чтобы сгибаться под таким углом. Рука, которую проворачивали, не считаясь с тем, что кости дробились, издавала гибельный хруст; вскоре к нему примешались влажные звуки рвущейся плоти и мышечных волокон.

На долю удара позже разнёсся безумный вопль Джайкофа.

От такого крика взгляды вокруг на миг обратились сюда — и все застыли, потрясённые настолько, что перестали двигаться.

Потому что Джайкоф, которого они считали сбежавшим, оказался здесь?

Нет.

Потому что на их важного человека напали?

И это тоже было не так.

— А-а-а-а-а! Рука, рука-а-а-а-а?!

Зиг грубо оторвал руку Джайкофа, которую только что провернул на полный оборот.

Из плеча, скрученного, как выжатая тряпка, пучком потянулось наружу что-то похожее на длинные тонкие волокна.

То ли сосуды переплелись при выкручивании, но крови, как ни странно, было не так уж много.

И всё же она брызнула, будто из дырявого ведра, и смочила щёку Зига.

Словно ребёнок отрывал лапки насекомому.

Но теперь они замерли совсем по другой причине, нежели после недавнего невероятного приёма Исаны.

В затихшем пространстве продолжал раздаваться вопль Джайкофа.

— Громко.

Зиг поморщился от крика прямо под ухом и взмахнул свежеоторванной «правой рукой Джайкофа».

Рука, описав чистую дугу и кровавый след, врезалась в голову Джайкофа, который выл, зажимая рану.

Потеряв сознание, он тут же рухнул лицом в лужу крови.

Когда опасность прямо перед ней миновала, напряжение Катии спало.

Она опустилась на дрожащие колени и тяжело выдохнула.

Судя по холодному поту, стекавшему по щекам, она и правда была на самом пределе.

— Прости, задержался.

Сказав это, Зиг протянул ей руку.

Катия, похоже, ещё не могла подняться, поэтому, сидя на земле, махнула рукой и отказалась.

— Да ничего. Это я сама решила идти вперёд одна. Свою работу ты выполнил более чем достаточно.

Если вспомнить, какую роль она поначалу от него требовала, даже с избытком.

Она наняла его, думая о нём примерно как об удобном телохранителе, которым можно двигать ради собственных целей, но влияние, которое он оказал, оказалось огромным — и в хорошем, и в плохом смысле.

О многом, включая дальнейшие последствия, ещё придётся думать, но если Зиг рядом, можно считать, что её безопасность обеспечена.

Именно настолько Катия ему доверяла.

И что до смешного меркантильно: стоило ей это осознать, дрожь в коленях унялась. «Тело честнее некуда», — подумала она с какой-то стариковской интонацией и приподнялась, а затем заметила руку, которую держал Зиг.

Ещё недавно эта рука загоняла её в угол и казалась угрозой. Теперь от неё даже веяло какой-то печалью... нет, всё-таки она была просто мерзкой.

— Слушай, ты долго ещё будешь эту руку держать?

— ...Она же свежая.

— Нет, я вообще не понимаю, что это значит, и мне страшно. Верни её туда, где она раньше была.

Катия сказала это с совершенно измученным лицом, и Зиг посмотрел на лежащего Джайкофа.

Тот всё ещё был без сознания, но с мучительным выражением шарил левой рукой вокруг пустого правого плеча.

Зиг тихо вложил правую руку в эту ладонь.

Левая рука Джайкофа обхватила потерянную правую, переплетя пальцы с её пальцами почти как с рукой возлюбленной, и крепко сжала, словно ни за что не хотела отпускать. Тогда его страдальческое лицо будто расслабилось и стало спокойнее.

Зиг посмотрел на это зрелище и удовлетворённо кивнул.

Катия и мафиози, оказывавшие первую помощь, были в полном ужасе.

— А-а... Ладно, неважно. Ты быстрее, чем я думала. Как ты оторвался от тех троих?

— Они знали, куда я направляюсь, так что убежать было трудно. Я нанёс им достаточно урона, чтобы они сами выбрали отступление.

Сказав это, Зиг показал серебряный посох.

Если присмотреться, он и сам был весь в ранах, что давало понять, насколько тяжёлой была схватка.

Кровотечение в животе, похоже, было лишь кое-как перевязано: кровью намокло уже до пояса брюк. Кроме того, хотя новых кровоточащих ран видно не было, купленной сегодня брони на нём не было, а одежда была сильно изорвана.

— Да ты куда тяжелее ранен, чем я. Эй, кто-нибудь свободный... м? Нет, стой.

Она уже собиралась позвать свободного подчинённого, чтобы тот занялся его ранами, но на полпути остановилась из-за слов, которые не могла пропустить.

Она не ослышалась. Зиг сказал не «оторвался», а «нанёс урон».

— Неужели... ты победил? Против тех троих?

— Если можно назвать победой то, что я сбежал от подкрепления, поджав хвост, тогда да. ...Жаль нагрудник, который ты мне только что купила. Уже сломал.

Зиг слегка неловко отвёл взгляд.

— ...Ф-фу... ха-ха-ха! Вот как!

Судя по всему, Катию особенно рассмешило то, что вместо хвастовства победой он беспокоился о расходах и снаряжении.

Отсмеявшись, она собралась с духом, поднялась и огляделась.

Междоусобица подходила к концу. Почти все члены Аггретии были либо захвачены, либо убиты.

Заметив Катию, к ней подошёл Альбано.

— Госпожа, главное, что вы невредимы.

— Потрудился ты хорошо, Альба. Обстановка?

— Четверо погибших, десять тяжелораненых.

— Понятно...

Услышав о погибших, Катия прищурилась. Раз уж они мафия, из-за одних только смертей они не поднимали шума. Но то, что они не сумели защитить своих, было следствием их собственной недостаточной силы.

Катия без слов извинилась перед погибшими.

Несколько секунд помолчав в знак траура, она подняла лицо и отдала распоряжение.

— Альба, мы взяли одного из руководителей Аггретии живым. Подлечите его так, чтобы не умер, и передайте Ванно.

— Понял. ...А что насчёт Элио?

— Кто это такой? Среди наших предателей... нет, он изначально был человеком Аггретии... только и всего.

— ...Да.

Альбано подозвал подчинённых и отдал им приказ.

Джайкофа унесли они.

Зиг проводил взглядом того, кому теперь предстояло пережить нечто куда хуже, чем просто «нелёгкая смерть».

Но и это был образ жизни, который тот сам выбрал.

Если ошибиться с выбором, то и его самого, наверное, ждёт конец, не сильно отличающийся от этого.

Оставшееся было уже чем-то вроде доигранной партии. Враждебную организацию, попытавшуюся вторгнуться в город, отбросили.

Неизвестно, протянет ли Аггретия руку сюда снова, но теперь, когда их метод стал понятен, в следующий раз меры противодействия наверняка будут подготовлены достаточно.

В этот раз из-за промаха со стороны мафии к гильдии обратиться не могли, но в следующий раз можно будет выставить авантюристов на передний край.

Да, этот наркотик был опасен, и стало ясно, что в Аггретии тоже есть сильные бойцы.

Однако авантюристы высокого класса смогут им противостоять.

Если прямое насилие будет сдерживать гильдия, а мафия будет пристально следить за распространением наркотика, втянуть этот город под себя будет трудно.

(Понятно. Вот как здесь устроен защитный механизм города.)

Зиг не собирался рассуждать о мафии как о необходимом зле.

Они безусловно были злодеями, а для простых горожан — сущим вредом.

Но без них тут бесчисленно расплодились бы мелкие негодяи, никак не связанные друг с другом.

