Учения кларитистов

Выражение Сиаши смягчилось, когда Сиан, их обычная приёмщица, улыбнулась ей.

— Хорошо поработали сегодня… Что-то случилось? — спросила Сиан.

Сиаша участвовала в том же задании, что и Хайнц. Сиан с беспокойством смотрела, как его уносят.

— Чудовища, сопровождавшие обезьяньих псов, оказались опаснее, чем мы ожидали.

— И что это были за чудовища? — спросила Сиан.

— Стая… или семья? Трёхликих огров, — почти беззаботно сообщила Сиаша. — Всего восемь.

Сиан поморщилась.

— Восемь, говоришь…

Она что-то шепнула стоявшему рядом служащему, и тот поспешил в заднее помещение.

— Можешь не вдаваться в подробности, но сколько человек пострадало?

— Были погибшие… Сколько же их было?

Сиаша подперла подбородок рукой, но её впечатляющая память на этот раз совершенно не помогала. Разумеется, не помогала. За долгие годы она убила столько людей, что человеческие смерти ничего для неё не значили. Они были для неё не важнее камней в грязи.

— Восемь погибших, пятеро раненых, — сказал Зиг.

— Какая у тебя хорошая память, Зиг.

Сиаша невинно улыбнулась, хваля его.

— Хм.

— Спасибо.

Сиан записала числа пером.

Зиг убил не меньше людей, чем Сиаша, но для него числа имели значение. От количества убитых зависела его плата. Вести счёт было частью работы. Два бесчеловечных создания улыбнулись друг другу, а лицо Сиан стало ещё мрачнее.

— Кстати… — сказал Зиг. — Не могла бы ты передать это тому авантюристу, которого только что унесли?

— Оружие Хайнца. Мы пока оставим его здесь на хранение.

Зиг передал оружие приёмщице: времени вернуть его Ризе у него, скорее всего, не будет. Сиан отдала алебарду служащему-мужчине. Несмотря на вес, тот без труда понёс тяжёлое оружие в заднее помещение. Его шаги даже не дрогнули — видно, он привык обращаться с подобным снаряжением.

Даже служащие гильдии кое-что умеют.

Наверное, такие люди были нужны гильдии из-за того, насколько буйными бывали авантюристы. Зиг пошёл вслед за Сиашей и вышел из приёмной зоны. Тут его окликнул знакомый голос.

— Эй, Зиг.

Он обернулся и увидел ящеричью морду, покрытую зелёной чешуёй.

— Урбас. Давно не виделись.

— И правда. Хотя, по-моему, с нашей последней беседы прошло не так уж много времени.

Зеленочешуйчатый представитель народа чешуи сжал правую руку в кулак и выставил её перед Зигом. Зиг ответил тем же левой рукой и несколько раз потёр свой кулак о кулак Урбаса, двигая им вверх-вниз. Особое рукопожатие.

— Пожалуй, ты прав. Столько всего произошло, что кажется, будто прошло гораздо больше времени.

— Ты, как всегда, отлично справляешься.

Урбас прищурился, высунув язык. Зиг не совсем понимал его мимику, но решил, что тот улыбается.

— Вы на сегодня закончили?

— Да.

— Тогда как насчёт обеда? Я угощаю — в благодарность за прошлый раз.

— Я не против, — сказал Зиг и повернулся к Сиаше.

— Хорошо, — ответила она. — Надеюсь, ты отведёшь нас туда, где вкусно кормят.

— Конечно.

При виде её улыбки Урбас убрал язык. Похоже, он немного её побаивался — даже кивнул как-то скованно. Возможно, вспомнил, как она разрубила пополам скального буродракона.

Зиг криво улыбнулся и поспешно повёл их в ресторан.

Это было заведение средней ценовой категории, рассчитанное на авантюристов. Алан и остальные уже бывали здесь. Впрочем, даже в таком ресторане стоило быть авантюристом хотя бы пятого класса, если не хотелось разориться из-за меню.

— Я не люблю чопорные рестораны, даже если могу их себе позволить… — сказал Зиг. — А здесь народу много.

— Понятно, — сказала Сиаша. — Значит, это вроде столовой для высокоранговых авантюристов.

— Я ценю такие места. Некоторые рестораны не пускают полулюдей вроде меня.

— Тяжело вам, народу чешуи, — сказал Зиг.

Урбас пожал плечами, словно говоря: «Я привык».

К ним подошёл официант. Узнав, сколько человек будет обедать, он сказал:

— Располагайтесь.

Урбас направился на второй этаж — планировку ресторана он явно знал хорошо. Поднимаясь по лестнице, Зиг ощутил на себе несколько взглядов. Полных ненависти. Он молчал и как бы невзначай скользил взглядом по залу, двигая только глазами, но не головой. Вскоре выяснилось, что некоторые авантюристы смотрели не на Зига, а на Урбаса. Сам Урбас тоже всё заметил — его хвост дёрнулся. Однако он промолчал.

Сиаша… похоже, ничего не заметила. Для неё взгляд, полный ненависти, но лишённый намерения убить, был не сильнее лёгкого ветерка. Особенно когда смотрели не на неё.

Урбас выбрал столик в тихом углу второго этажа. Они сделали заказ и заговорили.

— Чем вы сегодня занимались?

— Истребляли обезьяньих псов.

— Обезьяньих псов… И кого они привели с собой?

— Трёхликих огров. Целую стаю.

Большие глаза Урбаса моргнули; прозрачные перепонки на мгновение закрыли их, очищая от соринок.

— Никогда о таком не слышал. Я думал, они обитают в разных местах…

— Зато мы добыли отличные материалы.

Части чудовищ из холодных краёв стоили намного дороже, чем добыча с их собратьев из тёплого климата, просто потому, что найти их было куда труднее. Существовали магические предметы, облегчавшие охоту в жару, но для холода ничего столь же удобного не было. Приходилось покрывать всё тело согревающими магическими предметами, а это снижало подвижность. Нужно было брать много еды, чтобы поддерживать температуру тела, а снегопад ещё сильнее затруднял движение и ухудшал видимость. Охота на чудовищ в морозных землях требовала слишком много труда — именно поэтому их части продавались так дорого.

— Если подготовиться только к обычным обезьяньим псам, придётся туго. Кто-нибудь пострадал?

— Много людей погибло. Э-э… Десять, кажется?

Урбас кивнул, пока Сиаша пыталась вспомнить число погибших. Ресторан постепенно заполнялся, хотя посетителей всё равно было намного меньше, чем в обычной забегаловке. Когда люди начали занимать места, Зиг заметил в них кое-что странное.

Так вот в чём дело.

Его подозрения, возникшие ещё на первом этаже, подтвердились, и он снова перевёл взгляд на Урбаса.

Им принесли еду и расставили блюда на столе. Разговор пришлось прервать ради обеда.

— М-м, вкусно! За качество и правда приходится платить. Но… во вкусе есть что-то ещё.

Сиаша наклонила голову, не зная, как выразить ощущение словами.

Зиг ответил, отправляя еду в рот:

— Запомни, Сиаша: за чужой счёт еда всегда вкуснее.

— Мудрое изречение.

— Ты не ошибаешься, но вряд ли это хороший жизненный урок.

Они продолжили есть, обмениваясь пустяковыми фразами.

— Сегодня ты один, — заметил Зиг, закончив еду.

Урбас тоже уже доел — то ли благодаря авантюристской привычке, то ли особенностям народа чешуи. Теперь они оба отдыхали и понемногу пили чай.

— Да. Мои друзья в другом ресторане. Его держит наш знакомый полулюдь.

— Представители разных народов едят разную пищу?

— В том, что мы едим, разница невелика, но вкусы у нас разные.

Народ чешуи, судя по всему, любил очень насыщенную, щедро приправленную еду. Настолько, что человеку нужно было любить пряную пищу, чтобы получить от неё удовольствие.

— И, уверен, ты уже заметил.

Урбас замолчал и указал вниз.

— Ага.

У второго этажа была одна особенность: почти всех сидевших там посетителей объединяла общая черта. Они были полулюдьми. А вот все посетители первого этажа были людьми.

