Клубные посиделки

— Слушайте, а этот клуб разве не делает ничего совместного? — спросил Ёсимура.

В клубной комнате были Мисаки, Такэда, Ая, Додзима, Коёми и Фумика — то есть собрались все семеро членов клуба ранобэ. Поскольку посещение в основном свободное, такое, чтобы все после уроков оказались в одной комнате, случалось редко.

— В прошлом году на культурном фестивале мы выпустили клубный журнал, — сказала Мисаки, и Такэда скривился.

— ...Хотя по сути это была просто сшивка из рукописей, которые каждый написал как попало.

— У Мисаки-тян — «Сто рекомендуемых ранобэ», у Рю-куна — эссе «История лайт-новел», у меня — короткий рассказ, а у Аи-тян — «Пятьсот рекомендуемых BL-игр и BL-манги», кажется, — с ангельской улыбкой произнёс Додзима. — Для четырёх авторов получилось довольно увесисто.

— Ну и мешанина... — выдохнул Ёсимура.

— ...Ага. Полный хаос. Причём процентов на девяносто из рукописей Сакурано. В итоге вообще непонятно было, что за клубный журнал, — кивнул Такэда, глядя на вспотевшего Ёсимуру.

Тогда Ая, раскрыв веер с надписью «Пронзи меня сзади, моя вооружённая алхимия», улыбнулась:

— Уфуфу, прошу прощения за тот случай. Вообще-то я собиралась, по примеру Мисаки-сан, сделать «Сто BL-романов», как подобает клубу романов, но, к стыду своему, тогда ещё мало читала романы, поэтому пришлось писать в своём любимом жанре.

— ...Ну, то, что вышло, было по-своему эффектно, так что, возможно, даже удачно...

— Ага... Оно почему-то разошлось за полдня... — произнесли Такэда и Мисаки, глядя в никуда.

— А кроме фестиваля вы ничего не делали?

— Хм... Ничего особенного. Ну, иногда, если кто-то пишет рассказ, мы его читаем и обсуждаем. А ещё... иногда, по настроению, пишем роман-эстафету.

— А что такое роман-эстафета? — спросила Фумика.

— Каждый пишет по определённому количеству страниц, потом следующий продолжает, потом ещё кто-нибудь.

— Звучит интересно.

— ...Ну, как способ развеяться — да, — сказал Такэда с неопределённым лицом, а Мисаки криво усмехнулась.

— Правда, чаще всего до конца не доходит, и всё сходит на нет. ...Раз у нас теперь есть новенькие, может, тряхнём стариной?

— Я не против.

— Я тоже.

— ...Фу-ух... — вздохнул Такэда, но, похоже, не возражал.

— Первогодки тоже не против?

— Окей! — отозвался Ёсимура.

Коёми молча кивнула.

— Я никогда не писала рассказы.

— Да не парься, я тоже! — весело рассмеялся Ёсимура.

— Как говорит Сиро-кун. Все мы тут любители, так что пиши как душе угодно.

— Точно-точно. Если загонишь сюжет в тупик, следующий как-нибудь выкрутится.

— ...Только не надо специально всё ломать, как будто назло, — поморщился Такэда на слова Додзимы.

— Аха-ха, не бойся. Я так делаю только когда следующий — не Рю-кун.

— И со мной тоже не надо!

— Так, теперь объясню правила, — сказала Мисаки. — Во-первых, одна страница — это сорок символов на семнадцать строк, формат MF Bunko J.

— Почему именно MF?

— А? Просто так.

— ...Понятно.

— Написал страницу — передаёшь следующему. Даже если предложение оборвалось, как, например, «я бессильно опустилась на коле...», после страницы всё равно передаёшь.

— Принял.

— Ограничение по времени на человека... ну, обычно полчаса, но раз сегодня новенькие, сделаем по часу. Пишем на ноутбуке Аи. Если время выйдет, продолжим завтра. Когда все напишут, снова по кругу. ...Кстати, все умеют пользоваться компьютером?

