Глава 3: Рыбалка и другие занятия: способы укрепить дружбу

Глава 3: Рыбалка и другие занятия: способы укрепить дружбу

В центре города садилось солнце. К концу рабочего дня горожане выглядели уставшими, но уже предвкушали вечерние развлечения. Ранние пташки закрывали лавки, уступая место полуночникам, которым предстояло заступить на смену.

Зиг жевал куриные шашлычки, перекусывая на ходу и планируя расследование, пока заглядывал в лавки.

Пережёвывая куриное мясо, он вспоминал пьяные познания Коссака.

— После вчерашней удачи нового я, наверное, ничего не узнаю. Придётся самому пошевелить ногами. Так… Кажется, он говорил: «Следи за деньгами и обращай внимание на всё необычное».

Зигу было нетрудно запомнить эти слова. К счастью, Коссак относился к тем пьяницам, которые каждый раз, напившись, заводят один и тот же разговор. Это доходило до крайности и уже успело ему надоесть, но теперь Зиг утешал себя мыслью, что время было потрачено не зря.

— Всё необычное…

Зиг не знал, что считать обычным в Халиане, зато знал единственного человека, который мог это знать.

Выбросив законченные шашлычки, он направился к своей постоянной кузнице — в оружейную Эрнесты.

Окинув лавку взглядом, он увидел, что она заполнена только что закончившими работу авантюристами. Из-за толпы Зиг не сразу нашёл нужного человека, зато благодаря крупному телосложению он сразу бросился ей в глаза.

Сцежка прошла сквозь покупателей ему навстречу с профессиональной улыбкой на лице.

— Добро пожаловать, Зиг. — Она поприветствовала его как всегда и была одной из немногих, кто знал о полном отсутствии у Зига маны.

— Похоже, у вас тут дел по горло. Я хотел задать несколько вопросов, если у тебя найдётся время.

— Тогда сюда.

Прежде чем Зиг успел спросить, когда будет удобно поговорить, она провела его внутрь.

— Э-э, ты уверена? Выглядит так, будто ты очень занята.

Другие клерки умоляюще смотрели в её сторону, прося о помощи, но Сцежка проигнорировала их и продолжила идти.

— Всё в порядке. Да, покупателей сейчас много, но большинство пришло лишь на обслуживание оружия.

— А почему?

— Снаряжение авантюристов дорогое, — сказала Сцежка. — Чем оно прочнее, тем реже его приходится заменять. Конечно, покупатели могут просто посмотреть…

Она натянуто улыбнулась.

Зиг кивнул, понимая, на что она намекает.

— Понятно. Просто глазеют на витрины.

— Да, ну… Авантюристы любят разглядывать снаряжение, которое пока им не по карману. Некоторые даже заранее осматривают оружие, которое собираются приобрести.

Зиг понял её чувства и быстро взглянул в глубь магазина.

Там перед постаментом, на котором хранилась главная драгоценность лавки, стоял молодой человек и с восторгом любовался мастерством оружейника. Даже на расстоянии было ясно, что двуручный меч — настоящий шедевр. Отсутствие ценника на нём делало зрелище по-настоящему пугающим.

Мужчины, вероятно служившие охраной магазина, бросали на юношу свирепые взгляды, но тот был настолько очарован мечом, что, похоже, ничего не замечал. Вскоре охранники перестали прожигать его глазами, однако продолжили наблюдать, решив, что этот парень безнадёжен.

Там были и другие похожие авантюристы, но никто не мог сравниться с ним по пылу. Все довольствовались тем, что обожали желанное оружие на расстоянии, и лишь немногие действительно обращались за помощью к клеркам.

— Предварительный осмотр. Ну, по крайней мере, к делу они относятся серьёзно.

Зиг мог их понять, но не мог не пожалеть клерков. Отказывать покупателям нельзя: в будущем они могли стать настоящими клиентами.

— Разумеется, все они прекрасные покупатели. Но нет причин игнорировать тех, кто действительно платит.

Зига проводили в комнату для деловых переговоров. Теперь шум остался далеко позади, и расстояние позволяло разговаривать без магического устройства для звукоизоляции.

— В этом отношении вероятность, что ты что-нибудь купишь, очень высока при каждом посещении, Зиг.

— Правда?

— Очень немногим покупателям приходится так часто менять доспехи. Совершенно естественно, что мы отдаём тебе приоритет.

Ему требовалось прочное и дорогое снаряжение для авантюристов. Способность Зига ломать его сделала его ценным клиентом оружейной Эрнесты.

Начинал он с небольших покупок, постепенно переходя в более дорогие ценовые категории. Последним приобретением стал двухклинковый меч из рогов дракона, покрытых кровавым кристаллом, — после него Зиг окончательно закрепил за собой статус ценного клиента.

Зиг решил, что ему мерещится: профессиональная улыбка Сцежки сияла ярче обычного, почти как золотая.

Когда Сцежка уже собиралась налить ему чаю, он отказался и сразу перешёл к делу.

— К сожалению, сегодня я не оправдаю твоих ожиданий. Мне нужна информация.

— Что именно? Сразу скажу: я не могу раскрывать личные данные наших покупателей, даже тебе.

Сцежка села, и взгляд её стал острее, словно она заранее ставила его на место.

— В этом я не сомневаюсь: иначе мои собственные обстоятельства уже давно просочились бы наружу.

Об отсутствии у Зига маны знали только мафиозный руководитель Ванно и вице-президент гильдии Кирк. Кроме них и Сиаши, он сообщил об этом лишь Сцежке и Ганту. Пока его сведения оставались в безопасности, Зиг не собирался просить Сцежку раскрывать что-либо о других её покупателях.

— Я хочу знать, что происходит на рынке: перемещаются ли крупные суммы денег. Может, недавно кто-нибудь купил большую партию оружия?

— Рыночная активность?

— Поставка редких материалов, необычно крупные траты торговых объединений или богатых людей… Что-нибудь в таком духе.

Сцежка задумалась, отведя взгляд. Через несколько мгновений она ответила ему своим вопросом.

— А зачем тебе такие сведения? Возможно, я охотнее расскажу то, что знаю, если пойму причину.

— Работа гильдии. Больше ничего сказать не могу.

— Работа гильдии. Понятно…

Официально Зиг расследовал инцидент потому, что он угрожал безопасности Сиаши. По крайней мере, именно так он формулировал причину, чтобы ввести людей в заблуждение.

Кирк велел ему не распространяться о расследовании, и Зиг очень хотел избежать признания, что работает на гильдию.

И всё же, собирая сведения, ему приходилось идти на определённый риск.

Оставалось лишь надеяться на благоразумие Сцежки. До сих пор она его не предавала.

Не думаю, что это плохая ставка.

Сцежка обречённо вздохнула.

— Хорошо. Учитывая, что я слышала о твоей верности контрактам, я расскажу, что знаю.

— Спасибо. А что ты слышала обо мне? — спросил Зиг, прежде чем успел выразить благодарность.

Сцежка, похоже, немного удивилась его вопросу и улыбнулась.

— О, ты не знал? «Где-то ходит безумный наёмник, который любит браться за опасные заказы. Он очень способный, но рядом с ним всё всегда заканчивается кровью. Лучше держаться от него подальше». Вот что они о тебе говорят.

— Полагаю, в этом есть доля правды.

Как бы Зиг ни хотел защищаться, ему пришлось признать: слухи в основном соответствовали действительности.

Сцежка хихикнула, глядя на Зига, словно он сосал кислую сливу.

— Катия сказала, что ты отличный подрядчик. «Никаких фокусов не устраивал», — сказала она. У тебя есть одобрение мафии.

— Не знаю, что чувствовать, получая восторженные отзывы от преступной организации, — с противоречивым выражением лица сказал Зиг.

Как раз когда Сцежка собиралась перейти к сути разговора, ей в голову пришло ещё кое-что.

— Почему ты вообще пришёл ко мне? Официально я всего лишь простая служащая. Откуда ты знал, что я что-нибудь знаю?

— Хм. — Зиг скрестил руки и уставился в воздух, словно ждал от него ответа. — Наверное, потому, что ты до сих пор отвечала на все мои вопросы. Я просто подумал: если прийти к тебе с этим, ты тоже что-нибудь расскажешь.

В будущем ему, вероятно, стоило бы разговаривать с управляющим или кем-нибудь ещё, кто занимал должность повыше. Обратиться к обычной служащей Сцежке было не лучшим решением, но до её замечания Зиг совершенно не понимал этого. Ошибка новичка, совершённая человеком, который едва умел добывать информацию.

Неудивительно, что старые боевые товарищи советовали ему сначала смотреть, а потом прыгать.

— Ну и ну, Зиг, так нельзя, — с игривым укором пошутила Сцежка. — Тебе повезло, что я могу ответить на твой вопрос… И мне очень приятно, что ты на меня полагаешься.

— Извини. Я заглажу вину, что-нибудь купив.

Она довольно кивнула, получив от него именно такой ответ.

Зиг помолчал: ему пришло в голову ещё кое-что.

— Не возражаешь, если я сначала задам ещё один вопрос?

— И что же это будет?

— А как ты это узнала?

Задавать этот вопрос было уже поздно. На мгновение глаза Сцежки расширились, затем она надела лучшую профессиональную улыбку. Прижала указательный палец к пухлым губам и подмигнула ему.

— Это… секрет.

К тому времени, как Зиг вышел из оружейной, солнце уже полностью село.

Он хотел поговорить о покупке снаряжения, но у Ганта был выходной.

— Не ожидал, что так быстро зайду в тупик… — пробормотал Зиг, идя по тёмной улице.

Сцежка сказала ему, что в последнее время подозрительной активности на рынке не наблюдалось, как не было и крупных закупок оружия или еды. Если бы какая-нибудь группа нацелилась на гильдию, без таких действий не обошлось бы. Столь большая группа непременно оставила бы след.

Зиг отправился в оружейную, потому что там должны были знать о сделках с оружием… но, похоже, его догадка подвела.