Эти мелкие негодяи, многочисленные и самых разных видов, действовали бы хаотично и беспорядочно, а разбираться с ними было бы крайне хлопотно и долго.

Если уж выбирать из этого, то мафия, у которой были и опыт урегулирования, и связи, и лицо, которое нужно сохранять, всё же была меньшим злом. В том числе потому, что могла помочь с устранением внешнего врага, как сейчас.

Зиг стоял за спиной Катии, отдававшей распоряжения, и на всякий случай следил за окружением.

Тогда к ним приблизился Ванно, который так же раздавал указания.

— Ну вот, кое-как управились, госпожа.

— Это потому, что ты убедил старого прохвоста из Кантареллы. Последствия можно оставить им, верно?

— Ну, хоть это им поручить надо, а то у тех господ лицо не сохранится.

Сказав это, Ванно тихо хохотнул.

Его умение забрать себе самое вкусное, а хлопотную уборку спихнуть на других под видом заботы об их лице, было одновременно надёжным и пугающим.

— И ты тоже постаралась, мастер из Джинсу-я. Я видел. Хорошая работа.

— Благодарю.

На похвалу Ванно коротко ответила беловолосая мечница Исана.

Катия заметила, что её она не сводит взгляда с Зига.

Не понимая, какая связь может быть между наёмником и Джинсу-я, она спросила через плечо:

— Знакомые?

— ...Среди авантюристов она известная личность. И моему нанимателю она однажды помогла.

— А, точно. Ты же обычно охраняешь авантюристов, да?

Если расспрашивать глубже, это будет проблемой, но притвориться, что он её не знает, было трудно из-за поведения Исаны.

Он сказал что-то безобидное.

Исана, наблюдавшая за их обменом репликами, устало вздохнула.

— Теперь задание от мафии? Ты и правда хватаешься за всё подряд...

(Эй.)

Но Исана, не слишком привыкшая к такого рода обменам, сказала лишнее.

С Катией это ещё ладно, но здесь ведь был один человек, с которым нельзя терять бдительность.

— Ого! Значит, вам и правда регулярно приходят работы от самых разных мест... Я и раньше видел, но руки у вас, похоже, весьма умелые?

Ванно радостно вцепился в эту тему.

Исана, кажется, поняла собственную оговорку и напрягла лицо, но было уже поздно.

Он, как обычно, расплылся в липкой улыбке и начал рассматривать Зига так, словно облизывал его взглядом.

— Но если даже госпожа Исана говорит, что вы хватаетесь за всё подряд, интересно, от каких же мест вы получаете работу...

— А ты?

Зиг переспросил нарочно обычным тоном.

Скрытые игры были не его сильной стороной.

Он не думал, что сможет провести человека вроде Ванно, искушённого в обмане и ответном обмане, но всё же для порядка притворился, будто ничего не знает.

— Прошу простить. Меня зовут Ванно. В этой истории с наркотиком мне поручили вести дела Базарты.

С этими словами он подчеркнуто вежливо склонил голову.

На первый взгляд он держался учтиво, даже смиренно, но было ясно: на самом деле он пытался вытянуть сведения из каждого движения собеседника. Крайне неприятный тип.

Подняв голову, Ванно продолжил:

— Вы, значит, и с госпожой Исаной знакомы, и вообще работаете очень широко... Уж не брали ли вы, часом, и заказ Джинсу-я?

Атмосфера вокруг Ванно изменилась.

В ней стало куда больше прощупывающего давления; голос оставался мягким, но возникало ощущение, будто тебя допрашивают.

Даже без особых словесных уловок один только этот напор заставил бы обычного человека выдать себя.

— ...Кто знает. Даже если и брал, я не имею привычки разглашать сведения о заказчиках.

Но Зиг не был обычным человеком.

Возможно, словесные перепалки и не были его сильной стороной, но сколько бы на него ни давили, лицо у него не дрогнуло.

— А-а, нет, тут я был невежлив. Верно ведь: нам самим сейчас совсем не с руки, чтобы это дело вышло наружу. Людям с крепким языком у нас всегда рады.

Сразу видно, привыкли.

С таким многозначительным подтекстом он посмотрел на Зига.

— ...Ну да. В таких работах чаще всего так и бывает.

Удалось как-то выкрутиться?

Зиг уже мысленно с облегчением выдохнул. И Ванно не упустил эту единственную миг расслабленности.

— Но вы, смотрю, совсем не удивились... тому, что мы с Джинсу-я ладим.

— ...

(Попался.)

Для жителей этого города дурные отношения Джинсу-я с мафией были общеизвестны. В прошлом они даже устраивали крупную войну. Поэтому видеть, как эти две стороны будто бы работают вместе, и не почувствовать никакой странности — это было ненормально.

Зиг не выдал себя ни голосом, ни лицом. Но с ответом он задержался всего на миг.

Для человека вроде Ванно этого, видимо, было достаточно.

— Поня-ятно... Кое-что начинает складываться, да?

— ...Цк.

Его расплывшаяся ухмылка стала ещё более липкой.

Цокнув языком, Зиг краем глаза заметил, что Исана смотрит на него с виноватым видом.

До сих пор Зиг почти не допускал промахов.

Ванно и сам считал его подозрительным, но ещё не дошёл до этого вывода; однако знакомство с Исаной соединило отдельные точки в одну линию.

(Всё-таки против профессионала не выстоять.)

Мысленно пробормотав это, будто оправдываясь, он вздохнул. Проницательность Ванно оказалась выше, чем он предполагал.

Похоже, Зиг недооценил человека, который каждый день жил в мире, где обманывали и были обмануты.

Он ведь знал, что такие люди строят догадки и попадают в цель даже без доказательств.

— Как я слышал, братец, вы берётесь за любые заказы?

— ...Если за них не будут гоняться страна или жандармы.

Он вздохнул и пожал плечами.

Раз собеседник уже догадался, было глупо и дальше сохранять каменное лицо.

За жизнь наёмника Зиг убил немало людей, но, как ни странно, дел, за которые его могли бы наказать именно как преступника, у него было мало. Конечно, если никто не мог раскрыть, он иногда выбирал и довольно грязные методы, но основной курс его действий не относился к тому, что называли бы злодейством.

И дело было не в его доброте или нравственности, а в политике отряда и хорошем воспитании наставника, бывшего военного.

— Ого. То есть, если понадобится, вы не побоитесь схлестнуться и с нами, мафией... Так, что ли?

Это была провокация с тонкой усмешкой. Ванно хотел проверить, как Зиг отреагирует, когда перед ним стоят сами мафиози. От того, струсит он здесь или промолчит, менялось и дальнейшее отношение к нему.

Злой вопрос, заданный именно для проверки.

— Да.

Ответ был мгновенным.

В ситуации, где вокруг были одни мафиози, он произнёс это без малейшего колебания. Катия ошеломлённо раскрыла рот, а Исана с усталым видом приложила руку ко лбу.

Не обращая внимания на реакцию окружающих, Ванно фыркнул.

Утвердительный ответ сам по себе был в пределах ожиданий. Было бы даже странно, если бы настолько хороший воин оставался свободным, так что удивляться тут нечему. Вопрос был в том, под какой силой он ходит. В расследовании Ванно до этого добраться не удалось.

— Хо, это сильно. Раз уж вы можете так сказать нам в лицо, братец, кто же стоит у вас за спиной?

Прикидывая несколько возможных сил, он полез в нагрудный карман и зажал губами сигару.

(Кантарелла, Гильдия... или ещё более хлопотная церковь?)

Он вынул любимый сигарный резак и собирался одним движением срезать кончик, не помяв его, когда—

— Никто.

Хлюп. Если передавать это звуком, именно так смялся конец сигары.

