Глава 4: Звёздное столкновение
Глава 51Глава 4: Звёздное столкновение
Глава 4: Звёздное столкновение
Шания наблюдала за фигурой изнутри кокона, пока тот рассеивался.
— Фух. Впечатляющая демонстрация силы, но с общим контролем маны у тебя слабовато… Ах, молодость.
Несмотря на то что она блокировала разрушительную атаку, тело Шании осталось невредимым, а золотые глаза с враждебностью уставились на незваную гостью.
Если бы здесь находился кто-то третий, по его спине пробежал бы холодок, а к горлу подступила бы волна тошноты.
Эти существа принадлежали к совершенно иному уровню — их сила была несравнимо выше. Пытаться им противостоять было бы безумием. Здесь их было двое, и исходящая от них жажда убийства открыто столкнулась.
Крысы давно покинули здание, а поблизости не чувствовалось ни единого насекомого. Даже люди, неспособные ощутить подобное, чувствовали бы страх, скребущийся по коже.
Две ведьмы стояли друг напротив друга, обмениваясь взглядами.
Хотя они встретились впервые, выражения их лиц говорили о том, будто перед ними стоял вечный враг.
— О-о, а вот и представительница моей собственной расы… Знакомство вышло довольно жестоким. Вы обычно так здороваетесь?
Тон Шании оставался непринуждённым, но колкости в словах она не скрывала. Ведьма раскрыла мощь своей маны, стремясь вселить страх в сердце противницы. Зрачки её золотых глаз расширились, как у возбуждённого зверя.
— От тебя несёт кровожадным зверем, — хихикнула Шания. — Полагаю, тебя толком не учили держать себя в руках.
Лицо Сиаши оставалось бесстрастной маской. Сам факт существования ведьмы на этом континенте и встреча с представительницей своей расы должны были заставить её задуматься, что та вообще здесь делает. Однако ничто из этого её не интересовало.
Нет, всё это совершенно её не заботило.
Фиолетовая ведьма пыталась запугать её угрожающим всплеском маны — настолько мощным, что он ставил жизнь Сиаши под угрозу. Но та не обратила на неё внимания.
Вместо этого она посмотрела на мужчину, лежавшего рядом с незнакомой ведьмой.
Сиаша проигнорировала тяжёлое напряжение в воздухе, и её вишнёвые губы расплылись в улыбке.
— Вот ты где, Зиг. Пойдём домой. Мне уже почти пора повышать класс. Не терпится узнать, какие приключения ждут меня дальше. Я знаю, что ты занят, но всё равно попрошу тебя помочь мне с приключениями. Хотя не переживай: Кирк обещал дать мне несколько интересных поручений. Уверена, они окажутся прибыльными. Я куплю новые магические предметы, ты обзаведёшься новым снаряжением, а потом мы накопим на ещё более новое. Но я забегаю вперёд. Наверное, в этом и состоит прелесть жизни искателя приключений. Столько дел, а времени так мало… Так что просыпайся скорее, и мы вернёмся к работе.
Сиаша улыбалась, хотя разговор был совершенно односторонним и Зиг никак не мог ей ответить.
— Ты в своём уме?
Шанию озадачивало, что Сиаша упорно не желала обращать на неё внимания, особенно при столь явно демонстрируемой жажде крови.
Её лазурные глаза теперь повернулись к Шании, словно заметив её впервые.
— Я не знаю, кто ты, но нам с Зигом ещё многое нужно сделать вместе. Не могла бы ты не мешать?
— Наконец-то я привлекла твоё внимание.
Шания самодовольно улыбнулась, положила ладонь Зигу на голову и ласково провела по волосам. Она решила: раз эта черноволосая юная ведьма так привязана к мужчине, стоит её подразнить.
Как и предсказывала Шания, глаза Сиаши расширились, словно блюдца, хотя сама она сохранила спокойствие.
— Извини, но господина Зига я заберу с собой. Жаль было бы потерять его из-за такой безразличной особы, как ты.
Шания усилила выброс маны и обхватила голову Зига руками, чтобы Сиаша всё видела. Затем отвернулась, желая ещё сильнее её раздразнить. Несмотря на исходившую от противницы жажду крови, Шания сохраняла самообладание.
Взгляд Сиаши, вероятно, убил бы обычного человека. Переполнявшая её мана раздавила окружавшие их обломки.
— Я тебя убью.
Когда встречаются две ведьмы, они либо расходятся, либо вступают в схватку. Как бы всё ни сложилось, исход предрешён с самого начала.
— Буду только рада, если попробуешь!
Две ведьмы, обезумевшие от ярости, столкнулись в схватке, выходившей за пределы человеческого понимания.
Сиаша нанесла первый удар, поскольку её магия уже была активирована.
Она ещё больше увеличила земляную руку, покрывавшую правую конечность, и вытянула её, чтобы раздавить Шанию.
— Как варварски.
Шания, не моргнув глазом, применила магию, пока гигантская рука неслась её раздавить. Из теней выскочили чёрные верёвки и, словно овощ, рассекли гигантскую руку, способную сокрушить обычного монстра.
Шания призвала из теней ещё больше хлыстов и направила их на Сиашу.
Сиаша лишь раздражённо фыркнула, увидев рой теней, способных рассекать плоть одним проходом. Из пола поднялся ромбовидный земляной щит. Зная силу этих хлыстообразных жгутов, Сиаша специально насытила защитное укрытие дополнительной маной.
Три земляных щита, почерневшие от избытка маны, приняли удар хлыстов. Они выдержали его и не рассыпались, как рука. Даже обвившись вокруг щитов, тени не смогли их расколоть.
— Слабо.
Достаточно было одного жеста.
Земляные щиты завертелись, с силой разрывая жгуты.
— Уф…
Сквозь остатки рассеявшейся маны обе снова уставились друг на друга. Продолжая плести заклинания, они бросились в стороны, чтобы Зиг не оказался в зоне поражения.