На самом деле странные перемещения на рынке всё-таки были — целых два случая.

Первый произошёл накануне: гильдия внезапно заказала большое количество медицинских припасов. Многие авантюристы получили ранения, и гильдия, не обращая внимания на разницу в ценах, скупила все медицинские товары в окрестных магазинах.

Очевидно, это было связано с инцидентом с лезвийными пчёлами, поэтому Зиг исключил случай из списка. Второй… ну, он тоже не считался.

Красивая черноволосая женщина таскала полные тележки еды в лазарет. Купленного ею количества одному человеку никак не съесть, поэтому люди решили, что она держит чудовище в подвале. Об этом даже сообщили военной полиции.

Как бы то ни было, на рынке Халиана больше не происходило ничего странного.

— Снова в исходную.

Зиг решил, что для любителя это был лучший результат. Он разочарованно почесал голову, недовольный тем, что не сравнится с Коссаком. Больше делать было нечего.

— Хотя, может, это вообще не группа. Может, кто-то нацелился на гильдию не ради того, чтобы мешать её работе, а из личной неприязни…

Вражда с гильдией ради личной выгоды была сопряжена с огромным риском. Это был единственный мотив, который Зиг до сих пор не рассматривал.

Он достал список подозреваемых, приложил руку к подбородку и продолжил читать, сворачивая за угол.

— Хм.

Ну конечно.

Самыми подозрительными казались Лесные клыки — авантюристы, с которыми он разговаривал накануне. Кирк говорил, что список составлен в порядке рейтинга гильдии. Значит, учитывая их поведение, вероятность того, что виноваты Лесные клыки, была крайне мала. Однако гильдия оценивала лишь их поведение. Возможно, у демилюдей были и другие причины для недовольства.

— Месть людям за плохое обращение… Вот первое, что приходит в голову.

Судя по реакции Себа на него, молодой демичеловек наверняка питал неприязнь к людям.

Не все были столь терпеливы, как Урбас и Балто. Возможно, какой-то демичеловек не выдержал этой проверки и позволил эмоциям взять верх. По крайней мере, именно так Зиг поначалу представлял себе ход расследования.

— Так начинаются войны.

Он видел немало войн, в которых угнетаемые и религиозные группы в конце концов решали дать отпор.

Он по-прежнему считал это наиболее вероятным мотивом инцидента, но настоящих доказательств не имел и располагал лишь психологическим портретом. По сути, всё это было плодом его воображения.

Зиг лишь изображал информационного посредника. Он знал, что наверняка что-то упустил и что его догадки сильно расходятся с реальностью. Завернув за следующий угол, он продолжил путь.

Он размышлял о сильных и слабых сторонах, а также о том, кому какое дело подходит. У информационных посредников и наёмников были свои области мастерства. Если не различать их, можно было нажить неприятности.

Работа информационного посредника заключалась в поиске и отслеживании нитей, ведущих к результату.

А в чём заключалась сфера наёмника?

Заставить дело закончиться любой ценой.

— Это оказалось быстрее, чем я ожидал, — пробормотал Зиг, останавливаясь в тесном переулке, куда не проникал свет уличных фонарей.

Это была тёмная улица вдали от людской суеты.

Зиг вздохнул и посмотрел в темноту.

— Я думал, что это расследование мне не по зубам. Хорошо, что ты решил прийти ко мне!

Последнее слово он произнёс с рычанием, когда воздух вокруг просвистел. Зиг среагировал, повернувшись и закрыв лицо правой рукой.

Раздался лёгкий звон двух металлических предметов. На мостовую с грохотом упал нож. Он летел Зигу в шею и был выкрашен в матово-чёрный цвет.

Из темноты, откуда прилетел нож, вышли двое: высокий мужчина встал перед Зигом, а низкорослый оказался у него за спиной.

Взъерошенные волосы, неопрятные лохмотья, скрывавшие исхудавшие тела, делали их похожими на обычных бездомных. Отличались лишь глаза — острые, как лезвия.

— Ты не похож на обычного головореза, — сказал Зиг.

Осторожно осмотревшись, он взялся за рукоять двухклинкового меча. Противники обступили его с двух сторон и достали кинжалы, не выражая глазами никаких эмоций. Зиг молча держал руку на оружии, но не вынимал его, продолжая наблюдать за ситуацией.

Переулок был тесным, едва позволявшим разминуться двоим. Окружавшие его здания мешали бы пользоваться длинным оружием — это относилось и к двухклинковому мечу Зига.

Все выходы были перекрыты. Противники Зига занимали выгодные позиции, и длина оружия не могла исправить положение. То, что они дождались момента, когда перевес оказался на их стороне, показывало: новичками они не были.

— Кто вас послал?

Они промолчали.

Не любители поговорить, значит.

Стоявший перед Зигом мужчина направил на него кинжал. Тем временем тот, что был сзади, шагнул ближе.

Хррк.

Внимание Зига привлёк звук хрустнувших камешков.

Высокий мужчина воспользовался открывшимся моментом и бросил в него ножи — три лезвия целились в грудь и плечи. Он не издал ни звука, что говорило о его мастерстве.

Пока ножи летели, низкорослый мужчина за спиной Зига приблизился. Он двигался быстро: прежний шаг оказался лишь отвлекающим манёвром. Ускорив себя магией ветра, он мгновенно преодолел разделявшее их расстояние. Тело его было так низко над землёй, что казалось, будто он ползёт; он полоснул Зига по ногам, пытаясь сбить его с ног. Идеальная атака клещами.

Ответ Зига… заключался в том, чтобы пойти вперёд.

— Хм!

Зиг опустил тело и топнул ногой. Он уклонился от траекторий двух ножей, летевших в плечи, и от удара сзади.

Однако опасность ещё не миновала. Когда нож, нацеленный в голову Зига, просвистел мимо, высокий мужчина бросился на него. Тем временем низкорослый перехватил танто и приготовился ко второй атаке.

Даже если бы Зиг пережил ножевой град, от клещей противников ему всё равно было не уйти.

Ещё один нож полетел ему в голову, прямо в глаза. Зиг поймал клинок в воздухе и бросил обратно в высокого мужчину.

— Что?!

Сочетание топота Зига и скорости ножа выглядело ошеломляюще. Одно дело — отбить удар, и совсем другое — поймать летящий на тебя нож. Противники ожидали, что Зиг заблокирует его наручами.

В глазах нападавшего впервые мелькнуло беспокойство.

— Урк!

Мужчина не смог поймать брошенный Зигом нож и остановился, чтобы отбить летящий клинок. Для нападавшего он был довольно искусен, раз сумел справиться с неожиданным метательным ножом.

Но он остановился. Значит, на короткое время это перестало быть схваткой «двое против одного». Высокому мужчине требовалось несколько секунд, чтобы оправиться после блокировки брошенного ножа.

Зигу хватило бы и нескольких секунд.

— Хм!

Он упёрся пятками в землю, резко остановился и, одновременно вытаскивая двухклинковый меч, насильно развернулся. Зиг бросился на низкорослого мужчину, держа оружие над головой. Тёмно-красное лезвие зловеще светилось в темноте.

— Урк!

Низкорослый мужчина не мог остановить ускорение, усиленное магией. Даже если бы он затормозил, в следующий миг его разрубили бы. Оставалось лишь отбиваться.

В тесном переулке Зиг мог наносить лишь колющие удары и удары сверху. Судя по стойке, он выбрал второй вариант.

Приняв решение, низкорослый мужчина продолжил бросаться на Зига.

— Ша!

Правой рукой он создал лезвие ветра, а другой выбросил танто вперёд.

Из-за темноты первую атаку было трудно заметить, а значит, удар лезвием должен был достичь цели раньше, чем на Зига обрушится двухклинковый меч. Разумеется, это был лучший сценарий, но низкорослый мужчина недооценил способности Зига.

— Сэ!

Зиг с криком обрушил двухклинковый меч, легко перерубив невидимое лезвие ветра. Рог дракона, покрытого кровавым кристаллом, рассеял его благодаря высокой чистоте маны.

— Невозможно!

Лезвие рассеялось со звуком сминающегося металла.

Двухклинковый меч продолжил движение. Низкорослый мужчина мог лишь поднять танто, отчаянно пытаясь защититься.

Клинок пробил ему череп. Кровь и мозговое вещество брызнули по переулку, когда двухклинковый меч раздавил мужчине голову, словно по ней ударили молотом.

Высокий мужчина за спиной Зига продолжил наступать, ничуть не обеспокоенный смертью товарища. Он нанёс удар.

— Тш!

Зиг не успел развернуться. Он ударил высокого мужчину нижним клинком, но движение было предсказуемым, и противник без труда уклонился.

Кинжал тут же устремился к шее Зига. Он поднял правый наруч, чтобы остановить атаку, которая должна была его убить.

— Ша-а!

Высокий мужчина воспользовался моментом: правой ногой наступил на двухклинковый меч, а левой нанёс удар в корпус. Нога попала в незащищённое место и с хрустом впилась в тело Зига.

— Ух…

Усиленный магией удар выбил из Зига воздух; его сила намного превосходила ту, которой позволяли обычные физические возможности мужчины.

Перекатившись мимо тела низкорослого мужчины, Зиг поднял танто и встал. Левым наручем он отбил летящий нож, а правой рукой остановил кинжал высокого мужчины и схватил его.

— Тш!

Кинжал высокого мужчины внезапно обвился вокруг него, словно змея. Когда Зиг вытянул ладонь, лезвие обвилось вокруг неё, пытаясь отсечь руку у запястья.

— Ого! — Он быстро отпустил танто и отдёрнул руку.

Зиг едва избежал столкновения, но перчатка оказалась разорвана.

Высокий мужчина отшвырнул ногой упавший танто и медленно приблизился к Зигу. Оставшись без оружия, Зиг поднял руки в защиту. Он принял боксёрскую стойку: левая нога впереди, левая рука перед подбородком, правая — рядом.

Стоя на носках, Зиг отдавал предпочтение работе ног, а не устойчивости.