Лезвие скользнуло наискось, криво надрезало сигару, да ещё и ослабило покровный лист. Теперь с ней уже ничего нельзя было сделать. Он испортил одну далеко не дешёвую сигару.

Но это было совершенно неважно.

Что сейчас сказал этот тип?

— ...Может, мне послышалось, но я уточню. Ты сейчас сказал — никто?

— Так и сказал.

— ...Вот как. А я уж подумал, что у меня слух испортился. Спасибо, успокоил.

Он что, идиот?

Ванно усилием воли подавил желание сказать это вслух.

В такой ситуации молчать почти не имело смысла. Необязательно было раскрывать конкретное имя — достаточно хотя бы намекнуть.

Он бросил взгляд назад, словно спрашивая, но Принцесса Белой Молнии тоже покачала головой.

...Похоже, это не Джинсу-я и не схожая с ними сила.

Выбрасывая испорченную сигару, Ванно почесал голову. Если этот мужчина действительно не принадлежал ни к одной организации, он выглядел человеком, который сам ищет смерти.

Иметь дело с настоящим дураком — тяжёлая работа.

Ванно почувствовал, как плечи разом налились тяжестью, и вздохнул.

— ...Ха-ха-ха, ну вы и братец. Правда, в такой ситуации не всякий такое скажет.

Ванно сухо рассмеялся. Но глаза его не смеялись.

Окружавшие их мафиози не вмешивались, но даже за уборкой последствий прислушивались и не сводили с них глаз.

— Понятно, нашим ребятам с вами справиться и правда было бы тяжеловато. Но, братец, мир широк. Над сильным всегда найдётся кто-то ещё сильнее. Схлестнуться с нами — значит, что и мастера Джинсу-я выйдут на сцену. Ты это хорошо понимаешь, когда так говоришь?

С этими словами он кивком указал назад, на Исану.

Исана, один из лучших мастеров Джинсу-я, прозванная Принцессой Белой Молнии, ответила на это:

— А, я пас.

— ...Что?

Она подняла руку, которой до этого от нечего делать поглаживала рукоять, и сказала это.

Слишком легко. Слишком непостижимо.

Одна эта фраза, превысившая пределы понимания Ванно, на мгновение остановила его движения.

Но всё же он был руководителем мафии. Быстро взяв себя в руки, он приложил пальцы к виску, будто сдерживая головную боль, и повернулся к Исане. Судя по подёргивающемуся уголку рта, полностью прийти в себя ему ещё не удалось.

— Послушай, госпожа Исана. Мы союзники. Мы укрепляем вашу почву здесь, а вы взамен предоставляете нам силу... как сейчас.

— Да, верно.

— Если ты отказываешься драться только потому, что он знакомый, это уже не союз. Отказаться биться с ним — значит именно это. Я правильно понимаю?

У них тоже была репутация. Лицо Базарты не было настолько дешёвым, чтобы они спокойно промолчали, когда соглашение в одностороннем порядке разрывали.

— Конечно, я буду помогать в пределах возможного. Если просьба не будет совсем уж лишена здравого смысла.

— По-твоему, драка с этим мужчиной к таким относится?

Острый взгляд — почти угроза.

Но Исана, приняв его, сохранила невозмутимый вид и покачала головой.

— Не в этом дело. ...Просто наш союз не настолько глубок, чтобы я послушно пошла умирать по первому приказу. Только и всего.

От этих слов у Ванно расширились глаза.

Мастер Джинсу-я... воин, чьё существование заставило их, превосходящих Джинсу-я и числом, и организационной силой, выбрать неприкосновенность, прямо сказал: приказ сразиться с Зигом равносилен приказу умереть.

— ...Это что, шутка такая?

— Если бы я могла шутить о таком, значит, я недостаточно горжусь своим мечом.

(Да уж, конечно.)

Ванно лучше всех знал, насколько упрямы эти люди. Вероятность, что она лжёт, была низкой.

...Поверить с ходу было трудно, но, похоже, этот здоровяк был настолько искусен, что даже Исана предпочитала избегать лобового столкновения с ним.

— На этом всё?

— ...Ага. Если нам доведётся обратиться к тебе с заказом, уж будь добр.

— Заказы я приветствую.

Сейчас, на этом месте, Ванно не мог сделать ничего против человека, на которого не действовали угрозы.

Он подавил горечь.

Выждав, пока разговор закончится, Катия слегка поклонилась Зигу.

Похоже, работа на этом завершалась. Речь шла о пяти днях, но раз угроза исчезла, необходимости больше не было.

— Ты во многом мне помог. Теперь неприятности улажены, так что на этом охрану можно закончить. Деньги, разумеется, заплачу полностью.

— Мне тоже было удобно работать с заказчицей, которая хорошо платит.

Дальше им предстояло немало разбираться с последствиями, но, видимо, уже не в ситуации, где требовался телохранитель.

Если считать это работой телохранителя мафии, как Зиг сперва её представлял, задание обернулось куда более ярким, чем ожидалось.

— За тот случай с авантюристами тоже накину к награде, так что не переживай. Позже отдельно пришлю доплату за сломанное снаряжение.

— Выручишь... правда.

Как же хорошо, что компенсацию за снаряжение он заранее включил в контракт.

Если бы всё, что он заработал такой ценой, ушло только на покупку нового оружия, это и вправду было бы обидно до нелепости.

Катия невольно рассмеялась, глядя, как мужчина с такой силой искренне успокаивается из-за стоимости снаряжения.

— Тогда до встречи. Если получится, буду молиться, чтобы нам с Зигом не пришлось стать врагами.

Зиг не ответил. Он лишь улыбнулся уголком рта и развернулся на каблуках.

Мощной походкой, в которой совсем не чувствовалось его ранение, он пересёк самую гущу мафиози и исчез в переулке.

Подчинённые взглядами спросили, можно ли его отпускать, но Ванно остановил их рукой.

— Не надо. Сейчас у нас есть дела поважнее. ...Как только офицер Аггретии придёт в себя, вытрясите из него всё. Любыми средствами, пусть выложит всё до последнего. А этим ублюдкам, которые сунулись на нашу территорию, отправьте трупы. ...Наложенным платежом.

†

Время уже перевалило за сумерки. Небольшая лечебница на окраине квартала развлечений.

Место было маленьким, но втайне пользовалось славой лечебницы с превосходным врачом, и именно туда Элсия с товарищами доставили раненых. В обычное время она уже давно должна была закрыться, но врач, назвавшийся Дреа, принял их без малейшего недовольства.

— Доктор, как наши товарищи?

Элсия, беспокойно ходившая по приёмной, сразу подступила к Дреа, когда тот вышел из операционной.

Он добродушно кивнул и улыбнулся так, чтобы успокоить собеседницу.

Наверное, именно такие мелкие проявления заботы тоже были одной из причин его популярности.

— Да, всё в порядке. Оба вне опасности. У крупного пациента кровопотеря была сильной, но раны оказались очень чистыми, так что лечить их было несложно. Думаю, всё заживёт без следов и последствий.

— Слава богу...

Услышав, что серьёзной опасности нет, Элсия наконец выдохнула с облегчением. Она, видимо, так переживала, что ноги отказали, и она осела на место.

Дреа, просматривая карту, задумчиво пошевелил своим полным животом.

— Эти раны ведь нанесены человеком? Военную полицию лучше вызвать?

— Нет, обстоятельства несколько сложные. Это связано с работой...

— Понятно. Тогда допытываться не буду.

Элсия молча склонила голову в ответ на его такт.

Будто дождавшись конца разговора, Алан и остальные, стоявшие в стороне приёмной, обратились к ней.

— Госпожа Элсия, можно вас на минуту?