— Я хотел тебя кое о чём спросить, — сказал Зиг. — Что такое кларитизм?

Он сразу почувствовал, как к нему метнулось несколько взглядов. Зиг не выкрикнул вопрос, но и голоса не понижал. Те из присутствующих, у кого был острый слух, наверняка расслышали произнесённое слово.

Кларитизм. Одного упоминания хватило, чтобы привлечь внимание всех вокруг. Разговоры стихли, воздух наполнился напряжением. Зиг нарочно не понизил голос, желая увидеть реакцию окружающих, но такого не ожидал. На него смотрели не враждебно и не злобно — скорее настороженно и с любопытством. Как представитель народа чешуи ответит на вопрос человека? Именно это читалось в их глазах.

Урбас сделал ещё глоток чая, смочил горло и только потом заговорил.

— Похоже, она знает о нём. Ты спрашивал у неё?

Тем временем Сиаша возилась с клешнёй краба, совершенно не обращая внимания на брошенные в их сторону взгляды.

Зиг молча взял клешню, расколол её между большим и указательным пальцами и вернул Сиаше.

— Сиаша знает о кларитизме из книги. Я хочу услышать твою точку зрения.

— Зачем?

Язык Урбаса скользнул наружу и обратно, словно от удивления. Зиг ответил:

— Я наёмник. Сегодняшние заказчики завтра становятся врагами. Я работал на несколько королевств, где именно так и происходило. Я не настолько глуп, чтобы верить всему, что говорят наниматели, не выслушав другую сторону.

Одно королевство гордилось своим равноправием. Небольшая пограничная деревня сгорела вместе со всеми запасами пищи. Ради защиты граждан началась война. Но оказалось, что в той деревне производили множество запрещённых веществ, одним из которых широко торговала напавшая страна. Жители продолжали свои дела, несмотря на неоднократные предупреждения, и соседнее государство вмешалось лишь тогда, когда из-за этих веществ начало разрушаться изнутри.

— Истину можно исказить множеством способов, ни разу не солгав напрямую, — продолжил Зиг. — Я не хочу слушать официальную речь. Мне нужна ваша сторона истории.

Рептильные зрачки Урбаса уставились на Зига. Во взгляде наёмника не было и тени горячности. Люди, полулюди — Зиг лишь наблюдал за происходящим. Он хотел только услышать мнение Урбаса. Помогать полулюдям он не собирался, как и наживать врагов среди кларитистов.

Его взгляд оставался холодным и беспристрастным — таким же, как тогда, когда он спросил Урбаса, как тот предпочитает, чтобы его называли.

— Раз ты настаиваешь.

С первого этажа донёсся взрыв хохота. Спиртное уже лилось рекой, и пьяные голоса эхом поднимались по лестнице. На втором этаже, напротив, было сравнительно тихо. Не то чтобы люди вовсе не разговаривали, но их беседы почти перешли на шёпот.

Они почти перестали разговаривать, чтобы слушать Урбаса и Зига. Посетители, вошедшие позже, тоже невольно поддались общей атмосфере. Они удивлённо приподнимали брови, замечая приглушённые разговоры соседей, и прислушивались к беседе человека с представителем народа чешуи.

Внимание всего этажа было приковано к столику троих. Точнее, к Зигу и Урбасу. Сиаша лишь смотрела на них, продолжая есть крабовую клешню.

Урбас опустил хвост на пол и сказал:

— Кларитизм… Если одним словом, это учение о превосходстве людей. Всех нас они называют полулюдьми — падшими людьми. Якобы мы появились от союзов людей, совершивших в прошлом некие великие грехи, с нелюдьми. Считается, что, хотя мы обладаем человеческим разумом, в самой нашей сути живёт зло, потому что в жилах течёт кровь великих грешников. Нас считают опасными и дурным предзнаменованием.

Всё сказанное Урбасом совпадало с тем, что Зиг читал о кларитизме.

— Но, полагаю, такие поверхностные сведения тебе не нужны. Кларитизм популярен в этих краях и имеет множество последователей. Большинство людей не обращается в эту веру, однако её учение существует здесь так давно, что они невольно его впитывают.

На континенте, где повсюду встречались магия и чудовища, мало что действительно приписывали богам. Разделённые воды или расколотые горы вполне могли оказаться делом ужасного чудовища. Поэтому религия здесь естественным образом приняла иную форму, чем на родине Зига. Там верования сосредоточивались вокруг всемогущего бога, создавшего всё сущее. Здесь же вера чаще основывалась на абстрактных вещах — законах и принципах. Такие учения были гибче и понятнее, а людям для жизни в обществе был необходим порядок.

— Среди верующих бывают разные, — продолжил Урбас. — От фанатиков, считающих полулюдей источником первородного греха и требующих нашего уничтожения, до тех, кому мы просто не нравимся, потому что они нас боятся.

— Как вы можете быть источником первородного греха, если первым его совершил человек? — вздохнул Зиг, заметив очевидную иронию.

По его мнению, за грех отвечал тот, кто его совершил.

Урбас молча высунул язык. Зиг не сумел понять, что тот чувствовал.

— Я тебя перебил. Продолжай.

— По уже названным причинам очень немногие открыто называют себя кларитистами. Но…

Урбас замолчал и отвёл взгляд.

Однако многие разделяют их взгляды на превосходство людей.

— Возьмём для ясности магазины. Половина хозяев терпеть не может наш вид, а каждый четвёртый отказывает нам в обслуживании. Сведения о таких лавках быстро расходятся, и мы перестаём туда ходить.

Полулюди находились в странном положении. Если бы их не пускало большинство заведений, проще было бы уехать из города. Но в Халиане они могли жить вполне удобно, если соблюдали осторожность.

Тут Зиг вспомнил посетителей внизу.

— А что насчёт этого места?

— Как я уже сказал, здесь нас особо не притесняют. Разделение между первым и вторым этажами как-то сложилось само собой.

В словах Урбаса не было скрытого смысла. Никакого негласного соглашения между посетителями тоже никогда не существовало.

— Авантюристам обычно нет дела до твоего народа — важнее умение. Хотя и исключения бывают, нельзя о них забывать. Но драки из-за происхождения вредят делу.

— Понятно.

Это был зрелый подход: не создавать трений из-за личных различий.

— Среди авантюристов к кларитизму обычно обращаются…

— Наивные дураки или ни на что не годные неудачники, верно?

В разговор вмешался спокойный голос. Сиаша наконец победила крабовую клешню и теперь облизывала пальцы. Вид у неё был довольный — еда пришлась по вкусу.

— Верно, — сказал Урбас. — Ты очень проницательна.

Она взяла у Урбаса салфетку, вытерла руки и отпила чаю.

— Большинство религий устроено так же. Люди хотят спасения, хотят во что-то верить. Поэтому и создают религии, разве нет?

Урбас криво улыбнулся её язвительному замечанию.

— Не уверен, что причины только в этом…

— Но люди, которые знают, что ничего не стоят, нуждаются хоть в какой-то опоре и потому начинают демонизировать другие народы, — продолжила Сиаша. — Так по-человечески… Ох!

Прежде чем она успела проговориться о том, что сама не человек, Зиг ткнул Сиашу в бок. Возможно, он проявлял излишнюю осторожность, но никто не знал, что известно кларитистам. Допустить, чтобы они узнали, что Сиаша — ведьма, он не мог.

— М-м? — спросил Урбас.

Зиг взглядом показал, что ничего не случилось.

— У неё тоже был неприятный опыт с религиозными людьми, — на ходу соврал он. — Иногда её заносит.

Сиаша потирала бок, пока он продолжал:

— Религия не всегда плоха. Более того, большинству людей она довольно полезна.

Сиаша посмотрела на него с недоверием.

— Правда? И чем же?

Зиг решил удовлетворить её любопытство и рассказал о пользе религии.

— Допустим, существует животное, которое ядовито или заражено паразитами.

Бедные и невежественные люди от отчаяния станут его есть, даже если это будет стоить им жизни. А теперь допустим, что именно это животное считается посланником богов и потому его запрещено употреблять в пищу. Тогда люди будут считать опасным даже приближаться к нему, не говоря уже о том, чтобы съесть.