Высокий мужчина ухмыльнулся, увидев беззащитную добычу.

— Хи-хи. — Подняв кинжал и выставив вверх указательный палец левой руки, он начал читать заклинание.

Зиг почувствовал, как вокруг нарастает жар, и быстро отступил.

Высокий мужчина бросился на него, пока Зиг уклонялся от огненного столба, и нанёс несколько быстрых порезов один за другим. Он сосредоточился на лёгких и стремительных движениях, чтобы Зиг не мог схватить его за руку.

Зиг быстро отбивал атаки наручами. Стоило ему проявить неосторожность — и кинжал вошёл бы в бок. Несколько мгновений обороняясь, Зиг наконец пошёл в наступление.

— Тш!

Он нанёс левый джеб как раз в тот момент, когда кинжал противника уже собирался устремиться к нему. Резкое короткое движение наручем отклонило кинжал, а кулак угодил мужчине в лицо.

— А-а!

Однако кинжал между ними поглотил часть силы удара.

Но Зиг лишь прощупывал защиту, а джеб в основном закрывал противнику обзор. Последовавший за ним прямой удар правой рукой был настоящим — кулак пронзил воздух, направляясь прямо в высокого мужчину.

— И-и-и!

Он почувствовал смертоносную силу кулака Зига и уклонился. Кинжал сверкнул, устремившись к отступавшей правой руке. Но правая нога Зига оказалась быстрее: прежде чем противник успел рассечь ему руку, Зиг молниеносно пробил его собственную ногу низким ударом.

— А-а!

Впечатляющая связка из двух ударов руками и низкого удара ногой наконец выбила ноги высокого мужчины из-под него. Тупой звук подсказал Зигу, что конечность сломалась. После этого мучительного удара бронированной ногой противник потерял равновесие.

Зиг не собирался упускать возможность. Он качнулся, уклоняясь от отчаянного взмаха кинжала, и ударил нападавшего левой ногой в живот.

— Ух!

Он вдавливал пальцы ноги в живот высокого мужчины, пока тот не выпустил кинжал и не рухнул на колени.

Всё было кончено.

Он развернулся вправо на опорной ноге, оставив левую ногу на земле.

— Получай!

Следующее смертоносное движение Зига обладало силой тарана — он вложил всю мощь во вращающийся удар ногой по голове. Развернувшись вправо, он врезал ногой по голове высокого мужчины. Сила была настолько велика, что казалось: противнику вот-вот оторвёт голову от шеи.

Однако это случилось бы лишь при прямом попадании.

— Ого, надо было сдержаться.

Опуская ногу, Зиг увидел лежавшее на земле тело.

Голова мужчины оставалась целой. Челюсть была сломана, рот безвольно отвис, из него стекали слюна и кровь. Белые осколки, плававшие в красной луже, скорее всего, были зубами. Он не умер, но какое-то время не сможет есть твёрдую пищу.

Проверив пульс мужчины, Зиг с облегчением вздохнул.

— Жив… едва держится. Это был не тот человек, с которым я мог позволить себе сдерживаться, но я не могу просто убить единственную зацепку. Хотя всегда есть исцеляющая магия.

Хотя Зиг и велел мужчине идти к чёрту, убивать единственный источник информации он не мог.

Он обыскал вещи мужчины и нашёл сломанный браслет. Магический предмет активировался и создал барьер как раз в момент, когда круговой удар Зига достиг цели. По форме было ясно, что браслет стоил дорого. Возможно, он смог бы отразить удар клинка, но против тупой силы оказался бесполезен. Магический предмет был маленьким и переносным, а значит, обладал не слишком большой мощностью.

Барьер разрушился от силы удара Зига, но выполнил свою работу и не дал мужчине умереть. Зиг заметил активацию браслета, поэтому вложил в удар весь вес. Однако он не ожидал, что барьер окажется настолько хрупким. Зиг хотел лишь вырубить мужчину, а в итоге сломал ему челюсть. На более открытом пространстве бой мог бы пройти лучше, хотя Зиг сомневался, что там мужчины вообще напали бы на него.

— Не думал, что кто-нибудь за мной придёт… — раздражённо сказал Зиг, почесав голову. Всё складывалось так хорошо, что теперь он не совсем понимал, что делать.

Если честно, заходя в тёмный переулок, он вообще ни на что не рассчитывал. Всё это несло запах заговора, но Зиг не ожидал, что против любопытного наёмника пришлют убийц. У него не хватало доказательств, и он хотел избежать действий, которые могли бы усугубить положение. Кто бы ни стоял за этим, он явно не желал, чтобы Зиг совал нос в чужие дела.

В любом случае зачинщик, вероятно, не знал, что Зига наняла гильдия. Если бы знал, то не совершил бы такой неосторожности, как нападение на гильдейского следователя.

— Завтра обязательно расскажу об этом Кирку.

Ситуация с каждой секундой становилась хуже. Зиг оставил мёртвое тело и принялся связывать живого. Однако, пытаясь найти что-нибудь, что помогло бы установить личность высокого мужчины, он потерпел неудачу. Зиг решил, что, пожалуй, следует передать его военной полиции и сообщить Кирку, чтобы гильдия могла допросить пленника.

— Наверное, он ничего не скажет.

От допроса Зиг многого не ждал. Исключения бывали всегда, но хорошие наёмные убийцы обычно держали язык за зубами.

Скрытность этого мужчины была на высоте. Зиг сумел отбиться лишь потому, что ожидал нападения. Если бы не ожидал, то не заметил бы его вовремя.

Хотя с засадой мужчина не справился, в бою он мог за себя постоять. Убийцам вовсе не требовалось быть выдающимися бойцами. Их задача заключалась не в том, чтобы обмениваться ударами с целью, а в том, чтобы убить цель как можно тише и эффективнее.

— Но круг подозреваемых сужается. Не каждый может нанять толкового убийцу.

На хорошего наёмного убийцу требовались большие деньги и связи.

Кирк наверняка сможет это проверить.

— Жаль, что я не знаю, кто ты, — сказал Зиг, чувствуя некоторую жалость к нападавшему, чьего лица он до сих пор даже не видел.

У виновников всё шло хорошо. Зиг ещё не сузил список подозреваемых, и никаких весомых доказательств против них не было. Даже Кирку оставалось полагаться лишь на чутьё.

Однако они совершили одну большую ошибку. Несмотря на все успехи, они потребовали совершенства.

Вероятно, они не знали о некоторых людях, которым было плевать на процесс, если он приносил результат или позволял любой ценой добиться желаемого исхода.

Кто-то определённо не хотел, чтобы это дело расследовали.

— Мне этого достаточно.

Зиг был доволен, пока у него имелся хоть какой-то ответ. Остальные части головоломки вскоре встанут на свои места.

Пусть расследования и не были его сильной стороной, он знал человека, который умел этим заниматься.

— Нужный человек на нужном месте.

С успокоительной мыслью, что сможет свалить проблему на чужие плечи, Зиг скрылся во тьме.

Кирк Райт, вице-президент гильдии в Халиане, всегда начинал день рано. Он много лет работал в гильдии и был связан с множеством дел. Пусть он и не мог вникнуть в каждую мелочь, за годы работы Кирк научился понимать, как реагировать почти на любую ситуацию.

Небо всё ещё было ясным, и Кирк перебирал бумаги, решая, за какие приняться в первую очередь.

— Как и ожидалось, авантюристов не хватает, — сказал он себе.

Он видел резкое падение числа выполненных заказов из-за нехватки авантюристов. За вчерашний инцидент многие авантюристы низкого и среднего уровня получили ранения или погибли. Их отсутствие создало пробел в уничтожении чудовищ и, как следствие, сократило добычу материалов с таких заданий.

Материалы чудовищ были жизненно важным ресурсом. Развитие Халиана во многом стало возможным благодаря огромному числу транспортных камней и доступу, который они давали к самым разным ресурсам.

— С этим нужно разобраться как можно скорее.

Для начала гильдия поддержит авантюристов, предложив им скидки на расходники в магазинах-партнёрах. Снижение темпа работы авантюристов плохо сказалось бы на экономике гильдии. Она могла позволить себе небольшие потери, лишь бы авантюристы продолжали выполнять работу.

Следующим вопросом была переклассификация опасных районов. Медленное выполнение заказов авантюристами — плохо, но потеря новых людей — ещё хуже. При уменьшении числа работающих в поле придётся привлечь учёных, чтобы они обсудили текущие уровни опасности зон.

Последним оставался вопрос набора авантюристов. Гильдии нужно было как-то восполнить потерю людей. Регистрационные взносы можно было временно отменить, а новым авантюристам — сдавать снаряжение в аренду, чтобы помочь им начать. Простое увеличение численности не было лучшей стратегией, но другого выхода не оставалось. Кроме того, этих новичков можно было записывать в уже существующие кланы, где им объяснили бы основы.

— Похоже, снова придётся поговорить с Бейтсом Лэгейтом и Глоу Гарреттом… Наверное, будут жаловаться.

Вадацуми славились поддержкой молодых авантюристов. Двое их старших членов средних лет тоже давно знали Кирка.

Это произошло более двадцати лет назад.

Руководители гильдии Халиана были коррумпированы и по своему усмотрению эксплуатировали начинающих авантюристов. Старшие авантюристы заманивали новичков сладкими речами, погружали их в долги, заставляли служить приманкой на опасных заданиях и обращались с ними немногим лучше, чем с рабами. Гильдия, которая должна была за ними следить, уже была подкуплена и закрывала глаза на происходящее. Многие молодые авантюристы погибли.

Бейтс и Глоу, тогда ещё новички, убедили Кирка принять участие в расследовании. Разочарованный коррумпированностью начальства, Кирк делал всё возможное, чтобы собрать против него доказательства. Они тщательно выбирали союзников — влиятельных людей с безупречной моралью. Наконец, через пять лет, они раскрыли преступления гильдии перед общественностью.