— Алан, что такое?

Алан, помогавший донести Тайрона и остальных сюда, тоже оставался с ними, пока не стало ясно, что с ранеными.

А пока шла операция, он, похоже, получил от Листи некий доклад и ждал, чтобы проверить его.

— Один из моих товарищей, кажется, видел... Человек, с которым вы сражались, — это случайно не тот самый, кого мы раньше просили вас поискать?

— Да. Кажется, его звали Зиг?

Тут Элсия вспомнила: раньше Алан и его товарищи действительно просили найти загадочного человека, который их спас.

Тогда в итоге стало совсем не до этого.

Получив ожидаемый ответ, Алан нахмурился.

Для него, должно быть, было трудно принять, что прежний благодетель оказался рядом с мафией.

— Так и думал... Почему же он был с мафией?

— Не знаю. По итогам нашего расследования мы сочли, что тот здоровяк с высокой вероятностью использует наркотик, и пошли на контакт, но...

— Зиг не такой человек.

Алан перебил Элсию на полуслове. Для обычно вежливого Алана это была редкая реакция, и Элсия моргнула скрытым под повязкой глазом.

(Да хоть ты так говори... что-то вроде другого препарата он явно использовал...)

Правда, это действительно сильно отличалось от наркотика, который сейчас был проблемой.

Шприца он тоже не использовал, да и вообще сила того мужчины с самого начала была чудовищной даже без всяких наркотиков.

Элсия немного подумала и, подбирая слова, ответила:

— ...Да, тот наркотик, который мы расследовали, он, похоже, не использовал. К тому же он словно защищал ту девушку из мафии.

— Значит, охранный заказ. Верно, Зиг вполне мог спокойно взяться даже за охрану мафии...

Алан будто сам для себя пришёл к выводу.

Хотя человек, который без колебаний берёт заказ на охрану мафии, тоже не без проблем. Ему бы стоило чуть внимательнее выбирать, с кем связываться.

И вдруг Алан поднял лицо, став совершенно серьёзным.

— Госпожа Элсия, как вы намерены доложить гильдии об этом деле?

— Точнее выражайся. Тебя интересует, как я доложу гильдии о том мужчине, верно?

— ...

Молчаливое подтверждение.

В зависимости от того, как она подаст дело, Зига можно будет сделать для гильдии лицом, требующим особого внимания.

Нет, вообще-то так и следовало поступить. Нельзя просто молча оставить без внимания мужчину, который, пусть и по работе, прямо встал против авантюристов.

На деле именно из-за этого её товарищ получил тяжёлые раны.

Алан отвёл взгляд от глаза, скрытого повязкой Элсии, и задумчиво замолчал.

Внезапно Элсии открылся обрывок его мысли.

К самопроизвольным вспышкам Драконьих глаз она уже привыкла. Поэтому примерно представляла, что Алан скажет дальше.

— Можно задать несколько вопросов?

— Каких?

Она остановила собственные мысли и прислушалась к нему.

— Зиг сам напал первым?

— ...Нет. Первыми были мы.

Понятно, вот в каком направлении он пошёл. Алан был прямым человеком, но не наивным. В переговорах он мог умело искать скрытую сторону вещей, и Элсия это в нём ценила.

— Он провоцировал вас?

— Нет.

— И последний, невежливый вопрос... Вы выжили благодаря собственному мастерству?

— ........Нет.

Ответ, вырвавшийся вместе со вздохом, был смесью самых разных чувств, и даже сама Элсия не могла точно их разобрать.

Но то, о чём говорил Алан, было правдой.

Это они под видом расследования начали жёсткий допрос. Это они не стали слушать объяснений и первыми подняли оружие. И это они проиграли.

Она не собиралась убивать активно, но сражалась с готовностью, что он может умереть.

И всё же она жива.

Тот мужчина мог убить её в любой момент.

Он знал, что разговор о Драконьих глазах был затягиванием времени, и всё равно подыграл.

А в последнем столкновении, даже отняв её оружие, он не только не убил её, но ещё и помог искать повязку на глаз.

«Раны оказались очень чистыми, так что лечить их было несложно».

И к этому добавлялся недавний врачебный вывод Дреа.

Значит, когда он пронзил Тайрона, он всё-таки сдержался. Пусть даже сделал это, чтобы ограничить их движения.

Сколько раз он вообще дал им поблажку?

Его броня была дешёвкой, на которой даже защитные формулы не выгравированы. Оружие тоже просто прочное, без каких-либо особых эффектов.

...Чем больше она думала, тем сильнее начинала злиться.

(Да этот мужчина, похоже, слишком уж нас недооценивает.)

— ...По его словам, дело с наркотиком скоро будет закрыто. Возможно, решать, враг ли этот мужчина гильдии, будет не поздно и после окончания расследования.

Она сама не заметила, как произнесла это вслух.

Конечно, злость за раненых товарищей никуда не делась. Но движения того мужчины были слишком непонятны, чтобы решать всё только этим чувством.

К тому же её интересовало, почему серьёзный Алан зашёл так далеко. В честь него будет не худшим выбором пока понаблюдать.

— Спасибо.

Он склонил голову в благодарности.

— ...Прости, что подслушал, но Зиг — это, случайно, не тот человек с редким оружием?

Не сумев найти момент, чтобы отойти, Дреа невольно дослушал разговор до конца и теперь неловко чесал голову. При его словах оба обернулись.

— Что, доктор Дреа тоже знает Зига?

— Как пациента. Его привезли ко мне с тяжёлой раной, когда он прикрыл авантюриста из Вадацуми. Он тогда тоже говорил что-то о работе, так что я подумал: какой же усердный человек.

— Он и правда во всё подряд ввязывается...

— ...Что он вообще такое?

Слушая, как Алан наполовину ошеломлённо пробормотал это, Элсия ещё сильнее ломала голову над фигурой Зига, которая теперь стала только труднее для понимания.

†

Обычная кузница, которой часто пользовался Зиг, — мастерская Эрнесты.

Вечерний час, когда людей было особенно много, заставлял и продавцов, и мастеров суетиться без остановки. Авантюристы то и дело заходили после работы, чтобы забрать снаряжение с обслуживания или ремонта, и сотрудники едва успевали их обслуживать.

— ...

Зиг нарочно выбрал время, которого обычно избегал, и двигался, растворяясь в толпе. Шаги — почти бесшумные, присутствие — как можно слабее; он скользнул внутрь плавно, как течение.

Для его громадного тела движения были удивительно гладкими и быстрыми.

Искусно смещая центр тяжести и проскальзывая в просветы между людьми, он прошёл в глубину и обратился к продавщице, у которой как раз освободились руки.

Это была не знакомая ему Сцежка, а девушка, с которой он говорил впервые... точнее, Зиг выбрал её нарочно.

— Сейчас можно?

— Добро пожаловать. Чем могу вам помочь?

Продавщица слегка удивилась его телосложению, но тут же ответила деловой улыбкой.

— Хотел бы, чтобы мне подобрали броню.

— Конечно. ...Скажите, вы случайно не господин Зиг?

— ...Мы раньше встречались?

Когда его внезапно назвали по имени, он перебрал память, но её лица там не нашёл.

Она прикрыла рот рукой и тихонько рассмеялась.

— Нет, я слышала о вас от Сцежки. Значит, это вы тот самый...

Что значит «тот самый»?

Похоже, о нём ходили какие-то слухи, но расспрашивать о подробностях Зиг решил не.

— Позвать Сцежку?

— ...Нет, не надо. Она, похоже, занята. Не хочу зря её отвлекать.

— Может быть, вам снова сломали снаряжение?