— Не уверена, что такое когда-нибудь случалось… Но звучит правдоподобно.

Для Сиаши всё это выглядело слишком удобно, однако довод она признала. Зиг продолжил, заметив, что до конца её не убедил.

— Ещё одна очевидная польза проявляется на войне. Люди от природы испытывают сильное отвращение к убийству себе подобных. Чтобы его преодолеть, нужны веские причины. Религия — одна из них. Мы называем войну «справедливой», а убийство — «праведным». Достаточно хорошо промыть человеку мозги, и получится солдат, не знающий ни жалости, ни вины. Если повезёт, он ещё и будет готов пожертвовать собой ради дела. Я не люблю сражаться на поле боя с самоубийцами. Даже если они не слишком умелы, то продолжают драться, когда им отрубают ноги. Помню одного типа, который буквально полз ко мне даже после того, как я…

Когда Зиг по-настоящему увлёкся рассказом, Сиаша похлопала его по плечу. В кои-то веки её волновало, как на них смотрят окружающие.

— Зиг. Зиг! Ты всех пугаешь.

— А?

Он огляделся.

Несмотря на равномерно расставленные столы, теперь их столик словно оказался в изоляции. Представители других народов, ещё недавно заворожённо слушавшие разговор, отказывались даже смотреть в их сторону. Даже Урбас выглядел слегка ошеломлённым: он откинулся на стуле и втянул язык обратно. Зиг молча скрестил руки и отвернулся.

— Я слышал это от одного из ребят.

— Понятно.

Урбас не стал расспрашивать. Какими бы ни были реальные подробности истории Зига, он решил поверить ему на слово. Зато рассказ напомнил о том, насколько опасной могла быть религия.

— Вернёмся к теме, — сказал Зиг. — Значит, на поверхностном уровне кларитизм здесь довольно распространён.

После того как он не сумел прочитать настроение окружающих, его глаза беспокойно бегали в разные стороны.

— Удивительно, что некоторые авантюристы на это ведутся, — сказала Сиаша. — Я думала, для них важны достижения.

— Чтобы иметь достижения, сначала нужно чего-то достичь, — ответил он.

— Верно.

Сиаша вспомнила некоторых авантюристов, встреченных раньше. Ладили они не лучше земли с удобрением, но, как и сказал Зиг, своей принадлежностью к людям очень гордились.

— К кларитистам примыкают не только слабые, — сказал Урбас.

— Естественно.

Они вспомнили взгляды, встретившие их при входе в ресторан. Этого было достаточно, чтобы понять: некоторые высокоранговые авантюристы ненавидели другие народы.

Урбас помедлил, прежде чем задать Зигу и Сиаше вопрос. Он не был уверен, стоит ли спрашивать, но решил довериться чутью.

— И что вы оба думаете, услышав всё это?

Ответ Зига был прямым:

— Я человек без родины. Обычаи этой земли я буду уважать, но не ждите, что я их приму.

— Пусть делают что хотят, наверное.

— Понятно.

Урбас открыто улыбнулся, услышав именно тот ответ, которого ожидал. Он не хотел ни сочувствия, ни сопереживания, ни жалости. Ему хотелось лишь, чтобы с ним обращались как с равным… как бы банально это ни звучало.

Обед подошёл к концу, и как раз вовремя: они разговаривали уже долго. Настала пора расходиться. Зиг поднялся, а Сиаша последовала за ним.

— Спасибо за угощение.

— Было очень вкусно.

— Ага, ещё увидимся, — сказал Урбас.

Попрощавшись, они отвернулись от Урбаса и направились вниз по лестнице.

После обеда с Урбасом прошло несколько дней. Зиг получил известие из оружейной Эрнесты: его оружие наконец готово.

— Заждался? Вот, держи. Сделано на заказ.

Лежавшая на столе вещь совсем не выглядела оружием, предназначенным для людей. Клинки были тёмно-красными, цвета крови, а очертания — обтекаемыми. На вид оружие казалось короче модели из рогов двурогого жука, но это было не так. Диаметр рукояти остался прежним, а клинки стали чуть длиннее.

Зиг взял зловещее оружие в руки. Держа его одной рукой, он осмотрел клинки, хотя обычному человеку было бы трудно даже поднять его обеими. В тёмно-красном цвете таилось необъяснимое очарование.

— Клинки сделаны из рогов дракона, покрытого кровавыми кристаллами.

— Дракона?

Зиг настороженно посмотрел на Ганта.

— Не волнуйся, этот — настоящий дракон.

Зиг облегчённо вздохнул. Ему всё ещё было стыдно за то, что он принял креветку за дракона.

Ему хотелось сразу проверить баланс оружия, но Гант поглаживал бороду, словно намеревался что-то сказать. Глаза кузнеца сияли, как у ребёнка, поэтому Зиг подождал.

— Дракон, покрытый кровавыми кристаллами, — дракон третьего класса, которого считают потомком кристальной ящерицы.

С кристальной ящерицей Зиг уже сражался вместе с Сиашей. Это было занятное чудовище, управлявшее кристаллами для укрепления собственного тела.

— Насколько я помню, те кристаллы активировались маной. Разве для такого оружия это не плохой материал?

Зига интересовало восстанавливающееся оружие, однако тяжёлым образцам требовалось гораздо больше маны, чем обычной сабле или короткому мечу.

— Всё-таки это дракон, — сказал Гант, пока Зиг осматривал рукоять. — Не просто слегка усиленная ящерица. Кровавые кристаллы у этих драконов растут долгие годы, и самые прочные находятся на рогах. Для оружия подходят отлично.

— Кристаллы не просто крепятся к голове — они являются частью черепа и не уступают ему в прочности. Рукоять сделана из сплава с примесью стружки из драконьего черепа.

— Значит, с прочностью проблем не будет.

Зиг понял не всё из сказанного Гантом, но главное уловил.

Однако Гант, недовольный таким поверхностным пониманием, приблизил лицо к Зигу.

— Поверить не могу! Как ты можешь так принижать моё достижение?!

— Ладно, извини. Продолжай, только отодвинься.

Гант опасно приблизился к острому концу оружия, которое сам только что изготовил.

— Успокойся, Гант.

Сцежка дёрнула его за волосы, оттаскивая назад, но Гант даже не смутился и продолжил объяснять особенности оружия:

— Клинки невероятно прочны благодаря мане, которая годами накапливалась в материале.

— Поэтому они способны рассеивать нестабильную ману.

— Нестабильную ману?

— То есть смогут разрубить одно-другое заклинание.

Зиг не сумел скрыть удивления.

— Серьёзно? Значит, это вроде индигового адамантина?

Гант покачал головой.

— Не настолько мощно. Я же сказал: клинки рассеивают ману. Индиговый адамантин её уничтожает. К тому же оружие такого размера из индигового адамантина обошлось бы тебе в десять раз дороже.

Рассеять, а не уничтожить. Всё равно что подуть на огонь вместо того, чтобы залить его водой. Небольшое заклинание оружие могло стереть, но чем больше маны вкладывалось в чары, тем слабее становился эффект.

— Ты сможешь отбить некоторые мощные заклинания, если они невелики по размеру. Только не пытайся лупить по огромному огненному шару.

— Понял. Четыре миллиона, как договорились? Судя по услышанному, цена весьма выгодная.

Зига предупреждали, что итоговая стоимость может немного измениться в зависимости от расходов на изготовление.

Сцежка улыбнулась и кивнула.

— Четыре миллиона. Это самое малое, что мы можем сделать для постоянного клиента. Надеемся и впредь вести с вами дела.

— Спасибо.

Сцежка продолжала улыбаться, ожидая завершения сделки.

Гант ткнул Зига локтем в спину.

— Она говорит, что ты дойная корова.

— Я знаю, придурок. Но наверняка есть клиенты, которые покупают вещи и подороже.

Зиг повернулся к Ганту, не дав тому продолжить.

Увидев недоумение на лице здоровяка, Гант улыбнулся.