Это мгновенно изменило Халиан. После конфискации незаконных доходов преступников средства направили на развитие города. Случайные смерти авантюристов прекратились. Кирк упорно реформировал разрушенную гильдию, пока не стал её вице-президентом.

— Пятнадцать лет… Старею.

Однако ему не казалось, что прошло так много времени. Волосы начали седеть, Бейтс в какой-то момент побрил голову, а лицо Глоу покрылось морщинами.

Авантюристов, помнивших те события, больше не осталось. Все они либо умерли, либо ушли на покой. Но знавшие о прошлом называли троих героями Халиана. На людях им было неловко слышать такое, однако они не могли не гордиться сделанным.

Кирк открыл глаза, вынырнув из воспоминаний. Вместо тёплого сияния ностальгии он увидел пару ярких и острых глаз.

— Только попробуй что-нибудь сломать, — сказал он.

— Не знаю, о чём ты.

Придя в себя, Кирк обнаружил перед собой в кабинете огромного мужчину. Почти двухметровый человек смотрел ему прямо в лицо.

Здесь вообще никого не должно было быть. Тем более так рано.

Сохраняя самообладание, чтобы не закричать, Кирк положил подбородок на сложенные руки.

— Ты знаешь, что полагается стучать, — пожурил он. Оставалось надеяться, что мужчина не станет попрекать его за то, что Кирк слегка перепугался.

— Ну? Ты пришёл напугать старика или всё-таки что-то выяснил? — потребовал Кирк, стараясь звучать суровее обычного.

— Извини. Я не хотел тебя пугать. Просто решил, что ты спишь, раз глаза закрыты.

— Неважно. Как ты вообще сюда попал?

Первый этаж был заполнен сотрудниками, готовившими гильдию к открытию. Кирк сомневался, что Зиг смог бы пройти мимо них незамеченным. К тому же входная дверь ещё даже не была открыта.

— Взобрался по стене.

— Я почти уверен, что окна заперты.

Кирк посмотрел на окно. Следов взлома не было.

Зиг улыбнулся, явно довольный тем, что Кирк спросил.

— Не твои окна. Но задняя комната, где ты хранишь уборочные принадлежности, не была заперта.

Комната была душной и пыльной, её требовалось часто проветривать, поэтому окно обычно оставляли незапертым. Зиг проник туда и пробрался в кабинет Кирка.

— Я скажу уборщику. Так ты хочешь сказать, что появились новости? — Это было единственным объяснением, почему Зиг пришёл к нему в такой бесчеловечно ранний час.

Однако события развивались быстро. Слишком быстро.

Не веря своим глазам, Кирк приготовился выслушать доклад Зига. Зиг кивнул и рассказал, что произошло прошлой ночью.

— Чувствую, Зиг опять ввязался во что-то опасное! — сказала Сиаша себе, проснувшись раньше обычного из-за Зига.

Волосы у неё растрепались, пока она смотрела на место, где мгновение назад был Зиг. Обычно после пробуждения она выглядела так, будто страдает от похмелья, но сегодня утром была гораздо сильнее встревожена.

В последнее время Зиг что-то расследовал. Он по-прежнему сопровождал её на заданиях, но было очевидно, что параллельно занимается другим делом.

Наверное, прошлой ночью он подрался. Тот, с кем он сражался, был достаточно силён, чтобы Зиг оставался напряжённым, когда раньше пришёл её будить. Изменение было едва заметным, но Сиаша уже достаточно долго провела рядом с ним, чтобы его уловить.

— Он так увлечён своей работой…

В основном Зиг не рассказывал о подработках. Даже когда дело становилось опасным, он пытался выдать это за обычную работу. Таковы были его принципы и отношение к делу.

— «Главное — постоянство», — сонно сказала она, умыв лицо и расчесав волосы. — Не тогда, когда из-за постоянства ты постоянно влипаешь в неприятности.

Сиаша не совсем понимала его, но всё равно уважала такой подход, поскольку Зиг считал свой метод работы важным. Если он возвращался с запахом крови, она могла просто исцелить его. А ещё всякий раз, когда от него пахло женщинами, она стирала и этот запах. Два часа расчёсывания её волос отлично помогали.

Но это было уже другое.

— Мне скучно просто сидеть и ждать, — сказала Сиаша, решив, что женщина не может целыми днями сидеть без дела. Правда, она не до конца понимала, что именно это означает. То, что Зиг получит ранения, было само собой разумеющимся. Он был таким человеком и не одобрил бы её чрезмерной реакции. Однако Сиашу раздражало, что он словно не замечал, насколько сильно её это беспокоит.

Сиаша убрала расчёску и намочила полотенце, висевшее у раковины. Она откинула назад блестящие чёрные волосы — они засверкали в солнечном свете — и сняла ночную рубашку, открыв эфирную красоту обнажённого тела. Совершенная фигура и аура ведьмы придавали ей поистине пленительную привлекательность. Одной её красоты хватило бы, чтобы свести мужчин с ума; она была настолько чувственной и загадочной, что слабовольные наверняка потеряли бы рассудок и напали на неё.

Однако сама Сиаша, несмотря на долгие годы жизни, не осознавала своей красоты. Это лишь усиливало её роковое обаяние.

— Фух.

Быть обнажённой было приятно. Не то чтобы она любила выставлять себя напоказ, но в уюте собственной комнаты было хорошо ни во что не одеваться. В прошлый раз, когда она пригласила Зига к себе обнажённой, он строго попросил её прекратить. Обычно Зиг сохранял спокойствие и самообладание, поэтому его тихое смущение произвело на неё сильное впечатление.

Сиаша не могла понять, почему он так растерялся, но решила не спорить: пока она была обнажена, он всё равно не смотрел на неё.

Полотенце скользило по безупречной фарфоровой коже. Вытерев пот, Сиаша надела нижнее бельё, а затем одежду — цельный лазурный наряд, который выбрал для неё Зиг. Это была не единственная её одежда, но любимая.

И эта одежда, и это место — всё появилось благодаря ему.

Человек по имени Зиг ворвался в мир Сиаши. Было лишь логично, что и она войдёт в его мир. Так они становились равными.

Сиаша кивнула, убеждая себя в этом, и вышла из комнаты. Она шла ни быстро ни медленно, но покачивание чёрных волос безошибочно говорило каждому, что настроение у неё отличное.

Собравшись, Сиаша отправилась в гильдию, хотя формально сегодня у неё был выходной от приключений. Перед уходом она заглянула в комнату Зига, но его там уже не было — наверное, ушёл работать.

По дороге в центре города она жевала рыбный сэндвич, купленный на завтрак. За дополнительную горчицу пришлось доплатить, но она отлично дополняла сэндвич. Хлеб сделали пожёстче, чтобы снизить цену, зато просочившийся внутрь соус немного его размягчил.

— Зиг любит мясо, поэтому, когда я одна, мне хочется есть рыбу.

Вид рыбы был неизвестен. Какой бы она ни была, мясо у неё оказалось белым и дешёвым: рыбу ловили оптом и жарили целиком. Продавец улыбнулся и сказал, что в следующий раз вкус может оказаться другим.

Пока Сиаша продолжала есть хрустящую рыбу, мысли её вернулись к Зигу.

— После инцидента с лезвийными пчёлами он точно ведёт себя странно.

Чтобы докопаться до правды, пришлось бы пойти окольным путём. Сиаша уже достаточно хорошо его знала и понимала: если спросить прямо, о работе он не расскажет.

— Думаю, наш разговор с волками был как-то с этим связан…

Однако Сиаша так увлеклась хвостом Себа, что не запомнила имён остальных. Зато помнила, что они обсуждали: был ли инцидент с лезвийными пчёлами преднамеренным.

— Значит, он ищет виновника.

Если из-за расследования Зиг вступил в драку, виновник действительно должен был существовать.

Разумеется, Сиашу это не заботило. Ей было всё равно, хотят ли люди убивать друг друга. Она переживала лишь о том, чтобы её любимый человек вышел из этой истории целым и невредимым.

— Хотя оценка за последнее срочное задание у меня вышла довольно хорошей… С другой стороны, это не так уж много значит, раз после него охотничьи угодья закрыли.

Взвесив все за и против, Сиаша, похоже, пришла к выводу. Она смяла обёртку от сэндвича и посмотрела на небо.

— Ну всё, мерзавцы! Мы не позволим вам так просто уйти!

Личные интересы и переполнявшее её чувство справедливости заставили Сиашу решительно привлечь неизвестных виновников к ответу.

— Как авантюристка, я не стану сидеть сложа руки и позволю смерти товарищей остаться неотомщёнными… Да, так подойдёт!

Теперь, когда план был готов, оставалось лишь привести его в действие. К этому времени Сиаша уже дошла до гильдии и открыла знакомые двери. Она проскользнула сквозь оживлённую толпу, отвечая на приветствия всех, кто к ней обращался, и направилась к стойке регистрации.

Когда дело касалось работы, Зиг был немногословен. Даже Сиаше не удавалось разговорить его. Он выдавал лишь самое краткое описание.

— Мне нужно лишь сменить подход.

А как насчёт его клиента?

Среди людей Зиг был совершенно уникален. Сиаша не знала другого настолько принципиального и волевого человека.

Значит, она спросит его клиента — совершенно обычного человека. К счастью, Сиаша догадывалась, кто это мог быть. Человек, попросивший Зига расследовать дело, связанное с гильдией, скорее всего, имел к ней отношение. Вероятно, он обладал полномочиями поручить такую задачу. Кто-нибудь на высокой должности.

Конечно, заказ можно было разместить и по чисто личным причинам, но тогда на выяснение личности заказчика ушло бы слишком много времени. Лучше было оставить эту мысль и выбрать другой путь.

— О, привет, Сиаша. Я думала, ты сегодня отдыхаешь?

Сиан улыбнулась, когда Сиаша подошла к её стойке. Она была одной из немногих, кого Сиаша считала близкими, тем более что регистраторша заботилась о ней с самого первого дня.

Сиаша поздоровалась и объяснила, зачем пришла сегодня.