От этого замечания продавщицы Зиг на миг замер. Она сказала это просто наугад, но, увидев его реакцию, удивлённо рассмеялась.

Зиг пожал плечами с видом «что уж тут поделаешь» и жестом показал, что сдаётся.

— Похоже, вы и правда именно такой, как мне рассказывали. Кстати, можно спросить, когда вы его купили?

— ...Вчера. Сломал, купил вчера, и в тот же день снова сломал. Даже мне уже неловко.

— Вот это да...

Темп разрушения снаряжения был таким, что продавщица слегка оторопела. Теперь она прекрасно понимала, почему Сцежка называла его «хорошим клиентом в самых разных смыслах».

Сцежке, похоже, этот клиент нравился, но сегодня попробовать обслужить его самой тоже казалось забавным. Так подумала продавщица... Майя, мысленно извинившись перед занятой где-то в глубине Сцежкой.

Зиг, ничего не зная о её мыслях, собрался с духом и перешёл к делу.

— ...С доспехами пока ладно. Но оружие тоже сломалось, так что хочу заказать новое. У вас есть двухклинковый меч... двусторонний меч?

— Сейчас проверю наличие, прошу немного подождать.

(Двусторонний меч, значит... Опять редкое оружие.)

Она сверилась со списком запасов, но ничего похожего не нашла.

Что-то всё же зацепилось в памяти, и она проверила список за прошлый месяц: два экземпляра, которые тогда были в наличии, уже продали.

Тогда она посмотрела планы производства, но и там — ни в собственном изготовлении, ни в списке поставок из других магазинов — не было ни одного.

— Прошу прощения. Я проверила: двусторонних мечей у нас нет ни в наличии, ни в планах производства, ни в поставках.

— Вот как... Проблема.

— Если хотите, могу попробовать договориться с одним из наших мастеров. Это будет индивидуальный заказ, поэтому цена несколько вырастет, но можно попросить сделать его в приоритетном порядке. За доплату есть и срочный план изготовления.

Сказав это, она достала список сотрудников и инвентарную ведомость, чтобы найти мастера, который делал двусторонние мечи.

— У нас, если не ошибаюсь, был человек с опытом изготовления таких мечей. Так, где же...

— Гант?

— Гант, Гант... Ах да, точно. Вы знакомы?

Она нашла Ганта в списке сотрудников и позвала его.

Мастер он был хороший, но ещё был известен — и в хорошем, и в плохом смысле — тем, что постоянно делал оружие и снаряжение, спрос на которое вызывал сомнения.

Он был ценным специалистом, способным создавать не только обычное вооружение, но и магические орудия и магическое снаряжение, однако проблем с ним было ещё больше.

К нему часто обращались, ценя его мастерство, но из-за собственной эстетики и своеобразного характера выручке магазина он почти не помогал.

В последнее время у его изделий стали появляться покупатели, и дела немного улучшились, но ещё недавно даже обсуждали пересмотр контракта с ним.

— Человек он непростой, но мастерство у него настоящее. Попробуете договориться?

— Кроме него никого нет?

— К сожалению.

Двусторонний меч был оружием, у которого так мало и пользователей, и изготовителей.

Увидев, как продавщица покачала головой, Зиг вздохнул.

— Да-ха-ха-ха-ха!! Зиг, ты опять его сломал?! Нет, правда, ну и выгодная же ты добыча! Ты магазину приносишь куда больше пользы, чем я!

— ...

От такой предсказуемой реакции лицо Зига скривилось, будто он раскусил горькую пилюлю.

Человек, от которого он в другом смысле хотел это скрыть не меньше, чем от Сцежки, теперь держался за живот и покатывался со смеху.

Пусть Гант и был мастером, а не профессиональным продавцом, но его поведение было настолько вопиющим, что у Майи на лбу проступили жилки. Она сверлила его взглядом, а Гант, ничего не замечая, осматривал обломки доспеха, принесённые Зигом.

— Невероятно, они в крошку. Как ты вообще с этим ещё бодро ходишь? Может, тебе быстрее будет не доспехи носить, а тело подкачать?

— ...

Зиг молча копил раздражение.

Сколько бы ни презирали и ни высмеивали его авантюристы гильдии или мафия, ему было совершенно всё равно. Почему же слова этого мужчины так действовали на нервы?

Не будь тот хорошим мастером, Зиг с удовольствием врезал бы ему разок.

Прежде чем терпение Зига окончательно лопнуло, продавщица молча двинулась.

— Если оружие всё равно ломается, может, тебе уже проще взять бревно или кусок стали? Это куда надёжнее...

Раздался грохот, оборвавший его слова.

Лежавший неподалёку обрезок металла размером почти с охапку, который собирались переплавить, взмыл в воздух и пронёсся рядом с Гантом.

Продавщица, пнувшая этот обрезок, улыбнулась Ганту.

— Гант, работа.

— ...А, да.

Гант перестал смеяться и повернулся к Зигу.

Похоже, наконец-то можно было перейти к делу.

Поблагодарив продавщицу взглядом, Зиг обратился к Ганту насчёт оружия.

— Прежний сломался. Хочу, чтобы ты сделал новый двусторонний меч.

— Можно, конечно. Только если делать лучше прежнего, выйдет очень дорого. С бюджетом справишься?

Гант, поглаживая бороду, поинтересовался состоянием его кошелька, и Зиг гордо расправил грудь, показывая, что беспокоиться не о чем.

— В этот раз могу выложить немало. Мне заплатили за работу, но главное — посмотри на это.

Майя уже удивилась тому, что этот капризный Гант согласился почти сразу, но вещь, которую Зиг достал следом, заставила её невольно вскрикнуть.

Когда он снял обёрнутую ткань, под ней оказался один посох.

Сияющее белым серебром оружие испускало невыразимое очарование, и с первого взгляда было ясно: вещь эта не рядовая.

— П-погоди... Зиг, ты откуда это взял?!

— Внеплановый доход.

— Нет, я вообще-то знаю человека, который им пользовался.

Известные авантюристы, особенно использующие необычное оружие, довольно легко становятся темой разговоров. До ушей Ганта тоже доходили слухи о владельце этого оружия, прозванного Серебряным взрывным посохом.

— Да. Этот человек и сломал мне оружие с доспехами, так что я забрал его в счёт компенсации.

— ...Слушай, мне точно можно в это ввязываться?

— Не волнуйся. Твоё оружие сработало даже против них.

— Правда? Отлично!

Гант ещё мгновение назад выглядел тревожно, но, услышав, что его оружие оказалось действенным, мгновенно переменился и обрадовался. Зиг удовлетворённо кивнул, и только единственная здравомыслящая продавщица никак не поспевала за происходящим.

— Думаю, если продать его, денег выйдет прилично. Что скажешь?

— Хм-м, вещь выдающаяся, но пользователей у посохов тоже очень мало. И всё же за неё должны дать достаточно хорошие деньги.

— Я уже относил его в ломбард, но мне сказали, что такие вещи без сертификата нельзя точно оценить. Напишешь его?

— Это проще простого. Стоимость — семьдесят тысяч. На оценку и выпуск сертификата нужно немного времени, так что я свяжусь с тобой позже.

Цена была немалая, но тут ничего не поделаешь. Знания и опыт мастера требовали соответствующей оплаты, и Зиг с этим смирился.

— Тогда бюджет у тебя получится с большим запасом.

— Ого, так дорого?

— Если назначать цену без учёта спроса, он стоит десять миллионов.

— ...Шутишь?

— Помимо функций магического орудия, если пытаться совместить лёгкость и прочность — две вещи, которые обычно противоречат друг другу, — цена примерно такой и будет. Он ведь такой лёгкий, а твоего удара двухклинковым мечом не сломался, верно?