— Снаряжение авантюристов делают прочным. Ломается оно нечасто.

— Да, очевидно.

— Поэтому ты очень важный клиент: своё снаряжение ты ломаешь постоянно.

— А.

Зиг кивнул, испытывая смешанные чувства.

Авантюристы редко покупали новое снаряжение именно из-за его прочности. Чем дороже вещь, тем меньше вероятность, что она сломается. Чем реже она ломается, тем реже покупают замену. Зиг регулярно приобретал дорогое снаряжение, разбивал его и всё равно выживал. Для мастерской он был клиентом — золотой гусыней.

— Лично я предпочёл бы, чтобы ты не ломал оружие, на которое я потратил столько сил. Но жизнь становится проще, когда ты заказываешь новое… Как же мне быть?

Пока Гант разрывался между гордостью и деньгами, Зиг развернулся и пошёл к выходу. Вот это его совершенно не касалось.

Вес двухклинкового меча ясно ощущался, когда Зиг забросил его на плечо. Он был прирождённым солдатом, которого успокаивала тяжесть снаряжения. Для двухклинковых мечей ножны не предусматривались. Изначально их создавали для боя верхом, чтобы рубить врагов справа и слева. Максимум клинки обматывали тканью, которая оставалась на месте, а при использовании оружия разрывалась.

Почувствовав слежку, Зиг положил правую руку на скрытую под плащом рукоять.

— Уже?

Он остановился у лавки со странными безделушками и притворился заинтересованным покупателем. Взял наугад стеклянную вещицу и стал её рассматривать, намеренно подставив спину. Убедившись, кто за ним идёт, он вошёл в заведение чуть дальше по улице. Это было дорогое кафе — обычно Зиг туда не ходил, но однажды уже бывал по работе.

Он, как и в прошлый раз, заказал кофе и стал ждать. Преследовательница подошла, больше не скрывая присутствия.

— Теперь понятно, почему ты снова пришёл сюда. Как ты узнал?

Женщина с острым взглядом не стала терять времени и села напротив. Катия была одета в грубоватую одежду и выглядела слегка раздражённой. Возможно, потому что он сумел её обнаружить.

Как бы то ни было, она заказала набор с пирожным.

— Ничего особенного. Если зарабатываешь драками, со временем привыкаешь к чужим взглядам.

В качестве платы за только что преподанный урок Зиг заказал себе обеденный набор. Катия смерила его сердитым взглядом, но не остановила. Впрочем, больше её интересовал двухклинковый меч у его бока.

— У тебя новое оружие.

— Да. Когда понял, что за мной следят, подумал заодно его испытать, — сказал Зиг, поглаживая клинок. — Жаль.

Катия подняла руки.

— Дай передохнуть и перестань вести себя как псих.

— Тогда осторожнее выбирай цели. В некоторых местах за такую хрень убивают.

— Что? Я как раз выбрала осторожно, — самодовольно ответила Катия.

Она знала, что Зиг не из тех, кто убивает случайных прохожих. С другой стороны, за быстрые деньги он без колебаний прикончит человека. Благодаря связям с мафией Катия знала немало таких людей.

Зиг не стал указывать на её наивность и продолжил разговор:

— Хм… Так чего ты хочешь?

— Да ничего. Просто интересно, чем ты занимаешься в последнее время. Хочу понять твой распорядок, знаешь ли.

— Как тебе известно, я не вправе рассказывать о заказчице.

— Мне такие подробности не нужны. Я просто хочу узнать тебя получше. Будущие переговоры станут проще, согласен?

Формулировка была странной. На обычную дружескую беседу её визит не походил. Катия не лгала и действительно интересовалась Зигом. Разумеется, собирать компромат на всех партнёров умела не только мафия. Они знали о городе всё, а значит, должны были знать и о его заказчице… о Сиаше. Однако выяснить что-либо об их прошлом они не могли. Зиг и Сиаша прибыли на континент совсем недавно. Вероятно, полное отсутствие информации показалось мафии странным, поэтому Катия и решила спросить напрямую.

— Хорошо. Но…

— Я плачу. Знаю, знаю. По твоему огромному оружию сразу видно, что ты на мели.

Зиг не знал, на что решится мафия, если и дальше ничего о них не узнает. Лучше рассказать несколько поверхностных вещей и успокоить их.

Прошёл день. Немного отдохнув после встречи с трёхликими ограми, Зиг и Сиаша пришли в гильдию за новым заданием.

Как накануне заметила Катия, денег у него почти не осталось. Сбережения вместе с двумя миллионами, вырученными за оружие Элсии, заметно истощились.

Он ещё не был полностью разорён, но позволить себе сломать ещё одну вещь точно не мог.

— Пора за работу, Сиаша.

— О-о, давненько я не видела тебя таким целеустремлённым.

Они отправились сражаться со своим величайшим врагом — бедностью.

По привычке Сиаша пошла искать подходящее задание, а Зиг сел за свой обычный круглый стол. Сегодня что-то было иначе. Он молча осмотрелся, пытаясь понять причину странного напряжения. К взглядам на Сиашу он привык: всё-таки она была красивой и умелой авантюристкой. Но на этот раз смотрели на Зига. Не то чтобы такое происходило впервые — он был здоровяком, успел повздорить со множеством авантюристов и наверняка стал предметом разговоров за спиной. Впрочем, это были лишь его догадки. Сегодняшние взгляды задерживались на нём куда упорнее обычного.

Не вставая со стула, он перенёс вес на носки, готовый сорваться с места в любой момент. Зиг продолжал осматривать зал, пока не заметил нескольких авантюристов, глядевших в его сторону. К удивлению, они не отвели глаз, когда он поймал их взгляды. Зиг молчал. Судя по тому, как они держались, это были опытные авантюристы — вероятно, примерно уровня Алана и Урбаса.

Он нащупал двухклинковый меч за спиной. Враждебности они не проявляли, но были достаточно сильны, чтобы Зиг вспомнил об оружии.

Один из них нахмурился, не отводя напряжённого взгляда.

Позади Зига распахнулись двери гильдии. Кто-то вошёл. Вошедшие что-то сделали — и люди вокруг закричали.

Зиг обернулся ко входу и в тот же миг заметил арбалет, направленный ему в голову. Он присел, опрокинув стул и стол. Болт пролетел у виска и вонзился в стену позади. Зиг ударом ноги поднял упавший стол и укрылся за ним. В дерево впилась целая очередь арбалетных болтов, превратив стол в мишень для дротиков.

Кровожадность была такой сильной, что после первого нападения Зиг даже не успел перевести дух.

Один из нападавших целился в стол, за которым укрывался Зиг. Увернуться в таком положении он не мог, а латных перчаток при нём не было. Когда мужчина нажал на спуск арбалета, всё будто замедлилось.

Болт полетел Зигу в голову. Стоя на коленях, он не успевал уклониться. Оставалось два варианта: защищаться или атаковать. Зиг выбрал второе.

— Хнг!

Одновременно с выстрелом Зиг выхватил нож с пояса и наугад метнул его. Болт он принял на левую руку. Без магического усиления, защищавшего тело, Зиг застонал, но болт хотя бы угодил в руку, а не в голову. Несмотря на небольшую длину, выпущенный из арбалета болт глубоко засел в левой руке. Из пробитой раны хлынула кровь. Зиг поморщился, когда ощущение инородного предмета и запоздалая боль наконец настигли его.

— А-а-а!

Сам Зиг молчал, зато мужчина на другом конце зала закричал от боли. Брошенный нож перерезал тетиву арбалета и глубоко вонзился ему в левое плечо. Зиг промахнулся — целился он в шею. Однако лишить противника стрелкового оружия всё равно было большим преимуществом. Мужчина рефлекторно попытался выдернуть нож, но закричал ещё громче, когда зазубренные зубцы глубже впились в рану.

Наконец Зиг получил возможность перевести дух.

Поняв, что происходит, молодые служащие гильдии и авантюристы закричали. Авантюристы бросились в стороны, заметив, что захватчики охотились только за мужчиной у круглого стола. Те, кто двигался медленнее, выставили барьеры, чтобы не попасть под перекрёстный огонь. Старшие служащие затащили молодых работников под стойку приёма, показав, насколько хорошо умеют действовать в подобных ситуациях.