— Привет. Я пришла по немного другому делу. Есть один человек, с которым я хотела бы встретиться.

Кирк работал под аккомпанемент шума и суеты внизу. Скрип пера вскоре утонул в раздавшемся по всему кабинету стуке в дверь.

— Войдите, — сказал он, не поднимая взгляда от бумаг.

Дверь открылась с вежливой отстранённостью.

— Э-э… вице-президент?

Кирк вздохнул и отложил перо. Он поднял глаза на источник тихого, задумчивого голоса. Это была одна из новых регистраторш. Как же её звали?

— Да?

Он не мог вспомнить её имя, поэтому постарался сохранить невозмутимый вид. Гильдия не была настолько укомплектована сотрудниками, чтобы он мог запугивать каждого нового работника, который его отвлекал. Кирк не улыбнулся, но тоном дал понять, что она может продолжать.

— Вас хочет видеть один человек. Вы свободны?

— Посетитель? — Он достал блокнот с расписанием встреч, но ничего на этот день не нашёл. Впрочем, такое иногда случалось, и Кирка это не беспокоило.

— Представитель торгового объединения, полагаю? Скажи, что я занят. Может быть, в другой раз.

Как раз когда Кирк собирался вернуться к работе, новая сотрудница покачала головой.

— Вас ищет не он, — продолжила она. — На самом деле это одна из наших авантюристок.

Кирк озадаченно посмотрел на неё.

— Авантюристка? Имя и класс?

Когда она назвала авантюристку, любопытство Кирка сменилось тревогой. Это было похоже на торнадо, надвигающийся прямо на него. Кирк разразился потоком оправданий — редкое зрелище для человека, известного своей сдержанностью.

— Меня здесь нет. Скажи ей, что я вернусь не раньше завтрашнего дня. И если она снова придёт меня искать, придумай какую-нибудь причину, чтобы её не пустить. Поняла? Какая морока… Молодёжь в наши дни так быстро прибегает к насилию. Ничем не лучше животных.

— Вице-президент…

— Тебе тоже следует быть осторожнее. Как бы хорошо человек ни выглядел, важнее всего характер. Нельзя просто запугивать людей, чтобы получить желаемое. Неудивительно, что тот мужчина такой мрачный…

— Вице-президент! — Новенькая внезапно повысила голос, заставив Кирка замолчать. Он уставился на неё с отвисшей челюстью.

— Прошу прощения, что не сказала раньше… но она уже здесь.

Голос её звучал виновато, но казалось, что она велит ему заткнуться. Кирку потребовалось несколько мгновений, чтобы осознать происходящее. Он внимательно посмотрел на неё и наконец заметил, что ноги у девушки дрожат, пока она прислоняется к стене, а в глазах застыл страх перед тем, что находилось по другую сторону двери.

Дверь заскрипела от присутствия чего-то аномального; скрип напоминал крик.

— Понятно. — Теперь Кирк понял всё.

Напряжение покинуло его тело. Он уставился в пустоту, словно пациент, смирившийся со своей смертью. Почему он не понял раньше? Может, устал. Может, последнее время события развивались слишком быстро…

Кирк сам ответил на свой вопрос, пытаясь вырваться из сложившейся ситуации.

— Я возвращаюсь к работе! — пискнула новенькая и поспешно оставила его одного.

И вот катастрофа медленно приблизилась к Кирку.

Кирк считал глупостью тревожиться из-за прошлых ошибок. Бесполезно плакать над пролитым молоком. Если есть время плакать, значит, есть время разобраться с нынешней проблемой. Умение сдаться и приспособиться — важные стороны человеческой жизни.

Кирк спокойно обдумывал дальнейшие действия. Даже когда крепкую дверь его кабинета разнесло вдребезги, по лицу скатилась лишь одна капля холодного пота.

Сиаша, ходячая катастрофа, стояла перед только что рассечённой дверью с широчайшей улыбкой на лице. Она вошла в кабинет, её волосы трепала переполнявшая ману сила, и сладким голосом окликнула Кирка.

— Кирк, Кирк, Кирк… Наш дорогой Кирк Райт, проводник авантюристов. Я безмерно благодарна, что ты уделил время такой ничтожной авантюристке, как я.

Она пропела эти слова с отработанной грацией и поклонилась; длинные волосы едва не коснулись пола. Казалось, Сиаша не привыкла к подобному, но всё равно сохранила зловещую элегантность. Пусть она и разыгрывала смирение, достоинства не потеряла.

Кирк подумал, что за всю жизнь ещё ни разу не чувствовал себя настолько уничтоженным одним-единственным приветствием.

Пока эти мысли проносились у него в голове, он ответил твёрдым и благородным кивком.

— Конечно. Тебе всегда рады, Сиаша. Мы здесь, чтобы служить авантюристам и выслушивать их беды.

— Да, конечно! Пусть мы сражаемся на разных полях, всё равно остаёмся товарищами.

Фарс — вот единственное слово, которым можно было описать этот разговор. Но фарс был необходим. Кирк не собирался разрушать его, указывая Сиаше на притворство.

— Кстати, товарищ Кирк, дверь твоего кабинета кажется довольно хрупкой. Я думала, ты установишь что-нибудь получше.

— Ха-ха-ха. Но, товарищ Сиаша, это ведь была не двойная дверь.

— Боже, какая же я неловкая!

Её лицо расцвело улыбкой. Не знающий обстоятельств мужчина мог бы влюбиться в такую улыбку, но воздух внезапно похолодел. Выражение Сиаши не изменилось, однако взгляд стал ледяным. Казалось, температура в комнате упала. По спине Кирка пробежал угрожающий холодок.

Вот оно. Кирк собрался с духом и постарался подбирать слова как можно осторожнее.

— Кстати, Кирк, о чём ты говорил раньше? — спросила Сиаша, слегка склонив голову, словно марионетка. — Что-то странное. Что-то о мрачном мужчине?

— Я всего лишь считаю, что нанятый тобой наёмник слишком суров для своего же блага. Если бы он вёл себя дружелюбнее, возможно, привлёк бы больше клиентов.

Поняв, что задело его за живое, Кирк изо всех сил постарался увести разговор от своей прошлой оплошности. Казалось, он неплохо справился.

Из рассказов о Сиаше и Зиге Кирк знал, что их отношения довольно сложные. Сам Зиг говорил, что они клиент и наёмник — не больше и не меньше. И всё же привязанность Сиаши к Зигу была странной. Называть её любовью — романтической или платонической — тоже было не совсем правильно.

Но Кирк не собирался даже заикаться об этом. Слишком опасно.

Она изящно поднесла пальцы к подбородку и кивнула, будто приняла оправдание Кирка.

— Понятно. Да, полагаю, Зиг бывает довольно пугающим. И это всё, что ты хотел сказать?

— Разумеется. У меня нет претензий к трудолюбию Зига. Ты, как человек, который рядом с ним, должна понимать почему.

Потому что ты партнёрша Зига, — Кирк попытался сказать между строк.

Тонкая лесть лучше всего работала, когда не хотелось ещё сильнее злить собеседника. Сиаша молча пыталась понять смысл его слов. Улыбка оставалась на её лице, но взгляд был холодным как лёд и, казалось, пронзал Кирка насквозь. Лазурные глаза сверкали, словно драгоценные камни, но были холодны, как камни на обочине.

— Хорошо.

В тот момент ощущение самого времени стало странным, но теперь это прошло.

Сиаша отвернулась, словно потеряв интерес, и вместе с её вниманием ослабло давившее на Кирка напряжение. Он тихо, чтобы никто не услышал, глубоко вдохнул. Ему казалось, что собственными словами он каким-то образом укоротил себе жизнь.

— Итак, раз уж мы заговорили о работе… — сказала Сиаша, словно вспомнив, зачем пришла к Кирку.

Тем временем Кирк думал, что придётся объяснить сотрудникам, как вести себя, если Сиаша захочет его увидеть. Впрочем, даже Кирк забыл: раз она пришла сюда, то наверняка имела причину.

— Можешь рассказать о задании, которым занимается Зиг?

Он мысленно похвалил себя за то, что не нахмурил брови.

Опасный человек совал нос в опасное дело. Одного этого хватало, чтобы у Кирка разболелась голова. Он уже расследовал утверждения Зига и совершенно не нуждался в ещё одной заботе.

— Прости, но даже у гильдии пока нет всех подробностей. Чтобы не возникло лишней путаницы, я могу сообщить лишь свои предположения. Ты ведь понимаешь?

Когда Зиг принёс Кирку все необходимые результаты, у того оставалось лишь несколько выводов. Но рассказывать Сиаше об этом не было причин. Какой бы талантливой она ни была, всё-таки оставалась авантюристкой среднего класса. Поэтому Кирк сказал, что не может раскрывать деликатные сведения о гильдии, надеясь, что она поймёт и оставит дело.

— Ты не понимаешь, зачем я сегодня пришла?

Кирк ошибся.

Сиашу не интересовали внутренние дела гильдии, и ей было всё равно, был ли инцидент преднамеренным.

— Я хочу знать, чем занимается Зиг. Вот и всё.

— Даже так. Мне всё равно придётся сообщить тебе примерно те же сведения.

Кирк подтвердил свою позицию, и Сиаша печально вздохнула.

— О, Кирк. Мне так грустно! Грустно оттого, что ты бросаешь друга в беде. Вот так в нашей дружбе могут появиться трещины. Разве это не ужасно?

Она подошла к нему, и каблуки застучали по полу. Добравшись до стола, Сиаша села на него.

Тук-тук. Она постучала пальцами по столу Кирка, привлекая его внимание.

— Наша дружба должна длиться вечно. Но что, если… если в ней начнут появляться трещины?

Когда стук завладел вниманием Кирка, Сиаша посмотрела на него и приложила руку к груди.

— Моё сердце переполняет скорбь. Нет, я никогда не хочу, чтобы в нашей дружбе появились трещины! Ведь если это случится… скорбь, которая изольётся наружу, может поглотить тебя целиком.

Сиаша едва заметно склонила голову, словно спрашивая: «Ты понимаешь?»