Ёсимура и Коёми кивнули. Фумика тоже:

— Если только набрать небольшой текст, думаю, справлюсь.

— Угу. Ну, правила, наверное, такие. Теперь определим порядок.

Семь человек сыграли в камень-ножницы-бумагу, и победители выбирали себе место по очереди. Получилось так:

Асаба Мисаки

Сакурано Ая

Фудзикура Коёми

Ёсимура Сиро

Мононобе Фумика

Додзима Дзюн

Такэда Рюносукэ

— ...Я замыкающий... да ещё и после Додзимы... — пробормотал Такэда с искренним отвращением.

Роман-эстафета «Легенда о легендарном Ультимативном Сейбере»

[Часть Мисаки]

— Доброго утра, Мисако-сан.

Когда я (Мисако) утром пришла в школу, ко мне обратилась Сатиэ-онэ-сама.

Онэ-сама — прекрасна, как сама Мария, и очень красива.

Онэ-сама — предмет восхищения всей школы, президент ученического совета, круглая отличница и спортсменка, невероятный человек.

Я очень уважаю онэ-сама.

Поэтому от одного лишь обращения ко мне моё лицо вспыхнуло, и я вся напряглась.

— Ч-что вам угодно, онэ-сама?

— Не могла бы ты после уроков подождать меня на крыше?

Не могу поверить, что онэ-сама меня позвала.

Я ущипнула себя за щёку, думая, не сон ли это, но это был не сон.

Что ей от меня нужно? Неужели признание? Кья, ах-ах.

Динь-динь-дон-динь-дон.

Уроки закончились, и настало время после школы.

Я со всех ног побежала на крышу.

На крыше меня ждала онэ-сама.

Когда я окликнула её, она обернулась и сказала:

— Ах, ах. Значит, на этот раз школьный сёдзё-ай? — сказала Ая, прочитав рукопись Мисаки. — Я попыталась сделать что-то вроде лёгкой и свежей атмосферы в духе «Маримитэ». Я не настаиваю, что это именно женская школа, так что дальше можешь делать как хочешь, Ая.

— Хорошо. ...Сделаю, как хочу. У-фу-фу...

[Часть Аи]

— Я кое-что от тебя скрывала. На самом деле я... нет, я — мужчина. И к тому же в действительности английский аристократ. Моё настоящее имя — Леон Розенбах фон Эдвард.

С этими словами онэ-сама приподняла длинные чёрные волосы. Оказывается, это был парик.

Из-под него показались золотые волосы, сияющие в закате.

— Прости, что скрывал. Но только тебе я не хотел лгать.

Онэ-сама... нет, Леон посмотрел прямо на меня. Из его прекрасных голубых глаз потекли слёзы. От мысли, что я заставляю его так страдать, у меня защемило сердце.

— Прости, — он низко поклонился.

— Онэ-сама... нет, Леон. Я тоже кое-что скрывал от тебя.

— Что?

— Я... нет, я тоже на самом деле мужчина! Моё истинное имя — Хлодвиг Розенберг фон Эдвард... Да, я тоже из рода Эдвардов.

— Не может быть! Так ты — мой пропавший брат!

— Брат!

Мы с братом Леоном, радуясь судьбоносной встрече, обнялись. И обменялись жарким поцелуем.

«Н... Нха...» «Ах... б-братик...» Мы страстно сплелись языками и исступлённо треб...

Бум.

Коёми стукнулась лбом о стол.

Сюжет рухнул уже на второй странице, и она всерьёз чуть не потеряла сознание.

— Ах, что с вами, Коёми-сан? Продолжайте, как подскажет ваша фантазия, пишите продолжение так, как вам нравится, — ласково улыбнулась Ая.

— Эй, стоп, какого чёрта Мисако и онэ-сама стали мужиками?! Да ещё иностранцами! — не выдержала Мисаки.