Сиаша оказалась зажата на месте толпой авантюристов, хлынувших к стойке в поисках укрытия.

— Враг человечества! Пособник грешников!

Мужчина что-то выкрикивал, но Зиг не обращал внимания. Убедившись, что с Сиашей всё в порядке, он выглянул из-за стола, чтобы осмотреть врагов. Стоило высунуться, как в него полетел ещё один болт.

Зиг насчитал шестерых, не считая того, кого обезвредил ножом. Все были вооружены арбалетами и мечами на поясах. До них было около пятнадцати метров. Зиг мог преодолеть это расстояние в мгновение ока, но быстрее арбалетного болта всё равно не был. Другие авантюристы закрылись бы защитным заклинанием и сократили дистанцию, но Зиг не владел даже простейшей магией. В помещении ему было не справиться с шестерыми сразу.

Плохо дело.

Главными слабостями Зига были численное превосходство и стрелковое оружие. У этой группы было и то и другое.

Остальные авантюристы наблюдали со стороны, не желая вмешиваться. Враги не приближались, сохраняя дистанцию, но Зиг видел, что они собираются обойти его с флангов. Если ринуться вперёд со столом, обстрел с нескольких направлений поставит его в невыгодное положение.

— Тогда…

Зиг перекатился из-за стола-щита.

Арбалеты немедленно повернулись вслед за ним, но стрелкам не хватило мастерства попасть в движущуюся цель. Зиг уклонился от трёх выстрелов и схватил другой стол, закрывшись от оставшихся трёх. Первые трое уже перезаряжали оружие. Подобраться к ним он не успевал.

Но мне только это и нужно.

Зиг ухватился за край стола и напрягся. Стол был сделан из дерева, ещё при жизни пропитанного маной. Под давлением пяти пальцев древесина заскрипела. Зиг поднял стол, для переноски которого потребовалось бы шесть человек, и метнул в нападавших.

— Хунх!

Стол полетел к мужчинам, вращаясь и рассекая воздух.

— А-а-а-а!

Гигантский деревянный диск врезался в перезаряжавших арбалетчиков и швырнул троих в стену. Заодно пострадали несколько наблюдателей, но никто не погиб, а значит, всё было в порядке.

— Проклятый еретик!

Несмотря на только что полученный удар, нападавшие быстро пришли в себя. Трое в ярости выстрелили в Зига из арбалетов. Однако теперь, когда половина их сил выбыла, они уже не могли с ним тягаться.

Уклониться, заблокировать, отбить.

Уходя от первого болта, Зиг выхватил двухклинковый меч, а два оставшихся отбил оружием. Он рванулся к врагам, и деревянный пол застонал под ногами. Нападавшие судорожно потянулись к оружию ближнего боя, но было поздно. Верхний клинок Зига вошёл в грудь мужчине, который пытался вытащить меч.

Не обращая внимания на жертву, бившуюся на его оружии, Зиг перешёл к следующему противнику. Поскольку верхний клинок был занят, нижним он обезглавил другого. Двухклинковый меч из рогов дракона, покрытого кровавыми кристаллами, оказался невероятно острым: он чисто рассекал тела, а не разрывал их. Любуясь ровным обрубком, оставленным клинком, Зиг улыбнулся.

Последний мужчина с криком бросился на него:

— Чудовище!

Зиг схватил обезглавленное тело за грудь и швырнул навстречу. Удар остановил разбег, а затем тёмно-красный клинок пронзил и нападавшего, и труп без головы.

— Гах!

Теперь на двухклинковом мече висели три тела. Стекавшая с них кровь делала тёмно-красные клинки ещё более багровыми. Последний мужчина всё ещё дышал: клинок пронзил его живот.

— Н-недочеловеческая мразь… в человеческой шкуре! — проклял он Зига на последнем издыхании. — Возмездие… придёт!

К несчастью, мужчина оказался слишком далеко насажен на вертел, которым стало оружие Зига, и разобрать его слова было невозможно. До наёмника долетало лишь приглушённое мычание куска мяса на его шашлыке.

Зиг наступил на первый труп и стянул его с двухклинкового меча на пол. Остальные тела он сложил друг на друга, прежде чем они успели упасть, как костяшки домино.

Зиг раздражённо пожал плечами.

— Напасть на человека среди бела дня. Да ещё и в гильдии. Должно быть, они меня по-настоящему ненавидят.

Сиаша прорезала толпу и бросилась к нему.

— Зиг! Ты в порядке?

— Серьёзных ран нет. Но тебе придётся меня исцелить.

— Конечно. Что это такое?

На болте были зазубрины, которые расширяли рану при извлечении. Зиг постучал по болту в левой руке, проталкивая его насквозь, затем отломил оперение и вытащил. Как только болт вышел, Сиаша наложила исцеляющее заклинание, не позволив кровотечению усилиться. Боль утихла, её сменило тёплое ощущение, и Зиг наконец смог спокойно вздохнуть.

— Никогда их раньше не видел. Но могу предположить, откуда они взялись.

Нападавшие выкрикивали слова вроде «еретик» и «грешник», поэтому было очевидно, кто они. По этой же причине остальные авантюристы предпочли сидеть и наблюдать.

Когда Зиг был исцелён, к ним подошёл служащий гильдии — мужчина средних лет в очках, с зачёсанными назад волосами. В прошлый раз Зиг был без сознания и потому его не запомнил, но именно этот человек позаботился о нём после боя с богомолом-заклинателем.

— Меня зовут Кирк Райт, я заместитель главы гильдии авантюристов Халиана. Знаю, ты ранен, но можем ли мы поговорить?

— Зиг Крейн. Наёмник.

Мужчина пристально осмотрел Зига.

— Наёмник, говоришь?

Несмотря на конторский вид, профессия Зига не смутила Кирка. Сам он бойцом не был, но и бойня вокруг не выбила его из равновесия. Должность заместителя главы он занимал не зря.

Кирк поднял с пола голову и повернулся к Зигу. Он заглянул ей в глаза, пока из шеи капала кровь.

— Откуда ты его знаешь?

— Не знаю.

— Есть догадки, почему они на тебя напали?

— Нет.

Это была ложь. Догадка у Зига определённо имелась.

Но ему не хотелось связываться со всей морокой, которая началась бы, скажи он её вслух. К тому же прямого отношения к нападавшим Зиг не имел, поэтому считал свою ложь достаточно убедительной.

Кирк положил голову на труп и молча поправил очки.

— Понятно… Поговорим наверху. Там будет немного уединённее.

— Звучит разумно, но решать не мне.

Похоже, Кирк раскусил его ложь. Учитывая должность мужчины, Зиг не особенно удивился. Он пожал плечами и покосился на Сиашу. Затем осмотрел исцелённую руку и вытер кровь с оружия одеждой одного из мертвецов.

Когда их разговор закончился, Кирк увидел, что Зиг немедленно принялся ухаживать за оружием. Понимая, что больше сказать ему нечего, заместитель главы повернулся к Сиаше.

— Сиаша, верно? Я о тебе слышал. У тебя большой потенциал как у авантюристки. Не возражаешь, если я ненадолго поговорю с вами обоими?

Она подняла взгляд, словно обдумывая предложение, и улыбнулась. Улыбка была прекрасной, но лазурных глаз не коснулась.

— И зачем вам отнимать время у столь многообещающей новенькой?

Голос Кирка потяжелел.

— Немного, но я позабочусь, чтобы вам заплатили за потраченное время. Согласны?

Довольная ситуацией, Сиаша кивнула. Она стала сильнее. Обматывая клинки тканью, Зиг ощутил прилив гордости.

Тела нападавших сложили и унесли, кровь вымыли с пола. Когда уборка закончилась, зал гильдии выглядел так, будто нападения вовсе не было. Нескольких авантюристов, попавших под перекрёстный огонь, тоже заставили помогать. Кирк распорядился избавиться от трупов и арестовать выживших, после чего направился на второй этаж.