Сиаша — с каменными копьями. Шания — с хлыстами тёмного цвета. Их заклинания сталкивались так, словно этот танец был отрепетирован бессчётное количество раз.
Каменные копья и тёмные хлысты яростно сталкивались. Тени рассекали всё на пути, а земляные щиты блокировали заклинания, которым удавалось прорваться. Заблудшие обломки магии разрушали окружающие здания, и грохот разрушений заглушал испуганные крики бегущих жителей. Заклинания ведьм прорезали стены, словно тофу, без разбора уничтожая всё вокруг. Скорость плетения у них была примерно одинаковой, но Шания превосходила противницу в точности контроля маны.
Разница в разрушительной силе довольно велика, — подумала Шания. В лобовой перестрелке победить будет трудно.
Шания горько нахмурилась, рассекая каменные копья. Теперь с ними было сложнее справляться: Сиаша укрепила их дополнительной маной.
— Но бой — не такое уж прямолинейное дело.
Она потратила много лет, оттачивая точность.
Один из её хлыстов врезался в земляной щит, но не исчез, как остальные. Вместо этого он вцепился в щит, ограничивая его движение.
— Уф!
Несмотря на помеху, огромная разница в мане ослабила воздействие хлыста. Однако внезапная медлительность щита сбила Сиашу с толку и нарушила её прицел при запуске каменных копий.
— Значит, уловки тебе не по душе?
Шания тут же воспользовалась открывшейся возможностью, собрала ману для смертельного удара и мгновенно вытянула тень, создав гигантский клинок тёмного цвета. Он казался невесомым, но исходившая от аномального лезвия аура наводила ужас.
Гигантский меч разом сбил все каменные копья и устремился к шее Сиаши.
Одного щита было бы недостаточно. Понимая это, Сиаша взмахнула рукой, выстроив все остальные земляные щиты в один ряд перед собой, чтобы остановить тёмный клинок.
— Ха!
Клинок и щиты столкнулись, рассеивая ману, пожирая друг друга.
Сиаша превосходила её по объёму маны, но, как-никак, Шания тоже была ведьмой и в магии ей не уступала. Земляной щит требовал длительного поддержания, а тёмный клинок возникал мгновенно — преимущество явно было на стороне последнего.
Увидев подтверждение своей догадки, Шания улыбнулась ещё шире: тёмный клинок медленно прорезал земляной щит.
Сиаша упёрлась, стараясь удержать позицию, но после внезапной потери равновесия восстановить её будет трудно. Один слой щита уже сточился. Такими темпами Шания могла просто ждать, пока Сиаша примет мучительную смерть.
Столкнувшись с угрожающим клинком, готовым лишить её жизни, Сиаша спокойно составила заклинание и завершила его плетение.
— Хм!
Она топнула ногой и подняла свободную руку.
У неё над плечом начали собираться камни, складываясь в гигантский кулак.
Гигантский, по человеческим меркам. Для людей всё, что превышало два метра, считалось слишком огромным и непрактичным.
А ведьма легко могла управлять этим громадным кулаком. Кто знает, что вообще считается огромным для ведьмы?
— Ты когда-нибудь слышала о сдержанности? — спросила Шания.
Гигантский кулак был такого же размера, как тот, что ранее разрушил второй этаж постоялого двора. Шания дёрнулась, когда его огромная тень нависла над ней. Впервые с начала боя она начала терять самообладание.
— Я отреклась от подобных условностей, — раздражённо фыркнула Сиаша, явно приняв вопрос Шании на свой счёт.
— Я не это имела в ви—
— А-а!
На светскую беседу времени не оставалось.
С коротким боевым кличем каменный кулак обрушился на тёмный клинок. Кулак отбросил меч — вернее, полностью его раздавил, сотрясая землю при ударе о землю. От грохота заложило уши, а ударная волна разметала все окрестные обломки.
Когда яростный гул стих, воздух наполнила тревожная тишина.
Ночной ветер пронёсся по округе. Все барьеры опустились, наконец открыв победительницу.
Когда пыль осела, на ногах осталась Сиаша.
Казалось, здесь упал метеорит или прогремел мощный взрыв. Увидев состояние земли, сторонний наблюдатель вполне мог бы так решить. Первичный удар разметал обломки во все стороны, расчистив эпицентр.
Большинство жителей уже успело эвакуироваться, но тех, кто не смог вовремя уйти, сбили с ног ветер и ударная волна, созданная земляным кулаком. А те, кому не повезло и кого погребло под обломками, потеряли не только сознание.
Посреди безлюдного кратера что-то пробудилось.
— Фух… Кажется, я немного увлеклась, — сказала ведьма, устроившая эту катастрофу. Звучало так, будто она всего лишь слегка переела.
Её блестящие чёрные волосы колыхались, а лазурные глаза сияли. Абсолютная сила. Женщина, которую когда-то называли Молчаливой ведьмой, тихо оглядела окрестности.
Громадный валун, покрывавший её руку, исчез. Несмотря на пыль, одежда не испачкалась, а красота осталась нетронутой. Тёмный клинок, созданный Шанией, исчез без следа, как и сама ведьма.
Сиаша убедилась, что всё именно так, не сходя с места. Она покрутила затёкшими плечами и неловко улыбнулась себе.
— Похоже, она оказалась не такой уж сильной.
То ли она действительно так думала, то ли просто делала вид. На её лице застыла несколько натянутая, но торжествующая улыбка, однако затем она вспомнила нечто важное и запаниковала.
— Ах! Зига завалило!
Чтобы защитить его, она укрыла Зига землёй поодаль, но теперь не могла понять, где именно он находится под всей этой грудой обломков. Окружающее разрушение полностью изменило ландшафт, и она могла лишь приблизительно угадать его местоположение.
Её земляной барьер легко выдержал бы вес обломков, но Зиг задохнулся бы, если бы его погребло достаточно глубоко. Каким бы крепким он ни был, для жизни ему всё равно требовался кислород.