— ...Это... продолжение... я должна?.. — Коёми с каменным лицом уставилась на экран и выдавила из себя.

А потом слабо застучала по клавиатуре...

[Часть Коёми]

Ба-а-а-а-а-а-ам.

Внезапно произошёл страшный взрыв.

Мощность взрыва была такова, что железобетонное школьное здание исчезло без следа.

Леон и Хлодвиг, как и сотни учеников, находившихся в здании, разлетелись в щепки и исчезли из этого мира...

И королевство пало.

То, что в одно мгновение уничтожило частную академию «Дориан», в которой учились сыновья и дочери знатных семей, будущие лидеры страны, было секретным оружием соседней военной сверхдержавы — империи Годбальд — высокотехнологичной стелс-ракетой.

Почти одновременно точечным бомбардировкам подверглись военные объекты, правительственные здания, больницы, школы, полицейские участки и пожарные части по всей стране.

Из-за этой чудовищно внезапной разрушительной атаки погибла большая часть высших лиц, включая короля и министров; полиция и пожарные исчезли, и государство полностью рухнуло.

Повсюду вспыхнули бунты, и королевство превратилось в ад кромешный.

А ворвавшиеся туда войска империи беспощадно растоптали людей.

Коёми написала всё это всего за три минуты. Невероятная скорость письма. Причём с середины стук клавиш стал каким-то ожесточённым.

— ...Э-э, Коёми-сан, вы, случайно, не злитесь? — осторожно спросила Ая.

— ...Совсем не злюсь, — бесстрастно ответила Коёми.

— Ну, что до содержания... Коёми-тян, ты печатаешь очень быстро. Слепым методом. Может, ты и дома пишешь что-нибудь? — спросила Мисаки, и Коёми покраснела.

— ...Не пишу.

Она встала и, усевшись в углу комнаты, начала читать книгу.

— Так, теперь я! — Ёсимура, севший за компьютер вместо Коёми, с воодушевлением принялся за продолжение.

[Часть Ёсимуры]

Но у королевства оставалась одна-единственная надежда!

Это — ультимативное оружие, тайно разработанное Государственным научно-техническим управлением королевства, — Ультимейт Сейбер!

Выглядит как меч, распространённый в средневековой Европе, но на самом деле это плод высоких технологий. Управляя по своему желанию универсальными частицами «Максвелл», существующими в иномерном пространстве, он позволяет вызывать явления, подобные магии, и вести бой на субсветовых скоростях!

— Ого, так это и есть легендарный Ультимейт Сейбер!

Я, услышав слух, что Ультимейт Сейбер запечатан в глубоком подземном аварийном убежище под тем местом, где когда-то находилось Научно-техническое управление, как-то прорвался сквозь окружение имперских войск и добрался до меча!

— Точно, чувствую невероятную мощь!

Я взял меч в руку!

Вжух!

Меч засиял, и меня окутал ослепительный свет!

— Чувствую невероятную мощь! С таким мечом спасти королевство от имперских войск — не мечта!

С мечом в руке я ворвался на базу имперской армии. Вшух! Вжух!

— Ааа! Меня чуть не убили! — но враги падали один за другим! Ой, кстати, я же ещё не представился. Я...

— Э. А кто я такой? — в замешательстве спросила Фумика.

— О. Личность главного героя...

— Стоп-стоп, подсказывать развитие сюжета другим нельзя, — остановила его Мисаки.

— После своей части полностью отдаёшь следующий поворот следующему. Даже если твою сладко-девичью школьную историю вдруг превращают в непонятный BL, остаётся лишь глотать слёзы и смириться. Угх-гх-гх!..

— Вот как...

Фумика с сонным лицом начала писать продолжение.

[Часть Фумики]

Я — третий принц империи Годбальд, Фумимаро.

Я стараюсь отомстить отцу, который бросил меня... императору Дайсукэ.