— Прошу сюда.

Зиг и Сиаша пошли за Кирком.

Авантюристы, получившие ушибы от летящего стола, бросили на Кирка полные ненависти взгляды, но одного его взгляда хватило, чтобы они вернулись к работе.

Может, потом перед ним извинюсь.

Наблюдая за происходящим вокруг, Зиг обратился к Кирку:

— Что вы сделаете с выжившими?

— Передадим военной полиции, — буднично ответил Кирк, не показывая ни тени беспокойства. — Я попытаюсь поручить кому-нибудь выяснить, кто их послал, но сомневаюсь, что мы что-то найдём.

Они поднялись по лестнице и вошли в его кабинет — комнату, приспособленную для совещаний. Кирк подошёл к трубке на стене и активировал её. По механизму потекла мана. Воздух наполнился запахом ржавчины и стал душным.

— Это магический предмет для звукоизоляции. Теперь нас никто не услышит. Магия не поможет, как и усиленный слух других народов.

— Ага…

Запах явственно ассоциировался с защитой. При виде редкого магического предмета глаза Сиаши загорелись, но им предстояло многое обсудить.

Кирк сел, положил подбородок на сцепленные руки и жестом предложил им занять места.

— Итак, с чего начать… Хотелось бы услышать от вас двоих некоторые пояснения. Особенно от Зига. Вы как-либо связаны с кларитистами?

— Нет.

Едва Зиг ответил, Кирк сразу задал следующий вопрос:

— Но ты догадываешься, почему сегодня на тебя напали… Я прав?

Его очки зловеще блеснули, словно могли видеть ложь насквозь.

— Есть предположение.

— Вот как? Раньше ты не горел желанием об этом говорить. Почему передумал?

Кирк прищурился, словно тщательно проверяя прежнее заявление Зига.

Зиг выдержал его взгляд и бесстрастно ответил:

— Потому что вы сказали, что заплатите, а я хочу лучшего для своей заказчицы. Теперь это работа. В работе я лгать не намерен.

— Понятно.

Кирк попытался определить, лжёт ли Зиг, но решил, что сначала стоит задать ещё несколько вопросов.

— Судя по всему, гильдия тоже подозревает кларитистов в причастности к этому нападению.

— Разумеется, — ответил Кирк Сиаше. — Только они достаточно тупы, чтобы творить такое бесплатно.

Его прямой ответ сопровождался неприкрытым отвращением и ясно показывал отношение к кларитистам.

— Такое случается не впервые. В прошлый раз неприятности устроили несколько низкоранговых авантюристов, и тот случай был очень похож на сегодняшний.

Зиг и Сиаша молча переглянулись, вспомнив тот инцидент. Аой говорила, что доложит начальству; теперь было ясно, что Кирк участвовал в разбирательстве. Они продолжали молчать, общаясь только взглядами, и согласились, что Кирку об этом знать не нужно. К счастью, их безмолвный обмен он не заметил.

— Так в чём заключалась твоя догадка?

— Вероятно, у этих авантюристов были счёты с Урбасом.

Возможно, их недавний обед разозлил кларитистов.

Кирк покачал головой, отвергая теорию Зига.

— Нет? — спросил Зиг.

— Были, но в таких делах у них существуют правила. Простой совместный обед не был бы поводом для нападения.

Затем Кирк рассказал о кларитистах то, о чём Урбас умолчал.

— Всё зависит от места, но насилием трудно завоевать симпатии общества. Полулюди и без того работают дешевле людей, поэтому мало кто готов отказаться от их труда. А учение кларитистов говорит, что полулюди должны расплачиваться за прошлые грехи. Очень удобно. Думаю, ты уже понимаешь, к чему это ведёт.

— Платить за их великие грехи.

Удачная формулировка.

Они выступали против нелюдей, но не против их эксплуатации, тем самым исподволь внушая последователям, что их трудом можно пользоваться. Это отличалось от философии континента Зига, где вражеские королевства уничтожали с крайней жестокостью. Однако теперь он ещё меньше понимал, почему напали именно на него.

— Уверен, что больше ничего не было? — спросил Кирк.

— Я не понимаю, что именно искать…

— Ну… Ты делал или говорил что-нибудь в поддержку других народов?

— Я знаком с народом чешуи совсем недолго. Почти ничего о них не знаю…

— Вот оно, — перебил Кирк, не дав Зигу закончить.

Зиг вопросительно наклонил голову и задумался. Он нахмурился, пытаясь найти ответ.

— Понятно. Ты и правда явился из настоящей глуши. Пожалуй, полностью винить тебя нельзя.

Сиаша и Зиг совершенно не понимали, о чём речь, а Кирк уже пришёл к выводу.

— О чём вы говорите? — спросил Зиг.

— Просто уточню: «народ чешуи» — их настоящее название, верно?

— Да… — ответил Зиг, почувствовав неладное.

Почему заместитель главы гильдии с огромным опытом выглядел таким довольным, услышав название народа?

— Во-первых, другие народы, очевидно, не являются «полулюдьми». Они сами себя так не называют — это имя дали им мы, люди. Честно говоря, я и сам почти об этом забыл.

Слово «полулюдь» существовало очень давно. Зиг обратил на это внимание лишь потому, что жил на другом континенте. Там обитали люди с разным цветом кожи и разными языками, и каждого называли по королевству, к которому он принадлежал. Привыкший к такому разнообразию, Зиг захотел узнать настоящее название народа Урбаса.

— Наверное, всё началось с того, что люди не хотели учить названия других народов. Но чем больше людей заселяло континент, тем сильнее это слово превращалось в оскорбление. Дети растут, постоянно слыша его, и начинают считать полулюдей ниже людей. Так предубеждение и распространяется…

Кларитизм. Коварное зло, исподволь внедряющее предрассудки в сознание людей.

Сиаша не смогла сдержать смешок.

— Хе. Ха-ха-ха… Они умеют подбирать названия.

Обстоятельства их происхождения и ирония названия показались ей настолько забавными, будто сама судьба приложила к этому руку. Чёрные волосы качнулись, а лазурные глаза сузились от смеха.

Её прекрасное, но жестокое выражение напугало Кирка. Недавно окровавленный труп не заставил его и моргнуть, а теперь на лбу выступили капли пота. Лицо молодой женщины и выражение на нём поразительно противоречили друг другу.

— Значит…

Голос Зига вывел Кирка из оцепенения, вызванного лазурными глазами Сиаши.

— Им не понравилось, что я назвал Урбаса представителем народа чешуи… В этом причина?

Даже произнося эти слова, Зиг не мог в них поверить. Он не ожидал, что кто-то попытается убить его из-за названия народа. Ещё можно было понять желание подраться, но поведение Кирка указывало на нечто иное. Сам Зиг сражался только ради денег и выгоды. Подобный образ мыслей был ему непонятен.

— Они охотятся не только за тобой. Они хотят стереть само это слово.

— Слово?.. — повторил Зиг.

Кирк поднялся и снял с полки чайный набор. Прогрел чайник и чашки, отмерил заварку и с помощью магического предмета приготовил чай. Затем принёс поднос, сел и продолжил, пока напиток настаивался.

— Они хотят стереть сам народ, потому что отказываются признавать его отдельным народом, признавать его равным людям. То же относится ко всем остальным. Для этого они объединяют их под названием «полулюди» — люди, чьи души запятнаны грехом. Не такие, как люди, чьи души остались чистыми, ясными. Именно поэтому они отказываются признавать слово «народ чешуи».

Произнеся это, Кирк дважды крутанул содержимое чайника и разлил чай по чашкам. Три минуты заваривания дали насыщенный красновато-коричневый напиток, наполнивший комнату изысканным ароматом.

— Этому не нужно имя, — заметил Кирк, когда последняя капля упала в чашку. — Пока сосуд способен вмещать чай, неважно, какого он цвета и формы. Верх варварства.

Перед ним предстали два противоположных способа наслаждаться чаем. Сиаша неторопливо вдыхала аромат, а Зиг сразу сделал большой глоток. От первого глотка глаза Зига расширились, и дальше он пил уже медленнее.