— Ч-что же мне делать?! Н-надо расчистить обломки!
Как только Сиаша собралась шагнуть вперёд, из её груди вырвался чёрный хлыст.
— Что?
В голосе Сиаши звучало недоумение: она не могла понять, что только что произошло.
Чёрная тень выросла из земли и пронзила её грудь насквозь. Пугающе острое лезвие без сопротивления прошило тело.
Рана была смертельной. Пока Сиаша висела на хлысте, жизнь покидала её. Она попыталась протянуть руку, чтобы найти Зига, но рука не слушалась.
— Нельзя же так терять бдительность.
Неподалёку появилась тень. Сиаша висела на хлысте, словно марионетка. Тень выросла до человеческих размеров, и стало видно, что это чёрный кокон.
— Фуах.
Шания, которую считали побеждённой, выпрыгнула из чёрного кокона. Она встряхнулась, словно мокрая собака, стряхивая с себя облепившие её тени. Наконец ведьма откинула волосы, и в её золотых глазах блеснул огонёк, когда уголки губ приподнялись.
— Я застала тебя врасплох? Маны у меня меньше, чем у тебя, зато я уверена в своей способности усиливать её.
Отряхнув подол одеяния, Шания призвала новые тени и направила их на Сиашу. Жгуты пронзили ей руки и ноги, словно это были фрукты, а затем сшили их обратно, как в лабораторном эксперименте. Теперь Сиаша наконец испытала на себе собственное лекарство.
Её лицо оставалось бесстрастным, словно она больше не чувствовала боли.
— Подумать только… ведьма… притворилась мёртвой…
Голос Сиаши едва можно было расслышать. Она знала, что жить ей осталось недолго.
Шания довольно помахала пальцем перед её лицом: жертва угодила в расставленную ловушку.
— Неужели ты думала, что ведьма выше обмана? Как наивно.
Ведьмы были сильны, поэтому редко прибегали к внезапным атакам и засадам. Не было нужды. Одного заклинания хватало, чтобы прорвать цель насквозь, словно бумагу. Когда они приступали ко второму, бросившее им вызов существо уже в страхе убегало.
— Ты сильна… И в открытом бою мне было бы трудно с тобой справиться. Но я вижу, что ты никогда не смотрела смерти в лицо. Гордость сильных — их величайшая слабость.
Уверенная в победе, Шания медленно направилась к Сиаше. Она протянула руку, чтобы оборвать жизнь перед собой и забрать то, что по праву принадлежало ей…
— Хм?
Она застыла.
Что-то было не так. Умирающая ведьма всё ещё могла использовать магию — это само по себе не было странным. Но маны, исходившей от Сиаши, было слишком мало, чтобы представлять угрозу.
Что?!
Когда Шания наконец заметила это, у неё похолодела кровь.
Почему она заметила лишь сейчас? Из этой ведьмы не вытекло ни капли крови!
— Уф…
— Долго же ты соображала.
Голос Сиаши звучал совершенно ясно — смерть её не коснулась.
Составленное ею заклинание ринулось на Шанию.
Поняв, что её обманули, Шания быстро скрутила тени вокруг себя, превратив их в шар. Жгуты обладали некоторой упругостью и могли поглотить часть удара.
Однако сильного удара не последовало: сила, столкнувшаяся с защитными тенями, оказалась ничтожной. Шания насторожилась, но не ослабила бдительности — перед ней всё ещё была ведьма.
Внезапно на неё обрушилось ощущение невесомости.
— Что?! Проклятье, вот чего она добивалась!
Когда Шания поняла, что делает Сиаша, было уже слишком поздно.
Земля, которой управляла магия Сиаши, обвилась вокруг чёрного кокона Шании, словно морская звезда вокруг моллюска. На этом заклинание не остановилось и продолжило поднимать чёрный кокон в небо.
Сиаша появилась прямо под огромным земляным шаром.
— Я не слишком хороша в такой магии… Надеюсь, выглядело убедительно.
Сиаша взглянула на другую Сиашу, рассыпавшуюся в землю, из которой была создана. Заклинание наконец развеялось. Сиаша знала, что хорошо воспроизвела цвета куклы, но сомневалась насчёт тонких движений. Что ж, этим она займётся в другой раз.
Когда земляная кукла исчезла, Сиаша переключилась на земляной шар и подняла руку. Шар подчинился её приказу, сдавливая кокон изнутри и стремясь его раздавить. Чёрные жгуты сопротивлялись, а кокон визжал, словно от боли.
Было очевидно, на чьей стороне преимущество. Достаточно было посмотреть на лица ведьм.
— Ух!
Шания отчаянно боролась, не желая быть раздавленной. Самообладание исчезло, по щекам катился холодный пот.
Сиаша, напротив, выглядела совершенно спокойной. Как сама сказала Шания, в прямом состязании сил преимущество было у Сиаши.
Их взгляды встретились сквозь трещины кокона — теперь положение полностью изменилось.
На лице Сиаши появилась лёгкая улыбка.
— Ты ведь не думала, что ведьма не способна на обман? — нарочито произнесла Сиаша.
— Тут ты меня подловила.
Шания нахмурилась, вынужденная проглотить собственные слова.
Эта юная ведьма с самого начала знала, что для победы над Шанией понадобятся не только сила, но и ум. Она скрылась в облаке пыли, создав из земли куклу-приманку… Неплохой план. Совсем не по-ведьмински.
Как у юной ведьмы может быть столько силы?
Впрочем, любопытство Шании скоро должно было удовлетвориться, хотя ответ оказался не таким, как она ожидала.
— Ты сказала, что я никогда не встречалась лицом к лицу со смертью. Неужели ты говорила о себе? К сожалению, однажды я уже проиграла.
Хотя Сиаша говорила о своём прошлом поражении, голос её звучал бодро и страстно. Она улыбалась, как девушка, переживающая лихорадочные дни юности.