Кирк сглотнул, ощущая едва прикрытое насилие за её словами. Однажды он прочитал в книге, что улыбка может быть проявлением агрессии. Книга ошибалась. Для более слабого человека любое действие агрессора могло казаться враждебным.

— Я… понимаю. Нет, ты права. Так нельзя.

— Разумеется, нельзя. Ты единственный, кто может защитить нашу дружбу.

Ну же. Сиаша протянула к нему правую руку — ту самую, которая лежала у неё на груди.

— Сила дружбы. — Её раскрытая ладонь словно требовала, чтобы он положил на неё свою жизнь.

— Сила дружбы.

Кирку оставалось лишь подчиниться.

Зиг снова пришёл в оружейную Эрнесты, не подозревая о переговорах, проходивших в гильдии.

Примерно сейчас сотрудники Кирка должны допрашивать пойманного мной убийцу. Зиг сомневался, что тот заговорит, но существовали разные способы заставить человека петь, даже против его воли: от пыток до наркотиков и всего, что между ними.

— Это не совсем проблема… Но они разберутся.

Он решил оставить профессионалов заниматься этим. Всё равно помочь он ничем не мог. Зиг плохо умел пытать. Когда-то, ещё наёмником, он проходил обучение, но наставник сдался, увидев, что способностей к этому у Зига нет. Очевидно, Зиг не возражал против причинения людям боли, но совершенно не умел сдерживаться.

Пытка была точной работой. Нужно было причинить человеку достаточно боли, чтобы заставить его выдать информацию. Требовались разные виды боли и правильный темп, а ещё умение разговаривать так, чтобы распознавать ложь. Перебор мог привести к смерти от шока или потери крови. В сущности, требовалось мастерство ремесленника.

Когда Зигу велели сломать человеку пальцы, он сломал их все разом, лишив пытку последовательных стадий боли. Снять ногти? И это он сделал одним махом. Увидев полное непонимание Зигом сути ремесла, наставник выгнал его.

Зиг специализировался на том, чтобы как можно быстрее убивать противников. Неудивительно, что с пытками он не ладил.

Пусть он и был любителем, других любителей разговорить мог. Но нынешний убийца был совсем другим.

— Знаешь, у нас на родине не было магии… — заметил Зиг, обращаясь к себе, и задумался, как можно применять магию в пытках. Больше всего его интересовало, может ли исцеляющая магия поддерживать подозреваемого в постоянно здоровом состоянии.

— Интересно, что будет, если исцелить человека, пока его пронзают?

— Зиг, может, не будешь рассуждать о таких жестоких вещах посреди магазина? Ты распугиваешь покупателей…

Он обернулся и увидел Сцежку, уже знакомое лицо с обеспокоенной улыбкой. Похоже, Зиг думал вслух. Краем глаза он заметил, как молодой авантюрист тихо отступил от него.

Несмотря на послеполуденное время, в магазине было довольно много покупателей.

— Прости, буду осторожнее.

Зиг поклонился в знак извинения, и профессиональная улыбка Сцежки вернулась.

— Спасибо. Итак, что привело тебя сегодня?

Он достал из кармана магический предмет и показал его Сцежке: металлический круг размером с ладонь. От центра во все стороны расходилась паутина трещин, ясно показывая, что предмет сломан.

— Я хочу, чтобы Гант на это посмотрел. — Это был магический предмет, который вчера носил напавший на Зига мужчина, создавший вокруг себя барьер. Зиг сохранил его: он вполне мог стать доказательством.

Утром Зиг отдал его Кирку, но тот отказался и сказал, что разобраться с предметом следует самому Зигу. Кирк не хотел, чтобы стало известно: гильдия расследует дело об обычном магическом предмете.

— Ты знаешь, что он делает?

— Создаёт барьер. Небольшой.

Сцежка осмотрела предмет, а затем наполнила его маной: активировать защитное заклинание внутри магазина было безопасно. Однако выгравированная в нём магическая схема оказалась повреждена, и печать не сработала.

— Ты хочешь, чтобы мы его изучили, а не починили?

— Ага.

Предмет сломался от удара Зига, но Гант хорошо разбирался в создании как оружия, так и магических предметов. Он должен был суметь что-нибудь о нём выяснить.

— Хорошо. Сюда.

Сцежка гадала, зачем Зигу понадобилось изучать сломанный магический предмет, но не озвучила вопрос. Она знала, что у Зига нет маны, но не понимала, что именно он рассчитывает выяснить.

Зиг благодарно кивнул, и Сцежка повернулась к нему, словно что-то вспомнив; кончики волос коснулись её плеч. На лице была не привычная профессиональная улыбка, а настоящая — такая мягкая, что немедленно привлекла внимание Зига.

— Кстати, рана сомкнётся вокруг самого клинка.

Зиг лишь кивнул в ответ на свой прежний вопрос. Он не собирался быть настолько глупым, чтобы спросить, откуда ей это известно. Она наверняка сказала бы, что это секрет.

Зиг последовал за Сцежкой через торговый зал в комнату, где работал Гант. На нём была ювелирная лупа, и он, похоже, гравировал буквы на металлическом предмете.

Сцежка промолчала, понимая, насколько тонким было дело, и вместо этого постучала по его рабочему столу, привлекая внимание.

— Гант, сейчас удобно?

— Нет, я занят. Разве не видишь? — Гант продолжил работать над своим проектом, даже не взглянув на Сцежку. Тон его был резким, показывая, насколько он сосредоточен. Сложная гравировка, которую он наносил, похоже, была магической печатью.

Похоже, момент был неподходящий.

Когда Зиг уже собирался выйти, Сцежка остановила его и снова постучала по рабочему столу. Гант громко вздохнул, снова прерванный, и наконец сдался. Он демонстративно положил инструменты на стол и уставился на Сцежку, не снимая лупы с одного глаза.

— Тц, ну и что тебе? Ты хоть знаешь, насколько сейчас нужна точность?! Знаешь что, тебе это знать не обязательно. Так что замолчи и—

— Ты уверен? Ты правда хочешь отвернуться от покупателя, который помог тебе перестать складировать неликвид и подняться на третье место по продажам?

— Хватит меня перебивать… Что ты сказала?

Гант закрыл рот, прежде чем успел разразиться тирадой. Затем его взгляд переместился на стоявшего рядом со Сцежкой Зига. Другой глаз был закрыт: для работы ему требовалось полностью сосредоточиться на глазе с лупой, поэтому Гант совсем не заметил Зига.

Борода Ганта несколько раз дёрнулась, после чего он снова посмотрел на Сцежку и глубоко поклонился.

— Прошу прощения.

— Извиняйся не передо мной.

Гант быстро поднял голову.

— Эй, прости, Зиг! Как дела?

Зиг прищурился и почесал подбородок, услышав слишком уж непринуждённое извинение.

Свободная рука Сцежки внезапно вцепилась в бороду Ганта. Боль ясно отразилась на его лице, но глаза тут же сосредоточились на снаряжении Зига.

— Рад видеть, что ты уже пускаешь оружие в дело! Как оно тебе?

— Ты крепче, чем кажешься. Неплохо. Прочное, острое, идеальный баланс и вес.

Гант радостно поманил Зига к рабочему столу и освободил для него место. Кузнец не мог дождаться, чтобы увидеть своё творение в действии. Зиг криво улыбнулся, положил оружие на стол и снял тканевый чехол. Гант убрал лупу и провёл пальцами по тёмно-красным лезвиям, прищурившись, чтобы рассмотреть их получше.

— Ты так много им пользовался, учитывая, как недавно его купил…

— Да. Острота великолепна, но особенно удобно, что он может рассекать магию. Теперь в бою у меня есть не только уклонение. Ты уверен, что мог продать его мне по такой цене?

Двухклинковый меч из рогов дракона, покрытых кровавым кристаллом, стоил дорого. Однако, учитывая свойства оружия, цена была скорее низкой, и Зиг задумался почему.

— Э-э… Ну, оружие из материалов такого класса обычно стоит дороже.

Гант ответил беззаботно, разыскивая искривления и смещения в точках баланса.

— Так и знал, — сказал Зиг.

— Ты не просил облегчать оружие, поэтому цена вышла гораздо ниже.

— Облегчать оружие?

— Что, никогда не слышал? Э-э… Объясни ему!

Застигнутый врасплох незнанием Зига того, что считалось общеизвестным в Халиане, Гант переложил обязанность объяснять на Сцежку.

— Такое оружие обычно облегчают: либо физически изменяют его, либо наносят печать, чтобы уменьшить вес. — Сцежка легко справилась с объяснением, вероятно, потому, что уже рассказывала об этом другим покупателям. — Чем твёрже и прочнее материал, тем крупнее обычно получается оружие, а значит, возникает проблема с переноской.

— Понятно.

Обычно такую обработку заказывали те, кому не хватало телосложения, чтобы владеть крупным оружием, или женщины, которым недоставало мышечной массы. Зиг думал, что можно просто усилить тело магией, но, оказывается, вес оружия всё равно имел значение.

— Мы стараемся сделать оружие как можно компактнее, но, если ничего не помогает, наносим на него магическую печать. Купленное тобой оружие примерно на тридцать процентов дешевле, потому что его не облегчили. И впервые в этом магазине кто-то купил оружие такого веса без облегчения.

— Вот и всё. Не каждый бывает настолько по-дурацки сильным, как— ух!

Сцежка ткнула Ганта локтем за ненужный комментарий.

Затем он потянул Зига за рукав.

— Эй, э-э…

— Что?

Этот жест только сильнее его раздражил, но Зиг всё же посмотрел на него.

Гант соскребал лезвие предметом, похожим на лопатку, и пристально разглядывал собранный мусор.

— Ты… недавно кого-то порезал?

— Ага. Вчера.

Гант издал оглушительный стон, услышав признание Зига. Зиг не совсем понимал, что и думать, но кузнец явно не был доволен.