— Значит, мы выяснили, почему на меня напали. Что гильдия собирается с этим делать?

— Они безумные фанатики, но не идиоты. Я знаю, что из оставшихся в живых ничего не вытащить.

— Ожидаемо.

Организация, с которой они столкнулись, умела не оставлять следов.

— К сожалению, мы ничего не сможем сделать, поскольку напали именно на тебя. Максимум выставим им счёт за уборку.

— Слабая позиция. На гильдию напали среди бела дня.

— Было бы иначе, если бы атаковали кого-то из наших. Но ты не член гильдии.

Кирк был прав: Зиг не состоял в гильдии. Он лишь сопровождал Сиашу всякий раз, когда та бралась за задание.

— Впрочем, обычным мирным жителем тебя тоже не назовёшь. Уверен, ты успел сделать что-то, что действует им на нервы.

И это тоже было правдой. Сегодняшнее нападение могло оказаться случайностью, но на Зига могли напасть снова во время задания.

— Гильдия ничего не станет делать, пока не пострадали мы сами. Хотя в наших стенах подобного больше не допустим.

— Понятно.

Зиг больше ничего не сказал, положив разговору конец.

— Тебя это устраивает, Зиг? — спросила Сиаша.

— Кирк прав. Это моя проблема.

— Хм-м…

Сиаша выглядела недовольной, но больше ничего не сказала. Они поднялись со стульев.

Однако Кирк ещё не закончил.

— Подождите.

Они обернулись к нему. Когда оба посмотрели на Кирка, тот глубоко вдохнул и объявил:

— Зиг Крейн, отныне тебе запрещено входить в гильдию авантюристов.

Так запрет стал официальным.

Зиг и Сиаша отреагировали совершенно по-разному. Зиг опустил плечи, поскольку предвидел такой исход. А вот Сиаша…

— Что?!

Её мана взметнулась, едва сдерживаемая эмоциями. У Зига волосы встали дыбом, словно рядом выстрелила баллиста. Звукоизолирующий магический предмет на стене с пронзительным звоном взорвался. Несколько предметов разлетелись по комнате и разбились о стены и пол. Магический прибор, которым кипятили воду для чая, разлетелся вдребезги, а на столе остались лишь царапины. Резкий выброс избыточной маны мгновенно разрушил печати магических предметов и вызвал взрывы.

Только Зиг удивился поломкам. Сиаша даже не дрогнула. Кирку же было не до сожалений о разбитых вещах: на него давило всё её негодование и ярость.

— Почему?!

От избытка маны чёрные волосы Сиаши поднялись в воздух. Она произнесла лишь одно слово, но смысл вопроса был совершенно ясен.

— Неприятности, которые он приносит, навредят гильдии, — ответил Кирк, чувствуя, будто ему сдавило лёгкие. — Пока кларитисты следят за ним, мы не можем позволить ему входить в зал. Я же сказал, что больше подобного не допущу.

Лазурные глаза женщины смотрели на Кирка, как на насекомое. Чем дольше он в них всматривался, тем сильнее его охватывал неописуемый страх. В прошлом Кирк вёл переговоры с великими людьми, но эта нездешняя сила не походила ни на что знакомое.

— Он мой телохранитель.

— Мы можем подобрать тебе способных авантюристов. Выберешь любого.

Да они тебе не нужны! — хотелось крикнуть Кирку.

Страх подавил желание спорить, и он предложил Сиаше уступку. Но этого оказалось недостаточно, чтобы её успокоить. Она скрестила ноги, приподняла брови и устремила на него острый взгляд.

И вы рассчитываете, что ваши слабаки смогут меня защитить? Это шутка?

Если да, то очень плохая. Место уже было занято. От одной мысли, что рядом будет стоять кто-то другой, Сиашу мутило. Она прикусила губу, подавляя возникший в воображении образ.

Ей хотелось ударить Кирка всей своей маной, но, встретившись с ним глазами, она остановилась. У небоевого служащего хватило решимости не сломаться под давлением. За это Сиаша решила проявить к нему некоторое уважение.

— Это должен быть он.

— Ему нельзя входить.

— Даже если я перестану быть авантюристкой?

— Это будет потеря, но меньшая, чем полномасштабная война с кларитистами.

— Мы ходим по кругу. Вы нарочно пытаетесь меня разозлить?

С каждым вопросом ярость Сиаши усиливалась.

Когда её голос начал срываться, Зиг поднялся. Видя, как Кирк обливается потом, он бросил ему спасательный круг:

— Сиаша, подожди.

— Не буду. Молчи.

Сиаша тут же отвергла его попытку. По природе она была покладистой, но, потеряв самообладание, становилась невероятно упрямой. Неистовствующая мана с сухим хрустом отломила ручку чайной чашки.

Хорошо, что мои перчатки сейчас в ремонте.

Он не хотел представлять, что случилось бы, взорвись латные перчатки прямо на его руках.

— Успокойся. Можешь хоть разорвать его на куски, но этот человек не способен изменить решение.

Сиаша замолчала и отвела взгляд от Кирка, пока Зиг пытался её образумить. Когда чудовищное давление, прижимавшее Кирка, ослабло, тот наконец смог дышать.

Теперь её тихий, неподвижный взгляд — вместе со всей необузданной, незрелой яростью — был направлен на Зига. Кирка от Сиаши отделял стол, а Зиг стоял рядом и принял весь удар её гнева. Несмотря на долгую жизнь, она лишь недавно начала общаться с другими людьми. Она не умела сдерживать ярость и направляла её даже на дорогого ей человека. Её раздражала сама мысль, что к ней приставят кого-то другого. Разве можно было её винить?

Если бы не гордость, Зиг мог воспользоваться её доверием и заставить успокоиться.

Однако, выдерживая её взгляд, Зиг прищурился. Заставить её улыбаться и просто терпеть всё это казалось неправильным. Умение переживать неприятные обстоятельства важно в жизни. Но… если ей придётся делать это каждый раз, однажды она сорвётся. И когда ярость выплеснется, кто знает, что сделает Сиаша — ведьма с совершенно иными ценностями, чем у людей? Об этом Зиг предпочитал не думать.

Нужно позволить ей выплеснуть хотя бы часть раздражения.

Зиг прямо посмотрел в пронзительные лазурные глаза. Теперь он понял, что нужно сделать.

— Ты можешь сорваться на Кирке… но уверена, что этого будет достаточно?

— Что ты имеешь в виду? — спросила Сиаша, не отводя взгляда.

Её ярость и мана всё ещё бушевали, но Зиг по крайней мере заставил её слушать.

— Заместителю главы незачем лично запрещать вход постороннему. Он мог поручить это любому служащему. Не думаю, что он привёл тебя сюда только ради того, чтобы разозлить.

Зиг посмотрел на Кирка. Вернув способность дышать, тот поправил очки и самодовольно склонил голову набок.

— Не понимаю, на что ты намекаешь… — с притворным непониманием сказал Кирк. — Я лишь утверждаю, что Зигу запрещено входить, пока на него охотятся кларитисты. Но если вопрос будет улажен… проблема перестанет существовать.

Хотя Кирк выразился настолько прямо, насколько мог, не произнося всё вслух, Сиаша всё равно не поняла.

— И как вы предлагаете уладить ситуацию?

— Это не моя забота. В конце концов, я всего лишь посторонний… Но скажу одно: насилие никогда не бывает ответом. Всегда следует стремиться понять другую сторону.

Зиг кивнул, соглашаясь с практичным решением Кирка.

— Да, это может сработать. У вас есть ещё советы, как можно разобраться с ситуацией?

— Я всегда ставлю интересы гильдии на первое место, но…

Кирк потянулся к чашке. Не сумев взяться за ручку, он схватил её за край. На мгновение закрыл глаза, затем открыл.

— Если бы я увидел, как этим безмозглым фанатикам воздаётся по грёбаным заслугам… О-о, это было бы сладко.

Спокойный, собранный взгляд исчез. Теперь глаза Кирка стали дикими и звериными.

Зиг ухмыльнулся, заметив, как исчезла вежливость Кирка.