Сиаша знала человека, который, вступив в бой, никогда не опускал бдительности. И помнила всё, чему он её учил. Некоторые его уроки были немного извращёнными, но все его слова остались в её памяти, словно вырезанные на сердце.
— Слабость и бессилие — не всегда одно и то же. Я узнала это от него.
— Нет… Невозможно… Этого не может быть!
Магия Шании заскрипела под чудовищным давлением. Она влила в тени ещё больше маны, не позволяя им разрушиться.
Несмотря на угрозу для жизни, Шания не могла избавиться от растерянности. Если её слова были правдой, подходил под описание только один человек. Но такого не могло быть — этого не должно было случиться.
— Тебе когда-нибудь доводилось встречать клинок, который подавил бы всю силу ведьмы и обезглавил её на месте?
Шания почувствовала присутствие ведьмы. Она решила, что ведьма нацелилась на Зига из-за его силы.
В чужих вещах было особое очарование. К тому же Зиг был свежим, нетронутым экземпляром. Поэтому Шания решила забрать его себе.
Но рассказ этой юной ведьмы… Казалось, она проиграла мужчине, а потом влюбилась в того, кто её победил.
Ведьма не должна проигрывать человеку.
— Ты позор! — закричала Шания. — Ты опозорила всех ведьм, проиграв жалкому человеку!
Чёрные тени откликнулись на всплеск её эмоций, став гуще и сильнее.
Хлысты заизвивались, пытаясь пробиться сквозь сдавливавшую их землю. Однако Сиаша лишь покачала головой, словно заскучала от этого представления.
— Ну и застряли же вы, старые ведьмы, в своих взглядах… Важен только результат. Неужели, глядя на Зига, ты ничего не почувствовала?
Сиаша вытянула руку в сторону, пока сдерживавшая Шанию магия продолжала сжимать её со всех сторон.
Казалось, её ладонь мягко сжимала что-то, а внутри неё начали собираться камни, складываясь в подобие палки.
Сиаша насытила рукоять каменного меча маной, сделав её прочнее, пока плела более мощное заклинание. Камни медленно вытягивались и росли, пока не проявилась задуманная форма.
Она медленно подняла каменный двуручный меч. Лезвие затрещало и почернело. Сиаша продолжала вливать в него ману, пока не достигла предела, превратив его в угольно-чёрный клинок.
— А-а!
Едва двуручный меч успел сформироваться, тени хлынули наружу и прорвали земляную тюрьму.
Бесчисленные чёрные жгуты обвились вокруг земляного шара, рассекли его на части и освободили Шанию. Приземлившись, она обнаружила перед собой гигантский клинок, способный разрубить что угодно.
Для женщины, владевшей тёмной магией, угольно-чёрный меч выглядел зловеще.
— Влюблённая соплячка!
Поняв, что от гигантского клинка не уйти, Шания принялась оттачивать поток маны. Благодаря искусству управления маной она могла собрать более крупное заклинание за меньшее время.
Огромное копьё из чёрных теней.
Огромное копьё, способное пронзить всё, и меч, способный разрубить всё.
Скрученное спиралью копьё начало вращаться, постепенно набирая скорость.
Когда вращение огромного копья достигло максимальной скорости, гигантский меч наконец завершил формирование.
Они уставились друг на друга; лазурные и золотые глаза сияли.
Освобождённые мощные заклинания столкнулись.
Их разрушительной силы хватало, чтобы стереть все следы противницы.
Ни одна не уступала, и вспышки яркой маны взрывались в их магии, словно фейерверк.
Ударные волны разметали окружающие обломки, оставив в эпицентре один песок.
По огромному копью поползла трещина, а на лезвии гигантского меча появилась своя.
Казалось, столкновение длилось часами, но на самом деле прошло всего несколько секунд. Однако победительница была очевидна.
Острие огромного копья рванулось вперёд.
Каждая сторона стремилась сломать клинок другой.
— Что?! — первой вздрогнула Шания.
Огромное копьё раскололось надвое и взмыло в небо. Не сбавляя скорости, оно пронзило облако. В ночном небе появилась огромная дыра, сквозь которую хлынул лунный свет.
— Какая красивая лунная ночь.
Руки Шании безвольно повисли вдоль тела, пока она смотрела вверх. Казалось, гигантский меч разрубил луну пополам.
Я чувствую, как кто-то трясёт меня за плечи.
— …Иг… проснись…
Наверное, Райэл. Опять, скорее всего, устроил шумную ночь. Этот парень ничему не учится. Одна из его девиц пырнула его, когда узнала, что он ей изменяет, и мне пришлось тащить его в лазарет. Умереть на поле боя — одно дело, а погибать таким глупым образом просто больно видеть.
— Зи… проснись…
Капитан расхохотался, когда на одном из наших пиров услышал эту историю. Несмотря на всю свою невозмутимость, даже заместитель капитана рассмеялся. За Райэла переживали только я и женщина, отвечавшая за провизию.
— Из-за твоей тупой задницы нас и вышвырнули из того борделя…
— Зиг, проснись!
Более настойчивый призыв вырвал его из далёких ностальгических воспоминаний.
Сам голос не был громким, но странным образом выделялся в его сознании.
Зиг молчал, всё ещё пребывая в некотором оцепенении, но ясно видел лицо той, кто трясла его, пытаясь разбудить. Затылок лежал на чём-то мягком, словно на чьих-то коленях.
— Сиаша? — хрипло выговорил он.
— Привет. Доброе утро. Хотя уже ночь.
Она улыбнулась на фоне залитого луной неба. Её лазурные глаза всё ещё сияли, несмотря на свет луны. Длинные чёрные волосы ниспадали занавесом и щекотали Зигу щёку.
Увидев её лицо, он успокоился. Зиг медленно поднялся, поначалу немного неловко.
Скоро неловкость прошла, взгляд заострился, и он вспомнил, что произошло до потери сознания.