— Что тебя так беспокоит? Погоди-ка…

Слова Ганта зацепили память Зига. Предыдущее оружие сломалось во время задания для мафии. Союзник Элсии с двуручным мечом разрубил двухклинковый меч пополам в ходе атаки клещами.

С трёхликими ограми он сражался арендованным длинным мечом. Это оружие изготовили сразу после той встречи.

Потом я зарубил нескольких напавших на меня людей в гильдии, а затем всю общину церкви кларитистов. Во время инцидента с лезвийными пчёлами я почти не убивал этим мечом чудовищ. Из последних чудовищ, которых он убил, — наверное, богомол и пантеры.

Зиг кивнул, перебрав в памяти события.

— В последнее время этим оружием я в основном рублю людей.

— Можешь мне это не рассказывать, — сказал Гант.

— Понятно, — продолжил он. — Значит, людей ты рубишь чаще, чем чудовищ…

Зиг не ожидал, что Гант расстроится из-за того, что он убивал людей.

— Просто… Я создаю оружие, чтобы авантюристы могли убивать чудовищ. Но сам продал его тебе, так что… Идеалы не приносят денег, поэтому жаловаться я не собираюсь.

Хотя он всё же жаловался, бросая на Зига косые взгляды. Он ужасно раздражал Зига.

Для Зига оружие было инструментом. Инструментом для убийства врагов — не больше и не меньше. Как бы ему ни было жаль Ганта, отказываться от такого взгляда он не собирался.

— Их убил я, а не ты, — сказал Зиг. — Инструмент — всего лишь инструмент. Оружие не убивает людей; убивают те, кто им владеет.

— Значит, я невиновен во всех обвинениях? — фыркнул Гант, проводя по лезвию крепкими мозолистыми пальцами. — Как удобно. Извини, но я не настолько бессовестен, чтобы заявлять, будто у меня нет крови на руках после создания оружия, предназначенного убивать. Я знаю, что причастен ко всему этому.

У мужчины были принципы, и, хотя говорил он так, словно относился к ним легкомысленно, Зиг знал, что лучше не вмешиваться.

— Но мы ушли от темы, — сказал Гант. — Так что ты хотел? Не похоже, чтобы этому малышу требовалось обслуживание.

После того как Гант отполировал двухклинковый меч, Зиг поблагодарил его и жестом попросил Сцежку передать магический предмет.

— Он хочет, чтобы ты его осмотрел.

— Магический предмет? Он сломан.

Сначала Гант бегло осмотрел предмет, а затем надел лупу, чтобы рассмотреть его лучше.

— Жёлтое серебро? Для магического предмета материал роскошный. И на нём выгравирована печать барьера. Работает, но вещь второсортная. Какая жалость… Не стоило обманываться материалом. Если бы покупал я, подал бы жалобу.

Гант продолжал бормотать себе под нос, внимательно изучая магический предмет. Каким бы грубым он ни был, мастером Гант определённо являлся искусным.

— Жёлтое серебро? — переспросил Зиг.

Услышав о незнакомом материале, он посмотрел на Сцежку.

Она без труда объяснила то, что мог понять любой.

— Металл, известный отличной проводимостью маны. Он также мягче большинства металлов, поэтому подходит для гравировки сложных гербов. Хотя он устойчив к высокой температуре, физические удары легко его деформируют, так что обычно его используют во внутренних магических печатях.

Из мягких металлов Зиг мог вспомнить лишь свинец и олово.

— Оно дорогое?

Сцежку, похоже, ничуть не беспокоил его глупый вопрос.

— Очень. Если поможет, можешь считать его примерно настолько же знаменитым, как индиговый адамантин.

— О… Значит, оно из той же категории материалов.

Он знал об индиговом адамантине. Это был особый металл, нарушавший движение маны; маленький кинжал из него стоил миллионы ортов. Даже монеты, которыми Зиг пользовался как метательными камнями, были недешёвыми. Однако материалы, нарушающие движение маны, представляли огромную ценность. Значит, это жёлтое серебро тоже должно быть полезным.

— Металлы, названные по цвету, чрезвычайно уникальны и сложны в производстве. Большинство авантюристов не может просто так до них добраться. Жалко тратить их на такой магический предмет…

— Гравировать гербы могут даже любители, поэтому беспринципные мастера завышают цену, используя дорогие материалы. — Гант подхватил объяснение Сцежки и пожал плечами, поднимая один из инструментов. — Тот, кто сделал это, никудышный кузнец: прикрывает материалом своё неумелое ремесло.

Как человек, скрупулёзно относившийся к своей работе, Гант не мог вынести мысли, что кто-то плохо обращается с ценными материалами.

— Он сломался из-за перегрузки. Что ты с ним сделал?

Он растрепал бороду, явно недовольный, и осмотрел магический предмет в другой руке. Зиг не придал этому особого значения.

— Пнул, — сообщил Зиг о причине разрушения магического предмета.

— О.

Взгляд Ганта на Зига изменился. Теперь он смотрел на него как на нецивилизованного варвара.

Зиг быстро принялся защищаться.

— Погоди. Не переворачивай всё с ног на голову. Я пнул барьер, а не магический предмет.

Даже если ему было всё равно на свою репутацию, Зиг не хотел прослыть дикарём, который пинает всё непонятное.

— Не думаю, что ты настолько глуп, — сказал Гант и громко вздохнул.

Зига это раздражало, но, судя по кривой улыбке Сцежки, неразумным выглядел именно он.

Гант принялся читать ему нотации, словно медленно соображающему ребёнку.

— Предмет определённо второго сорта. Но с другой стороны, он выполнил свою задачу. Маленький, а созданный им барьер достаточно силён, чтобы сражаться с чудовищами. И ты пнул его так сильно, что сломал… Ты вообще человек?

— Не смотри на меня, — фыркнул Зиг, скрестив руки и отвернувшись. — Кузнец, который его сделал, должен быть третьесортным.

— Подозрительно. Ты ведь не какое-нибудь человекоподобное чудовище?

— Если бы был, начал бы с того, что перебил тебя. А теперь хватит глупостей и разберись с предметом. Мне всё равно, если придётся разобрать его на части.

— Ладно, ладно, нечего дуться.

Пошутив, Гант осторожно разобрал магический предмет. Сняв застёжку и медленно раздвинув треснувшие части, он заглянул внутрь через лупу.

— Ты знаешь, где его изготовили?

— Методы производства вполне стандартные. Обычный дизайн… Будет трудно установить происхождение. Гравировки мастера тоже нет.

Некоторые кузнецы и золотых дел мастера ставили на своих изделиях имена. Примерно половина подписывала работу, половина — нет. Гант относился к тем, кто своей работы не подписывал.

— Э-э?

Как раз когда Зиг решил, что из браслета будет трудно выжать информацию, Гант растерянно хмыкнул, изучая треснувшую крышку.

— Ты что-то нашёл?

— В самом магическом предмете ничего странного нет, но… Кисть.

— Вот.

Сцежка передала ему кисть. Гант не сводил глаз с магического предмета. Он задержал дыхание, чтобы найденное не сдуло, и осторожно обмёл внутреннюю сторону сломанной крышки, собирая содержимое на тарелку. На неё упали две маленькие частицы.

Гант поднял одну пинцетом.

— Что это?

На первый взгляд затвердевший белый порошок походил на кристаллик сахара.

— Он попал внутрь через швы?

— Нет. Конструкция не водонепроницаема, но в основном не пропускает воду и влагу. Нечто подобное никак не могло просочиться через шов.

Фрагмент был размером с острие пера. Даже с учётом трещин предмета казалось маловероятным, что частица оказалась внутри случайно. Каково бы ни было это вещество, его поместили внутрь браслета ещё при изготовлении.

— Беру свои слова обратно. Этот парень хуже третьесортного. Он обедал, пока гравировал магическую печать! Я ему морду набью, если встречу. — Гант сжал кулаки; на висках вздулись вены, а небрежное ремесло окончательно вывело его из себя.

Тем временем Зиг внимательнее рассмотрел белые частицы. Он сжал их между пальцами. Твёрдые. Запаха нет. Зиг отколупнул кусочек ногтем и лизнул. Вещество обладало своеобразной горечью. Однако он узнал его и сразу понял: в чистом виде его не предназначали для употребления.

— Тот, кто это сделал, не обедал. Наверное, вита́л в облаках, пока изготавливал предмет.

— В облаках? Ты о чём… А-а-а. — Поняв, что Зиг имеет в виду белую частицу, Гант хлопнул себя ладонью по лицу. Вид у него стал измученным.

Сцежка с ненавистью посмотрела на белую частицу.

— Так вот что это. Но можно ли выполнять точную работу вроде гравировки печатей, отдыхая на луне?

— Некоторые виды позволяют.

Наркотики можно условно разделить на стимуляторы и депрессанты. Одни притупляли боль, другие обостряли чувства, третьи прогоняли усталость. Но большинство относилось к одному из этих двух типов.

— Наркотик заставляет человека бодрствовать, — сказал Зиг, — позволяя ему подолгу работать с большей точностью.

— Похоже, для точной работы это полезно, — задумчиво произнёс Гант. — Но долго так не протянешь.

— Разумеется, — сказала Сцежка. — За попытку превысить естественные пределы тела всегда приходится платить. К тому же, Гант, ты и без этого отлично работаешь. Упорный труд больше всего подходит человеку.

Слишком сильно полагаться на них опасно, поэтому я использую их лишь как инструмент.

Зиг знал о долгосрочных последствиях, но они ничего не значили, если он не мог пережить сегодняшний день. Для него наркотики были инструментами, которые следовало использовать по необходимости. Пользоваться всем, что имелось под рукой, было лучшим способом выбраться из неприятной ситуации — а таких ситуаций он пережил немало.

Однако своим мнением Зиг поделился не стал.

Факт оставался фактом: вовсе не употреблять наркотики было бы лучшим выбором, хотя многие пользовались ими как способом сбежать от реальности во время войны.

— А что это за вещество… Пожалуй, придётся спросить специалиста, — сказал Зиг.