— Вы не слишком принимаете это близко к сердцу?

— Слушай сюда, парень. Личные чувства имеют значение, только когда вредят прибыли. Во всех остальных случаях делай с ними что хочешь.

Если Зиг преуспеет, гильдия — и сам Кирк — сможет ударить кларитистов по носу. Если провалится, гильдию не обвинят в беспорядке, который он оставит после себя. Для организации выигрыш в любом случае.

Официально ответить гильдия не могла из-за отсутствия доказательств. Но если действовать тем же способом, она сможет выдвинуть то же оправдание.

Теперь Кирк получил идеальное оружие.

В душе Зиг отдал ему должное.

Вспышка Сиаши нарушила ход разговора, но в остальном всё шло по плану Кирка. Неудивительно, что он дослужился до заместителя главы гильдии. Он был ровно настолько хитёр, насколько требовала должность.

Зигу не нравилось плясать под дудку Кирка, но жаловаться он не собирался: работу ему по-прежнему позволяли выполнить.

— А что насчёт кларитистов среди авантюристов?

— Каждый волен верить во что угодно. Но гильдии не нужны люди, навязывающие другим свои безумные убеждения, поэтому мы это прямо запрещаем. Это условие прописано в правилах вступления.

Избавиться от подозрительных людей, которые нарушали правила гильдии и в любой момент могли стать врагами, было в её интересах. Холодный взгляд Кирка говорил именно об этом. По сути, ему было всё равно, что сделают Зиг и Сиаша. Иными словами, никто не поднимет шума, если с некоторыми людьми произойдёт несчастный случай.

— Понятно… Да, кажется, теперь я поняла.

Наконец Сиаша уловила, к чему клонили Зиг и Кирк. Она улыбнулась: теперь её ярость получила ясную цель. Сиаша вернулась к обычной вежливости и втянула ману обратно в себя. Но Кирку от этого она показалась лишь ещё страшнее.

— Кстати, где находится крупнейшая кларитистская церковь Халиана? Я внезапно заинтересовалась их учением.

— На западе, в квартале богачей. Постарайся действовать незаметно. Не хотелось бы тревожить соседей.

Получив почти неприкрытые указания, Сиаша улыбнулась и поднялась. Зиг последовал за ней к выходу из кабинета, глядя на чёрные волосы, струившиеся по спине. Затем остановился, кое-что вспомнив.

— Ещё один вопрос.

Кирк посмотрел на него, молча предлагая продолжать, и занялся уборкой чайного набора.

— Откуда они знают выражение «народ чешуи»?

Даже служащий гильдии не знал этого названия. Получалось, что, несмотря на неприязнь к слову «полулюди», представители других народов сами не употребляли названия своих народов. Почему же кларитисты в ресторане отреагировали, когда Зиг лишь вскользь произнёс это слово?

Вопрос Зига явно разочаровал Кирка.

— Чтобы играть в полицию слов, нужно знать, какие слова искать. Поэтому названия других народов им известны лучше, чем кому-либо ещё. Забавно, правда?

Они посмотрели вниз, на первый этаж, где уже суетились занятые авантюристы. Прошло больше времени, чем им казалось. Когда они вышли из кабинета и начали спускаться, они снова почувствовали на себе взгляды. После недавних событий о них говорила вся гильдия. Люди не хотели вмешиваться, но сдержать любопытство не могли.

Зиг был осторожнее обычного и занял позицию, с которой лучше всего мог защитить Сиашу. Латные перчатки он снова надел. Обычно в гильдии Зиг их снимал, но нападение напомнило, чем может обернуться такая беспечность.

Я теряю хватку.

Он уже долго работал телохранителем, а гильдия стала знакомым местом. Зиг начал думать, что здесь ничего плохого случиться не может. Обстановка слишком отличалась от поля боя, и от этого его навыки притупились. Узнай наставники, что его застала врасплох группа зелёных новичков…

Зиг остановился.

Наверное, они ничего не сказали бы, но следующие несколько дней он наверняка провёл бы на тренировочном поле. Занимался бы с восхода до заката… Картина возникла в памяти совершенно ясно. Зиг лишь мгновение наслаждался ностальгией, затем собрался и посмотрел на любопытную толпу, которая расступалась перед ним.

По образовавшемуся проходу к ним шёл крупный авантюрист — представитель народа чешуи с зелёной чешуёй. Урбас. Он низко поклонился.

— Прости, что втянул тебя, Зиг. Я потерял осторожность.

Хвост Урбаса безвольно опустился — должно быть, он чувствовал себя виноватым в нападении на Зига.

— Ты знал, что они хотят уничтожить название твоего народа? — спросил Зиг, не обращая внимания на извинение.

Нос Урбаса дёрнулся, язык скользнул наружу и обратно. Зиг не знал, что это означало.

— Я знаю, что кларитисты ненавидят названия нелюдских народов, — слабо ответил Урбас. — И знаю, что раньше они запрещали нам называть свои народы настоящими именами. С тобой… я впервые снова произнёс его.

Урбас покачал головой.

— Я не ожидал, что одно упоминание названия вызовет такое насилие… Мне правда жаль.

— Понятно.

До Зига никто никогда не спрашивал Урбаса о названии его народа. Кларитисты хотели стереть саму мысль о том, что полулюди чем-то различаются помимо внешности. Именно это представление они стремились внушить массам. В определённом смысле им почти удалось: даже служащие гильдии не знали исконных названий нелюдских народов.

— Тогда тебе незачем извиняться.

— Но на тебя напали из-за меня…

Урбас попытался повторить довод, однако Зиг покачал головой. Урбас поднял голову и встретился с ним взглядом. Увиденное заставило его тяжело сглотнуть.

— Нет, ты не понимаешь, Урбас, — сказал Зиг, пытаясь его убедить. — Знай я об этой хрени, не стал бы спрашивать, как называется твой народ.

Он сделал ещё один шаг. Урбас невольно отступил.

— Если бы они пришли с угрозами, я, возможно, начал бы тебя избегать, лишь бы не влезать в эту грязь.

Ещё один шаг.

Урбас отступил в сторону, словно освобождая Зигу дорогу. Но Зиг положил руку ему на плечо.

Он не любил наживать ненужных врагов. Пока оставалась возможность, предпочитал говорить и договариваться. Убийства вне рабочего времени были пустой тратой сил.

— Но они перешли черту и подняли на меня руку. Послание ясное. Они хотят стать врагами.

Зиг посмотрел через плечо Урбаса на авантюристов позади. Некоторые немедленно поднялись и вышли из гильдии, внезапно вспомнив о чрезвычайно важных делах. Зиг их не преследовал и снова обратился к Урбасу.

— Теперь мне остаётся только одно. Первопричина уже не имеет значения, Урбас.

Урбас прикусил язык и молча отступил.

Зиг прошёл мимо, Сиаша последовала за ним. Они покинули гильдию и вернулись в гостиницу. Ему требовалось переодеться в снаряжение для боя с людьми, но сначала предстояло сделать кое-что ещё.

— Сперва подготовимся в гостинице. Потом я хочу заглянуть в несколько мест.

Стоило им напасть без провокации, и за их головы немедленно назначили бы награду. Нужно было сначала подготовить почву и понять, какое место кларитисты занимают в структуре власти Халиана. Для этого Зигу требовались сведения и связи — обычная работа наёмника.

Сиаша шла пружинистым шагом и смотрела ему в лицо.

— У тебя такой весёлый вид, Зиг!

Он криво улыбнулся.

— Правда?

Её пылающие лазурные глаза показывали, что сама она веселилась не меньше.

— Конечно! — с ностальгией сказала Сиаша. — Напоминает время нашей первой встречи.

Чёрные волосы, колыхавшиеся в такт её шагам, уже стали для Зига частью повседневности. Он задумался, как выглядел тогда. Но сколько ни рылся в памяти, не знал даже, как выглядит сейчас. Несколько лет назад его внешность перестала меняться, однако Сиаша наверняка говорила не об этом.

— Возможно, ты права.

— Я знаю, что права.

Зиг ответил невозмутимо. Сиаша удовлетворённо улыбнулась.