— Где Шания?
Сиаша на мгновение озадачилась, но вскоре поняла, что так звали недавнюю ведьму. Она фыркнула, и выражение её лица выдало презрение, куда более глубокое, чем обычные пренебрежение и презрение.
— Не знаю, — сказала она. — Наверное, мертва.
— Понятно.
Этого ответа Зигу хватило. Он поднялся и огляделся.
Увиденное вполне соответствовало его ожиданиям — и хорошего в этом было мало.
«Резня» — слишком мягкое слово.
Вероятно, он находился недалеко от места, где потерял сознание. По своему положению и кое-где уцелевшим воротам и другим сооружениям он мог примерно понять, где оказался.
Ландшафт изменился до неузнаваемости.
Вокруг простирался пустырь. Зиг не раз видел, как война меняет местность, но никогда ещё не видел, чтобы она сровняла всё с землёй.
Ни обломков, ни щебня, ни трупов. Словно огромная волна прошла здесь и смела всё на своём пути. Вероятно, это был эпицентр битвы двух ведьм. Чуть поодаль виднелись более обычные, знакомые шрамы войны.
Но сильнее всего выделялась прямая линия, прорезавшая землю.
Трещина напоминала след землетрясения, но в ней не было неровности, свойственной природным катастрофам.
Словно кто-то тупым ножом силой прорезал ржаной хлеб. Гребень уходил вдаль и рассекал стоявший в конце роскошный особняк. Здания вдоль линии разрушений обрушились под собственным весом, тоже расколовшись пополам. Особняк оказался заметно крепче.
Разглядывая разрушения, Зиг почувствовал, как его дёрнули за рукав.
Он опустил взгляд и увидел неловко переминавшуюся Сиашу.
— Э-э… Простите. Я немного перестаралась…
Она отвернулась, словно ребёнок, не желающий попасться родителям на глаза после проделки, и стала казаться самым маловероятным виновником всех этих разрушений. Но это определённо сделала она.
Зиг знал, что ведьмы — ходячие аномалии. И всё же это было уже слишком…
— Зиг?
Сиаша испуганно подняла лицо, встревоженная его молчанием. Лазурные глаза затуманились, выдавая её внутреннее состояние.
Зиг чувствовал, что должен её успокоить… и всё же не был уверен, не манипулирует ли им ведьма.
— Это была битва между ведьмами. Ты не могла сдерживаться.
— Можешь не повторять. Я совершенно без сил.
Даже разговаривая, он слышал шёпот слов Шании где-то на краю сознания. Ведьма разъела его своей силой и теперь управляла каждым его желанием.
Верить словам врага — глупость. Нет никаких доказательств, что Шания сказала правду.
Им манипулировали… Но так ли это на самом деле?
Да, с тех пор как он встретил Сиашу, он делал вещи, на которые раньше не пошёл бы, но люди меняются в зависимости от обстоятельств. Не измениться при столь резкой перемене обстоятельств было бы как раз безумием.
Почему же слова Шании так его встревожили? Можно ли вообще отличить собственную волю от воздействия ведьминой порчи?
Успокойся, — сказал он себе, напоминая, что всё ещё волен выбирать. Не всё изменилось… Если подумать, большая часть осталась прежней.
Если бы товарищ стал врагом, пошёл бы он на уступки?
Нет. В этом он был уверен.
Он ни перед кем не стал бы сдерживаться. Если ситуацию можно было разрешить, не становясь врагами, он попытался бы это сделать. Если нет — без колебаний поднял бы против противника меч.
И даже если мной манипулируют…
Он пока позволит этому продолжаться.
Зиг глубоко вздохнул, приводя мысли в порядок. Вернув себе хотя бы часть самообладания, он повернулся к подопечной.
— Сиаша.
— Д-да!
— Мы уходим отсюда.
— Что?
В некотором смысле это было куда более неотложным вопросом, чем его внутренние терзания.
Кого обвинят во всех этих разрушениях? Здесь присутствовали только Зиг и Сиаша.
Трудно было поверить, что такие разрушения могли устроить двое, не говоря уже об одном человеке. Однако Зиг и Сиаша стояли невредимыми в самом центре, и это могло заставить людей сложить два и два.
После этого у них останется дьявольское доказательство.
Разрушения можно было объяснить множеством причин: от неисправного магического предмета до взрывчатки, сработавшей не так.
— Дьявольское доказательство здесь не сработает, потому что это и есть правда, — пробормотал Зиг.
— Как думаешь, сколько нам придётся заплатить за ущерб?
Едва Зиг обрёл равновесие, на него обрушился голод. На бегу он запихивал в себя аварийный запас пищи: открыл банку мёда и запил его пеммиканом, чтобы как можно быстрее доставить питательные вещества в одеревеневшие ноги. Адская гармония сладкого, солёного и жирного заполнила рот, но времени жаловаться не было.
— Проклятье. Она действительно выжала из меня все силы…
Раны хотя бы зажили, но от чудовищного голода он вот-вот должен был рухнуть. Теперь Зиг понял, чем опасны целительные заклинания.
Зиг выругался и вытер рот. Сиаша посмотрела на него так, будто хотела что-то сказать.
— Ты пришла одна?
На лице Сиаши отразилось неловкое осознание.
— Раз уж ты напомнил… Интересно, Нортон и остальные в порядке?
Имя показалось знакомым. Если Зиг правильно помнил, это был искатель приключений третьего класса, который был с ними во время инцидента с лезвийными пчёлами.
Наверное, Кирк поручил ему присматривать за Сиашей.
— Плохо дело, — сказал Зиг. — Если их накрыло этим ударом, от них и трупа не осталось бы.
— Д-думаю, с ними всё хорошо, — заикаясь, ответила Сиаша. — Мы пришли со стороны района продовольственных лавок, так что они должны быть в безопасности… Надеюсь.
Она надеялась. Не самые обнадёживающие слова.
