Бездонно глубокая тьма.
Я был во мраке.
Я должен был родиться в самой обычной деревне и жить вместе с семьёй.
Тогда мне было всего четыре, и воспоминания о семье сохранились не полностью.
И вот я оказался втянут в войну, которую позже назовут Дальневосточной кампанией.
Отчётливо помню лишь — рёв и крики.
И алый мир, насколько хватает глаз.
Пока люди бежали, я тоже просто бездумно бежал.
Кажется, в конце родители, спасая меня, погибли у меня на глазах.
И эта память уже расплывалась.
Нет, наверное, это моя глубинная психика так делает.
Что ту память нельзя вспоминать ни в коем случае.
После этого я остался один.
Куда делись деревенские, кто выжил — я не знал.
В одиночку изо всех сил цеплялся за жизнь.
Даже будучи ребёнком, инстинкт выживания, видимо, был, и я жил самозабвенно.
Дни, когда я бессмысленно шёл вперёд.
Что человеческие жизни безжалостно обрываются — было обычным.
Что люди исчезают у тебя на глазах — было обычным.
И тогда я подумал.
Этот мир слишком уродлив.
Чтобы выжить, мне оставалось только закрыть сердце.
Потому что иначе, казалось, я перестану быть собой.
«А... уу... а-а...»
Всё вокруг было залито алым.
Я один, глядя в небо, лежал на земле.
Подняв взгляд к небу, я видел алое небо.
Свет алого неба заливал меня.
«А-а...»
Лишь выдать стон — это всё, на что меня хватало.
Только это и было мне позволено.
Что ждёт за краем этого алого неба.
Тогда я ещё не мог знать——.