Объяснение Ганта заставило Зига умолкнуть: он не мог не признать, что тот прав.

Уже само по себе было удивительно, что настолько тонкая и лёгкая палка выдержала удар двухклинкового меча.

— Ладно, это потом. Давай уточним само оружие.

— Хорошо.

После этого Зиг и Гант ещё некоторое время обсуждали материалы и функции оружия, сверяясь с бюджетом.

†

Странный клиент.

Так думала Майя, продавщица в кузнице, наблюдая за Зигом.

Сцежка так редко рассказывала так много о каком-то одном клиенте, что Майя давно им заинтересовалась.

Когда она услышала о мужчине, который снова и снова ломает снаряжение, ей даже приходило в голову, что он, наверное, ужасно неумел.

Но сегодня, увидев его лично, она поняла — нет, это было ошибкой. Вернее, одного взгляда хватало, чтобы понять.

В эпоху, когда существовало усиление тела магической силой, у него было тело, закалённое тренировками до предела. Шаги без лишних движений, центр тяжести без малейшего дрожания.

Сразу было ясно, что он — воин, прошедший множество сражений. Правда, снаряжение для такого человека выглядело бедновато и никак с ним не сочеталось.

Авантюристом он, пожалуй, не был.

О рыцаре и говорить нечего. Мафия тоже, казалось, немного не подходила.

Внешне он явно был человеком, которому привычны силовые дела, но при этом от него не исходила откровенно насильственная атмосфера.

Говорил он ровно, однако она чувствовала, что он уважает и Ганта как мастера, и её, простую продавщицу.

Такого типа людей она раньше не видела.

Удивляло и то, что он как-то умудрялся ладить с крайне своеобразным Гантом. Майя ни разу не видела, чтобы тот принимал индивидуальный заказ почти без раздумий.

Вероятно, тот самый чудак, который в последнее время покупал работы Ганта, и был этот человек. Манеры у него, похоже, неплохие, платит тоже не скверно, а главное — заставляет Ганта, почти превратившегося для магазина в производителя залежалых запасов, приносить выручку... Его нужно беречь.

Придя к такому выводу, Майя окликнула их, когда разговор, похоже, завершился.

†

Закончив консультацию по снаряжению, Зиг один сидел в таверне.

Он заглянул в гостиницу, но Сиаша всё ещё не вернулась. Тогда он оставил записку и решил выпить за ужином. Возможно, она ужинала с Линдией и её товарищами по рабочим делам.

Серебряный посох Элсии, который он отнёс в ломбард, принёс весьма приличную сумму. Полученная боль, можно сказать, окупилась.

Выпивка после законченной работы была особенно хороша.

Зиг один молча подносил к губам чашу и наслаждался выпивкой ровно настолько, чтобы не перебрать.

Сидеть одному в углу таверны, спиной к шуму, и тянуть спиртное — такой способ пить Зигу нравился.

Он не пытался изображать одиночку. Просто шумные гулянки были ему не по нутру, но находиться там, где веселятся другие, он вовсе не ненавидел.

Если показать метательную технику, которой старшие из наёмничьего отряда обучили его как застольному номеру, настроение вокруг становилось в меру живее, а его ещё и кормили. Так Зиг развлекался ещё с тех времён, когда ему нельзя было пить.

— Интересно, как там сейчас все...

«Сам ушёл — и что теперь вспоминать?» Зиг и сам не раз так думал, но эти слова всё равно сорвались с губ. То место было с ним с тех пор, как он выбрал этот путь, и всё, что сформировало нынешнего Зига, он получил именно там.

†

Окраина некоего города.

Там, словно прижавшись друг к другу, теснились многочисленные шатры.

Из шатров, расставленных почти как военный лагерь, постоянно входили и выходили люди, чья атмосфера была бесконечно далека от мирной обывательской.

Их внешний вид явно был связан с тем, что их будто вытеснили на городскую окраину.

Настолько они не походили на нормальных людей, и каждый без исключения нёс на себе запах крови.

На самом краю этого лагеря, возле ряда маленьких шатров, которые и по расположению, и по виду походили на спальные места низов, стоял один мальчик.

На вид ему было лет двенадцать-тринадцать.

Коротко остриженные серые волосы. Тело ещё росло, но даже по сравнению с ровесниками мальчик был крупным.

Но больше всего выделялись, пожалуй, его глаза.

В них не было ни крупицы детской живости или блеска, положенных его возрасту, — только безжизненная, почти механическая пустота.

Он делал это не потому, что ему было скучно, и не потому, что горел желанием. Просто потому, что так было нужно.

С таким взглядом мальчик молча продолжал махать мечом.

Он поднимал и опускал длинный меч, каким пользовались бы взрослые.

Для мальчика этот длинный меч был слишком большим и нелепо неподходящим, но движения его не сбивались.

Сколько он уже так махал — неизвестно; земля под ногами была выбита по форме его выпадов. Мозоли на ладонях давно лопнули, кровь уже остановилась, и с каждым взмахом с рук осыпались сухие кровяные корки.

Пот лился по всему телу ручьями, а с брюк капала вода, хотя их даже не выжимали.

Даже при такой суровой тренировке к мальчику, который, если его оставить, мог бы продолжать бесконечно, обратился лёгкий голос.

— Эй, Зиг! Ты сколько ещё собираешься этим заниматься? Пора уже есть.

К нему подошёл мужчина лет двадцати пяти, блондин с немного щегольской манерой, неся в руках ведро.

— ...Райэл.

Мальчик, которого окликнули Зигом, лишь скосил на него глаза, но меч не остановил и назвал мужчину по имени.

Блондин по имени Райэл, увидев это, криво усмехнулся, пожал плечами и подошёл ближе.

— Ты, как всегда, помешан на тренировках. Ну же, если не поторопишься, еда кончится. Ты и так жрёшь как не в себя, так что, если ещё и с уборкой не поможешь, продовольственная команда тебя точно прибьёт.

— Это плохо... ха!

Мальчик словно добавил последний штрих и завершил тренировку одним ударом, вложив в него силу.

Меч, которым он махал бесчисленное количество раз, остановился как влитой. Звук и ветер от клинка были так сильны, что заставляли забыть, что перед Райэлом мальчик; тот даже невольно присвистнул.

— Ну и ну. Ты правда растёшь, парень.

В голосе его звучали и восхищение, и лёгкая зависть, когда он протянул ведро с набранной водой.

— На, вытри пот и пошли уже.

Но, услышав это, Зиг опустил меч и замолчал, глядя на свои руки.

— Руки не двигаются...

— Потому что ты слишком крепко держал... Дай посмотрю. Эй, погоди! Да они все в крови! Тебе не больно было?..

— Пока махал, перестал замечать.

— Хоть кровь бы вытер... Да ну, она же прилипла.

Райэл намочил полотенце, выжал его, оттёр кровь с рук Зига и стал по одному отлеплять его пальцы.

Они отставали с хрустким потрескиванием, и даже смотреть на это было больно.

Когда кровь смылась и пальцы понемногу начали шевелиться, Зиг пошевелил ими туда-сюда и нахмурился.

— ...Теперь заболело.

— Ещё бы, дурак. Потом принесу тебе лекарство, а пока руки помой и пот смой... Эй, не пей воду из ведра! Питьевая вот здесь!

— М?

Зиг недоумённо посмотрел на него, потом всё же осушил ведро, взял протянутую флягу и вылил воду себе на голову.

Райэл смотрел на это с кривой усмешкой, уже не помня, в который раз она появлялась у него на лице.

В наёмничьем отряде, к которому они принадлежали, существовал обычай: новобранцы присматривали за учениками.