В любом случае искатель приключений третьего класса должен был уметь защитить себя. Должен был… Иначе у Кирка от изжоги желудок разорвётся.
Здания подальше от эпицентра всё ещё стояли. Район продовольственных лавок, похоже, быстро приходил в себя — вероятно, потому, что его изначально строили разборным.
Улицы заполняли тела мафиози, пока мародёры, воспользовавшись случаем, обыскивали разрушенные здания.
— Это ведь даже не война.
Во время войны нищие встречались редко — и вовсе не потому, что припасов было вдоволь.
Обчищать тела на поле боя было надёжнее, чем полагаться на чужую доброту. Неважно, друг это или враг: с солдат снимали всё.
Зиг невольно нахмурился, увидев знакомую сцену, разыгрывавшуюся прямо перед ним. Он не был против такого, но это напомнило ему о пороках, правивших городом.
Сиаша заметила, как изменилось его настроение, и повернулась к нему.
— Зиг?
— Ничего. Что касается Нортона и остальных—
— А-а-а-а-а!
Крик оборвал Зига.
Он посмотрел в сторону источника и увидел неприлично богато одетого мужчину, стоявшего на коленях. Его внезапный визг раздражал Сиашу.
— Слишком громко.
— Моя… Моя гостиница! Мои деньжищи-и-и!
— Иногда у всех бывает причина поплакать.
Сиаша сочувствовала мужчине, но отвела взгляд от того, кто оплакивал рассечённое пополам заведение. Даже ей было совестно после содеянного.
По одежде мужчины можно было понять, что он мафиозный офицер. К счастью, он стоял к ним спиной и совершенно не замечал их присутствия.
— Что ж, пойдём, Зиг. Нам нужно—
Как только они собрались покинуть своё укрытие среди обломков, по округе разнёсся голос.
— Эй, Уайлдайт. Что такой хмурый? Случилось что-нибудь хорошее?
Перед мужчиной появился обладатель голоса, приветливо улыбаясь, словно обращался к старому другу. Эта улыбка была столь же неуместной, сколь и тревожной. На лице мужчины по имени Уайлдайт читалась ненависть.
— Ты! У тебя хватает наглости показываться здесь, Нортон!
Нортон, искатель приключений в чёрных доспехах с двуручным мечом за спиной, наконец вышел из тени.
Зиг посмотрел на Сиашу. Тот, кого они искали, наконец нашёлся.
Зиг знал Нортона, но не знал о его связях с мафией. В том, что искатель приключений связан с преступным синдикатом, не было ничего удивительного. Зиг не раз сталкивался с подобным лично.
Но почему он появился именно сейчас?
Если Нортон извлекал из них выгоду, сейчас был идеальный момент оборвать связь: финансово они разорены.
— Это ты сделал?! Зачем?! Не было никакой причины устраивать всё это!
Уайлдайт схватил Нортона за воротник и встряхнул, но тот сохранил спокойствие, скрывая мысли за своей непостижимой улыбкой.
— Чудовище! Я убил для тебя всех этих искателей приключений, и этого мало?!
Он что?!
Зиг подавил изумлённый вздох, услышав слова Уайлдайта.
Нортон, по крайней мере, был на такое способен. Сиаше, неопытной в человеческих отношениях, пришлось бы куда труднее.
— Что?
— Ай!
Вздох прозвучал негромко, но, к несчастью, в наступившей после слов Уайлдайта тишине его услышали оба мужчины.
— Нет, подожди—
Прежде чем кто-либо успел моргнуть, двуручный меч за спиной Нортона дважды взмахнул.
Уайлдайту не дали даже закричать. Прежде чем он понял, что происходит, стал трупом.
Отрубленная голова взлетела в воздух, а мелькнувший в ночи крестообразный разрез рассёк её на куски.
— Я потерял бдительность.
Смахнув кровь с двуручного меча, Нортон вернул его за спину и заговорил так, будто ничего не произошло. Обезглавленное тело рухнуло, и Нортон повернулся к лежавшим рядом обломкам, за которыми прятались Зиг и Сиаша.
— Не думал, что он просто возьмёт и всё выложит, — сказал он с разочарованным видом, словно ему испортили сюжет. — Обычно перед этим они говорят гораздо больше.
Теперь, когда Нортон знал об их присутствии, прятаться не имело смысла.
Сначала вышел Зиг, за ним — Сиаша.
— Привет, Зиг. Давно не виделись. А с Сиашей мы встретились только сегодня.
— А, да, здравствуй, — сказала Сиаша.
Он поприветствовал их совершенно обычно. В его тоне было что-то слегка неестественное, но сейчас это не имело значения.
— О чём он говорил? — спросил Зиг.
— О том, что ты слышал.
Нортон даже не попытался скрыть правду. Это было похоже на вызов с его стороны: не имело смысла утаивать то, что все прекрасно слышали.
— Хочешь, я объясню? Это я помог им напасть на гнездо лезвийных пчёл.
— Зачем ты это сделал?
Зиг машинально подумал о мече за спиной, но оружия там не было.
Но Нортон был не главной проблемой. В своём истощённом состоянии Зиг едва ли мог одолеть даже Каина.
Нортон прекрасно это понимал. Он спокойно посмотрел на луну, и признание само сорвалось с его губ.
— Знаешь, я считаю жизнь искателя приключений замечательной профессией. Исследовать неизведанные земли, рисковать жизнью, побеждая свирепых монстров, приносить процветание городу… Это как стать героем сказки. С детства я мечтал быть искателем приключений и трудился, чтобы им стать.
Он замолчал, вытащил двуручный меч и поднял его обеими руками перед лбом.
Залитый лунным светом Нортон походил на бога.
— Мне повезло: кое-какие способности у меня есть. Я добрался до третьего класса. Конечно, останавливаться не собираюсь. Пока не стану искателем первого класса.
Он подмигнул, будто шутил, но глаза оставались совершенно серьёзными. Зиг понял: Нортон ни капли не шутит.