Я ворвался на вражескую базу и победил очень много врагов.

Я подумал, что Ультимейт Сейбер — очень мощное оружие.

Тут появился какой-то важный человек из имперской армии.

Этим важным человеком оказалась принцесса Юкика-тян, моя младшая сестра.

— Сестрица, пожалуйста, перестань, — сказала Юкика-тян и заплакала.

Мне стало жалко, что Юкика-тян плачет, и я выбросил Ультимейт Сейбер.

А потом я вместе с Юкикой-тян вернулся в империю.

Я хорошенько поговорил с папой, и мы помирились.

И мы всей семьёй зажили счастливо.

Вот и сказке конец. Конец.

— А?! Уже конец?! — издал ошарашенный вопль Додзима, севший за компьютер, чтобы писать продолжение.

— Блин... даже не знаю, с чего начинать отбивку... — Такэда тоже покрылся холодным потом.

— Фумика-тян. В романе-эстафете нельзя заканчивать, пока все не напишут.

— А!

Услышав Мисаки, Фумика спохватилась.

— П-простите...

— ...Ну, на этот раз пусть будет так. Хоть с горем пополам, но сюжет завершён. Уже неплохо, — сказал Такэда с явным облегчением.

— Жаль... А я так хотел подложить Рю-куну свинью, — Додзима слегка надулся и повернулся к Фумике. — Ну, будет ещё случай. ...Кстати, Фумика-тян. Почему третьего принца империи зовут Фумимаро?

— Я сделала своё имя более мальчишеским.

— Понятно. Из «Фумики» в «Фумимаро»... А почему «маро»?!

— Ну, он же принц, решила, что пусть звучит по-аристократичнее.

— А, ну да, «Маро» и правда звучит как японский аристократ. И оттого, что в этом есть какая-то своя логика, бесит ещё сильнее. ...А Дайсукэ откуда?

— Это имя моего папы.

— А как же аристократичность? ...А Юкика?

— Юкика-тян — моя младшая сестра.

— У Мононобе-сан есть младшая сестра?! — У Фумики-тян есть сестричка! — почему-то восторженно загалдели Ая и Мисаки.

Додзима их проигнорировал.

— Почему «Ультимейт» превратился в «Ультимат»?

— Я не знала, как ввести маленькую «й» в слове. С «Т» и «И» же не получается.

И тут сзади послышался сдавленный смешок: «...Кха!»

Это Коёми, подглядывавшая за экраном, с пунцовым лицом, как при сердечном приступе, прижала руки к груди и мелко задрожала.

— Ч-что с тобой, Фудзикура-сан?

— …а-ах…

Фумика с тревогой наклонилась к подруге, но та лишь сидела, прижав ладони к груди, и издавала едва слышные всхлипы, больше похожие на сдавленный смех. По её щекам катились слёзы, а уголки губ подрагивали где-то между улыбкой и гримасой.

Спустя несколько секунд Коёми наконец выпрямилась, сделала глубокий вдох, но тут же снова согнулась пополам.

— Фу-у-ух… Ха-а-а… Фу-у-ух… Ха-а-а… ах-ха…

— Да что всё-таки с тобой, Фудзикура-сан? — уже с лёгкой паникой повторила Фумика.

— …Задело… прямо в точку… аха!.. — с трудом выдавила Коёми, отвернулась к стене и снова затряслась от беззвучного хохота.

Фумика растерянно моргнула. Что именно задело? Она ведь просто написала то, что пришло в голову, и даже допустила ошибку в слове «Ультиматив». Но, кажется, именно эта ошибка и добила Коёми.

— …Хм… Не очень понимаю, что тут смешного, но я рада, что Фудзикура-сан смеётся, — с лёгким недоумением произнесла Фумика, наблюдая, как подруга снова всхлипывает.

(…Писать романы — это и правда сложно…)

Так завершился первый в этом году роман-эстафета клуба ранобэ.