Райэл, потерявший деревню из-за бедствия, постучался в двери отряда, прошёл обучение и только начал получать допуск к настоящим боям, когда ему поручили этого мальчишку с дурным взглядом.

Сначала он переживал, сможет ли вообще поладить с таким нелюдимым пацаном, но, проведя с ним время, понял, что тревога была напрасной.

Да, с приветливостью у того всё было безнадёжно, а детского в нём не было ни капли. К тому же он называл старшего по имени без всяких церемоний. Но он без жалоб выполнял мелкие поручения и неустанно тренировался, и это нравилось не только Райэлу, но и старшим бойцам отряда.

А его неожиданная рассеянность, пожалуй, была одним из немногих проявлений обаяния.

В нём не было свойственного этому возрасту пренебрежения к старшим, и однажды Райэл спросил: «Почему ты так уважаешь тех, кто старше?»

Ответ, который он тогда получил, заставил даже Райэла, бывшего старше почти на двенадцать лет, признать его правоту.

— В этом дерьмовом мире они сумели дожить до таких лет. Хотя бы немного уважения они заслуживают.

Райэл тогда невольно хлопнул себя по колену: надо же, бывает и такой взгляд на вещи.

Он уже было подумал, в какой же среде тот вырос, но оказалось, что происхождение у мальчика самое обычное — просто сирота войны. Это удивило Райэла даже сильнее.

Так или иначе, легкомысленный, но заботливый Райэл и серьёзный, но немного несуразный Зиг неожиданно оказались хорошей парой.

Смыв пот и одевшись, Зиг и Райэл вместе направились к временной столовой.

Чтобы накормить множество людей, там стояло несколько огромных котлов, а женщина, чья грузность превосходила даже эти котлы, орала во весь голос.

— Я сказала — в очередь, придурки! Невоспитанным уродам я жрать не дам!!

— Тётка сегодня как обычно...

Как раз в этот момент одного бойца, попытавшегося пролезть без очереди, рявком загнали в самый хвост.

Для наёмников поле боя было полем боя, а для неё — эта столовая. Перед этой железной женщиной даже старые бойцы отряда превращались в голодных мальчишек.

— Слушай, Зиг: человеку, который отвечает за еду, перечить нельзя. Иначе придётся набивать брюхо засохшим твёрдым хлебом.

— Понял.

Зиг послушно принял совет, полный личного опыта, и встал вместе с Райэлом в очередь.

Они пришли не то чтобы в самый последний момент, но после них к хвосту очереди уже никто не пристраивался.

К счастью, железная женщина работала быстро, и очередь двигалась гладко. До Зига с Райэлом дело дошло довольно скоро.

— О, да это же малой Зиг! Опять вымахал?

— Не знаю. Но есть стал больше.

Ответ был грубоватым, но женщина ничуть не обиделась и громко рассмеялась.

— Вот и отлично! Много ешь, много двигайся, много спи — и кто угодно станет сильным!

«Всё просто», — с видом человека, которому это очевидно, заявила железная женщина, а Зиг важно кивнул: «Понятно».

— Тогда большую порцию.

— Особую большую!!

Его просьбу проигнорировали и вручили уже наложенную еду. Спорить не дозволялось.

На поданный ему с тяжёлым стуком поднос водрузили миску размером с ведро, до краёв набитую рагу; целую огромную буханку чёрного хлеба; и гору картофельного пюре величиной почти с кулак взрослого мужчины.

— Ты это вообще осилишь?

Работа наёмника — тяжёлый физический труд. Естественно, ели они намного больше обычных людей.

Но даже для наёмника эта порция была настолько велика, что заставляла задуматься.

— ...Много, конечно, но съем. Я голоден.

Приняв еду, которая, пожалуй, была куда тяжелее длинного меча, Зиг уже хотел искать место, но вдруг что-то вспомнил и обернулся.

— Что такое?

Женщина удивлённо посмотрела на него, а Зиг, осторожно удерживая поднос, склонил голову.

— Спасибо за всё.

— ...Ха! Как поешь, потом поможешь котлы мыть!!

— Понял.

Зиг коротко кивнул и отошёл.

Райэл кое-как подобрал деревянные ящики для переноски грузов, устроив из них стулья и стол. Зиг подошёл к нему, и они принялись есть вместе.

С хрустом откусывая куски от твёрдого чёрного хлеба, он зачерпывал рагу деревянной ложкой.

Ингредиенты были сплошь из тех, что долго хранились и легко выращивались, вроде картофеля и корнеплодов, но главное — их было много. Мясо тоже имелось: дешёвое и жёсткое, зато вполне настоящее.

— Тут правда выручают тем, что кормят нормально.

— Пвада?

Зиг, который уже даже не ложкой, а кусками хлеба вымакивал рагу, переспросил с набитым ртом.

— В большинстве наёмничьих отрядов, если ты не на работе, с едой выкручивайся сам. Редко где так заботятся, как у нас... Ну, за это из жалованья вычитают. Но всё равно выходит выгодно, так что я не жалуюсь.

Сколько Райэл ни видел отрядов, почти нигде не брали на себя питание бойцов, а если брали, то разве что в небольших группах.

— А уж еда, которую выдают во время операции, вообще кошмар. Говорят, только жёсткое солёное сушёное мясо и хлеб, такой каменный, что этот чёрный хлеб покажется пуховым.

— ...Ммх, гх. Это тяжело.

Зиг набил рот картофельным пюре, которое вытянуло изо рта всю влагу, с трудом проглотил и только потом откликнулся.

С видом человека, которому уже остаётся только развести руками, он взял протянутую Райэлом воду и влил её в себя.

— Потому что с пустым животом не выживешь.

Зиг произнёс это ровно и продолжил есть.

Стоило произнести вслух — и мысль казалась до смешного простой, но в устах того, кто был сиротой войны и не знал, доживёт ли до завтрашнего дня, эти слова весили больше всего.

— Надо быть благодарным уже за то, что сегодня можно наесться досыта...

— Спасибо за еду.

— Ну ты и быстрый!

Зиг погладил набитый живот, и его щёки довольно расслабились.

— Ты слишком много болтаешь, Райэл. Тебе лучше больше сосредоточиться на еде.

С этими словами он поднялся, держа поднос с пустой посудой.

— Пойду помогу с мытьём. Когда закончу, помоги мне с тренировкой меча.

— Ты ещё собираешься?.. Ну, делать нечего.

Раз молодой... нет, ребёнок так горел желанием заниматься, старшему негоже было вечно лениво тянуть время.

Тренировки с Зигом, который стал куда больше походить на бойца, чем в первые дни, когда Райэл начал за ним приглядывать, приносили пользу и самому Райэлу.

«Похоже, вопрос только во времени, когда он меня обойдёт...»

Ну, это его устраивало.

То, что этот мальчишка когда-нибудь превзойдёт его в мече, Райэл понял уже давно.

Тогда то, что мог сделать для него старший товарищ, — подстраховать мальчишку во всём, чего ему не хватало помимо меча. К счастью, этому неуклюжему парню, похоже, ещё многому можно было научить.

Райэл откусил хлеб, глядя, как Зиг, перегнувшись, чтобы вымыть котёл, поскользнулся и стукнулся о него головой.

†

— ...

Зиг, вспоминавший прошлое, с кривой усмешкой поставил чашу.

Забыть он всё равно не мог — ведь бывшего товарища он зарубил собственными руками.

Их пути разошлись; одной этой причины хватило, чтобы Зиг сразил Райэла.

Он не жалел о том, что зарубил его. Да и не мог пожалеть.

Если бы он это сделал, то обесценил бы смерти бесчисленных людей, которых сам рубил до сих пор.