— Настоящая меритократия, где тебя не оценивают по расе или происхождению. Двое искателей приключений, младше меня, уже добрались до второго класса.
В его голосе звучало раздражение, но не было ни следа зависти или ревности.
Как бы Нортон ни злился, Зиг видел: тот по-прежнему решительно намерен идти вперёд.
— Я не люблю проигрывать и не собираюсь сдаваться. Более того, наличие тех, за кем нужно гнаться, лишь сильнее меня мотивирует.
Страсть Нортона к искателям приключений — его уважение и восхищение теми, кто его превосходил — была мучительно очевидной. А это могло означать лишь одно.
Тон его изменился.
— Вот почему… я не мог их терпеть.
Сначала в его голосе звучала страсть, когда он говорил о надеждах и мечтах. Теперь же он был наполнен чёрной, как смоль, ненавистью.
— Тех искателей приключений низкого ранга, которые не хотят развиваться и отказываются рисковать.
Было слышно, как он скрежещет зубами.
— Эти ленивые ублюдки довольствуются тем, что каждый день возятся с жуками, — ругался он, и из сердца его лился чистый поток обиды. — Что в них приключенческого? Они бельмо на глазу, и я хочу, чтобы каждый из них сдох!
Он сжал кулаки, хрустнув костяшками.
Нортон говорил серьёзно. Он действительно считал, что искатели приключений, не желающие расти и рисковать, должны умереть. Он хотел устранить всех, кто противился его идеалу.
Он посмотрел на труп и сардонически вздохнул.
— Поэтому я и помог Карараку. Чтобы избавиться от всех этих бельм на глазу — искателей приключений.
— Это не оправдывает твой поступок, — сказал Зиг.
— Нет, Зиг, не оправдывает. Я просто силой запихиваю свои идеалы всем в глотку, — самоуничижительно заявил Нортон.
Остановить его было невозможно. Нортон хорошо себя знал — достаточно хорошо, чтобы совершить такой жестокий поступок. Он был силён, твёрдо шёл к своей цели и потому относился к самому опасному типу преступников.
— Но всего этого можно было избежать, если бы они с самого начала вели себя прилично. Увидев талантливых искателей приключений младше себя, они всегда встают у них на пути и докучают мелкими ссорами. Настоящие паразиты. Ты ведь знаешь это не понаслышке, Сиаша?
Нортон перевёл взгляд на Сиашу.
— Да. Честно говоря, я рада, что эти люди исчезли.
Раньше Сиаша уже попала в неприятности во время поручения по истреблению лезвийных пчёл, сказав то же самое, что и Нортон. Хотя разделявших его взгляды было мало, они существовали.
— Но я терпела. Меня учили, что не все приходят в это дело ради роста. Мне нужно лишь стараться изо всех сил. Кажется, это называется терпимостью.
Вот чем я от тебя отличаюсь, — безмолвно заявила Сиаша, выпятив грудь.
Терпимость — это признание того, что люди всегда будут различаться, и уважение к этим различиям, достаточное, чтобы не навязывать им собственные идеалы и мнения.
Пусть Сиаша ещё не дошла до уважения, но уже могла подумать: А, оказывается, бывает и такая точка зрения.
Друг против друга стояли человек, навязывающий другим свои идеалы, и ведьма, позволяющая окружающим оставаться самими собой.
— Значит, это «нет»? Жаль.
Плечи Нортона поникли: он надеялся, что Сиаша с ним согласится.
Когда-то она могла бы с ним согласиться. То, что она изменилась, свидетельствовало о её росте.
— Что ж, ничего страшного. А теперь, Зиг… Как насчёт сделки?
— Сделки?
Вот чего он добивался. Нортон кивнул, наступив на лежавший рядом труп.
— Я хочу, чтобы ты сохранил в тайне мои дела с ними. В обмен я никому не расскажу о необычайной силе Сиаши.
Зиг замолчал.
Значит, он заметил.
Мысли Зига заметались, а он старался подавить желание цокнуть языком.
Всем было известно, что магия Сиаши слишком сложна для её класса. Само по себе это не было странным: она могла оправдаться тем, что начала учиться магии в очень юном возрасте.
Однако то, что она сделала сегодня, оправдать было невозможно. Она пронзила небеса и расколола землю катастрофическим проявлением силы. Никого, кто видел это собственными глазами, не удалось бы обмануть. С тех пор как они прибыли на этот континент, Сиаша изо всех сил старалась свести применение масштабной магии к минимуму.
Но на этот раз она не могла себе этого позволить. Не в бою с ведьмой.
— Я всегда чувствовал, что она особенная, — голос Нортона повысился. — Но не до такой же степени.
И всё же Зиг промолчал.
Он не мог винить Нортона. После увиденного трудно было остаться равнодушным. Чудовищное существо, обладающее невероятной силой, ещё можно было понять; существо в человеческом облике, владеющее теми же способностями, было непостижимо.
— Что до личности Сиаши и того, откуда у неё вообще такая сила… Не могу сказать, что мне это неинтересно, но обещаю не лезть в подробности. Только никому не говори обо мне.
Сделка была неплохой.
Как ни трудно было в это поверить, словам искателя приключений третьего класса можно было доверять.
Даже если некоторые не приняли бы его рассказ на веру, Сиаше было бы трудно продолжать приключения, если бы люди начали её подозревать.
Зигу придётся представить Кирку фальшивый отчёт.
Он не собирался проявлять такую негибкость, чтобы считать любой контракт абсолютным. Уже случалось, что он отказывался от заданий, когда они требовали выйти за оговоренные рамки.
Где проходила граница этого контракта?
Пойманная им рыба оказалась гораздо крупнее ожидаемого, но всё ещё оставалась в пределах задания. Впрочем, учитывая уже проделанную работу, технически ему недоплатили.