— Погоди, — сказала Сцежка. — Я ещё напишу Катии.

— Спасибо.

Катия, дочь одного из мафиозных боссов, похоже, состояла со Сцежкой в каких-то отношениях. Подругами их назвать было нельзя, но они поддерживали связь и, казалось, были друг с другом повязаны. Каждая находилась в положении, позволявшем попросить другую об одной-двух услугах.

— Это не совсем услуга… Я просто скажу: «Вы не можете нормально управлять своими территориями?» — Сцежка произнесла это с ледяной язвительностью.

— Хм…

Он застонал, ставя на стол дымящуюся белую чашку.

Янтарный чай заполнил керамическую чашку. Способ заваривания Кирка сочетал эффективность и мастерство: ароматный чай получался без лишнего расхода дорогих листьев.

Однако янтарная жидкость подпитывала кровавый разговор.

— Из двоих напавших на Зига один лишился головы, которую невозможно опознать. Второго удалось успешно захватить. Сейчас он под стражей, и к нему применяют надлежащие меры.

— Вот почему вчера Зиг вернулся домой раненым… Понятно. Не похоже на задание для авантюриста.

Наёмник был расходным материалом: никто не стал бы задавать вопросов из-за смерти удобной пешки. К тому же он стоил гораздо дешевле авантюриста, поскольку гильдии не пришлось бы рисковать потерей одного из своих членов.

Сиаше не понравился этот намёк, и она впилась взглядом в Кирка.

Чашка задребезжала, а чай пошёл волнами под её взглядом.

Однако Кирк получил должность вице-президента не случайно, и звание не было декоративным. В прошлый раз, когда Сиаша ему угрожала, он оказался застигнут врасплох, но теперь уже видел это однажды. Сдаваться он не собирался, особенно зная, что не сделал ничего дурного. Мягкотелым его не назовёшь.

Кроме того, Сиаша на самом деле не злилась на него. Сила её взгляда была гораздо слабее, чем в тот раз, когда Кирк запретил Зигу входить в гильдию, и чем раньше, когда она расколола дверь пополам.

— Мы оба используем друг друга, — холодно сказал Кирк. — Не сомневайся, я плачу ему должным образом. Честно говоря, я не ожидал, что дело продвинется так быстро. Как ни жесток Зиг, работу он выполняет отлично.

Поскольку они с Зигом оба согласились с условиями контракта, Кирк не считал, что третья сторона имеет право жаловаться.

— Хм… Хитрый лис.

Сиаша прищурилась, понимая, что информации у неё меньше, чем у него. Кирк проигнорировал её и сделал глоток чая. Ей оставалось лишь поджать губы, прекрасно понимая, что она просто срывает на нём своё раздражение.

— И что же ты будешь делать? Не думаю, что мне стоит вмешиваться, но он не похож на человека, который ценит постороннюю помощь в своей работе.

— Не тебе это говорить. Да, уж это я о нём знаю.

Сиаша отвернулась: слова Кирка задели её за живое. Она уже представляла, как Зиг откажется от её помощи. Она знала это лучше кого бы то ни было. Но ей надоело лишь ждать его возвращения.

— Как человек из той же отрасли… Нет, как авантюристка я просто не могу спокойно сидеть, пока преступник где-то разгуливает и, возможно, замышляет что-нибудь ещё хуже! Только поэтому я здесь.

Сиаша сжала кулак, показывая, как сильно хочет, чтобы злодей предстал перед правосудием.

— Понимаю. Возможно, ещё не всё потеряно, если молодая авантюристка так переживает из-за гибели товарищей.

Кирк посмотрел на неё с восхищением, хотя выражение его лица не изменилось.

Но всё же надо это обдумать, — подумал он.

Каковы бы ни были мотивы Сиаши, лишние пешки на доске никогда не помешают. Раз она уже знала, что происходит, гораздо разумнее было использовать её, чем просить молчать.

— Тогда, кажется, у меня есть как раз задание, способное утолить твою жажду справедливости. Поможешь мне?

— Хорошо. Сколько заплатишь?

— Разве добрые дела не награда сами по себе, подруга? — спросил Кирк, намекая, что ей пора перестать складывать пальцы в форме монеты.

Сиаша лучезарно улыбнулась, провела пальцем по краю чашки и посмотрела на него своими лазурными глазами.

— Именно справедливость мной и движет. Но если некий человек пожелает выразить благодарность в материальной форме, кто я такая, чтобы отказываться? Подруга.

На лбу Кирка выступил холодный пот.

Зиг не выполнял официальное поручение гильдии. Само собой, плату ему Кирк выдавал из собственного кармана. Вице-президент зарабатывал немало, но сумма, которую он собирался отдать Зигу, заметно ударила бы по его финансам.

Но ему требовалась вся возможная помощь. Если его предположения верны, чем больше рук, тем лучше — и чем выше их компетентность, тем лучше.

Он уже слышал, что Сиаша — многообещающая молодая авантюристка. Это подтвердилось во время спасательной операции. Впрочем, даже без неё Кирк уже на собственном опыте знал, что Сиаша особенная.

Если для того, чтобы завербовать её, придётся тратить собственные деньги… значит, Кирку придётся пойти на эту жертву.

— Я подумаю.

— Буду ждать, чем всё закончится.

Кирк тяжело кивнул, а его дорогая подруга в ответ одарила его прекрасной улыбкой.

Переговоры — или, скорее, задушевная беседа двух друзей — подходили к концу.

Сиаша допила чай и уже собиралась встать, когда до кабинета донёсся топот приближающихся шагов.

— Господин Кирк, там… Что случилось с дверью?! — Сотрудник, прибежавший на шум, озадаченно уставился на дверь кабинета, но Кирк велел ему продолжать.

— Не беспокойся об этом. Что случилось?

Одетый с иголочки сотрудник средних лет переступил порог, пробежался взглядом по кабинету и, заметив Сиашу, подошёл к Кирку и прошептал ему что-то на ухо.

— Понятно. — Кирк жестом велел служащему уйти и повернулся к Сиаше. Лицо его по-прежнему оставалось бесстрастным, но новости, похоже, были дурными.

— Убийца убит.

Подозрения Сиаши тут же рассеялись. Она прекрасно поняла его слова, но из-за отсутствия эмоций в голосе несколько секунд задумчиво молчала.

— Хм?

Сиаша наклонила голову и накрутила на палец кончик волос, а потом наконец заговорила.

— Что вы вообще творите? — тихо произнесла она, и в её глазах опасно сверкнуло. — Не могу поверить, что вы так просто позволили погибнуть единственной зацепке.

Теперь найти виновника было невозможно. Кто бы им ни оказался, теперь он будет действовать осторожнее, а значит, поиски станут ещё труднее.

— Все усилия Зига и его раны… впустую, — прорычала Сиаша, сузив глаза. — Может, мне дать тебе повод купить новые очки?

Над её ладонью уже парил камень размером с кулак. Он потрескивал от энергии и слышно скрипел, не выдерживая потока вливаемой в него огромной массы маны.

Раньше она просто выплёскивала раздражение. Теперь же она злилась.

Её ярость ещё не превратилась в жажду крови, но обычного человека её всё равно хватило бы заставить застыть на месте.

И всё же Кирк улыбался.

— Хм?

Сиаша наклонила голову, не понимая его реакции. Его улыбка стала ещё шире.

— Понятно. Видя тебя рядом с Зигом, я ошибся, но ты гораздо быстрее прибегаешь к насилию, чем он. Полагаю, для авантюристов это обычное дело.

Тогда Сиаша поняла, что именно имел в виду Кирк. Зиг не отличался умом, зато с лихвой компенсировал это богатым опытом. Он знал, что кто-нибудь придёт заставить пленного убийцу замолчать.

— Погодите-ка…

— Всё именно так, как ты думаешь.

Кирк добродушно кивнул и рассказал ей о своём утреннем разговоре с Зигом.

Зиг и Кирк обсудили, что делать с захваченным убийцей.

Заставить профессионального убийцу заговорить было чрезвычайно трудно. Их нанимали за умение убивать, но от них также требовалось держать язык за зубами. Каким бы искусным ни был убийца, стоит ему заговорить о клиентах при первых же пытках — и он лишится работы.

Требовались высокая переносимость боли и устойчивость к наркотикам. В отчаянных обстоятельствах некоторые даже могли запечатать собственные воспоминания с помощью секретного кода. Однако у людей есть предел, особенно когда дело доходит до пыток. Каким бы сильным ни был человек, под воздействием невыносимой боли его разум и тело рано или поздно сломаются.

Проблема была в том, что никто не знал, сколько это займёт. Если пленник и выдерживал пытки, тело обычно не выдерживало — и он уносил всё, что знал, в могилу.

Поэтому Зиг и Кирк решили не ужесточать охрану. Разумеется, число приставленных стражников они не сокращали. Вместо этого гильдия соблюдала надлежащую процедуру перед допросом подозреваемого. В наши дни она не требовалась, если преступника поймали на месте. Процедуру соблюдали только в случае, если подозреваемый занимал влиятельное положение. Всё это было негласной договорённостью.

Однако в мире встречались люди, помешанные на соблюдении протокола. Таких людей называли буквоедами. Одному из них позволили заняться оформлением подозреваемого, и, как и следовало ожидать, он прошёл все положенные инстанции. Гильдия не могла прикоснуться к убийце, пока власть имущие не дадут разрешения.

— К счастью, наши виновники пронюхали об этом и пришли заставить нашего убийцу замолчать.

— Понятно… А тот, кто убил убийцу?

— Мы уже гонимся за ним, — сказал Кирк, и в его глазах сверкнул острый блеск.

Сиаша сжала кулак, развеяв каменную пулю.

— А я думала, ты хотел, чтобы я купила тебе новые очки?

Улыбка Кирка была самодовольной, несмотря на скрытую угрозу, звучавшую в разговоре.

Сиаша лишь усмехнулась и подняла руки, изображая капитуляцию.

— Именно. Но, похоже, ты и так достаточно хорошо видишь.