Так он решил давным-давно. С того самого дня, когда те мужчины его подобрали.

Убивать других и жить, топча их трупы. Это был не тот образ жизни, который можно было изменить лишь потому, что однажды целью стал бывший товарищ.

— И всё же... я хотел ещё раз выпить с тобой, Райэл.

После работы, во время попойки, именно он всегда подходил к Зигу, который вот так пил в одиночестве.

— Простите, здесь свободно?

Не то чтобы дело было именно в этих мыслях, но Зиг, вспоминавший прошлое, увидел в этом человеке тень бывшего товарища.

— ...Свободные места есть и в других местах.

Словно пытаясь скрыть собственное состояние, Зиг ответил сухо и посмотрел на мужчину.

Блондин, белая кожа; на вид — лет тридцать пять—тридцать девять. Лицо было совсем другим, но Зиг, вероятно, обознался из-за черт, похожих на Райэла. Мужчина с мягкими манерами сел, даже не дожидаясь разрешения.

На нём было облачение, так что, возможно, это был паломник или кто-то вроде того.

Зиг был уже изрядно пьян и, лениво подумав об этом затуманенной головой, осушил чашу.

— Просто рядом с вами свободно было только здесь.

— ...Вот как.

Услышав ответ, Зиг вновь перевёл на него взгляд. Мужчина пристально смотрел прямо на него.

Похоже, сентиментальность сделала его слишком беспечным. Увидев глаза человека, похожего на священнослужителя, Зиг мысленно выругал себя.

Как он мог не заметить, что такой предельно опасный тип вошёл к нему почти вплотную?

— Что тебе от меня нужно?

— Сегодня я пришёл с предупреждением.

Мужчина в облачении заговорил, так и не назвавшись. В нём не чувствовалось намерения причинить вред, а в глазах было милосердие человека, желающего наставить заблудшую овцу.

Именно такие глаза Зиг часто видел на поле боя у фанатиков.

Они искренне верили в собственную праведность, вели за собой людей и начинали войны. Убивали многих ради великого дела и не испытывали по этому поводу ни тени сомнения.

Зиг не собирался их презирать. От наёмника, убивающего за деньги, они мало чем отличались.

Но такие люди в прошлом почти всегда, без исключения, причиняли Зигу вред. Неважно, были они врагами или союзниками: связь с фанатиками никогда не кончалась ничем хорошим.

— ...Предупреждением о чём?

Но Зиг не понимал, к чему это. Какому бы там богу тот ни служил, причина, по которой он явился лично предупреждать какого-то наёмника, была неясна.

Мужчина с выражением «ну что за человек» покачал головой. Вид у него был такой, будто он от души разочарован тем, что Зиг не понимает даже такой простой вещи.

— Вам не дозволено и дальше приближаться к нечистым существам. Если так пойдёт дальше, вы... узнаете о них слишком много.

— Не понимаю. Что ещё за нечистые существа?

— Разумеется, полулюди.

Мужчина произнёс это так, словно речь шла об общеизвестной истине. С таким глубоким отвращением, будто даже говорить о них было противно. Выходит, перед Зигом был религиозник, ненавидящий полулюдей.

Он вспомнил авантюристов, которые сверлили их взглядом, когда он недавно разговаривал с Урбасом и остальными.

— Они великие грешники. Но они и сами это осознают и пытаются искупить свой грех. Только не мешайте им... прошу вас.

На эту проповедь Зиг фыркнул.

— Извини, но я не настолько чист, чтобы судить чужие грехи.

— ...Похоже на то. Вы и сами несёте на себе множество грехов.

Мужчина, словно отказавшись от попытки убедить его, покачал головой и бесшумно поднялся.

— От всего сердца молюсь, чтобы вам не пришлось узнать то, чего вам знать не нужно.

— ...

Мужчина ушёл, колыхнув облачением. Взгляд Зига, провожавший его спину, был суров как никогда.

Пусть в собеседнике не было убийственного намерения, а сам Зиг был пьян, но он не заметил его приближения, пока тот не оказался совсем рядом. Этот человек явно был не из нормальных.

— ...Пора домой.

Холод, мгновенно прошедший по нутру, и разом выветрившееся опьянение не оставили в нём желания пить дальше, и Зиг поднялся.

Расплатившись и выйдя наружу, он без особой цели осмотрелся, но того мужчины нигде не было.

Ночной ветер прошёл сквозь него, словно остужая разгорячённое тело, и Зиг почувствовал присутствие чужеродного существа, отличного от человека, и повернул взгляд.

— А, господин Зиг.

Похоже, она тоже заметила крупного и потому броского Зига. Чёрные волосы качнулись, когда она подбежала к нему.

То ли случилось что-то хорошее, то ли ещё что — она была слегка вспотевшей и излучала весёлое настроение.

— Работа уже закончилась?

— Да, разобрался. Хотя провозился больше, чем ожидал.

В голове промелькнула сереброволосая высококлассная авантюристка с необычными глазами. Когда Зиг, словно вспомнив боль, прижал руку к груди, Сиаша тихо рассмеялась.

— Ну вот, вы опять ранены, да? Нельзя же в таком состоянии пить.

— ...Возразить нечего. Можно потом попросить тебя о лечении?

Сиаша, встав рядом, естественным движением взяла его за руку и пошла к постоялому двору.

Зиг не сопротивлялся и, подстраивая шаг под неё, медленно шёл рядом. Тогда она подняла на него взгляд.

— Стоит оставить вас без присмотра — и вы сразу возвращаетесь раненым... Ничего не поделаешь. Это тоже работа нанимателя.

Она с совершенно серьёзным видом говорила что-то слегка неверное и, похоже, сама получала от этого удовольствие: даже начала напевать себе под нос. Она и не пыталась скрывать радость от того, что на неё полагаются... вернее, было сомнительно, осознаёт ли она вообще собственные чувства.

— Вообще-то сегодня я тоже, следуя вашему примеру, выполняла заявку. Это была работа по расследованию торговой компании с подозрительной деятельностью, и она оказалась неожиданно трудной...

Сиаша с оживлённой улыбкой весело рассказывала о сегодняшних событиях.

И тут Зиг вспомнил слова мужчины в облачении.

Его не интересовало, верна или неверна проповедь того, кто называл полулюдей великими грешниками. Спорить с теми, кто заранее решил, что добро и что зло, а потом выстраивает под это логику, — пустая трата времени.

Но кое-что его всё-таки задело.

Если полулюди — великие грешники, то кем тогда является Сиаша, ведьма?

Внешне она была совершенно человеком, но то, что было заключено внутри, слишком отличалось — неизвестное существо.

Дело было не в разнице ценностей. Судя по её питанию, и строение тела у неё не так уж сильно отличалось.

И всё же она очевидно была иной.

Если полулюди — великие грешники, то что же тогда ведьма?

Какой ответ дал бы тот мужчина, спроси его Зиг?

— ...И вот тут моя дедукция заработала вовсю! Я подумала: если прижать того нечестного торговца, то можно за что-нибудь зацепиться.

Пока Зиг размышлял о бесполезном, рассказ Сиаши уже близился к развязке.

Она с жаром расписывала свою донельзя прямолинейную дедукцию и при этом резко крутанула кистью, словно выкручивала пробку из бутылки вина. Разве дедукция вообще должна так работать?

— Понятно. Хорошо, что всё вышло.

— Да! День был плодотворный.

Когда он увидел её широкую улыбку, такие мелкие сомнения показались уже неважными.

Кем бы она ни была, то, что должен делать он, от этого не изменится.

Большая тень и маленькая тень.

Лунная ночь освещала две фигуры, неправильные и снаружи, и внутри, и отбрасывала их длинные тени на чужую землю.