— Дай угадаю: тебе поручили найти виновника инцидента с лезвийными пчёлами. Так вот, приказ отдал глава Карарака… Вот этот человек. Я знаю и всех остальных причастных. Но теперь они уже мертвы.
Нортон рассказал всё, что знал об инциденте, возможно, пытаясь убедить Зига.
— В конце концов, я лишь подстрекал их и немного помогал… Был посредником. Не думаю, что это нарушает условия твоего контракта. Что скажешь?
— Я могу заставить тебя замолчать и другими способами, — предположил Зиг, желая увидеть реакцию Нортона на угрозу.
Как и ожидалось, тот улыбнулся.
— У меня быстрые ноги. В городе есть и мои друзья. В твоём нынешнем состоянии мне будет нетрудно от тебя убежать. Так что перестань пытаться застать меня врасплох, ладно?
— Что?
Когда Зиг сделал это предложение, Сиаша угрожающе шагнула вперёд. Она повернулась к нему с недовольным видом, ожидая указаний.
Он покачал головой, и Сиаша отступила, признавая, что ничего не поделать. Несмотря на сказанное Нортоном ранее, он не проявил бы милосердия к тем, кто напрямую вмешивался в его планы.
Сиаша остановилась, а Нортон вздохнул; по его лицу стекал холодный пот. Он впечатляюще сохранял невозмутимое выражение, хотя она явно оскалилась в его сторону, но даже так Нортон чувствовал страх, столкнувшись с ней лицом к лицу.
В любом случае выбора не оставалось. Даже если они погонятся за Нортоном и его людьми, те всё равно были искателями приключений третьего класса. Если они выложатся на полную, убегая, даже Сиаша не сможет поймать их всех. Тогда подозрения рассеются.
— Хорошо. Договорились. Но если об этом станет известно…
— Ой, брось. Я не собираюсь сражаться с тем, кто устроил всё это, — прямо сказал Нортон. — Кроме того, я всё ещё хочу быть искателем приключений. Ради этого я сделаю что угодно.
Вероятно, он не лгал. Ради идеала совершенного искателя приключений он действительно пошёл бы на всё. Поэтому Нортон без колебаний всё рассказал. Во имя своего идеала он умел отодвинуть разум и мораль.
Что, если хранение тайны о силе Сиаши противоречило этому убеждению? Нет, это было бы слишком натянуто. Нортон явно не возражал.
Судя по всему, сделку можно было заключать.
— Значит, контракт улажен. Теперь нам действительно пора уходить. Ты ведь умеешь ездить верхом, Зиг?
— Да.
Зигу всё ещё было не по себе, но выбора, кроме как последовать за Нортоном, не оставалось. Он не мог позволить себе сбиться с приоритетов, слишком хорошо понимая неотложность нынешних проблем.
Покинуть Стригго оказалось нетрудно: город погрузился в хаос.
Жители предпочитали грабить, а не помогать другим. Никому не было дела до проходивших мимо Зига и его спутников.
Единственными, кто помогал своим товарищам, были члены мафии. Это придавало им человеческий вид, но нельзя забывать: именно они довели остальной Стригго до грани отчаяния.
Нортон провёл их через блокпост, где стражники мало чем отличались от головорезов, и быстро миновал его. Они воссоединились с его друзьями и сели на лошадей.
— Куда направляемся? — спросил Зиг, набивая желудок едой, которую подобрал из рухнувшей повозки.
Нортон погнал коня вперёд, внимательно следя за окрестностями.
— На гору Фуэлле. Там воспользуемся транспортным камнем.
— Понятно. Так вы и добрались сюда так быстро.
— Это не совсем законно. Вернуться, когда там много народу, мы не сможем: камень не предназначен для обычного пользования.
На лошадях они должны были прибыть немного после полуночи. Идеальное время: до утреннего наплыва место будет пустовать. Зиг чувствовал, что умрёт, если ему придётся провести ещё одну ночь в нынешнем голодном состоянии.
— Сиаша.
Он обратился к ведьме, сидевшей перед ним на той же лошади. Она прижалась к нему, пока он держал поводья. Её плечи удивлённо дёрнулись.
— Что случилось? — спросил он.
— Просто… простите, — сказала она. — Ты так старался меня скрыть, а меня всё равно раскрыли…
Зиг гадал, почему она стала такой тихой. Её тревожило, что Нортон увидел её силу. Сиаша понимала: Зиг делал всё возможное, чтобы скрыть её истинную природу.
Она снова замолчала, и в тихой ночи разнеслось цоканье копыт.
Зиг думал, что сказать, но смог придумать лишь избитую фразу.
— Не переживай. Что сделано, то сделано. А наш свидетель в конце концов не заговорит.
— Но—
Зиг перебил её, положив руку ей на плечо. Лошадь недовольно фыркнула: теперь её направляли лишь одним поводом.
— Важнее то, что я доставил тебе столько хлопот, — сказал он. — Прости.
— Что? — Сиаша обернулась, ошеломлённая внезапным извинением. Её глубокие лазурные глаза, всё ещё сиявшие в ночи, отражались в сером взгляде Зига.
— Телохранитель не должен быть спасён своим клиентом. Это недостойно.
— Тебе не нужно за это извиняться… Я сама постоянно доставляю тебе хлопоты…
Искреннее извинение Зига по-настоящему смутило Сиашу.
И всё же он должен был извиниться, как того требовала ситуация. Телохранитель, доставляющий клиенту хлопоты, был неприемлем.
Больше всего он был ей благодарен.
— Спасибо, Сиаша.
Кто знает, что произошло бы, если бы она не пришла вовремя?
Эти искренние слова сами собой сорвались с его губ. Манипуляция это или нет.
Когда Зиг поблагодарил её, глаза Сиаши расширились. А затем она улыбнулась. Странно, но в её улыбке не было обычного чарующего обаяния. Нет, это была улыбка обычной девушки.
— Не за что, — просто ответила Сиаша.
Она закрыла глаза и прислонилась головой к груди Зига.
